Школа Культуры Себя|Дмитрий Фролов

Школа Культуры Себя|Дмитрий Фролов pinned «Бесплатный просмотр и разбор сессий Альберта Эллиса и Джанет Вульф Довольно долгое время я изучал и практиковал РЭПТ Альберта Эллиса — исторически первое направление КПТ. Я организовал первые в России сертификационные тренинги Института Альберта Эллиса…»

Бесплатный просмотр и разбор сессий Альберта Эллиса и Джанет Вульф

Довольно долгое время я изучал и практиковал РЭПТ Альберта Эллиса — исторически первое направление КПТ.

Я организовал первые в России сертификационные тренинги Института Альберта Эллиса и стал одним из первых россиян, кто успешно завершил полное обучение там. Точнее вторым.

Также я перевёл четыре демосессии Альберта Эллиса и Джанет Вульф, по которым проводил обучающие мероприятия по РЭПТ.

Я очень хотел стать супервизором РЭПТ от Института Альберта Эллиса, и в следующем году я мог бы пойти туда на супервизора учиться, но отказался от этой идеи.

РЭПТ стала для меня путем к философскому консультированию и философской терапии Logic-Based Therapy, которой я и занимаюсь сейчас, пройдя обучение на LBT терапевта и тренера LBT терапевтов.

Между РЭПТ и LBT много общего. И там, и там ведётся работа с теми же иррациональными убеждениями через дискуссию об этих убеждениях, но в LBT они рассматриваются в рамках философских заблуждений и преодолеваются через развитие качеств характера (философских добродетелей).

Иррациональные убеждения рассматриваются в виде практического силлогизма, а качества характера укрепляются через опору на различные философские идеи — от стоицизма до экзистенциализма, смотря что ближе клиенту.

LBT является отдельным подходом, но может рассматриваться и как разновидность РЭПТ, но нестандартная.

В рамках моего прощания со стандартной РЭПТ предлагаю вместе посмотреть и разобрать сессии Альберта Эллиса и Джанет Вульф.

По субботам с 10:00 до 12:00 по московскому времени в Zoom:

26 сентября — сессия Эллиса с клиенткой, чей муж совершил суицид.

3 октября — его сессия с клиентом с зависимостями, СДВГ и расстройством личности.

10 октября — сессия Джанет Вульф с клиенткой с гневом.

17 октября — сессия Джанет Вульф с клиенткой, у которой трудности в воспитании детей.

Обязательное условие участия — включённая камера.

Регистрация на одну или несколько встреч — здесь.

Больше к этим демосессиям возвращаться я не планирую.

Правильная речь

В буддизме есть очень хорошая идея правильной речи, которая может использоваться и в другой философской традиции, философском и психологическом консультировании, терапии и коучинге.

Правильная речь заключается в оценке своих высказываний с точки зрения четырех критериев: истинность (соответствие фактам), полезность (способствует благу другого — прежде всего его внутреннему и нравственному благу, а не только его внешней выгоде, комфорту или успеху, а тем более моему), приятность для слушателя и выбора подходящего времени.

Это лучше, чем всё, что мне попадалось по навыкам общения в терапиях.

В "Абхая сутта", где, кстати, есть сократический диалог между Буддой и принцем Абхаей, Будда (Татхагата) говорит следующее:

Если Татхагата знает, что эти слова недействительные, неистинные, неполезные, неприятные и немилые для других, то он не говорит их.

Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, [но] неполезные, неприятные и немилые для других, то он не говорит их.

Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, полезные, [но] неприятные и немилые для других, то он знает нужный момент для того, чтобы произнести их.

Если Татхагата знает, что эти слова недействительные, неистинные, неполезные, но приятные и милые для других, то он не говорит их.

Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, [но] неполезные, [хотя] приятные и милые для других, то он не говорит их.

Если Татхагата знает, что эти слова действительные, истинные, полезные, приятные и милые для других, то он знает нужный момент для того, чтобы произнести их. И почему? Потому что у Татхагаты есть сострадание к живым существам.

К этому можно добавить ещё один критерий — добрый настрой.

В «Вача сутта» Будда говорит, что правильная речь соответствует пяти критериям: она сказана в подходящее время, правдиво, доброжелательно, полезно и с добрым настроем.

В другой сутте также говорится о том, что нужно говорить из доброго настроя к человеку, а не из злого, как и о важности быть доброжелательными даже если люди к нам обращаются с ложью, несвоевременно, неся вред и говоря неприятно.

Метод Сократа Джеймса Оверхолзера

Сергей Падве организует серию воркшопов по этому подходу: четыре воркшопа по самим процессам, то есть технической стороне.

Но пятый воркшоп про цели сократического метода и темами с которыми он работает, проведу я.

Там я расскажу про самосовершенствование и добродетели, которые Оверхолзер описывает как цель терапии и содержание сократического диалога.

А также о добродетелях в Logic-Based Therapy Эллиота Д. Коэна, которой я занимаюсь, и в позитивной психологии Мартина Селигмана.

В этом посте я опишу, что пишет Оверхолзер, а потом прокомментирую.

Джеймс Оверхолзер — профессор психологических наук в Case Western Reserve University и директор программы клинической психологии.

Его основные области специализации — тревога, депрессия, суицидальность и расстройства личности.

Его подход к терапии в основном опирается на когнитивно-поведенческие стратегии с особым акцентом на сократический метод.

В 2018 году он выпустил книгу «Метод Сократа» которую рекомендовал к прочтению Аарон Бек как обязательную. Институт Альберта Эллиса на нее тоже ссылается.

Оверхолзер рассматривает как цель терапии и своего метода — метода Сократа — самосовершенствование.

Хотя он относит метод к КПТ, но выделяет и как отдельный, который может быть совместим с когнитивной терапией Бека и REBT Альберта Эллиса.

Самосовершенствование можно разделить на три сферы: самопознание (понимание своих чувств, эмоций, поведения); саморегуляцию, (управление собой); и самопринятие (уважение своей безусловной ценности).

Самосовершенствование проявляется в добродетелях.

Добродетели, как он описывает, — это качества характера, которые выражают универсальный идеал человека.

Им трудно дать определение, но их можно описать, почувствовать и понять. Добродетели являются ориентиром. Это сложное явление, которое состоит из эмоций, мыслей, поведения, намерений, то есть это скорее как схема. Добродетель должна включать и нравственный компонент.

Он выделяет следующие добродетели.

Мудрость — это понимание того, что реально важно, включая признание денег, славы и удовольствий менее важными. Это схватывание в целом всей картины мира, мироздания, себя в этом мире.

Другая добродетель - смелость или мужество. Это готовность противостоять трудностям и рискам. Это не безрассудство, когда мы вообще ничего не боимся, а готовность идти на обдуманные риски. Поэтому для смелости важна мудрость, чтобы выбирать, на какие риски идти ради стоящих целей.

Еще одна добродетель — умеренность. Это умение контролировать свои желания.

Следующая добродетель справедливость — это ответственность, то есть насколько мы правильно и справедливо относимся к другим людям, распределяем обязанности и права.

Также он выделяет добродетель — благочестие.

Это отношение к чему-то большему, чем ты, близкое к духовности и религии, но для него это больше, чем духовность и религия. Это в целом твоё отношение к смерти и скорее к некоторой высшей силе.

Он считает, что развитие этих добродетелей является целью терапии. Процесс сократического метода направлен именно на развитие этих добродетелей.

Сократические вопросы — это просто непрямой способ привести к добродетели, без лекций и нотаций, и помочь человеку стать лучше.

Он не боится использовать слово «порок». Он считает, что современные люди не думают о добродетели и культивируют пороки, что и является причиной многих проблем. Поэтому он считает важным преодолевать культивировать добродетели.

При этом терапевт не читает лекции и не навязывает своё конкретное понимание этих добродетелей. Но у него есть представление о них, и он изучает это понятие вместе с клиентом. Терапевт может даже сначала не говорить о них прямо, если это тяжело, но прямо или косвенно, но все же он говорит о смелости, мужестве, умеренности, благочестии и мудрости. К тому же у самого клиента тоже есть понятие об этих добродетелях, но оно скорее не раскрыто и не развито.

Хотя добродетели - это ориентир, но есть вещи довольно очевидные, которые Оверхолзер показывает на примерах своей работы как противоречащие добродетелям.

Но терапевт сам тоже должен стремиться к этому идеалу, следовать ему и изучать его, находясь в позиции изучающего.

С помощью сократического метода можно придти к апории - невозможности дать определение добродетели. Но это парадоксальным образом приводит к более глубокому ее пониманию и стремлению к ней.

