I am booked

​​No Friend to this House by Natalie Haynes

Совсем скоро начну читать о сложном мужчине (да, наконец решилась читать "Одиссею"), а пока расскажу вам о самой сложной женщине из греческих мифов — Медее.

Медея — дочь колхидского царя Ээта, которому принадлежало вожделенное золотое руно. По одной версии, Медея настолько сильно влюбилась в Ясона, что ради него предала свою семью и страну, а позже, когда Ясон сам её предал, убила в отместку их общих сыновей. По другой версии, это Афродита по просьбе Геры заставила Медею помешаться на Ясоне, что и привело ко всем этим печальным последствиям.

Что бы ни заставило её потерять голову при виде Ясона, Медея делает всё, чтобы помочь своему любимому. В том числе убивает людей, включая своего брата, что как-то не вяжется с образом любящей женщины. Медея также — заботливая мать, оберегающая детей после того, как Ясон бросил их семью ради новой. И в то же время она убивает своих детей. Как тут составить о ней однозначное мнение? Ну и не будем забывать, что она ещё и иностранка, колдунья и внучка бога Гелиоса, что добавляет слоёв сложности к её образу.

Натали Хейнс рассказывает миф об аргонавтах в своём фирменном стиле, подсвечивая героев, которым в других источниках уделяется не так много внимания, как Ясону и его спутникам. Например, она вводит главу от имени Феофаны, матери барана Крисомаллоса, из шкуры которого сделано золотое руно. "Для всех остальных он - всего лишь объект, но мне он был сыном", — причитает она.

В книге также появляются Алкимеда, мать Ясона, Гипсипила, царица острова Лемнос, где аргонавты останавливаются по пути за руном, есть даже глава от лица ворона. Присутствует и сухой, сдержанный юмор Хейнс, который мне полюбился в Stone Blind и "Тысяче кораблей". Кстати, если решите читать книгу, лучше предварительно бегло ознакомиться с канонической историей об аргонавтах, чтобы вы имели хотя бы базовое представление о том, кто все эти люди (и бараны с воронами).

Но в центре повествования всё же остаётся Медея. Автор очевидно ей симпатизирует: придерживается теории с Афродитой и сглаживает мотивы её поступков. По версии Хейнс, Медея пошла на детоубийство вовсе не из мести, а потому, что ей предстояло тяжёлое решение в духе "Выбора Софи". На мой взгляд, это сделало интерпретацию Хейнс менее интересной, потому что вызывает менее противоречивые чувства, как в других версиях.

В жизни такой однозначности редко есть место. Читала эту книгу, пока в США разворачивался судебный процесс Линдси Клэнси — матери троих детей, которая убила их и пыталась покончить с собой. Защита утверждала, что Клэнси на момент убийства была в состоянии послеродового психоза и не осознавала, что делает, обвинение же заявило, что это было предумышленное убийство. Мнения в обществе разделились, и присяжные в итоге так и не смогли принять решение по её делу. В конце сентября на отдельном слушании обсудят возможный повторный процесс.
#прочитано@books_etc

​​The Seven Moons of Maali Almeida by Shehan Karunatilaka

Do not be afraid of demons; it is the living we should fear. Human horrors trump anything that Hollywood or the afterlife can conjure. Always remember this when you encounter a wild animal or a stray spirit. They are not as dangerous as you.

Ты начинаешь читать, и немедленно погружаешься в беспорядочную жизнь Маали Алмейды, военного фотографа, пацифиста, так себе возлюбленного, и чуть более лучшего друга. Ты теряешься и блуждаешь в клубке его друзей и врагов, пороков и страстей, работодателей и любовников. Коломбо, в котором он живёт, это "смердяший город, где деяния остаются безнаказанными, а призраки ходят никем не замечаемые". Этот город живёт, не обращая внимания на кровопролитие, творяющееся по всей стране, где люди делятся на группы: сингалы, тамилы, и бюргеры, наши и чужие.

Ты узнаёшь, что Маали умер, и у него есть только семь лун, чтобы найти Свет, а вместе с ним - забвение. Но что, если Маали не хочет забывать? Он хочет вспомнить, как он умер и что ещё должен сделать для живых. Демоны и ангелы вербуют его каждый на свою сторону, но всё, что имеет для него значение - это его фотографии и его друзья.

