Постоянная читательница

​«Где начинается Европа» Ёко Тавады (пер. с нем. Маргариты Ключак и Юлии Колпенко, с яп. Анны Слащёвой)

«По вторникам я с удовольствием ем своего отца. На вкус он как олень. Он слеплен из хлебного теста. ...»

Спорим, вы не ожидали такого захода и теперь гадаете, что всё это значит? Скрыта ли за этим какая-то мифология, инсайдерская шутка или шифр из символов? И да, и нет. Да, потому что мой опыт чтения сборника походил на постоянные попытки расшифровать все эти символы и трансформации, через которые проходят героини рассказов, дать им объяснение и перевести, если хотите. Нет, потому что по прочтении я думаю вот что: во-первых, это отвлекало и изымало меня из самих историй, как то бывает, когда читаешь на иностранном языке и спотыкаешься на каждом незнакомом слове, чтобы посмотреть его в словаре; во-вторых, у Тавады как будто действительно существует своя мифология и язык, уникальный способ говорить о мире и опыте, но его не нужно переводить буквально, а стоит довериться как данности другой культуры. Так что опыт столкновения с другой культурой и языком тут не только сквозные темы в рассказах, но и сам опыт читателя — вот такой вот фокус!

До этого сборника я читала «Мемуары белого медведя» и, как мне казалось, была готова к причудам прозы Ёко Тавады, фантасмагорическим перевоплощениям, аллегориям и её особенным интерпретациям вещей и событий повседневности. На фоне этого сборника роман — просто детская сказочка. Тавада — писательница-экзофон, большинство рассказов написаны не на родном языке — в её случае японском, а на немецком. И для неё сущность другого языка превратилась одновременно в инструмент исследования мира: в принципе, другой язык — это всегда способ познания другой культуры: «Я часто испытывала отвращение к людям, свободно говорящим на родном языке. Возникало ощущение, будто они не способны думать и чувствовать ничего, кроме того, что их язык так быстро и услужливо им предлагает»; и в сам объект исследования, потому что одна из повторяющихся особенностей её рассказов и эссе — это препарирование слов, их видоизменение и вычленение дополнительных смыслов. Короче, всё это один какой-то большой лингвистический прикол, можно только посочувствовать и поаплодировать переводчицам!

Довольно бессмысленно пытаться пересказать содержание рассказов, разве только чтобы заманить читателя интригующими диковинками. Как вам сюжет о женщине, обрастающей чешуёй, а потом подружившейся с призраком сгоревшей служащей отеля («Чешуйчатка»)? Или о девушке, которая отправляется в путешествие в Москву по Транссибирской железной дороге и пишет путевые заметки заранее («Где начинается Европа»)? Или о женщине, которая обращается к врачу с ушной инфекцией, а тот ей сообщает, что она беременна и вообще в её ухе он увидел сцену из «Мадам Баттерфляй» («Гость»)? Если грубо обобщить, то практически все тексты в сборнике даже не о столкновении с другой культурой, а о лиминальном пространстве между, где отчётливее всего видны различия и откуда сложнее всего перебросить мостик. Что же в итоге, а итога никакого и нет, потому что это одна из тех книг, которые действительно нужно и хочется перечитать дважды, отойдя от первого шока непонимания.

Издательство: @hide_books х @admarginem

​«Аномалии» Гильермо Арриаги (пер. с испанского Фатимы Таутиевой под редакцией Дарьи Синицыной)

Новый роман мексиканского писателя и кинорежиссера Гильермо Арриаги неожиданно переносит читателей с кипящих страстями улиц Мехико в туманную чопорную Англию конца XVIII века. Юный наследник знатного и старинного рода, Уильям Бертон, объезжает свои будущие владения и узнает страшную тайну — в хлевах, прикованные цепями, содержатся «аномалии» — люди, рожденные с особенностями в развитии. О них не заботятся, но и не убивают, а дают умереть естественным путем, потому что никто не знает, можно ли этих существ назвать людьми или они ближе к зверям, есть ли у них душа, чувства, сознание. Уильям проникается сочувствием и сначала загорается идеей им помочь, а чуть позже, страстно увлекшись наукой, решает посвятить себя медицине, чтобы найти способ излечить этих несчастных.

Такой выбор, ясное дело, оказывается вовсе не по нраву аристократическому семейству, ведь в их представлении врачи — всего лишь шарлатаны и прислуга. Как может наследник почтенного рода желать отказаться от привилегий и выбрать лечить простолюдинов, принимать роды и толочь порошки? Но Уильям остается непреклонен, так что его изгоняют, хоть и гарантируют достойное содержание. Словом, в своем роде он тоже становится «аномалией» среди знати.