Он прямо связывает свой метод с Сократом, с философией и сожалеет о том, что современные терапевты, которые используют сократический метод, игнорируют философию и просто рассматривают его как самоцель. Он критикует также зацикленность на эмпирических доказательствах и краткосрочных терапиях, потому что метод Сократа подразумевает довольно долгую работу, и не всё можно эмпирически подтвердить. Но он не отрицает эмпирические исследования или краткосрочный подход. Он говорит, что, например, экспозиция при ПТСР или ОКР - это хороший структурированный протокол, но не все проблемы можно так решить.

Многие вещи более сложные, и им нужен более сложный философский подход.

Также он не отрицает, но скептически оценивает медицинскую модель. Он говорит, что она помогает снять чувство вины, даёт понимание, но нельзя человеческие проблемы свести к расстройству и к поломке, которую можно починить с помощью протокола.

Интересно, что при зависимостях, например, он скорее предлагает почувствовать вину перед тем, как что-то делать вредное, чтобы перестать это делать.

Я согласен с ним, что медицинская модель, протоколы, исследования важны, но они не могут все объяснить и не могут быть единственным ориентиром.

Я согласен, что у сократического метода есть определённая цель - развитие добродетелей.

Я выступал на конференции американской ассоциации философского консультирования о добродетелях в терапии, где рассказывал о том, что добродетели часто подразумевались и подразумеваются в терапии, но прямо о них не так часто говорилось и говорится. Исключениями являются, например, Эрик Эриксон, Эрих Фромм и Мартин Селигман. Оверхолзер тоже является одним из таких исключений.

Использование добродетелей терапевту и клиенту даёт ориентир, но без навязывания того, как их реализовывать.

И учитывая, что добродетелей несколько, они строят целостный каркас личности.

Для меня спорный момент в методе Сократа Оверхолзера, что добродетели там все же слишком размытые и абстрактные понятия. В этом же проблема добродетелей в позитивной психологии Селигмана. И я бы не стал использовать так смело слово порок в консультировании как слишком морализаторски звучащее (если только клиент сам не готов к этому), но с клиентами он кажется его и не использует в приводимых примерах.

Мне нравится подход в Logic-Based Therapy, где есть одиннадцать пар добродетелей и противопоставленных им заблуждений с более ясным описанием.

Там есть чёткая система, как иррациональные убеждения и когнитивные искажения проявляются в заблуждениях и как их преодолеть через добродетели.

Другой спорный момент на мой взгляд, что он критикует гедонизм, то есть стремление к удовольствиям. Хотя я сам тоже не фанат философии гедонизма, но я думаю, что здоровый гедонизм возможен.

Оверхолзер довольно сильно акцентирует внимание на том, что стремление к внешним благам нам мешает.

Я согласен, что оно часто мешает, но, думаю, не стоит делать вывод, что внешние блага совсем неважны для всех. Наверное, он и не имеет это в виду, но такое впечатление может создаться.

Оверхолзер пишет, что вера в какую-то загробную жизнь скорее полезна и несколько раз приводит пример вопроса: "Что бы вам св. Петр сказал у ворот рая?". Мне кажется, это все же полезно для религиозных клиентов, а не для всех, но из его книги неясно использует ли он его именно для религиозных клиентов. А может быть образ Петра у ворот рая понимается метафорически в американской культуре как способ проверить живу ли я правильно.

Философия и терапия - путь личной трансформации к лучшему или бесцельное исследование себя?

Ран Лахав — израильско-американский философ и один из активных деятелей философского консультирования. Он пишет, что этот подход, в отличие от психологии, не имеет какого-то родоначальника, как Фрейд. В начале 80-х Герд Ахенбах из Германии начал заниматься эти, а позже по его примеру многие в разных странах мира тоже стали. Каждый разрабатывал свои методологии, поэтому философское консультирование — довольно разнородное движение.

Но Ран Лахав разделяет его на два типа: философское консультирование, которое опирается на критическое мышление, и философское консультирование, которое является трансформирующим. Хотя эта классификация условна и некоторые подходы могут использовать и то, и другое.

То, которое относится к критическому мышлению, — это довольно известное в России направление представленное, например, Оскаром Бренифье. Оно использует скорее инструменты философии, а не содержание, не сами философские идеи, а именно философские инструменты, то есть анализирует и препарирует способ мышления.

Некоторые из этих подходов направлены на решение проблем, некоторые — нет.

Трансформирующие подходы тоже могут решать проблемы и использовать анализ мышления, но они в первую очередь направлены на изменение жизни человека в целом, его личной философии, мировоззрения к лучшему.

Думаю, что как раз к трансформирующим подходам можно отнести Logic-Based Therapy, хотя оно тоже использует анализ мышления, решение проблем, но в LBT важна идея трансформации мировоззрения через преодоление заблуждений и развитие добродетелей.

К трансформирующим подходам, думаю, также можно отнести подход Лу Маринофф и Герда Ахенбаха, потому что они про то, как жить и быть лучше в целом.

Ран Лахав разделяет философию и психологию тем, что психология опирается на работу с психологическими механизмами, а философия, философское консультирование — обсуждение идей.

Работу с клиентом он разделяет на две части. В первой части идет исследлвание мировоззрение клиента. Мировоззрение клиента может быть поверхностным. Но Лахав считает, что у всех есть некоторая глубинная мудрость, которую можно раскрыть в себе и развить.

Он описывает пример. Женщина постоянно на работе помогает всем, всеми интересуется, организует что-то, дает советы, а дома смотрит телевизор или включает что-то на фоне. Потом она расстраивается, что с ней никто не хочет общаться, все её избегают.

Вначале он пытается понять её паттерны — эмоциональные, поведенческие и когнитивные. То есть он выясняет, как она себя ведёт, как думает, как чувствует. Он прямо использует выражение «эмоциональные и поведенческие паттерны», что похоже на КБТ.

Дальше они обсуждают, как расширить и углубить мировоззрение. Он предлагает ей разных философов, которые говорят о том, что нужно иметь свою жизнь, а не жить жизнью других людей. Он не использует философа, подходящего именно ей, как это предпочтительно делается Logic-Based Therapy (LBT).

Сначала она не хотела пересматривать своё мировоззрение, но потом смогла это сделать.

Ран Лахав говорит, что философия — это бесконечный процесс изменения, работы над собой, расширения своего мировоззрения, углубления. Это не изменение какого-то психологического механизма в определённый период времени.

В описании работы можно заметить сходство с тем, что происходит в стандартных терапиях и коучинге, где это может выглядеть также, за исключением предложения идей из философов.

Но тут разница в том, как мыслит философский консультант. Он не мыслит с точки зрения: «Ага, есть какая-то психопатология и расстройство, которое проявляется в нарушенных психологических механизмах. Как их нужно изменить, какие вмешательства использовать, чтобы их вернуть в норму?» Он видит человека, видит мешающие жить полной человеческой жизнью какие-то паттерны, связывает это с каким-то мировоззрением, понимает, что его можно изменить к лучшему, предлагает какие-то философские идеи, которые могут его расширить.

Кто-то из российских, из русскоязычных коллег может сказать: «Но я делаю то же самое в терапии и вижу клиента в терапии также». Это значит, что, скорее всего, вы уже занимаетесь философским консультированием или по крайней мере используете философское консультирование в рамках терапии, даже не осознавая этого. Но это можно делать и более осознанно и систематически.

В отличие от подхода Рана Лахава, в LBT есть чёткая концептуализация типов иррациональных убеждений, взятая из КПТ и РЭПТ, которые расширяются до философских заблуждений. Мы понимаем, какие именно философские заблуждения искажают мировоззрение. Есть также чёткая система философских добродетелей, которые показывают, к чему мы можем привести клиента, какие направляющие ориентиры могут быть в новом мировоззрении. У нас есть алгоритм, как можно менять эти убеждения, которые искажают мировоззрение.

Logic-Based Therapy больше связывает КБТ и философию. У Рана Лахава работа происходит более свободно.

Но и у него тоже есть выявление каких-то мешающих паттернов и их изменение с помощью философских идей на более здоровые (не в медицинском, но духовно-философском смысле).

У философского консультирования по Лахаву есть цель сделать человека мудрее, углубить его понимание себя, мира и других к лучшему. Здесь есть цель изменения к лучшему, как и в терапии.

Но в философском консультировании, в России особенно, распространилась идея, что как будто бы философское консультирование не имеет какой-то цели: «давайте просто поисследуем, порефлексируем, подумаем". А зачем и почему это делать — неясно, и куда это приведёт — тоже неясно.

Даже в терапии такое бывает в России очень часто, где бывает происходит деконструкция и подвергание сомнению всего, даже конструктивных или нейтральных идей клиента.