Повествование ведётся от второго лица - как если бы, когда Маали умер, он вышел за пределы своего "я" и теперь обращается сам к себе. Единственные пару раз, когда автор нарушает это правило, это когда Маали говорит о своей работе. Он посещал места, где происходили самые кровавые массовые убийства в самых горячих точках страны, куда его коллеги отказывались ехать.

I was there to witness. That is all. All those sunrises and all those massacres existed because I filmed them.

Пусть он и имел несчастье умереть, это не значит, что Маали работал впустую - нет, он должен найти способ обнародовоть свои фотографии.

Seven Moons of Maali Almeida требует от тебя, читателя, очень многого. Открываешь книгу и сразу теряешься в море труднопроизносимых имён, враждующих группировок, расовых распрей, и последствий многих лет колонизации голландцами, португальцами и англичанами. Нужно понимать, какая аббревиатура означает какую группировку, против кого она воюет и с кем сорудничает.

Тем не менее, книга тебя всецело поглощает. Время от времени ты выныриваешь из текста, чтобы погуглить имена, факты, даты и поразглядывать открыточные пейзажи. В конце концов ты понимаешь, что каждое убийство, каждый приказ стрелять на поражение, каждая заложенная бомба, упомянутые в книге, имели место в реальности - и это осознание наполняет тебя ужасом.

Seven Moons... предлагает головокружительное путешествие, но далеко не ладную концовку. Не всегда можно изменить одну страну - не говоря уже о целом мире - с помощью нескольких фотографий. Но это не значит, что не стоит пытаться. Как и Маали, всегда можно выбрать быть свидетелем. Это, может, и не остановит бойню, но не даст ей быть забытой. Многие из убийств, совершённых всеми сторонами гражданской войны в Шри-Ланке, остаются непризнанными - но есть фотосвидетельства. Кто-то должен быть свидетелем.

#прочитано@books_etc #кругосветка@books_etc

​​Море споет колыбельную, Нурайна Сатпаева

Дара решила завести ребёнка в момент, когда страна, казалось, разваливалась на глазах. Действие книги начинается в Алматы в первые дни января 2022-го - время, которое в Казахстане помнят как Қанды қаңтар, Кровавый январь.

Итак, Дара решает стать мамой, и из-за дурацкого стечения обстоятельств одна несёт всю ответственность за это решение. У неё есть друзья и коллеги, готовые поддержать в трудный момент, но это абсолютно не сравнится с наличием надёжного партнёра и любящих близких. Родителей Дара потеряла, будучи подростком, а младший братишка остался в далёком, бушующем Актау, откуда и началась волна протестов, приведшая к январю.

Есть что-то совершенно особенное в книгах, которые описывают действительность, которая тебе близка. Я люблю читать о странах, в которых никогда не была, и о людях, с которыми никогда не встречусь в жизни, и всё же это абсолютно неповторимое ощущение - читать о том, что знаешь.

Было странно и тревожно погрузиться снова в те лихорадочные дни и вспомнить ту удушающую неопределённость, которая перемежалась думскроллингом в телеграме, очередями к банкоматам и урывками речей Токаева по телевизору у соседей. И лавину новостей, которая обрушилась на нас после того, как власти соизволили вернуть интернет. Как же замечательно, что этот момент нашёл отражение в современной литературе. Нам очень не хватает вот такого публичного осмысления травм.

В суматохе кровавого января Дара никак не может раздобыть масла, чтобы пожарить жеты нан - лепёшки, которые казахи готовят, чтобы почтить память предков и заручиться их поддержкой в трудный момент. Я не проходила через экстракорпоральное оплодотворение, но знаю, каково это - просить у предков помощи в том, что тебе не подвластно. Я затаив дыхание читала о том, как Дара сдавала анализы, проходила процедуру ЭКО, принимала лекарства. Автору очень хорошо удалось передать смесь надежды, отчаяния, страха и волнения, которые испытывает Дара, пока ждёт, приживётся ли эмбрион в её теле. Эта важная часть современной жизни, причём для всех, не только для женщин, вообще не затрагивается в современной казахстанской литературе.

А ещё я этим летом была в Актау, и потому особенно оценила многочисленные отсылки Дары к её малой родине. Это - действительно особенное место, и актауцы к нему трепетно относятся. Было приятно впервые познакомиться с художественным персонажем из этих мест.

Если подытожить, "Море споет колыбельную" - это книга, в которой современный казахстанский читатель может узнать себя как минимум на двух уровнях - переживаний Кровавого января и значимого женского опыта. Обязательно буду читать новый роман автора "Мухит идёт за светом".

