бесполезный политолог

Пока в Москве очереди на несколько часов, у нас в Химках пустой участок, на котором играют песни Кадышевой.

Женские политические образы в кампании Госдумы-2026

Завтра начнётся голосование на выборах в Государственную Думу IX созыва. Я решил посмотреть, какие публичные образы конструируют женщины в кампаниях парламентских партий, какие имиджевые стратегии используют и какое место и в каком соотношении в них занимают гендер, семья и профессиональная идентичность.

Данные: публикации в персональных блогах (Telegram-каналы и страницы в ВК) за июль-сентябрь 2026 для 12 женщин, участвующих в выборах в Госдуму от парламентских политических партий.

Общий тренд: женщины чаще легитимируют себя через практический результат для граждан — 26,9% и через рациональное обоснование решений — 26,1%.

Дальше — разбивка по партиям.

🐻 Единая Россия: женщина как носитель государственной заботы. Гендер встроен в образ институционально дееспособного государства. Почти половина закодированных сообщений — информационно-интерпретационные (49,7%): текст сообщает, что произошло, какая проблема выявлена, что сделали органы власти и какой результат получен.

Интересна например, имиджевая позиций Марии Львовой-Беловой, для которой материнский опыт становится источником личной компетентности в сфере детства и семьи (она, как мать, лучше представляет, что требуется другим матерям). В целом у детского омбудсмена доминирует риторика заботы, ключевые темы — профилактика сиротства, возвращение детей в семьи, сопровождение родителей. В целом Львова-Белова включена в федеральную пятёрку именно как социально ориентированный спикер для усиления эмпатической составляющей образа ЕР.

🟩 «Новые люди»: женщина как субъект, носитель прав. Наиболее заметна стратегия рационализации (41,6%) с аргументацией (29,2%). В текстах формулируются проблема, объясняются их институциональные механизмы и предлагаются изменения норм.

Эта логика в 2026 году в целом вышла на партийный уровень. Одним из заметных событий кампании стал «Манифест женщин России», продвигаемый депутатом Госдумы и кандидаткой от партии Ксенией Горячевой. По данным самой партии, под манифестом собрали свыше 450 тыс. подписей. Сама Горячева, помимо Манифеста, также стала одним из авторов инициатив против сталкинга и домашнего насилия.

Интересный кейс — Сардана Авксентьева. У неё женская политическая субъектность строится вокруг сочетания личного традиционализма и публичного нормативного плюрализма (причём она сама об этом сказала в недавнем интервью). В личной семейной модели она положительно говорит о традиционной, патриархальной семье и влиянии мужа. При этом в публичной политике поддерживает защиту женщин от насилия и меры, позволяющие совмещать семью с профессиональной реализацией.

🟥 КПРФ: женщина как представитель семьи и её социальных интересов. У КПРФ особенно высока моральная легитимация — 40%. Политические вопросы регулярно переводятся в категории справедливости, обязанности государства и социального неравенства.

Главный женский спикер — Нина Останина. «Минченко консалтинг», например, отмечает, что партия отправляла её на дебаты пять раз, а её публичный стиль характеризуется как образ «суровой директрисы». Но содержательно её кампания довольно интересна. Ещё 2024 году Останина была одним из заметных сторонников запрета пропаганды чайлдфри и прямо трактовала эту тему как вопрос национальной безопасности и идеологической угрозы. В кампании 2026 года эта линия заметно заметно стухла, а на первый план вышли более прикладные социальные вопросы: стоимость воспитания детей, жильё, выплаты, образование, семейная инфраструктура.

Показателен конфликт с Ксенией Горячевой (Новые люди) вокруг домашнего насилия. Сначала Останина критиковала предложенную «Новыми людьми» конструкцию уголовной ответственности, опасаясь её воздействия на институт брака. Затем она публично назвала декриминализацию семейных побоев 2017 года ошибкой и выступила за возвращение уголовного наказания, кризисные центры и психологическую помощь.

Это позволяет говорить о тактическом смещении акцента внутри консервативной позиции. Семья сохраняет статус основного субъекта, однако в предвыборной коммуникации усиливается больше социальная составляющая, нежели идеологическая.

🟦 ЛДПР: расширение женской аудитории через разные политические роли. В уже упомянутом докладе «Минченко консалтинг» отмечается сдвиг ЛДПР в сторону женской аудитории 50+ и расширение социальной повестки.