И мне кажется, что это может быть вредным, потому что это не только не даёт опоры и ориентиров, но и разрушает их.

Всё-таки терапия и философское консультирование должны помогать людям жить и быть лучше.

Потому что даже по самому значению слова «терапия» — это исцеление, то есть восстановление утраченной целостности, а терапевт — это по сути целитель.

Философия же — «любовь к мудрости», то есть «любомудрие». Поэтому она по своей сути про развитие добродетели мудрости, а значит, мы должны понимать, что есть мудрость, а что не есть.

Кто-то из коллег может сказать: «А как понять, что это вот более мудро, целостно, добродетельно?»

Но я бы здесь ответил словами из «Большой этики» Аристотеля.

В душе у нас есть высшее и низшее, и низшее всегда существует ради высшего, подобно тому как в отношениях души с телом тело существует ради души, и мы говорим, что тело в хорошем состоянии (ekhein kalos), когда оно способно не только не мешать, но даже содействовать и помогать душе делать ее дело (ведь низшее существует ради высшего, чтобы содействовать высшему).

Поэтому, когда движения чувств будут не мешать уму действовать, совершая свое дело, наступит соответствие разумному основанию.

На это могут возразить: «Да, но в каком состоянии движения чувств не мешают? И когда подобное состояние бывает? Я ведь такого не знаю». — На подобный вопрос нелегко ответить. В таком же положении оказывается врач, когда он велит давать настойку заболевшему горячкой, а его спрашивают: «А как узнать горячку?» Он отвечает: «Когда увидишь больного пожелтевшим». — «А как узнать пожелтевшего?»

Здесь врач должен понять, [как надо ответить]: если ты сам не ощущаешь таких вещей, скажет он, я ужо не в силах тебе объяснить.

Если врач, психолог, философ не понимает и не чувствует, что есть добро и зло, не верит, что есть какой-то человеческий идеал, к которому можно стремиться, не признает какие-то искажения этого человеческого идеала, то такому врачу, психологу и философу довольно сложно, если вообще возможно, кого-то лечить и консультировать, я думаю.

Да, трудно отделить добро от зла, но это не повод отрицать идеал и его искажения.

И если для философского консультирования, а тем более для философии, такая позиция ещё, вероятно, может быть допустима и обоснована, то терапии она совершенно противоречит.

Как жить по Аристотелю

Аристотель описывает идеал здорового человека. Он отталкивается от наблюдения, от реальности. Он видит, как ведёт себя человек, пытается выделить сущность, наиболее важное, и описывает такой идеал человека.

Идеал состоит из добродетелей, то есть качеств характера: благоразумие, мужество, например. Каждая добродетель - это идеал, который сам по себе находится между крайностями, пороками.

Например, мужество - это золотая середина между безрассудством и трусостью. Щедрость - золотая середина между скупостью и расточительством. Но золотая середина не просто среднее между двумя крайностями, а то, что определяется разумом в зависимости от обстоятельств.

Мужественный - тот, кто боится того, что надо, тогда, когда надо, того, чего надо, и не боится того, чего не надо, когда не надо. Трусливый боится того, чего не надо бояться. Безрассудный не боится там, где надо бояться.

Щедрый даёт деньги там, где надо, и не даёт там, где не надо. Расточительный даёт там, где не надо. Скупой не даёт там, где надо.

Все добродетели уравновешиваются разумом. Они не могут вредить, не могут друг другу противоречить, они составляют целостный идеал.

При этом добродетели максимально приятны и полезны. Если мы следуем добродетелям, то проживаем максимально приятную и полезную жизнь. Это помогает нам жить повседневную, внешнюю жизнь лучше.

Получается гармоничный идеал внутренне и внешне совершенного человека.

Для него нет конфликта между внутренним и внешним, между чувством и разумом, потому что добродетельный человек хочет то, что нужно хотеть, и не хочет того, что не нужно хотеть.

Для него нет конфликта между надо и хочу. Он радуется добродетельному, расстраивается из-за недобродетельного. Поэтому у него нет конфликта между разумом и чувствами.

Он поэтому может быть эгоистом, здоровым эгоистом, потому что то, что он любит и хочет, - это добродетели, это благо.

Внешние блага всё равно подчиняются этому внутреннему благу, добродетелям.

Для него важна мера.

Добродетель как раз и заключается в том, чтобы избегать крайностей и делать то, что нужно, в нужной мере и в нужных обстоятельствах.

Аристотель внешние блага не отрицает и считает важным их иметь, чтобы иметь полноту жизни, человеческую эвдемонию, но они вписаны в общую картину благополучной жизни (эвдемонии) в связи с добродетелями.

Он описывает идеал, к которому каждый из нас может стремиться и в соответствии с которым может жить. Но идеал этот недостижим в полной мере.

Это непросто. Как он говорит, легко начертить круг, но поставить точку ровно в центре этого круга довольно сложно.

Круг - это сфера всех возможных жизненных действий.

Точка в центре круга - и есть добродетель.

Почитать об этом можно в Никомаховой и Большой Этике. Последняя - вероятно пересказ его идей его учеником.

Я прослушал их на Литрес в озвучке Константина Королькова, так как его голос у меня ассоциируется с философами. Параллельно я гулял. Как будто гулял с Аристотелем.

И как будто еще 40 лет прожил.

Рекомендую начать с Большой Этики, так как несмотря на название она просто и коротко излагает более сложно развернутые идеи в Никомаховой.

В Никомаховой довольно много фраз трудно сходу понять. Я иногда останавливался и переслушивал, но старался делать это нечасто. Это как с чтением книг на иностранных языках.

Даже если слово или фраза непонятны, то можно читать дальше и из контекста становится понятно.

Философский и психологический пессимизм

Могут ли они быть здоровыми?

Стоит различать пессимизм как мировоззрение и как психологическую особенность.

Философский пессимист может быть очень позитивным и жизнерадостным человеком.

Но он считает, что в мире в целом преобладает зло, а не добро.

При этом он верит в добро.

Верит, что оно есть и что оно важно.

Он не циник и не скептик, не нигилист и не фаталист.

Цинизм - это отрицание добра в мире и людях вообще.

Скептицизм - холодное сомнение в истинности явлений

Нигилизм - отрицание ценностей или неверие в их реализацию

Фатализм - отрицание возможности изменить будущее

Все это может сопровождаться пессимизмом, но это не его сущностные черты.

Пессимист, горячо веря в добро и желая его, с сожалением признает, что зло и деструктив в целом более распространены, чем добро и конструктив.

Это не обязательно заставляет его впадать в болезненный психологический пессимизм, депрессию и отчаяние.

Напротив, именно понимая, что добро так неустойчиво и хрупко, он может его больше видеть, ценить и беречь.

Философы-пессимисты поэтому обычно не поддерживают самоубийство.

Психологический пессимизм, правда, часто является следствием философского пессимизма.

Психологический пессимизм обычно ассоциируется, в том числе и у специалистов, с депрессией и негативным влиянием на жизнь.

Конечно, существует нездоровый психологический пессимизм, связанный с жестким требованием к миру и людям быть определенными и глобальным их обесцениванием в случае несоответствия.

Он может приводить к депрессии, в том числе клинической.

Как и убеждение, что все скорее всего будет плохо, а значит ужасно, и я не смогу ничего сделать, будет приводит к тревоге

Но существует и здоровый психологический пессимизм, который заключается в понимании, что проблемы весьма вероятны и непредсказуемы, зло распространяется, а потому нужно быть готовым им противостоять.

Здоровый психологический пессимист не считает, что мир и люди абсолютно должны быть определенными, признает превалирование плохих тенденций в них, не обесценивая мир и людей в целом. Он видит позитивное, ценит его и стремится поддерживать.

Он не считает возможные плохие сценарии ужасными, но их прекрасно осознает и верит в свою способность справляться с трудностями.

Вероятно склонность к пессимизму наследуется и социально вырабатывается.

Когда пессимистам предлагают мыслить оптимистично, это может мешать им справляться с задачами, так как они перестают быть готовыми к трудностям.

В этом контексте любопытно, что историк Ключевский описывал этнических русских как таких здоровых пессимистов:

...лучше сам с собой, чем на людях, лучше в начале дела, когда ещё не уверен в себе и в успехе, и хуже в конце, когда уже добьётся некоторого успеха и привлечёт внимание: неуверенность в себе возбуждает его силы, а успех роняет их.

Ему легче одолеть препятствие, опасность, неудачу, чем с тактом и достоинством выдержать успех; легче сделать великое, чем освоиться с мыслью о своём величии.