#прочитано@books_etc #казахстанское

​​Центральная Азия: От века империй до наших дней, Адиб Халид

1917 год. Падение монархии в огромной стране, повлёкшее за собой мощнейший слом существующей государственной и социальных структур. Это событие имело значение не только для русского народа, но и для многочисленных подданных империи, разбросанных по её огромной территории: татар, башкир, казахов и многих других. Четырьмя годами ранее в соседней империи от престола отрёкся последний император Пу И, ознаменовав завершение имперского правления в Китае. Это наметило совершенно новую траекторию для развития его "окраинной" провинции - Синьцзяна.

Именно на этом периоде истории - между падением двух великих империй и нашими днями - Халид фокусируется в своём объёмном труде. Особенно автора интересует, как формировались национальные идентичности на территории этих бывших империй. Насколько уйгуры были близки к созданию своего государства? Как национальные меньшинства в Российской Империи отнеслись к революции и чью сторону заняли в гражданской войне? Почему Советы разделили Центральную Азию на национальные автономии? На все эти вопросы автор пытается ответить в этой книге.

Особенно интересно было почитать анализ развития национальных идей в регионе. Как правило, в них были заинтересованы отдельные группы людей (как, например, казахское движение "Алаш"), в то время как массы были к этим идеям равнодушны и ассоциировали себя в намного более узких категориях - по родам и племенам, если опять взять в пример казахов.

"Нации никогда не возникают сразу в готовом виде, чтобы тут же заявить о своих претензиях, но всегда создаются национальными движениями, а затем — государствами. Национальные движения всегда работают на два фронта: один — для борьбы с внешним миром, от которого нужно добиваться признания, автономии или независимости, а второй — с самой нацией, которую движение стремится выстроить или изменить."

Алашевцы добивались территориальной автономии для казахов, и готовы были сотрудничать ради этого с большевиками. Большевики от союза с ними отказались, но спустя несколько лет всё-таки реализовали эту давнюю мечту горстки интеллигентов, пусть последним и не довелось поучаствовать в исполнении этих планов. Все планы алашевцев, как мы знаем, оборвались в проклятых 30-х.

Уже к середине книги у меня сложилось впечатление, что Халид хорошо понимает наш регион. Он не скатывается к лёгким выводам, а досконально изучает аргумент, прежде чем высказать его. Он уделяет много внимания фактам, но в то же время чутко отмечает человеческий фактор - страдания и стремления людей, населяющих этот огромный разношёрстный регион: кочевников, которые просто хотели жить как жили и чтобы их никто не вмешивал в свои конфликты; джадидов, которые не следовали слепо канонам ислама, а стремились преобразовать, модернизировать их на благо общества; уйгуров, которые отчаянно хотели жить так, как жили исстари веков, исповедуя ислам и говоря на своём языке.

Эту книгу я слушала и читала параллельно с "Казахами между революцией и голодом", которые из-за академического языка "идут" гораздо медленнее. Обе книги вызвали у меня ощущение, будто я читаю сборник альтернативных вариантов развития истории в моём регионе. Абсолютно невозможно представить, насколько диким, сумасшедшим и великолепным временем были ревущие 20-е в Центральной Азии. Царь отрёкся от престола, Временное правительство немедленно дало всем гражданам право голоса, включая женщин (раньше, чем в Великобритании!), джадиды начали создавать исламский модернизм, а казахи - лингвистическую основу своего языка. Всех лихорадило от этого моря возможностей, и, наверное, неизбежно было, что кому-то пришлось проиграть. Что не мешает нам представлять, что могло бы быть.

#прочитано@books_etc

С какими нонфикшен-книгами проводил лето книжный Телеграм?

И снова 3 сентября #нонфикшен_дайджест! Возвращение легенды этого канала. Что советуют читать мои коллеги-блогеры из свежей нехудожественной литературы? А вот что:

🔴Валентина Books in my hands наслаждалась внезапными переплетениями судеб в книге Наталии Семеновой «Связанные искусством»

🔴Вероника Lukupäiväkirja сравнивала «Повесть об ужасе» Эдит Биркхед с современным готическим литведом

🔴Мария «48 страница» следила за поворотами истории и человеческих судеб в книге Егора Сенникова «Расходящиеся тропы»

🔴Дарья «Бесконечные истории» очаровалась Федором Михайловичем, исследователем тру-крайма и дедлайнщиком, благодаря книге «Вселенная Достоевского»