Мария Воропаева — ключевой спикер, образ которого связан с партийной идентичностью, пронатализмом и нарративами социальной защиты. При этом заметна и более широкая логика защиты «своих»: семьи, граждан, нации. Особенно значима апелляция к партийным и политическим авторитетам.

🟨 «Справедливая Россия»: материнство как социально-экономическая категория. Самый персонализированный кейс — Марина Ким. 30% её коммуникации приходится на формирование эмоционального настроя, 29% — на самопрезентацию. Основание — образ работающей матери. Это специфический вариант матернализма. Политические требования направлены на уменьшение экономических издержек материнства для женщины и перераспределение семейной нагрузки.

Что в итоге. Кампания показывает несколько способов публичной легитимации женщины в политике. Отсюда важен более широкий взгляд. Сегодня аналитический вопрос состоит уже не столько в том, допускаются ли женщины в политику, сколько в том, какие именно формы женской субъектности получают политическую легитимность внутри разных партий.

Кто признаётся «правильным» представителем женщин: мать, социальная защитница, профессионал, эксперт, правозащитница, предпринимательница? Какие проблемы считаются специфически женскими — семья и демография, насилие и безопасность, рынок труда, репродуктивное здоровье, экономическая автономия? И наконец, рассматривается ли женщина прежде всего как член семьи и социальной группы или как самостоятельный носитель индивидуальных прав? Ответы, как мы видим, могут быть разные.

Женщины в шахматах

Тут Павел Пряников показал, что среди 100 лучших шахматистов нет ни одной женщины. И задался вопросом:

Почему у женщин по сравнению с мужчинами так и не удаются шахматы? Ниже математические и стратегические способности, чем у мужчин?

Я уже отвечал на такой вопрос в серии из двух постов.

Повторю коротко:

1. Во-первых, большая часть разрыва объясняется тем, что мужчин в целом в соревновательных шахматах существенно больше (чисто количественно). А само различие в вовлечённости в этот вид спорта связано в том числе с гендерной социализацией, отношением к конкуренции и исторически сложившейся структурой шахматной среды.

2. Однако при этом одной только численностью игроков вопрос не исчерпывается: при учёте этого фактора разрыв сохраняется. И да — современные исследования действительно фиксируют некоторые когнитивные различия между мужчинами и женщинами. Однако эти различия: 1) сильно специфичны; 2) обычно невелики и, что важно, 3) в некоторых случаях формируются под воздействием как биологических, так и социальных факторов.

Т.е. доминирование мужчин в элитных шахматах следует рассматривать в том числе и как результат совокупности отбора, социализации, среды и различий в представленности.

Пока что, насколько я знаю, не существует исследований, позволяющих учесть все эти факторы, помимо биологических, разом в одной модели — и сделать точный вывод о том, что влияет сильнее всего.

Образы партий на выборах в Госдуму

Вышел новый аналитический доклад «Минченко Консалтинг» про сюжеты, образы и модели развития парламентских партий в кампании в Госдуму — 2026.
В нём — обзор предстоящих выборов через общие политические нарративы: какой образ будущего предлагают партии, какие сюжеты используют и какие архетипические роли примеряют на себя.

Как отметил Юлиан Баландин, ведущий аналитик «Минченко Консалтинг», в основе исследования — смешанная методология, сочетающая контент-анализ, нарративный анализ и экспертную оценку публичных образов партий и кандидатов. Эмпирическую базу при этом составили федеральная и региональная агитация, партийные сайты, телевизионные ролики, предвыборные дебаты, а также событийная повестка партий — инициативы, законопроекты и ключевые ньюсмейкеры кампании.

📍 Так, главный сюжет кампании — «Оборона крепости». Все парламентские партии так или иначе объединены вокруг темы суверенитета. Но при этом каждая партия всё-таки несколько по-разному объясняет, как именно эту крепость нужно защищать.

КПРФ, ЛДПР и «Справедливая Россия» сейчас конкурируют примерно на одном содержательном поле: государственное регулирование цен и бизнеса, ЖКХ, льготы, ограничение миграции, критика социального неравенства. Причём партии регулярно обвиняют друг друга в краже своих инициатив.

Различия внутри этой тройки сегодня скорее стилистические и технологические, чем содержательные.