Он принадлежит к тому типу умных людей, которые глупеют от признания своего ума.

И не вредит ли многим этническим русским, другим русскоязычным, усвоившим этот подход к жизни, попытка привить американский оптимизм через терапевтическую культуру в том числе?

К тому же оптимизм может быть тоже нездоровым.

У человека могут быть абсолютистские требования к реальности, но ему кажется, что реальность им соответствует или будет соответствовать.

Потому он склонен оценивать глобально мир и людей, но в позитивную сторону, что может тоже приводить к проблемам.

Другой важный момент, что один и тот же человек может быть в чем-то пессимист, а в чем-то оптимист, и это скорее стратегии, которыми можно гибко пользоваться в зависимости от ситуации.

Проблема больше в нереалистичных пессимизме и оптимизме. А реалистичный пессимизм может быть полезным, как и реалистичный оптимизм.

В текущей мировой ситуации определенная доля реалистичного пессимизма, думаю, нам не помешает по крайней мере как одна из стратегий.

Исраэль Иуда является хорошим примером того, как работает философия.

С точки зрения психиатрии и психотерапии он имел, вероятно, какие-то психические (психологические) расстройства, в частности зависимость.

Но у любой психологической проблемы есть и философский аспект. Дело не только в том, что у него были какие-то симптомы и нарушенные психологические процессы.

Дело в том, как он видел мир и других, себя и свое место среди других и в мире.

А это включает в себя и этический аспект: "это не безумие, здесь скорее что-то с совестью", как сказал ученый Гибарян психологу Крису Кельвину в "Солярисе" Тарковского.

На примере Исраэля можно увидеть, что для многих людей с зависимостями (и не только) терапия помогает, но может быть недостаточно, и нужно нечто большее.

Нужно изменение мировоззрения и личной философии

И это мировоззрение может стать религиозным, но не обязательно им.

Религиозная философия только одна из возможных философий.

И почему это помогает?

В том числе потому что и философия и религия помогают развить определённые качества характера (добродетели, высшие универсальные ценности), такие как любовь, уважение, терпение, мужество, принятие, которые служат опорой и ресурсом.

И терапии как раз часто может быть недостаточно на это обращают внимание в отличие от философии и религии.

И мы видим, что Исраэль обращался и к нерелигиозной философии, чтобы найти ответы.

Ему она нравилась, но ему чего-то не хватало, как он сказал, потому что они полагаются в первую очередь на человеческий разум и на них труднее опереться.

Интересно также, что мировоззрение, философия связаны с идентичностью, в его случае еврейской.

Хотя он мог бы, конечно, стать православным или мусульманином, также ориентируясь на свои корни, но выбрал именно иудаизм.

Поэтому мировоззрение иногда проще выбрать, исходя из своего происхождения, потому что оно часто ощущается как свое в этом случае, но это не всегда так, конечно.

С точки зрения именно философского консультирования непринципиально какое это мировоззрение.

Главное, чтобы оно было конструктивным и чтобы человек чувствовал, что это его и ему это помогало жить и быть лучше.

И это, конечно, не является новой зависимостью, как он правильно говорит.

Он описывает, что религия противоположность зависимости, потому что в случае зависимости ты делаешь то, что хочется и нравится, исходя из своего Эго, а религия как раз помогает преодолеть своё Эго и обуздать свои желания, как и многие философии.

Хотя неправильно понятая религия или философия могут иметь деструктивную форму, но религиозность или духовность могут быть здоровыми и помогают преодолеть расстройства и зависимости, что подтверждается исследованиями.

Опять же, это не значит, что всем нужна религия, но какая-то личная философия нужна всем.

Она, правда, и так есть у всех людей, но часто деструктивная, нелогичная и слишком противоречивая.

Выработать свое мировоззрение, научиться правильно мыслить и развить качества характера как раз может помочь философское консультирование.

Метафизическая уверенность и сожаление об ошибках

Довольно часто мы все сожалеем об ошибках прошлого. Порой это становится болезненным.

Это происходит в связи с нашим мышлением:

Я абсолютно не должен совершать ошибок

Если я их совершал, то это ужасно

Я совершал

Значит, это ужасно

Это можно опровергать, развивая такое качество характера (добродетель) как метафизическая уверенность, то есть принятие реальности во всей ее полноте, в частности и ошибок прошлого.

Довольно естественно, что мы совершаем ошибки будучи несовершенными людьми.

При этом некоторые из них возможно ошибки относительные или вообще не ошибки.

Но даже если это ошибки, то они разной степени "плохости". Даже серьёзная ошибка могла бы быть ещё более серьёзной.

Мы можем воспринимать их как опыт, урок, объективно видеть причины и следствия, в том числе положительные, и постараться сделать из лимонов лимонад, постараться не совершать в будущем этих и других ошибок.

Это можно подкрепить, например, идеей румынско-французского философа Эмиля Чорана из "Горьких силлогизмов", что скорее всего о любых решениях мы будем хотя бы иногда сожалеть:

В свою очередь, моя мать в своем последнем письме, ставшем для меня чем-то вроде завещания, в конце приписала: «Что бы ни сделал человек, рано или поздно он об этом пожалеет».


Напоминаю, что завтра будет первое занятие группы философского коучинга, направленной на развитие своих качеств характера с помощью логики, различных философских идей и КПТ техник, к которой ещё можно присоединиться.

https://cbt-philosophy.com/howtolive

Часто люди, психологи в том числе, например, или очень яростно спорят, или вообще не пытаются возражать, критиковать конструктивно.

Думаю, и в работе с клиентами иногда бывают крайности: или всё одобрять и со всем соглашаться, или навязывать определённую позицию.

У Аристотеля есть очень актуальная для сегодняшнего дня идея.

В «Никомаховой этике» он пишет, что стремление всегда всё одобрять, ничему не возражать, никогда не расстраивать, это порок обходительности.

Такое же стремление ради денег и выгод - это лесть. Тоже порок.

Но стремление спорить, противодействовать и критиковать, также вредная крайность.

Золотая середина не имеет названия.

Аристотель говорит, что, хотя она ближе к любезности, но, в отличие от неё, не связана с чувством симпатии к конкретному человеку.

Это скорее внутреннее качество - ориентироваться на то, чтобы не огорчать людей и делать им приятное.

Но ради значительного блага эта добродетель позволяет немного огорчить людей в требующих этого обстоятельствах или проявить несогласие, если согласие приведёт к значительному вреду.

Добродетельный человек соизмеряет то, как общаться с разными людьми, с близкими, знакомыми, незнакомыми, людьми разного статуса, выбирая наиболее разумный способ общения с ними в зависимости от ситуации и типа отношений и того, какие это люди, сохраняя установку на то, чтобы быть приятным, за исключением случаев, когда быть приятным и не возражать может оказаться слишком вредным.

Как принимать решения

Лу Маринофф, еще один из самой знаменитой четверки признанных лидеров философского консультирования (другие - Герд Ахенбах, Ран Лахав и Эллиот Д. Коэн) пишет, что в принятии простых решений можно особо не думать.

Но в случае сложных решений нужно уметь использовать как добродетели (ориентир на идеальные качества характера), так и консеквенциализм (расчет последствий) с деонтологией (идея долга), как он утверждает.

Лу Маринофф предлагает использовать тот или иной подход, ориентируясь на чувство справедливости, что в общем-то про добродетель.

Попытаюсь описать, как это я вижу.

Консеквенциализм - это про оценку действий, исходя из их последствий. Он есть разный.

Можно выделить тот, который оценивает поступок исходя из количества добра для большего числа людей, и тот, который оценивает его исходя из блага для самого индивида - этический эгоизм.

Деонтология ориентируется на правило ("должен"/не должен").

Этика добродетелей - на добродетели (мужество, мудрость, терпение и др.), то есть качества характера, выражающие идеал человека.

Я заметил, что многие думают, что этика добродетелей - про предписание определенного правильного поступка.

Но как раз наоборот - деонтологическая и консеквенциалистская этики пытаются понять какой поступок правильный, как отмечает Элизабет Энском, в отличие от этики добродетелей, которая дает только ориентиры.

Интересно, что терапевтическая культура, а порой и терапевтические модели, часто ориентированы на консеквенциализм, особенно этический эгоизм, где последствия рассчитываются исходя из последствий для самого человека.

Обычно терапевтическая культура даже противостоит идее долга и общей пользы.

Если же говорить о плюсах и минусах в личной жизни этих трех систем этики, то консеквенциализм сводит все к калькуляции общего или своего блага, что воспринимается слишком механистичным и бесчувственным, но зато выглядит рациональным.

