Практически в любой беседе с русскоязычными коллегами и друзьями в последнее время так или иначе мы обмениваемся мнениями о фильме Ю. Дудя "Как устроена IT-столица мира". Резонанс, вызванный фильмом, вполне понятен: почти 16 млн просмотров трёхчасового видео за полторы недели - это серьёзное достижение.
Очень интересно, что реакция совершенно противоположная. Одни, как в комментариях под видео, восхищаются моделью Кремниевой долины и возможностями, которые она сулит. Другие же - в основном это люди, знающие "кухню" Долины изнутри - разбивают фильм и самого Ю. Дудя в пух и прах. Первые вообще-то и являются целевой аудиторией канала "вДудь", поэтому здесь он попал в запрос. А вторые критикуют его за то, что он не показывает, так знают намного больше. А не показывает он многое: тех, чей стартап так и не "взлетел", условия жизни рядовых разработчиков и инженеров, нищету обслуживающего класса, пренебрежительное отношение к Долине в профессиональной среде IT. Есть и более сбалансированные и даже немного противоречивые позиции, как у коллег-политологов
@politkoleno, с которыми готов подискутировать.
Мне фильм понравился, хотя как ученый я всегда делаю скидку с того пафоса, который есть у авторов подобных репортажей. Но для меня в фильме есть два важных аспекта, которые имеют прямое отношение к моей профессиональной деятельности.
Во-первых, это роль Университета, который не просто "кузница кадров", а целая экосистема, которая воспроизводит культуру и среду вокруг себя. Стэнфорд хорош тем, что удачно реализует модель "управления общим" Э. Остром в цифровом контексте, где главным ресурсом уже давно стало знание. Вот, кстати, почему упоминание Сколково вызывало такие усмешки у собеседников Дудя. Да, у Стэнфорда для этого были и есть возможности, в первую очередь финансовые, но ими тоже нужно умело распоряжаться. В 2012 году я принимал участие в большой конференции, которая проходила в Indian Institute of Science в Бангалоре - индийском аналоге Кремниевой долины - и много общался с коллегами, которые имели отношение к управлению создаваемой инфраструктурой. Они понимали свои реальные возможности и тоже создали экосистему, использующую их конкурентные преимущества, но не копирующую то, что есть в США.
Во-вторых, это ценностный аспект, который, кстати, подчеркивает в самом начале и сам Ю. Дудь. Мне вспомнились семинары с моими американскими студентами. Я около 10 раз читал курс американцам, где в рамках одной из тем мы сравнивали ценностные ориентации в России и США. Помимо традиционного обсуждения World Values Survey я всегда спрашивал, какие ценности наиболее важны для них. И всегда (!) первой ценностью, которую они называли, была liberty (именно liberty, а не freedom). То есть тот самый настоящий либерализм в понимании Дж. Локка, развитого Дж. Миллем. Такое единодушие меня даже начало как-то смущать, так как это были студенты совершенно разных основных специальностей (major) от компьютерных наук до менеджмента и международных отношений. И я думаю, что именно эта ценность делает американскую конкурентную среду такой продуктивной. Важна не только конкуренция, которая заставляет компании и индивидов быть эффективными, но и ценностная основа этой конкурентной среды. Грубо говоря, одних конкурентных правил игры недостаточно для того, чтобы рынок развивался и давал наибольшую отдачу для потребителей.
Мне кажется, это важно для понимания экономической модели, так как вместе с возможностями такое сочетание существенно увеличивает риски. Именно в такой парадигме существует, например, и Голливуд, обратной стороной которого стали миллионы сломанных карьер и обманутых перспектив людей с амбициями актеров, сценаристов и режиссеров. От этого выигрывают потребители, но ведь и риски разделяет в конечном итоге всё общество.
Я как раз работаю над проблемой сочетания конкуренции и сотрудничества в контексте публичного управления и регулирования, но вот про ценности в качестве важного фактора задумался только сейчас.
https://t.me/politkoleno/90