🟥 КПРФ делает ставку на подчеркнуто оппозиционное позиционирование и выстраивает кампанию на «конфликте» с системой. Значительная часть повестки строится вокруг защиты собственных кандидатов, критики административного давления и демонстрации готовности к политическому противостоянию. Однако, кадровый состав и общая тональность кампании не всегда соответствуют заявленной степени радикальности.

🟦 ЛДПР проводит наиболее эклектичную кампанию: партия одновременно используются патриотическая риторика, социально-популистские инициативы, советская ностальгия. Высокая событийная активность пока не складывается в столь же четкое содержательное позиционирование — ощущается продолжение поиска новой роли после Жириновского.

Но, кстати, стоит отметить несколько кейсов, в которых ЛДПР (в основном на местном уровне) выходит за рамки стандартной партийной агитации и использует визуальные решения, рассчитанные прежде всего на эффект вирусного распространения («альтушки», «сикс-севен» и т.п.). ЛДПР в целом исторически воспринимается как политическая сила, от которой ожидают провокации, гротеска и нарушения жанровых правил. Хотя, например, «альтушек» начали использовать уже и в «Справедливой России»...

🟨 Сама «Справедливая Россия» сочетает социально-патерналистскую и государственническую повестку с заметно более жесткой патриотической риторикой. Однако внутри кампании конкурируют сразу несколько вариантов позиционирования — от защиты пенсионеров и перераспределительной политики до идей усиления государственного планирования и радикализации внешне- и внутриполитической риторики.

🌟 При этом советское прошлое неожиданно затянуло почти всех. Даже «Единая Россия», сохраняя цивилизационный нарратив, активно использует советскую эстетику и некоторые элементы левого дискурса.

🟩 «Новые люди» выстраивают позиционирование преимущественно вокруг будущего и отдельных проблемных тематик от домашнего насилия до интернет-ограничений. Их повестка позволяет заметно дистанцироваться как от советской ностальгии, так и от более традиционного государственно-патриотического дискурса.

Но есть и интересное противоречие: при названии «Новые люди» партия всё сильнее опирается на уже узнаваемую федеральную тройку и действующих депутатов, а действительно новых лиц в кампании немного. То есть бренд новизны постепенно институционализируется — партия сама становится частью привычного политического ландшафта.

При этом партии далеко не всегда сами управляют собственным образом. Так, во время сегодняшней дискуссии по поводу текста доклада, Кирилл Петров, руководитель аналитического отдела «Минченко Консалтинг», поставил вопрос о том, насколько партии сознательно конструируют нарратив, а насколько просто «проваливаются» в привычный для себя сценарий. Формально общий контекст задаёт «оборону крепости», но большинство партий довольно быстро возвращаются к разговорам о прошлом — просто потому, что сформулировать убедительный образ будущего значительно сложнее.

В конечном счёте, российские парламентские партии сейчас всё чаще конкурируют разными способами упаковки довольно ограниченного набора общественных запросов. И поэтому смотреть собственно на партийные программы сейчас не очень-то и интересно, так как конкуренция остаётся в поле эмоций, языка и отдельных нарративов о прошлом и будущем.

Что показал экспертный опрос РАСО о выборах в Госдуму — 2026

Вчера прошёл круглый стол Комитета по политтехнологиям РАСО, посвящённый результатам экспертного исследования ресурсов и стратегий партий на выборах в Госдуму — 2026. В опросе приняли участие 54 эксперта. А я собрал презентацию — советую почитать.

📍 Так, сохраняется значительный разрыв между «Единой Россией» и остальными парламентскими партиями по совокупности ресурсов. При этом внутри второй группы разрывы минимальны: КПРФ, «Новые люди» и ЛДПР получили соответственно 56, 55 и 54 балла. Главная динамика относительно 2021 года — усиление «Новых людей»: партия прибавила 20 баллов по совокупной ресурсной оценке и практически сравнялась с КПРФ и ЛДПР.

📍 Из технологических инструментов эксперты выше всего оценивают элитные договорённости — 9 баллов, затем мессенджеры и социальные медиа и событийный менеджмент — по 8. Полевая кампания получила 7 баллов, прямая реклама в СМИ — только 4. При этом Telegram остаётся самой эффективной цифровой площадкой, хотя также отмечается фрагментация информационного поля между разными площадками.

📍 По электоральным перспективам консенсус: 100% экспертов считают гарантированным прохождение ЕР, КПРФ, ЛДПР и «Новых людей». При этом у «Справедливой России» положение заметно менее устойчивое: только 25% считают её прохождение гарантированным, ещё 60% допускают преодоление 5-процентного барьера.