Деонтология требует следования своему долгу, что может быть негибким, но дает четкую норму.

Правда, как отмечала Элизабет Энском, защищая этику добродетелей и критикуя этику долга, долг без религии не имеет смысла.

Сама этика добродетелей, правда, довольно размытая, индивидуальна в контексте, но зато гибкая.

Поэтому это все можно сочетать.

Вообще есть разные подходы, которые их и сочетают.

Но если по-простому, то думаю это можно сочетать так.

Деонтология дает четкое правило (как я должен поступить), консеквенциализм дает расчет максимального добра для всех, а добродетели - общий ориентир хорошего человека и набор добродетелей, оглядываясь на которые я могут принять лучшее решение.

Этический эгоизм вероятно тут тоже может быть не лишним, так как я все же есть у себя и должен это учитывать.

Как это можно применить на практике.

Например, кто-то задумался завести ли ребенка, но сомневается.

Можно просчитать, что прибавит больше добра для большего числа людей и/или для меня: рождение или не рождение ребенка.

Можно ориентироваться на долг, что я по каким-то причинам должен иметь или не иметь ребенка.

Можно подумать, учитывая добродетели благоразумия, терпения, мужества и другие, что будет для меня в этом контексте будет более добродетельным, мудрым.

В Logic-Based Therapy есть добродетель метафизической уверенности, которая заключается в принятии сложности и неопределенности мира. Есть также добродетели дальновидности и благоразумия, которые ориентируют на выбор наиболее взвешенного решения, учитывая возможные последствия.

Также важны добродетели мужества, решительности, терпения и настойчивости, чтобы принять решение и воплощать его, несмотря на трудности.

Так что консеквенциализм и деонтология не противоречат этике добродетелей, а вписываются в нее, но они без этики добродетелей кажется теряют человечность. Ничто из этого, конечно, не гарантирует правильного и безупречного решения.

Что такое мудрость?

Пересказ статьи Philosophical Counselling as a Process of Fostering Wisdom in the Form of Virtues

Мудрость часто описывается как цель философского консультирования.

Но что это?

Интересно, что автор статьи ссылается на Роберта Нозика, либертарианского философа, который считает мудрость необходимой для того, чтобы хорошо жить и справляться с проблемами.

А Герд Ахенбах, кстати, упоминал философа коммунитариста (не путать с коммунистами и анархистами) Амитая Этциони, доказывая важность добродетелей. Политические философии разные, а выводы - схожие.

Так вот мудрость и состоит из многих добродетелей, то есть качеств характера.

Автор приводит следующий условный список: самопознание (понимание своей психической и телесной жизни), знание окружающего мира как социального, так и материального, рассудительность (умение достигать целей не слишком дорогой ценой), открытость новому, искренность, терпение, милосердие.

Мудрость несовместима с мелочностью, эгоцентризмом, жестокостью, безрассудством, манипулятивностью, упрямством, неблагодарностью, лживостью, высокомерием.

Объективность обозначает умение видеть себя и свои проблемы в широкой перспективе, не зацикливаясь на себе. Важно уметь понимать, что мир и жизнь не существуют специально для нас.

Другие добродетели тоже важны: умеренность, осторожность, терпение, мужество, предусмотрительность, подлинность.

Все они помогают в достижении подлинно удовлетворяющей нас жизни, как в практических, так и моральных ее аспектах. Их не нужно каждый раз изобретать, так как люди веками в разных местах, сталкиваясь со схожими проблемами, выработали эту систему, которая довольно универсальна, несмотря на то, что ситуации могут требовать разных добродетелей.

Философия - это любовь к мудрости. Мудрость - это стремление к добродетелям.

Поэтому философ - это не тот, кто пишет книги или участвует в дискуссиях, а тот, кто старается хорошо жить.

Так вот философское консультирование предлагает человеку стать философом.

Но без добродетелей консультирование теряет ориентир и силу. Правда, это не про обсуждение добродетелей, а их практику.

Задача философской практики помочь человеку стать мудрее, но отталкиваясь от его контекста и мировоззрения. И такой подход может быть терапевтическим, в том смысле, что дает облегчение страданий.

Но с другой стороны он не сводится к этому, так как мудрость - нечто большее, чем избавление от страданий, которое скорее является ее побочным эффектом можно сказать.

Добродетели у Ахенбаха

Logic-Based Therapy, которой я занимаюсь, на самом деле является virtue-based, то есть основанной на добродетелях.

Логика и инструменты КПТ - только способ их развития в ней.

И это то и вызывает больше всего вопросов и критики, с которой я сталкиваюсь.

Одни говорят, что это навязывание морали, православия и почему-то позиции РПЦ.

Другие думают, что это излишне, так как или в терапии будто бы это уже есть, или не является необходимым.

Но добродетели как идеал человека и качества характера (любовь, мужество, терпение и др.) были важнейшей частью человеческой жизни задолго до христианства и являются ей в других традициях тоже.

Терапии же развивают добродетели косвенно, обычно избегая прямо о них говорить.

Герд Ахенбах, немецкий философ и вероятно первый философский консультант, создавший свой подход, отличающийся от LBT, пишет, что утрата идеи добродетелей и является причиной проблем современного человека.

Перескажу, что он пишет в 9 главе своей книги Philosophical Practice.

Задача философии всегда была в том, чтобы помочь человеку понять как жить и стать лучше, правильно жить.

Тем более это касается философского консультирования.

Поэтому и сам философский консультант должен стремиться к этому в своей жизни.

Философская практика не должна быть отдельной профессией, не имеющей отношения к тому, как он живет сам.

А понять как жить правильно невозможно без идеи добродетелей, как он утверждает.

Хотя это слово совершенно дискредитировано сегодня и люди не понимают его значения. Но дело здесь не в невежестве.

В Античности человек был призван жить свою жизнь лучше и правильнее. С приходом христианства акцент сместился на руководство твоей жизни Богом.

В современном мире победили идеи Руссо, который сделал акцент на обществе.

У Ахенбаха именно Руссо выглядит основателем терапевтической культуры.

Он пишет, что для Руссо есть какой-то хороший, истинный человек внутри меня, который был испорчен обществом, окружающими. А потому через осмысление этого и отказ от этого влияния, я могу стать собой, собой хорошим.

Ахенбах прямо пишет, что такое мышление приводит к терапии.

Современный человек уже не воспринимает себя как призванного прожить достойно свою жизнь или смиренно принимающего ее из рук Бога.

Он воспринимает себя как жертву обстоятельств.

Поэтому Ахенбах пишет, что философский консультант- это садовник, который через прояснение помогает развить добродетели.

Идея же добродетелей по его мнению невозможна без идеи "пороков". Но в LBT мы используем понятие философское заблуждение как аналог этого.

Ахенбах же считает, что не называя пороки пороками, мы культивируем их.

Он приводит высказывания своих клиентов, точнее посетителей, гостей в его терминологии, и утверждает что в их словах можно увидеть классически пороки:

Superbia - гордость, тщеславие

Acedia - лень, уныние

Luxuria - похоть, привязанность к удовольствиям (аддикция)

Ira - гнев, злость, ненависть

Invidia - зависть

Aphrosyne - безрассудство

Задача философской практики по Ахенбаху не выкорчевать их, но дать инструменты и пространство для роста добродетелей.

В LBT мы настолько сильно в моральную плоскость проблемы не переводим, но безусловно у любого проблемного переживания и поведения есть этический аспект, который нужно учитывать.

Также как добродетель, конечно, имеет этический аспект, но к нему не сводится.

Интересно, что Ахенбах считает, что главный вопрос, на который отвечает философия и философская практика, - это вопрос "Как жить?".

Это вопрос, которым каждый, думаю, задавался.

Именно так, не зная об этой идее Ахенбаха, я назвал свою группу философского коучинга, второй набор которой стартует 2 сентябре, и к которой еще можно присоединиться, в том числе к отдельным встречам.

Бесплатный бот на основе КПТ, РЭПТ и LBT

Несколько лет назад я разработал содержательную часть Телеграм чат-бота для работы с эмоциональными проблемами на основе модели ABC из РЭПТ, который технически был реализован Екатериной Перепелкиной.

Основой там была работа над иррациональными убеждениями по РЭПТ.

Также он включал изменение автоматических мыслей, навыки осознанности и решения проблем.

Мне, честно говоря, самому он вообще кажется уже слишком "техничным" и четким - по интегративной и мультимодальной КПТ на основе протокола современной РЭПТ.

Но тогда для меня это было важным. И возможно это его сильная сторона.

Недавно он был обновлен и полностью перенесен на сайт.

