И снова о кладбищах. Восточные монахи, будучи наследниками древних христианских восточных традиций, проявляли полное безразличие к судьбе своих останков. Однако, на Западе подобное отношение к телу живому или мертвому не прижилось. Он пошел по пути примирения традиционного погребения и христианской веры в воскресение плоти, что привело к сближению с миром мертвым.

Народная христианская эсхатология начала приспосабливать старые верования к новым религиозным правилам и догмам. Многие были убеждены, что воскреснут только те, кто был удостоен подобающего погребения. Люди до ужаса боялись остаться без погребения. Воскресение ожидало только добрых христиан. Самое страшное проклятие звучало так: «Не воскреснет он в день Страшного Суда».

Народное поверье гласило, что посягательство на могилу могло повредить будущему пробуждению усопшего, тем самым лишив его жизни вечной. Помните, легенды о том, что капитаны пиратских кораблей якобы убивали членов комнады для защиты сокровищ? Лишенный погребения моряк как бы оказывался заперт в нашем мире, наводя ужас на всех, кто стремился завладеть несметными сокровищами (которые в реальности пропивались где-нибудь в порту).

Захоронение «у святых», т.е. на освященной земле, со временем становилось все более и более привлекательным. Святой мог защитить могилу от осквернения. Более того, страх перед расхитителями гробниц стал постепенно ослабевать, по чисто экономической причине: более ничего не привлекало гробокопателей,  так как в могилы перестали класть ценности!

#кладбище