💬 Из некоторых интересных тезисов и прогнозов, прозвучавших уже в ходе дискуссии:
— Евгений Минченко (президент РАСО, президент «Минченко Консалтинг») назвал нынешнюю кампанию самой недофинансированной за последние 25 лет. При этом по одномандатным округам он допускает появление lucky punch candidates — неожиданных кандидатов, способных навязать конкуренцию фаворитам.
— Владимир Курков (соучредитель компании «Деловая репутация») считает, что отсутствие массовой федеральной установки на активную кампанию одномандатников создаёт для оппозиции «окно возможностей»: по его оценке, в трети или даже половине округов можно пытаться конкурировать при относительно небольших бюджетах.
— Татьяна Косачева (замруководителя департамента политических проектов КГ Полилог) обратила внимание на возвращение традиционной полевой агитации. Из-за отключений и ограничений интернета на части территорий листовки, раздаточные материалы и работа «от двери к двери» вновь приобретают практическое значение. При этом телевидение, соцмедиа и офлайн-коммуникации, по её мнению, следует рассматривать не как конкурирующие, а как взаимодополняющие каналы.
— Алёна Август (член комитета по политтехнологиям РАСО) охарактеризовала кампанию как проходящую по «партизанской» стратегии: интерес избирателей к выборам снизился, а традиционная схема «что-то пообещаем — и за нас проголосуют» работает всё хуже.

Куда уходят голоса: математика распределения мандатов и кому она выгодна

На днях телеграмм-канал «Political sins» рассказал куда уходят голоса за партии, не переступившие избирательный барьер. Как итог: никуда они не уходят, а просто перераспределяются пропорционально между прошедшими в парламент партиями. Таким образом, доля партии в парламенте оказывается выше доли голосов, полученной от всех пришедших на выборы избирателей. Однако, чтобы понять, кому и в какой пропорции достаются эти мандаты, нужно посмотреть на математику избирательной системы.

Когда парламент избирается по пропорциональной системе, необходимо решить, как перевести проценты голосов в конкретное число депутатских мест. Для этого существуют разные методы распределения мандатов. Все они работают с одними и теми же результатами голосования, но используют разные формулы — поэтому итоговое распределение мест может отличаться.

Например, существует метод Хэйра, который как раз применяется у нас в России. Общее число голосов делят на число мандатов и получают «цену» одного места. Партиям сначала достаются целые мандаты, а оставшиеся распределяются по крупнейшим остаткам. Благодаря этому даже неполной квоты может хватить для дополнительного места — поэтому метод сравнительно эффективнее позволяет малым и средним партиям конвертировать голоса в места.

Другая группа — методы делителей. В методе Д’Ондта голоса каждой партии делят на 1, 2, 3, 4 и так далее, а мандаты получают крупнейшие результаты деления. Такая последовательность относительно медленно снижает преимущество партии с большим числом голосов, поэтому Д’Ондт обычно немного усиливает крупные партии.

У Сент-Лагю принцип тот же, но делители растут быстрее: 1, 3, 5, 7… После получения мандата расчётный результат партии уменьшается сильнее, поэтому другим — в том числе небольшим — партиям проще конкурировать за следующие места. Итог обычно ближе к чистой пропорциональности.

Показателен пример Германии. Метод Д’Ондта, применявшийся на выборах в Бундестаг до 1980-х годов, был заменен методом Хэйра-Нимейера, в том числе из-за неблагоприятного эффекта для небольших партий. С 2009 года Германия использует Сент-Лагю, также позволяющий избежать систематического преимущества крупных партий, на выборах в Бундестаг и при распределении германских мест в Европарламенте. Особенно хорошо эффект виден на выборах в Европарламент в Германии, где отсутствует национальный заградительный барьер. В 2024 году партии, которые набрали всего по 0,6% голосов (ÖDP, FAMILIE и PdF) — получили по одному мандату.

При этом в некоторых странах Скандинавии применяется модифицированный Сент-Лагю, который повышает первый делитель (например, до 1,4), затрудняя малым партиям получение первого места. Это компромисс между желанием сохранить высокую пропорциональность и необходимостью немного снизить фрагментацию представительства.

Таким образом, из математического правила подсчёта напрямую возникает политический эффект: одни методы точнее воспроизводят доли голосов, другие дают небольшую премию крупным партиям и уменьшают фрагментацию парламента.