Сохранив прежнюю структуру, он сейчас дает более гибкие формулировки, благодаря использованию ИИ.

Хотя возможно из-за него он также где-то злоупотребляет психологическим жаргоном (типа "отзывается" и "потребности"), но это вероятно будет исправлено .

Теперь он также дополнен выбором философских добродетелей и философских идей-антидотов для преодоления иррациональных убеждений из Logic-Based Therapy.

Хотя в работе с убеждениями он по-прежнему использует психологическую ABC модель из РЭПТ, а не практические силлогизмы из LBT.

Есть два варианта сессий: короткая и стандартная.

Работает на русском и английском языках.

Будем рады обратной связи, если вы его решите попробовать.

https://coolmind.io/?utm_source=telegram&utm_medium=referral&utm_campaign=psychologist_channel

Самоконтроль

Это одна из философских добродетелей, то есть качество характера и идеал человека.

Она проявляется соответственно в умении управлять собой.

Мне кажется, любая терапия и консультирование в итоге учат этому.

И эта идея присутствует во многих философских и религиозных традициях.

Непонимание возможности управления собой - одна из основных причин почему люди не меняются к лучшему.

Это непонимание можно отнести к философскому заблуждению.

Оно характерно и для тех, у кого есть аддикции (зависимости) - проблема с которой я работаю.

Может быть для кого-то самоконтроль и управление собой звучат слишком западно и терапевтично.

Но, например, в византийских и средневековых русских текстах идея самовластия именно в значении ответственности за свое мышление, поведение и эмоции тоже есть.

Мы можем управлять своим поведением.

Хотя это иногда непросто, но работа над этим возможна. Еще сложнее управлять своими влечениями, эмоциями и мыслями. Но выбирать свои действия, несмотря на них, мы точно можем.

За само возникновение мыслей, желаний и чувств мы обычно неответственны. При этом поддерживать их или отказываться от них, снижать их интенсивность или увеличивать - мы можем до определенного предела.

В рамках этой добродетели можно выделить также терпение (готовность переносить трудности ради стоящих целей), настойчивость (повторение действий ради них), решительность (смелость действовать), терпимость (умение переносить несовпадение мнений).

Но все это должно быть на основе благоразумия (понимания зачем я к какой-то цели стремлюсь и стоит ли она того) и дальновидности (понимания последствий моих действий).

Все эти добродетели тренируются через практику работы над собой, в том числе практические действия (отказ от следования какому-то желанию, например).

Легче это делать с опорой на идеи из той или иной философской традиции: стоицизм, светский гуманизм или другие.

Приведу пример такой идеи из средневекового русского сборника "Златоуст":

самовла‌стни бо есмы‌ добру‌ и злу‌, а‌ще восхо‌щем твори‌ти благо‌е и зло‌е.

Из грамматики Лудольфа (1696 год), где записана речь русских купцов:

Безумно сердится на человека, что он не самым обычием воспитан был, как мы.

Прогневатся на человека что мысли ево не сходятся с моими мыслями равно как бы я хотел сер­дится что лице ево розличное от моево.

Сегодня клиентка не сможет быть на демосессии (но в следующий четверг будет), поэтому в 20.00 по московскому времени поотвечаю на вопросы и поговорим о Logic-Based Therapy, философском консультировании и терапии.

Ссылка за 15 минут до начала в комментарии.

В чем разница философского, психологического консультирования (терапии, психотерапии) и коучинга

Возможно покажется сложным, долгим и абстрактным, но другие посты в этом канале будут и более практичные.

В Psychologies эту тему затронул Николай Герасимов, но вероятно в силу формата и объёма публикации тема там на мой взгляд не до конца раскрыта.

Я уточню написанное там.

Сначала опишу то, как это в западной культуре, а потом российскую специфику, потому что есть некоторая разница.

Стоит иметь в виду, что нет общепринятых определений этих профессий, границы их размыты и пересекаются, и могут быть и другие трактовки

Я опирался в основном на Philosophy, Counselling and Psychotherapy и руководство по коучингу

Чтобы понять разницу сначала нужно пояснить что такое психологическое консультирование (терапия, психотерапия).

Вообще в широком смысле слова "терапия" - это любой курс вмешательств направленный на улучшение здоровья и самочувствия (от массажа до химиотерапии).

В узком смысле слова - психотерапия или психологическое консультирование в их изначальном понимании - это работа с человеческими переживаниями как естественно-научным объектом, подчиняющимся причинно-следственным механизмам, которые могут "ломаться", а потом починены.

Причем "починка" происходит с помощью набора определенных философий (от детерминизма и позитивизма до экзистенциализма и буддизма), упакованных в терапевтическую модель.

За норму берется общественный идеал человека из культуры, где терапия формировалась, что впрочем прямо обычно не проговаривается.

Это все характерно для КПТ и психодинамических терапий - двух типичных терапевтических традиций.

Третья - экзистенциально-гуманистическая - стоит несколько особняком.

Эти терапии рассматривают человеческие переживания как проявления целостной личности, не придавая особого значения "психологическим механизмам" и пересматривают социальные нормы, исходя из своей философии.

Но так как они формально остаются в лоне психологической традиции, осуществляются психотерапевтами, то все равно являются частью этой системы в первую очереди, будучи там своего рода "философскими партизанами".

Экзистенциальная терапия по факту является философским консультированием в рамках терапии, но опирается на предпочитаемую ей философию - экзистенциализм.

Психологический подход, опирающийся на идею причинно-следственных связей, очень хорош для клинических расстройств (выраженная депрессия, например), особенно если философия модели клиенту подходит.

В случае субклинических расстройств (чрезмерно плохое настроение не достигающее степени клинической депрессии) он тоже может работать, но вероятно менее хорошо.

А в случае жизненных трудностей (кризис среднего возраста, развод, эмоциональные переживания по этому поводу) вероятно они будут избыточны.

Поэтому существует коучинг.

Он направлен не только на достижение практических целей и решение практических проблем, но и на эмоциональные и поведенческие проблемы.

При этом традиционный психолог с неклинической проблемой, конечно, может работать, но склонен смотреть на клиента как субклинического "недопациента".

Коуч может работать с эмоциональными и поведенческими проблемами и при клинических расстройств (коуч по аддикциям и СДВГ, например), если это не острое состояние, но смотрит на проблему как задачу, требующую решения, не фокусируясь на симптомах, диагнозе и патологии.

То есть существуют пересечения в их работе, учитывая к тому же, что терапевты используют инструменты из коучинга, а коучи - из терапии.

Важное формальное разграничение - терапию проводит специалист с медицинским или психологическим образованием, чья деятельность обычно регулируется законодательно и входит в страховую медицину, в отличие от коучинга.

А сейчас можно перейти к философскому консультированию.

Проблема в том, что в отличие от терапий, которые все выросли из естественно-научной рамки и отталкивались от Фрейда, а потому обладают некоторыми общими чертами, философское консультирование представляет собой довольно разнородное движение, начавшее появляться в разных местах, начиная с 80х годов прошлого века.

Их объединяет только то, что его проводят в первую очередь философы, которые помогают людям в решении их жизненных проблем, не опираясь на модель причинно-следственных связей.

Они видят проблему человека как философскую.

Например, как проблему мышления как такового (не как в КПТ, где мышление - один из звеньев психопатологического механизма), проблему мировоззрения, и часто не опираются на определенную философию.

Если говорить о Logic-Based Therapy, которой я занимаюсь, то это философская модель, которая не использует модель причинно-следственных связей, но взяла из РЭПТ (исторически первой КПТ) универсальные иррациональные паттерны мышления (глобальную оценку личности, например), расписывает их как целое философское заблуждение, а не просто установку, и трактует рациональность в социокультурном контексте клиента.

Дальше мы из речи клиента формулируем эти убеждения виде практического силлогизма и проводим анализ заблуждения (к чему оно приводит? Насколько оно хорошо описывает реальность и насколько оно логично?).

Потом мы обязательно выбираем добродетель (качество характера), которое поможет заблуждение преодолеть (например, безусловное уважение к человеку) и служит ориентиром вместо социальной нормы (все же учитываемой).

Эти добродетели можно выбрать из готового списка, который собран на основе западных и восточных традиций, и довольно универсален.

После этого подбирается философский антидот, который заключается в какой-то философской идее из той традиции, которая ближе клиенту (допустим, уважение человека из светского гуманизм).

И дальше вместе с клиентом подбирается задание, которое развивает добродетель через работу над своим мышлением, переживаниями и поведением.

Это очень практичный подход.

Он может использоваться в терапии клинических расстройств терапевтом, философским консультантом - для работы с жизненными проблемами, коучем - для работы над достижением целей и решением задач.