🔴Лиза «Язык приготовила» читала в книге Максима Жегалина «Бражники и блудницы» про похождения бражников и блудниц Серебряного века

🔴Динара «Книгач» обходила и влюбилась в Куршскую Косу с её аутентичным набором флоры, о котором читала в «Венок Неринги» Галины Кученёвой

🔴Оля «Kitaptar&Ольга» изучает «Мифы тюрков» Иликаева и Шарипова и задаёт неудобные вопросы 

🔴Наталья «Кладовая лишних слов» изучала историю телевидения вместе с «Книгой Уткина: Мы тут жизнь же ивем»

🔴Лена «что читает леночка» посмотрела все обзоры всех красных дорожек и решила разобраться, почему так на них много всякого металлического и доспехового с книгой «Броня и блеск»

🔴Настя books & all разбиралась в цензурирующих практиках автократических и демократических стран с «О цензуре» Ай Вэйвэя

🔴Динара I am booked потеряла счёт времени с новой книгой Патрика Радден Кифа London Falling

🔴Анастасия Drinkcoffee.Readbooks наблюдала смертоубийства на необитаемом острове в книге Дэвида Гранна «Вейджер. Реальная история о кораблекрушении, мятеже и убийстве»

🔴Наташа «Все прочитали и я прочитала» наблюдала за прошлым с Дмитрием Антоновым и Людмилой Суковой в «Русском Средневековье. Люди, храмы и экономика спасения»

Весенний дайджест пропущен, но посмотрите зимний.

#нонфикшен

I am booked сегодня исполнилось 8 лет. Спасибо за то, что читаете, сохраняете и делитесь постами 🩵

P.S. На картинках — мой книжный вкус, запечатлённый на данный момент. Кто знает, что будет ещё через восемь лет!

Большая радость этого лета - визит мамы🩵 А ещё я прилично продвинулась в своём кругосветном челлендже и благодаря нему наконец добралась до Айтматова (жалею, что не сделала этого раньше!). Всё, что выходило на канале за последние три месяца:

Книжная кругосветка 

🍒Французская книжка, которую я решила прочесть после обзора Дуа Липы (что? да)
🍒Новый Хоровиц, который слегка разочаровал
🍒Реальная история о том, как вакцину от оспы перевозили в живых детях
🍒Сборник рассказов из Ганы, который был мне намного ближе, чем я ожидала
🍒Заслуженно культовый роман Айтматова, из которого я бы всё же убрала линию про инопланетян 🫣
🍒И до Кена Лю руки дошли этим летом
🍒Графический роман из Анголы

Книги, которые были некомфортно близки к реальности

🍒Книжка об антипрививочниках и обратной стороне вопроса
🍒Мемуары бывшей юной актрисы, которые заставили меня по-другому взглянуть на мою собственную маму
🍒Новая книжка Элизабет Страут, сразу попавшая в шортлист Букера
🍒О вечной теме взросления, но в Берлине

Разношёрстное

🍒Книжная рекомендация от моего кота Мырчи 😸
🍒Официально самый увлекательный нонфикшн года
🍒Эпистолярный роман, возродивший во мне тягу к эпистолярным романам
🍒Неожиданно увлекательная книга о дерадикализации невест ИГИЛа
🍒Собрала все лучшие книги полугодия тут

Околокнижное

🍒Побывала в Дублине и поняла, что это - рай для книголюбов
🍒Состояние моего кругосветного челленджа
Почувствовала себя знаменитостью в рубрике Speed dating
🍒Выяснила, как поменялись мои книжные привычки за время ведения канала

Рассказывайте, какие книги запомнились вам этим летом?

​​Недавно Екатерина Аксенова отметила 10 лет своего канала, и я вдруг осознала, что подписана на неё чуть ли не с первого своего дня в телеграм-коммьюнити — а это уже почти восемь лет.

Всё это время именно из канала Екатерины я черпаю идеи для нонфикшн чтения. Например, по её наводке прочла "Далеко от яблони" Эндрю Соломона. Автор потратил 10 лет, беседуя с родителями непохожих на других детей — от детей с аутизмом до глухих, гениев и тех, кто вырос преступником. Прекрасная возможность познакомиться с опытом людей, с которыми в обычной жизни вряд ли довелось бы поговорить.

8 сентября Екатерина вместе с Александром Гавриловым как авторы книжного клуба "Просветитель" проведут бесплатный вебинар "Зачем читать научпоп: как сложные книги облегчают нашу жизнь".