При этом в России для распределения 225 списочных мандатов используется используется один из сравнительно пропорциональных методов распределения мандатов — метод наибольших остатков с квотой Хэйра. В отличие, например, от Д’Ондта, он не создаёт систематической премии крупнейшей партии и позволяет сравнительно эффективно конвертировать голоса малых и средних парламентских партий в места.

Про результаты жеребьёвки и итоговое расположение партий в бюллетене на выборах в Госудуму-2026

Многие исследования электорального поведения показывают, что влияние расположения в бюллетене на результаты голосования наиболее заметно среди избирателей с низкой политической информированностью, неопределившимся выбором и слабой партийной идентификацией. По данным Russian Field (выборка в Москве) сейчас 14,5% граждан затрудняются ответить на вопрос о выборе партии. В последнем опросе ВЦИОМ — 14,7%. То есть порядок в бюллетене может в определённой степени повлиять, если эти граждане всё же придут на выборы.

В этом году наиболее благоприятный результат получила, конечно, «Единая Россия», занявшая первую строку. Эффект начальной позиции является наиболее устойчиво подтверждённым в исследованиях порядка размещения кандидатов и партий.

Однако второй номер у «Яблока» — также очень выгодная позиция для партии с ограниченными электоральными перспективами. «Яблоко» становится первой оппозиционной партией, которую видит избиратель. Это может помочь среди неопределившихся протестных и либеральных избирателей и частично оттянуть голоса у «Новых людей», стоящих в самом конце.

Хуже всего левым: с шестой по десятую позиции последовательно представлены СР, «Родина», КПРФ, Партия пенсионеров и «Коммунисты России». Возникает риск перераспределения голосов внутри левого и социально ориентированного электорального сегмента. Для КПРФ ситуация ухудшается присутствием рядом «Коммунистов России».

При этом последний номер, где расположились «Новые люди» тоже даёт бонус: исследования списков иногда обнаруживают преимущество последних позиций над серединой. Например, исследование по парламентским выборам в Словакии показало прибавку более 1,3 процентного пункта предпочтительных голосов. А исследование парламентских выборов в Финляндии выявило, что первые кандидаты получали наибольшую поддержку, затем результат снижался, но в конце списка вновь возрастал. Но «Новым» повезло и в другом: номер 11 легко использовать в агитации + партия располагается сразу после большого окололевого «фланга», что при чтении бюллетеня отделяет их от предшественников.

Российские исследования не позволяют установить универсальный размер бонуса от места в бюллетене для федеральных партийных списков. Наиболее близкий эмпирический анализ выборов в Государственную думу 2021 года показывает, что первая позиция в одномандатном бюллетене была связана с преимуществом примерно от 0,4 до 1,7 процентного пункта. Но эти оценки являются наблюдательными + эмпирической базой послужили всё-таки данные одномандатных округов, а не списочной части.

При этом с точки зрения реального влияния расположения в бюллетене на результат важнейшие последствия будут не у малых партий, а у ЛДПР, КПРФ, «Новых людей» и СР. Первые три ведут плотную борьбу за второе место, а СР находится ближе остальных парламентских партий к 5-процентному барьеру.

Женщины в российской власти: 3,3% губернаторов, более 70% на госслужбе

Новым главой (врио) Удмуртии стала Ольга Абрамова. Итого сейчас в губернаторском корпусе 3 женщины, что составляет лишь 3,3%. Если посчитать всех глав субъектов с 1991 по н.в. — то, если не считать краткосрочных врио, по моим подсчётам, получается примерно 439 человек. Из них женщин — только 9 (т.е. 2%).

Рекорд — 4 женщины-губернатора одновременно (с 2016 по 2018 год). Это Наталья Комарова (ХМАО), Марина Ковтун (Мурманская область), Светлана Орлова (Владимирская область) и Наталья Жданова (Забайкальский край). Была и пятая — Ирина Соколова в ЯНАО в мае 2018 г., но она занимала должность врио только 11 дней до назначения Дмитрия Артюхова.

В нынешнем составе Правительства РФ — 3 женщины (9,4%), в Государственной думе VIII созыва (2021-2026 гг.) — 77 женщин-депутатов (17,6%). В региональных парламентах РФ женщины составляют около 20% депутатского состава.