Поэтому LBT позволяет не "философски партизанить" внутри терапии, а использовать философский подход в рамках той или иной профессии.

Но если происходит работа с неклиническим расстройством, то она может выглядеть одинаково как у терапевта и философского консультанта, так и у коуча.

В России терапевтическая культура (психологическое массовое сознание) появилась раньше институциализированной терапии, которая до сих пор толком и не оформилась.

Здесь психолог (терапевт) часто стихийно и интуитивно соединяет в себе роль терапевта, философского консультанта, коуча, наставника, ментора в силу того, что клиенты обычно не столько страдают от клинических расстройств, сколько не имеют жизненных навыков и испытывают мировоззренческий кризис. Социальные нормы при этом противоречивы и изменчивы.

Поэтому LBT в России важна, так как наводит мосты между терапией, коучингом и философским консультированием, закрывая широкий спектр проблем, и позволяет использовать любые философии, которые не противоречат добродетелям, но не привязываясь к конкретной социальной норме.

Другие подходы философского консультирования часто противопоставляют себя терапии, будучи более свободными и творческими.

Мне ближе идея философского переосмысления терапии и синтеза ее с философией, поэтому я занимаюсь LBT, которая сочетает четкость и практичность КПТ с гибкостью и глубиной философского консультирования.

LBT не исключает использования идей и практик из других психологических и философских подходов.

Если подытожить, то можно сказать, что разница в том, как специалисты видит клиента.

Традиционный психотерапевт смотрит на него скорее как пациента.

Экзистенциально-гуманистический и близкий к ним видит за симптомом философскую проблему, но исходя из своей философской системы.

Коуч - человека, которому нужно помочь решить проблему и достичь цели.

Философский консультант - человека, у которого есть проблема с мировоззрением и/или логикой с точки зрения разных философий.

И все это может пересекаться в практике разных специалистов.

Обучение философскому консультированию Logic-Based Therapy (LBT) и Logic-Based Consultation (LBC)

У меня есть хорошая новость для специалистов.

В сотрудничестве с Logic-Based Therapy Consultation Institute, аффилированным с National Philosophical Counseling Association и возглавляемым Elliot D. Cohen, я официально буду проводить обучение Logic-Based Therapy (LBT) и Logic-Based Consultation (LBC) на русском языке.

Если вы хотите профессионально обучиться этому подходу и получить соответствующую сертификацию, уже сейчас можно предварительно написать мне.

Формат и даты обучения сейчас уточняются. Планируется на следующий, 2027 год. Обучение будет проходить удалённо (в Zoom).

Стоимость программы — 425 долларов (возможна оплата в рублях).

Кто может претендовать на обучение?

-врачи-психиатры;
-врачи-психотерапевты;
-специалисты в области психологии с образованием не ниже уровня магистратуры и специалитета;
-специалисты в области философии с образованием не ниже уровня магистратуры и специалитета.

Методика обучения при этом одна и та же.

Различается не содержание программы, а сфера профессиональных полномочий, которая определяется базовым образованием специалиста.

Специалисты с медицинским или психологическим образованием смогут получить сертификцию в Logic-Based Therapy и использовать LBT в рамках своей профессиональной компетенции, в том числе в работе с клиническими расстройствами и психологическими проблемами.

Философы смогут получить сертификацию в Logic-Based Consultation и применять ту же методику в работе с неклиническими жизненными проблемами.

Таким образом, методика одна и та же — различается только уровень профессиональных полномочий в зависимости от базового образования.

Группа философского коучинга

Для тех, кому не нужна профессиональная сертификация, но кто хочет познакомиться с подходом и научиться применять его к собственным жизненным ситуациям, я провожу отдельную, не обучающую клиентскую группу Logic-Based Coaching, где используется этот же подход в решении неклинических эмоциональных, поведенческих и практических проблем, а также для достижения жизненных целей.

Старт группы — 2 сентября.

Стоимость полного курса — 300 евро (возможна оплата в рублях).

Можно присоединиться как ко всему курсу, так и к отдельному занятию.

Подробности о группе: здесь

Если вас интересует обучение LBT/LBC или участие в группе философского коучинга, напишите мне заранее и укажите, что именно вас интересует: @DocFrolov

Метафизическая уверенность с точки зрения Платона и Аристотеля

Вероятно, основным философским заблуждением, которое приводит в том числе к психологическим проблемам, является абсолютистский перфекционизм.

Это жёсткое требование к реальности быть определённой ("Я, или другой, или мир абсолютно должны быть X")

Из него мы потом выводим глобальную идеализацию, когда реальность нашему требованию, как нам кажется, соответствуют ("Значит я, или другой, или мир абсолютно прекрасны"), или глобальное обесценивание, когда этого соответствия не наблюдаем ("Значит, я, или другой, или мир абсолютно никчемны").

Чтобы преодолеть это философское заблуждение, нам нужно развивать добродетель метафизической уверенности.

Метафизическая уверенность — это признание реальности такой, какая она есть, понимание ее, можно сказать, уважение к ней.

Но при этом видение её относительных недостатков и достоинств, возможностей и изменчивости.

Метафизическую уверенность можно развивать на основе разных философий.

Например, Платона и Аристотеля.

Хотя они во многом противоположны, но оба говорят о метафизической уверенности, и, если поразмышлять, их можно примирить.

Возможно, они просто говорят о реальности с разных сторон.

Например, человек абсолютистски требует от себя как отца, матери, мужа, жены, специалиста достижения какого-то идеала.

С точки зрения платонизма можно сказать, что объективно существует духовный идеал, с которым мы сравниваем реальных людей.

Этот идеал неизменен и абсолютен.

А на практике в изменчивой реальности из-за ее хаотичности существуют какие-то неидеальные люди, которые только в той или иной степени соответствуют этому идеалу.

Требовать от реальности соответствия идеалу тоже самое, что пытаться заставить отражение в зеркале иметь объем, например, и ругать зеркало за то, что оно полностью не отражает всего человека как есть. Но можно и нужно стараться, чтобы зеркало нас отражало лучше.

Аристотель бы сказал другое.

Он отвергал идею существования таких идеальных форм отдельно от вещей.

Каждый отец, каждая мать, каждый специалист уже содержит в себе возможность стать лучше, то есть в них уже потенциально содержится возможность развития своей благой роли.

И этот идеал раскрывается через деятельность, а представление об идеале содержится в нашем разуме как отражение общего, то есть того, что свойственно этому явлению.

Например, мы видим, в чём заключается роль отца или матери, и в своём разуме можем представить этот идеал.

Но из-за того, что в природе существуют различные случайности, этот идеал не может полностью раскрыться или может вообще не раскрыться, так как всегда будет что-то препятствовать.

При этом мы можем все же из себя как человека постараться сделать, например, лучшего специалиста.

То есть с точки зрения Аристотеля мы можем и должны скорее реализовывать то, что уже потенциально содержится в самом человеке через его деятельность, но этот процесс не имеет конца.

А с точки зрения Платона скорее мы можем и должны только уподобляться идеальному образцу, но им не станем.

И здесь Аристотель звучит более оптимистично.

Мне кажется, его влияние во многом прослеживается в современных терапиях.

Вообще существует мнение, что западная культура более аристотелевская, а русская и православная скорее платоновские.

Как вы думаете, есть такое?

Но в любом случае оба философа говорят о важности стремления к идеалу при невозможности полного соответствия ему.

Вам кто ближе? Аристотель или Платон? Или оба? Как их можно соединить?

Лекций по понедельникам пока не будет, но в четверг демосессия как обычно.

Философский подход к тревоге

Тревогу можно рассматривать как феноменологическое проявление того же процесса, который в мышлении проявляется в виде требовательного ожидания от реальности отсутствия угроз, требования гарантий безопасности. Обнаруживая, что таких гарантий нет, мы угрозу возводим в ранг катастрофы или близко к этому.

Говоря философски, у нас есть проблемы с онтологией и метафизикой, то есть мы ошибочно считаем, что в самом устройстве мира не должно быть угроз (метафизический перфекционизм), хотя фундаментально реальность изменчива и не гарантирует безопасности. Также у нас есть проблемы с эпистемологией (познанием): мы преувеличиваем (а иногда преуменьшаем) угрозу, неверно оцениваем риски и факты (кардинальные заблуждения катастрофизация и чрезмерное упрощение реальности).

Это можно сформулировать в виде практического силлогизма:

В мире не должно быть опасностей и угроз.

Если они есть, то они ужасны.

Они есть.

Значит, они ужасны.