Раз за разом с романтической горячностью (тут, безусловно, помогает и стилизация текста под эпоху) наш герой будет доказывать свое упорство и великодушие, пытливо изучать тайны природы и человеческого тела. На личном опыте ему предстоит ставить под сомнение и преодолевать условности и предрассудки прошлого — не только в плане науки, но и личных отношений, и показывать себя достойным наследником эпохи Просвещения. Пятисотстраничное повествование не дает притормозить и передохнуть ни на страничку: не успеешь оглянуться, как готический роман о тайнах поместья превращается в Bildungsroman, историю о нравах светского общества, а затем — в медицинский детектив, который отправляет главных героев в опасное путешествие в далекую Африку.

Совру, если не скажу, что, когда я впервые пролистала книгу, предложения в несколько страниц и явная экономия Арриаги на точках меня напугали. Но стоило только начать, и все эти с виду пугающие сложности мгновенно испарились — остановиться было совершенно невозможно. Автор и так и сяк крутит понятием «аномалия» — время от времени этот ярлык можно навесить на буквально любое действующее лицо в романе, и в конечном итоге предлагает, не отрываясь от хода действия, поразмышлять над тем, что вообще такое норма и можно ли чье-то определение нормальности, неважно, насколько устоявшееся, считать единственно верным.

Издательство: @polyandria

​Кажется, этот месяц у меня обещает быть месяцем, когда по работе я прочитаю больше, чем для себя и для блога. Штош, бывает! А пока я гораздо медленнее, чем хотелось бы, продвигаюсь через «Аномалии» Гильермо Арриаги, расскажу о некоторых окололитературных мероприятиях, которые издатели и другие книжные деятели подготовили для нас в ближайшее время.

Москва:
🍁 13 сентября, 13.00–19.00, Дом творчества Переделкино — день аналоговой культуры, также известный как фестиваль «Иррационально» от издательской группы «Альпина» и Дома творчества Переделкино. Тема фестиваля — весь тот человеческий опыт, который не поддаётся исчислению и алгоритмизации. В программе — встречи с писателями и разговоры о творчестве и воображении в эпоху ИИ; мастер-класс по разведению костра, настольные игры и прогулки на природе. Подробная программа и регистрация тут.

Онлайн:
🍁 15 сентября, 19.00 — открытая лекция Лизы Биргер «Убийства, драконы, любовники: что читать осенью». Не знаю, как вас, а меня осенью прямо-таки тянет на всё жанровое — хорроры, детективы, триллеры и тому подобное. На встрече Лиза Биргер расскажет, какие обязательные элементы делают жанровую литературу жанровой, что читать этой осенью и, если вам захочется, как интересно рассказывать о таких книгах. Лекция бесплатная, но нужно зарегистрироваться тут.

Ну и, заглядывая на пару недель в будущее, с 26 сентября по 4 октября пройдёт Московская книжная неделя. В программе чего только нет: презентации новых книжных проектов, ридинги, прогулки по литературной Москве, экскурсии в издательства и типографии, телемосты с зарубежными авторами, кинопоказы и мастер-классы. А ещё книжный рейв, стендап, аукцион, лотерея и книжный забег — кажется, книгу можно встроить в любую городскую практику. Начнётся неделя с дня рождения Ad Marginem, а её кульминацией станет Московская независимая книжная ярмарка, которая пройдёт 3 октября на территории ЦТИ «Фабрика». Ознакомиться с полной программой и списком площадок можно тут, но будьте внимательны, расписание может обновляться.

​«Страна молодых» Сон Вон Пхён (пер. с корейск. Екатерины Даровской)

Главная героиня, 29-летняя Ю На Ра, как водится на Новый год, даёт себе обещание — вести дневник, постараться стать хотя бы чуточку счастливее и приблизиться к своей мечте. А мечтает она оказаться на райском острове Сикомор — этаком аналоге «Сан-Джуниперо» из «Чёрного зеркала», но для молодых и помимо виртуальной версии, существующий на самом деле. Как только у неё появляются свободные деньги, она отправляется провести на пляже острова хотя бы несколько минут и пофантазировать, как станет его постоянной жительницей. А с деньгами у героини, как, впрочем, и у остальной молодёжи, — довольно туго.

Действие романа происходит в недалёком будущем: из-за низкой рождаемости в предыдущие годы средний возраст населения страны увеличился, и молодёжи приходится нести на себе бремя содержания превышающих её по количеству пожилых граждан, так что её и без того скудные заработки существенно обкусывают социальные взносы. Одновременно с этим молодые люди вынуждены конкурировать за рабочие места и честную оплату труда с ИИ-роботами. Государство с поддержкой частных корпораций учредило систему «блоков» — заведений, в которых проводят свою старость вышедшие на пенсию члены общества. Уровень жизни в них варьируется от категории А — для избранных и самых состоятельных пожилых людей — до F, в которую не хочется угодить никому, ведь там старикам приходится целыми днями работать, чтобы обеспечить себе койко-место в здании бывшей школы и пропитание. Стоит ли говорить, что если такой пожилой человек заболеет или по какой-то другой причине больше не сможет работать и приносить пользу, то окажется на улице.