Однако в государственном и муниципальном аппарате женщины формируют устойчивое большинство — более 70%. В основном это органы судебной власти и прокуратуры (более 80%) и муниципальная служба (около 78%). Т.е. на уровне бюрократии низового уровня (street-level bureaucracy) гражданин вероятнее столкнётся с государством в лице женщины, а не мужчины.

При этом исследователи отмечают, что на госслужбе существуют два вида сегрегации женщин: вертикальная («стеклянный потолок») и горизонтальная (специализация по «женским» и «мужским» отраслям).

По оценке Гизатуллиной и Зиндер, «стеклянный потолок» для министерств находится на уровне начальника отдела или заместителя главы департамента: уже на уровне директора департамента женщин 30,4%, на уровне замминистра — 15,9%, сложнее всего преодолеть потолок в Минприроды, Минтрансе и Минэнерго. Горизонтальная сегрегация в принципе повторяет характерные для общества паттерны — женщин меньше в министерствах и на должностях, связанных с транспортом, связью, промышленностью и природными ресурсами.

Получается такая система, где женщины, по сути, занимают большинство исполнительных должностей, а центры принятия решений остаются за мужчинами. Но, тем не менее, ситуация динамична — представительство женщин становится больше на разных уровнях. Например, в VIII созыве (2021-2026) Госдумы доля женщин-депутатов по сравнению с VII созывом (2016-2021) выросла на 2,2%, а с VI созывом (2011-2016) — на 3,3.

Нейросетевая инфографика

Сегодня ЛДПР опубликовала серию карточек, посвящённых законотворческой деятельности партии в Государственной думе VIII созыва. Основой материалов стал экспертный доклад Павла Склянчука «Сила малых. Как партии парламентского меньшинства добиваются принятия федеральных законов».

Сложно не заметить, что эти карточки сгенерированы искусственным интеллектом. Об этом говорят некоторые устойчивые признаки: деформация сложных символов, несогласованность повторяющихся элементов, нестабильные шрифты и отсутствие единой композиционной системы. Да и, к тому же, в реальности на фасаде здания Госдумы находится герб СССР, который в карточках он превратился в нечто бесформенное. На разных изображениях меняются форма рельефа, конфигурация фасада и отдельные архитектурные элементы.

Но основная проблема связана не с дизайном, а с передачей данных исследования. Открыв доклад Павла Склянчука, я прочитал, что депутаты ЛДПР выступили инициаторами 14 законопроектов, впоследствии ставших федеральными законами. У КПРФ и «Новых людей» таких законов по 11, у «Справедливой России» — 9. Именно этот показатель используется авторами для оценки самостоятельной результативности фракций.

Больше всех своих инициатив до принятия в качестве федеральных законов смогла довести ЛДПР (14), что свидетельствует о высоком лоббистском потенциале и высоком уровне юридической грамотности партии.

При этом в инфографике ЛДПР почему-то указывается, что депутаты ЛДПР добились принятия 34 законов. Не соответствует источнику и значение по «Справедливой России»: на карточке указано 11 законопроектов, тогда как в таблице доклада приведено 9. Ошибка могла возникнуть в любой момент создания этих карточек: при автоматическом извлечении данных, генерации картинки ИИ или при объединении показателей, рассчитанных по разным основаниям — всё может быть. Но в текущем виде данные на картинке не соответствуют источнику, на который она ссылается.

Здесь стоит напомнить, что использование ИИ в любого рода публичной коммуникации требует как минимум четырёх уровней контроля:

— Аналитический. Необходимо определить единицу анализа, временной период, источник данных и критерии результативности.
— Редакционный. Формулировки должны соответствовать тому, что фактически подтверждается показателями и что можно верифицировать по иным источникам.
— Визуальный. Графическая форма должна упрощать восприятие информации, сохранять единообразие и соответствовать типу данных. От ИИ этого можно добиться, если постараться.
— Фактологический. Критически важно проверять числа, подписи, государственную символику (!), архитектуру, карты, портреты и другие элементы, имеющие самостоятельное фактическое значение. В ином случае читатель заметит подвох, а вы потеряете его доверие.

Повторю: для аналитических, информационных и агитационных материалов ИИ может выполнять вспомогательные функции, но ответственность за данные, интерпретацию и визуальное исполнение сохраняется за аналитиком, редактором и дизайнером.

