15 декабря 37 года в Анции родился Луций Домиций Агенобарб, будущий Нерон Клавдий Цезарь Август Германик, император Римской империи. В ответ на поздравления друзей с рождением сына его отец воскликнул, что от него и Агриппины «ничто не может родиться, кроме ужаса и горя для человечества!». Поэтому сегодня мы поговорим об императоре Нероне, гонителе, удостоившемся чести сохранить своё имя для истории в Откровении апостола Иоанна Богослова.
Личность на самом деле крайне спорная. С одной стороны, после него осталась пустая казна, что привело к платным туалетам, но, с другой стороны, если бы не Нерон, театр так и остался бы развлечением для нищих. Любовь к искусству и декламация нашли большое количество подражателей среди аристократии, и, возможно, единственное, что нас спасло от необычайного размаха творческой деятельности аристократии, — это отвержение христианством языческого искусства. Иронично, что император-то не сделал ничего нового: он повторял всё то, что уже делали его предшественники, но в каких-то болезненно преувеличенных масштабах, словно стремясь превзойти не только предшественников, но и преемников!
В 54 году император Клавдий умер — то ли от естественных причин, то ли был отравлен Агриппиной, матерью Нерона. Его торжественно похоронили и обожествили, похвальную речь на похоронах произносил Нерон. Первое время империей управляли Сенека и Афраний Бурр. Повзрослев, Нерон также начинает активно участвовать в политической жизни, но, натолкнувшись на ряд неудач, постепенно теряет интерес к административному управлению. С уходом Сенеки и Бурра начинается тёмное время правления: пост префекта преторианской гвардии занимают Гай Офоний Тигеллин и Гай Нимфидий Сабин — зловещие личности, поддерживавшие все безумства императора.
Итак, поговорим о гонениях. В 64 году наступал зловещий юбилей для римлян: четыре с половиной века назад, 19 июля, галлы сожгли Рим. И в ночь с 18 на 19 июля римляне вновь увидели жуткое зарево: вспыхнули деревянные лачуги возле Большого цирка. Огненная стена быстро перекинулась на арену цирка, а потом и на Палатин. Вскоре десять из четырнадцати районов были охвачены огнём. Рим горел часто, но пожар 64 года превзошёл все прежние по разрушительности. Гай Светоний Транквилл пишет:
Кроме бесчисленных жилых построек, горели дома древних полководцев, еще украшенные вражеской добычей, горели храмы богов, возведённые и освещенные в годы царей, а потом — Пунических и Галльских войн, горело все достойное и памятное, что сохранилось от древних времён.
Пожар, казалось бы, затих, но вскоре вспыхнул вновь — на этот раз в поместье, принадлежавшем Тигеллину. Тацит приводит интересное свидетельство: якобы видели людей, которые бросали факелы в нетронутые огнём дома, крича, что они выполняют приказ.
После пожара Нерон начинает серьёзно перестраивать Рим, чтобы впредь не допустить подобных катастроф: были расширены улицы, увеличены резервуары для сбора воды, установлены портики для тушения пожаров, усовершенствована система акведуков. В общем, делал всё, чтобы как можно менее заметным казалось резкое расширение императорского дворца.
Столь разрушительный пожар был воспринят многими христианами как начало Второго Пришествия и не слишком их опечалил, что дало повод обвинить их в поджоге. Были арестованы все, кто открыто исповедовал себя христианином. Около трёх сотен человек были распяты и сожжены, так что "дорога в Рим была освещена, как днём". После этого Нерон теряет всякий интерес к гонениям, ибо ему были нужны те, кого можно обвинить в поджоге и, казнив их, снять напряжение в обществе. Личность императора породила в христианской среде мнение, что, поскольку Нерон стал первым гонителем христиан, он же будет и последним гонителем в конце времён.
Свою жизнь Нерон окончил самоубийством во время восстания против него: 9 июня он, узнав о том, что Сенат вынес ему смертный приговор, приказал секретарю пронзить его горло кинжалом. Последними его словами были: «Какой великий артист погибает!».
#Личность
#Античность
#Цикл@monastery_cellar