Я в своё время долго не знала, с чего начать читать нонфикшн — казалось, что это не для меня. На вебинаре будет как раз про это: как выбирать книги, как не тонуть в терминах и как удерживать в голове прочитанное.

Сама обязательно посмотрю — а ещё иду на курс "Просветителя" для организаторов и модераторов книжных клубов. Я сама недавно завела книжный клуб и хочу разобраться, как вести его лучше. Если вам это тоже интересно — по промокоду IAMBOOKED скидка 15% на всё в корзине: и на сам книжный клуб, и на курс для организаторов. Скидка действует до 14 сентября.

Fundamentally by Nussaibah Younis

Молодая профессор по имени Надя пишет статью о том, что женщин, которые поехали за ИГИЛ в Сирию, можно дерадикализовать и вернуть в общество. На основе этой единственной статьи Надю хедхантят в свежесозданное агентство ООН по вопросам дерадикализации, и она отправляется в Ирак, чтоб немедленно начать работу.

Только вот на месте выясняется, что люди, работающие там в ООН, делают это не ради высоких идеалов, а в качестве промежуточного этапа на пути к посту получше. Надя со своими академическими представлениями о проблеме и бурными эмоциями совершенно не вписывается в иракскую миссию. Тот факт, что она сбежала сюда, чтобы отдалиться от своей бывшей, тоже не помогает.

У меня всё время было ощущение, что книга не может определиться со своим тоном. С одной стороны, автор, сама обладающая солидным опытом работы в гуманитарных организациях, поднимает важные вопросы слабой эффективности таких структур, как ООН, коррупции и никому не нужной бюрократии. Как бывшая практикующая мусульманка, Юнис понимает и религиозных, и нерелигиозных людей, и тонко очерчивает границу между нашей потребностью во что-то верить и тенденцией религиозного фанатизма, которая стремится запихнуть абсолютно всех в одни рамки.

На фоне этого контекста некоторые фарсовве ситуации и персонажи в книге выглядят нелепо. Например, в одной главе Надя может сокрушаться, что ничем не может помочь молодой британке, бывшей "невесте ИГИЛ", которая ее может вырваться из лагеря беженцев, а в следующей — выбирать стринги для свидания с главой службы безопасности миссии в Ираке или разнимать коллег, устроивших бои едой в столовой. Может, это я такая старомодная, но у меня в голове все эти элементы плохо сочетаются. Или я просто не целевая аудитория для этой книги 😁

При этом стоит, конечно, помнить, что это всё-таки дебют. Я рада, что прочла книгу — не каждый день попадается что-то с таким сеттингом. Автор — молодец, что не побоялась написать роман, а не нонфикшн. Буду с интересом следить за её дальшейшими работами.

#прочитано@books_etc

Каюсь, грешна во всех трёх 🙈

Project Hail Mary by Andy Weir

Задушевная sci-fi история о том, как один школьный учитель готов был пожертвовать собой, чтобы спасти человечество. Как и в случае с "Марсианином", в книге полно научных фактов и расчётов — хорошо, на этот раз обошлось без формул.

Лучшее в книге — все взаимодействия с Роки. Как было бы замечательно, если бы все и на Земле вот так же got along. Драматическая часть, на мой взгляд, получилась не очень убедительной. Сейчас, спустя пару месяцев после прочтения, мне трудно вспомнить какие-либо черты персонажей, кроме их должностей. Хотя нет — китайский космонавт был стоическим, а российская космонавтка любила пить водку. Это всё, что нужно знать о детализации персонажей 🫠

Как мои книжные привычки поменялись с появлением этого канала

Скоро I am booked исполняется восемь лет - отличный повод поделиться, как моё чтение изменилось с появлением канала.

2018

✨Читаю в основном авторов, которых уже люблю: Пратчетта, Рушди, Кинга, Набокова.

✨Практически не читаю современную литературу. Думаю, что ничего достойнее классики нет.

✨Читаю в основном англоязычных авторов.

✨Нонфикшн появляется на моём горизонте очень редко - только если порекомендуют что-то определённое или глаз зацепится за что-то в книжном.

✨Редко покупаю бумажные книги, читаю в основном на киндле.

✨Не строю книжных планов. Читаю то, что есть на полках дома и у родителей, то, что рекомендуют друзья и то, что в голову взбредёт (например, прочла "Набережную неисцелимых" Бродского перед поездкой в Венецию)

✨Читаю 20-40 книг в год, но хотелось бы больше.