Мы можем проанализировать его на предмет соответствия логике, фактам и практической пользе. И мы можем убедиться, что абсолютных гарантий безопасности нет и не может быть, как бы нам этого ни хотелось, что их требование ничего не меняет к лучшему, а только парализует. А также можем убедиться, что опасности хотя и есть, но имеют разную степень вероятности и силы. Возможно их нет там, где мы видим их, но есть там, где мы их не ждем.

После этого можно определить направляющие добродетели (качества характера): метафизическая уверенность (умение принимать реальность такой, какая она есть, и видеть возможность и смысл в ее несовершенстве, в то же время преодолевая его там, где это возможно), мужество (готовность идти на разумные риски), самоконтроль (умение управлять своими мыслями, эмоциями, волей и поведением), благоразумие (умение принимать неопределенность решений и действовать, взвешивая разные последствия), дальновидность (умение просчитывать разные вероятности и последствия событий и действий), объективность (умение реалистично оценивать окружающее) и научность (умение устанавливать причинно-следственные связи между событиями).

После этого мы можем приступить к развитию этих добродетелей, опираясь на идеи философа, чьи идеи нам ближе.

Например, в «Афоризмах житейской мудрости» Шопенгауэр писал, что хотя склонность к катастрофизации и искажению реальности, вероятно, наследуется, но мужество и благоразумие можно развить, так как у всех есть их задатки:

«Правда, нельзя своими силами добыть ум или мужество: первое наследуется от матери, второе – от отца; однако, при желании и при упражнении можно увеличить в себе оба эти свойства».

Наш мир полон опасностей от самой судьбы и людей, поэтому нам нужна добродетель мужества:

«Этот мир, где жизнь так сурова, требует железного рассудка, забронированного от судьбы и готового к борьбе с людьми. Ибо вся жизнь – борьба, каждый шаг приходится завоевывать, и Вольтер справедливо замечает: „в этом мире успех можно добыть лишь шпагой, и люди умирают с оружием в руках“».

Не имеет смысла поддаваться катастрофизации, и стоит цепляться за любую возможность и вероятность счастливого исхода неприятностей, даже если весь мир рушится. Это про добродетели объективности, дальновидности и реалистичности:

«Пусть нашим девизом служат слова: „Не уступай несчастью, но смело иди ему навстречу“. Пока еще сомнителен исход какого-либо опасного положения, пока еще есть какая-нибудь надежда на то, что он будет счастливым, нельзя поддаваться робости, а следует думать лишь о сопротивлении, точно так же, как нельзя отчаиваться в хорошей погоде, пока виден кусочек синего неба. Даже более: надо иметь право сказать: „если развалится весь мир, то это не устрашит нас“. Вся наша жизнь, не говоря уже об ее благах, не стоит того, чтобы замирать сердцем и так трусливо дрожать за нее; „поэтому будьте сильны, и несчастия встречайте с твердым духом“».

Но мужество не означает безрассудства, когда мы пренебрегаем реальными опасностями. Оно требует благоразумия, научности, умеренности и дальновидности для того, чтобы понять стоит ли идти на те или иные риски:

«Однако и в этом направлении возможна утрировка: мужество может перейти в отчаянную удаль. Поэтому известная доля боязливости прямо-таки необходима в нашей деятельности: трусость – это только ее утрировка».

Дальше нужно выработать план развития этих добродетелей и можно использовать любые психологические, философские и религиозные (если кому-то это ближе) идеи и практики для их развития. Это может быть ведения дневника с анализом мышления, планирование занятий, где есть разумный и обоснованный риск, взвешивание плюсов и минусов тех или иных действий, чтение и изучение философских текстов о тревоге и мужестве, а также религиозные практики (молитвы и медитации), направленные на развитие добродетелей. Со временем, через практику, добродетели тренируются, тревога уменьшается и легче поддается контролю. Сегодня в 20.00 демосессия. Ссылка будет за 15 минут до начала в комментариях к этому посту.

Философский пуризм

Современное представление о философии формируется не философами, а исследователями философий.

Они считают, что философия должна быть строго академической и не должна использоваться для решения практических вопросов, в том числе жизненных и психологических проблем, улучшения жизни.

Но это, мягко говоря, странная идея.

Философы обычно подразумевали практическое использование их философий и даже прямо о нем говорили.

Например, Сенека начинает работу "О гневе" со следующих слов:

Ты просил меня написать, Новат, как справляться с гневом

А дальше описывает гнев как "помешательство", его вред для человека и общества, способы с ним справляться.

Аристотелевская "Никомахова этика" - это по сути исследование как правильно жить человеку и руководство в этом.

"Афоризмы житейской мудрости" Шопенгауэра - тоже самое.

Конечно, философы, в отличие от многих современных психологов, не рассматривали психику как объект для исправления в вакууме.

Они описывали человека целостно в его связи с историей, культурой, обществом.

Они стремились развить человека через работу над качествами характера (мудрость, мужество, терпение и др.) и исследование понятий.

Тем самым они помогали преодолевать личные и социальные проблемы, и даже то, что сегодня называют психическими расстройствами: тревогу, гнев, депрессию, зависимости и прочее.

Как писал философ неоплатоник Порфирий своей жене Марцелле:

Любовь к истинной философии освобождает от всякого желания, возмущающего душу и делающего ее несчастной.

Пусто учение философа, не излечившее ни одной человеческой страсти.

Как бесполезна медицина, если она не исцеляет болезни тела, так и философия - если не изгоняет страсть из души.

Философия по большому счету направлена на то, чтобы помочь людям и обществу стать лучше и жить лучше, решить проблемы и уменьшить страдание. По крайней мере ничто не запрещает ей этого делать. А я думаю, что в этом и есть ее предназначение.

Самый продолжительный период греческой философии, наступивший после Аристотеля, был максимально практически ориентированным, как отмечает кн.С.Н.Трубецкой в "Лекциях по древней философии".

Даже вроде бы абстрактные онтология (учение о том, как устроен мир) и гносеология (учение о познании) через понимание как устроен мир и как его познавать, помогают стать лучше и жить лучше.

Уже в 20 веке Жиль Делез, например, описывал преодоление алкоголизма через свою философию.

Поэтому в 80е годы 20 века и начало зарождаться философское консультирование как реакция на ограниченность психологии и академичность философии.

Это возвращение философии к истокам, когда она была руководством для жизни, а не кабинетным занятием.

Другая претензия пуризма - избирательное использование тех или иных философских идей и практик.

Например, некоторые критикуют современного оригинального философа-гедониста Мишеля Онфре за то, что он "посмел" сочетать Эпикура, киников, Ницше и Фуко, избирательно включать в свою философию отдельные их идеи, отбрасывая другие.

Но философия развивалась через отбрасывание одних идей, заимствование других, их переплетение, постановку одних на службу другим.

Античная философия, например,со временем становилась все более эклектичной, как отмечает С.Н.Трубецкой.

Можно вспомнить и как Фома Аквинский использовал Аристотеля для обоснования католицизма, пересмотрев его идею, что Бог знает только Себя, а православные аскеты - стоицизм, убрав из него пантеизм.

А потом константинопольский патриарх Геннадий Схоларий 15 века взял Фому Аквинского, игнорируя его католические догматы, и стал использовать в православной традиции.

Каждый человек создает в течение жизни свою личную философию, осознанно или нет, комбинирует разные философские традиции, что-то отбрасывая, а что-то используя.

Если кто-то практикует стоицизм, то должен ли он быть готов умереть, но не сбрить бороду как Эпиктет? Или оправдывать суицид?

Невозможно полностью и правильно следовать какому-то философскому учению, потому что каждое из них существует в разных трактовках и вариантах.

Даже древневосточнославянский православный сборник "Пчела" ссылался на гедониста Аристиппа из Кирены, который считал главным в жизни - физические удовольствия, а потому тратил баснословные деньги на гетер.

Пуристы бы сказали авторам сборника:

"Почему вы берете высказывания Аристиппа, что не нужно цепляться за имущество, но не пишете про важность физических удовольствий?".

Те бы, наверное, сказали:

"А зачем? Нам это неинтересно, бесполезно и вредно."

Вот также и сегодня.

Можно брать отдельные идеи и практики из философских и религиозных традиций, если они логично и непротиворечиво вписываются в личную философию, помогают быть более хорошим человеком и жить лучше.

Сенека в "Нравственных письмах к Луцилию" писал:

Я и сам так делаю: из мно­го­го про­чи­тан­но­го что-нибудь одно запо­ми­наю. Сего­дня вот на что натолк­нул­ся я у Эпи­ку­ра (ведь я частень­ко пере­хо­жу в чужой стан, не как пере­беж­чик, а как лазут­чик)