Как хоронили в Древнем Риме?
У римлян, как и у греков, предать усопшего земле было обязательным долгом. Причём этим должны были заниматься не только родственники, но и любой человек. Так, путник, увидевший на дороге непогребённый труп, должен был совершить хотя бы символические похороны, посыпав тело землёй трижды. Непогребённый человек, а вернее — его дух, был вынужден блуждать по земле, не зная покоя и не давая покоя живым. Именно их —
лемуров — ритуально изгонял отец семейства в праздник Лемурий.
Итак, когда человек приближался к смерти, вокруг него собирались все родственники. Последний вздох ловили прощальным поцелуем, считая, что душа умершего покидает тело. Затем ему закрывали глаза и несколько раз громко называли по имени. Далее покойника обмывали горячей водой — либо родственники, либо женская прислуга. В рот умершему обязательно клали монету, чтобы оплатить переправу Харону через Стикс.
За устройство похорон брались либитанарии — римское «похоронное бюро». Перед входом в дом ставили большую ветку ели как предупреждение о ритуальной нечистоте. Тело усопшего натирали веществами, которые могли задержать разложение, так как некоторое время он должен был находиться в доме. Его облачали в одежды согласно его положению, а также возлагали все знаки отличия, полученные им при жизни. Ложе засыпали лепестками цветов, вокруг расставляли свечи и кадильницы.
Торжественные похороны обязательно происходили днём, в самое оживлённое время, чтобы поразить пышностью церемонии. Похоронная процессия имела строго определённый порядок, и за правильностью её следил распорядитель. Вдоль процессии шли факельщики с факелами из елового дерева. Во главе шли музыканты, а за ними —
плакальщицы, которых также присылали либитанарии. Они рвали на себе волосы, восхваляя усопшего и распевая либо старинные «заплачки», либо специально подобранные стихи, отражавшие его деяния. За ними следовали танцоры и мимы, причём один из них изображал усопшего, не стесняясь насмехаться над ним. Так, на похоронах императора Веспасиана, человека прижимистого, архимим Фавор, надев маску императора, громко спросил прокураторов, во сколько обошлись его похороны, и, получив ответ — «в десять миллионов сестерциев», воскликнул: «Дайте мне сто тысяч и бросьте меня хоть в Тибр».
За шутами двигались предки умершего, то есть либитанарии в восковых масках предков и в одеждах, соответствующих их чину. Они как бы «встречали» усопшего, и чем больше было их число, тем более пышными считались похороны. Далее шли носилки с усопшим, которого чаще всего несли сыновья, друзья или вольноотпущенники. За носилками двигалась процессия из родственников в простой одежде, без знаков отличия. Процессия растягивалась ещё больше за счёт зевак, которые к ней присоединялись.
Если человек был знатным, то процессия в обязательном порядке заворачивала на Форум, где произносились хвалебные речи, упоминавшие не только заслуги усопшего, но и его предков. После этого она выдвигалась в сторону места сожжения или погребения, расположенного за городом. Обычно усопшего сжигали на специально подготовленном в форме алтаря костре, куда помещали не только покойного, но и любимые им вещи, а также дары участников процессии. Родные часто отрезали палец усопшего, чтобы отдельно предать его земле согласно древнему ритуалу. Таким образом живые ограждались от злого влияния неупокоенного духа. После угасания костра угли заливали водой — на этом церемония заканчивалась.
Родственники собирали кости усопшего, омывали их вином и молоком, после чего укладывали в урну вместе с ароматами. Как только кости запечатывали, дом и семья покойного ритуально очищались. Затем совершалась обязательная трапеза на могиле. При этом предполагалось, что обильная выпивка оказывает животворное воздействие на умершего. Девять дней после похорон считались днями траура.
#Кладбища
#Античность