✨Если мне особенно понравится цитата, выписываю её, но в остальном не делаю каких-то заметок во время чтения.

✨Редко пишу что-то, не связанное с работой (на тот момент работала корреспондентом в Интерфаксе).

2026

✨Каждый месяц открываю минимум одного нового автора. Что-то нравится, что-то нет, но с каждой книгой я узнаю больше о себе в роли читателя.

✨Систематически читаю книги из разных стран мира: романы, повести, рассказы, графические новеллы.

✨Открыла для себя прекрасный пёстрый мир нонфикшна, от книг о том, куда девается мусор до биографий и автобиографий. Читаю 15-20 нехудожественных книг в год и получаю от них огромное удовольствие.

✨По-прежнему редко покупаю книги в бумаге. Читаю на киндле, телефоне и слушаю в аудио.

✨У меня есть список к прочтению, которого я придерживаюсь примерно на 70%, что феноменально.

✨Читаю около 50 книг в год - иногда больше, иногда меньше - и больше не парюсь о цифрах.

✨Стараюсь делать заметки по ходу чтения. Иногда после каждой главы останавливаюсь, осмысливаю прочитанное и записываю свои мысли.

✨На каждую прочитанную книгу пишу если не полноценный обзор, то хотя бы пару абзацев, чтобы запечатлеть своё мнение. Много пишу вне работы и для удовольствия - завела англоязычный Сабстак и даже рассказ написала.

Ну и самое главное: по-прежнему обожаю читать! Спасибо вам, что читаете, сохраняете, пересылаете и комментируете 💛

Идею подсмотрела у @angry_pumpkin 🙂

Находка месяца: приложение для подсчёта шагов в мире Средиземья 😍 С моим текущим темпом мне понадобится 390 дней, чтобы достичь Мордора 😄

Кстати, об этом приложении мне рассказала моя подруга Гульназ. Годы заваливания её мемами из Властелина колец дали свои плоды 😂

На этой планете взрослых нет, Даша Охоцимская

Недавно на дне рождения подруги играли в игру, где нужно было отвечать на провокационные вопросы на карточках. Выяснилось, что в восемнадцать-двадцать многие вели себя как бессмертные — одна девушка отправилась на свидание на крышу с незнакомцем из интернета, другая одна ездила на главный рынок Бишкека, чтобы закупить товар на тысячи долларов для семейного магазина. И всё у всех получалось и закончилось хорошо, что самое главное.

Пока слушала эти истории, то и дело возвращалась в мыслях к этой небольшой книжке, которую я проглотила за пару дней. Автор взахлёб — то сквозь смех, то сквозь слёзы — рассказывает о том, как в 21 спонтанно решила приехать в Берлин и боролась за то, чтобы остаться, как не оставляла себе времени подумать и вместо этого сломя голову бросалась в любые возможности — от новой квартиры до новых отношений и потенциальной карьеры мечты.

Автор будто рассказывала мне всё это, сидя со мной на кухне за чаем, болтая ногами и размахивая руками на драматических моментах. Это всё так знакомо — волнение до дрожи в коленках, неизвестно откуда взявшаяся, но намертво въевшаяся боязнь сглазить, разозлить Вселенную, и удушающая неуверенность по поводу того, как надо поступить.

Даше удалось написать об этом периоде просто, с юмором, и так точно при этом передать всю его неопределённость, зыбкость и неустроенность, что у меня до сих пор мурашки по коже, когда перечитываю некоторые места.

А ещё ей удалось замечательно точно, в нескольких предложениях схватить облик Берлина со всей его космополитичностью, напускной панк-внешностью и дорогостоящей свободой. Не могу не поделиться:

Несмотря на свою внешнюю открытость, Берлин — это город-дед. Он сопротивляется любым изменениям, дребезжит над каждым новым законом, ругается на стройки и новые стартапы и, сплевывая на асфальт, бубнит — "раньше было лучше". Берлин исписан граффити, местами заблеван, где-то отреставрирован. Город-банкрот был бедным и сексуальным, а теперь отрастил бока, застроил пустыри, и сексуальность стала не так важна. Он говорит: ладно, приезжайте. Не знаю, как вы тут устроитесь, Бог в помощь.

Читать всем, кто всё ещё не чувствует себя взрослым, несмотря на ипотеку, пятнадцать лет стажа и умение пользоваться кассетами.
#прочитано@books_etc