👵 Доля женщин в списках кандидатов в депутаты Государственной Думы РФ от парламентских партий:

1. Справедливая Россия — 28,9%
2. Новые люди — 23,5%
3. Единая Россия — 18,4%
4. ЛДПР — 17,0%
5. КПРФ — 14,0%

Подсчитывались уникальные женские имена в федеральном списке и списке по одномандатным избирательным округам.

При этом важно отметить, что доля кандидаток не равна их потенциальной представленности в следующем созыве. При распределении списочных мандатов они сначала передаются кандидатам из общефедеральной части, а затем распределяются между региональными группами в зависимости от числа голосов, полученных партией на соответствующих территориях.

🧴🟦 Наиболее «качественно» женщины размещены в списках «Новых людей» и ЛДПР: Сардана Авксентьева и Мария Воропаева занимают третьи места в общефедеральных частях, а женщины возглавляют соответственно 8/37 и 9/35 региональных групп. Причём у «Новых людей» значительная часть женских первых мест приходится на крупные объединённые группы, что повышает вероятность их конвертации в мандаты.

🐻 У «Единой России» Мария Львова-Белова занимает 4 место в общефедеральной пятёрке, однако женщины возглавляют лишь 1 из 57 региональных групп. Вместе с тем многие кандидатки поставлены вторыми: при высоком общем результате партии такие позиции в крупных группах могут оказаться реально проходными. Поэтому «Единая Россия» может провести значительное число женщин за счёт масштаба партийного результата, хотя символически наиболее статусные первые места преимущественно отданы мужчинам.

🟥 У КПРФ Мария Дробот занимает 11-е место в общефедеральной части, четыре женщины возглавляют региональные группы, однако значительная часть остальных кандидаток находится в середине или конце групп.

🟨 Наиболее выражен разрыв между численностью и проходимостью женщин у «Справедливой России»: несмотря на то, что Марина Ким занимает третье место в общефедеральной части и 7 женщин возглавляют региональные группы, около 2/3 региональных кандидаток размещены в нижней половине своих групп, а 19 женщин вообще стоят последними.

Таким образом, по реальной «проходимости» мест с точки зрения представленности женщин лидируют «Новые люди» и ЛДПР. При этом «Единая Россия» уступает им по формальным показателям списка, но способна компенсировать это большим количеством потенциально проходных вторых позиций за счёт лучшего результата.

Как в России празднуют День города

В июне Дни города прошли сразу во многих региональных центрах России. Во многих случаях такая массовость связана с одновременным празднованием Дня России. Но не во всех. Решил посмотреть на эту тему подробнее.

По выборке из 85 региональных столиц, без учёта новых регионов, на июнь приходится около четверти празднований — 21 город. При этом сентябрь оказывается ещё более насыщенным на праздники: в начале осени День города отмечают около 26 городов, то есть примерно треть выборки.

Самая повторяемая конкретная дата — 12 июня: её используют как минимум 9 городов. Совмещение Дня города с Днём России характерно для Уфы, Перми, Сыктывкара, Саранска, Ижевска, Пензы, Тамбова, Ханты-Мансийска и ряда других городов. В этих случаях городской праздник включается в общегосударственный календарь, что позволяет сэкономить средства на организацию отдельных торжеств + привлечь народ как на День города, так и на День России.

Сентябрьский кластер устроен иначе. Здесь главную роль играет логика массового городского фестиваля: жители уже вернулись из отпусков, учебный и политический сезон начался, но погода ещё позволяет проводить большие уличные мероприятия. Поэтому многие города выбирают не фиксированное число, а вторые, третьи или последние выходные сентября. Так формируется плотная группа праздников в Москве, Самаре, Саратове, Туле, Южно-Сахалинске, Салехарде, Воронеже, Ставрополе, Краснодаре и других городах.

Отдельный паттерн — совмещение Дня города с ключевыми региональными праздниками. В Казани 30 августа День города совпадает с Днём Республики Татарстан, в Нальчике 1 сентября — с Днём государственности Кабардино-Балкарии, в Майкопе в 2026 году праздник совмещён с Днём Республики Адыгея.

Наконец, часть дат имеет историко-мемориальную природу. Белгород и Орёл празднуют 5 августа в связи с освобождением в годы Великой Отечественной войны и статусом городов Первого салюта. Брянск, Смоленск и Петрозаводск отмечают дни освобождения городов от фашистских захватчиков.

В результате в сумме на июнь+сентябрь приходится примерно половина Дней города в российских региональных столицах. Вот такая вот интересная логика.

Теперь магистр. ✅