Словом, справедливостью в этом обществе будущего и не пахнет. Но не пугайтесь: это я вывалила на вас всё и сразу, а в романе эта информация подаётся постепенно — одновременно с тем, как Ю На Ра, которая раньше жила себе своей жизнью и ни о чём таком не задумывалась, глубже погружается в устройство этого мира. Чтобы попасть в утопию Сикомор, она устраивается на работу в корпорацию, которая как раз-таки руководит учреждениями для пожилых, и на своём опыте проходит через каждый из блоков. Своеобразными помощниками ей также служат радикально настроенная соседка, одна из тех, кто выходит на митинги против власти стариков; врач, работающий в той же корпорации, но занятый в системе добровольного ухода из жизни; бывший одноклассник, который со временем научился эту систему дурить, и многие другие.

Есть в романе и трогательная семейная линия о давнем конфликте героини с матерью — она существенно добавляет сюжету жизни и человечности, а героине — глубины. Потому что в остальном роман временами выглядит как ликбез о социально-экономической несправедливости для юных: персонажи порой высказывают вслух крайне радикальные и противоречивые взгляды, но форма художественного произведения их извиняет, а читателю вместе с главной героиней предлагается поразмышлять над тем, насколько такие взгляды имеют право на существование и что они упускают из виду.

Роман получился чрезвычайно интересным с точки зрения обсуждения — пусть даже и с самим собой, а лучше с кем-нибудь. Он не показывает каких-то фантастических вариантов развития общества будущего и даже кажется пугающе реалистичным: Сон Вон Пхён лишь слегка выкручивает насыщенность (под стать обложке) до антиутопии. А в послесловии она забрасывает удочку на продолжение, в котором, как мне кажется, будет подобным же образом интересно и доступно разобраны все dos and don’ts устройства утопического общества — острова Сикомор.

Издательство: @polyandria

Не знаю, кого благодарить — стечение обстоятельств, идеи, витающие в воздухе, муз за такое удивительное единодушие или издательские тренды, но сразу четыре моих любимых и очень разных автора решили взять и дропнуть романы о музыкантах — 3 уже этой осенью и ещё один весной. Что это за неожиданный праздник на моей улице?

Собрала всё в карточки с краткими аннотациями, вдруг вы присоединитесь к моему ожиданию 🎶

​«Париж, 1937» Карло Белли (пер. Кары Мискарян)

Перед нами дневник 34-летнего на момент написания итальянского критика, теоретика искусства и художника. Впервые дневник был опубликован много лет спустя, в 1980 году, и, пусть в предисловии к изданию Белли просит извинить его за некоторую пылкость и категоричность суждений, свойственных молодости, к 1937 году он уже сформировал свой взгляд на современное искусство и написал свой большой труд Kn (1935), посвящённый итальянскому абстрактному искусству и высоко оценённый Василием Кандинским. Меня, если честно, так и подмывает столь же категорично, как делает то Белли по отношению к другим, охарактеризовать его евангелистом абстракционизма.

Еженощно на протяжении трёхнедельной поездки с друзьями на Всемирную выставку 1937 года в Париже Карло Белли садился за дневник после насыщенного впечатлениями и событиями дня. «Куда пошли?», «что видели?», «с кем встречались и говорили?» — Белли фиксирует всё, что происходило с ним за это время. Тут было бы закономерно задаться вопросом: а почему это вообще должно быть интересно читать? И на этот вопрос, во-первых, отвечают два слова в названии книги. Париж — центр развития и экспозиции современного искусства того времени. 1937 год — период в истории, когда фашистские режимы прочно утвердились в Германии и Италии и беззастенчиво вмешиваются в деятельность художников, галеристов, критиков, you name it: одних превозносят и расчищают им путь, других нарекают «дегенеративными», и так же живо художники реагируют на политические изменения, ну а над Европой нависла туча. Во-вторых, в обстоятельной вступительной статье переводчица Кара Мискарян предоставляет читателю чёткое понимание личности и роли автора, экспертности его суждений, если хотите.

Программа насыщенных трёх недель действительно впечатляет: от непосредственного посещения павильонов разных стран на Всемирной выставке, спектаклей Жана Кокто и Жана-Ришара Блока до частных визитов к коллекционерам, вдове Поля Гийома и Василию Кандинскому — в конце ещё дополнительно представлена переписка Белли и Кандинского. Суждения критика, как он сам на то указывает в предисловии, порой кажутся довольно резкими и противоречивыми, порой они вообще состоят из краткого «ни о чём» — особенно интересно смотреть на эти оценки девяносто лет спустя. Отдельно мой пунктик — крайне нелицеприятные и мизогинные высказывания автора по отношению к женщинам: тут уж извините, на юношеский максимализм списать сложно. Но в целом это чрезвычайно занимательный и аутентичный срез моментальных впечатлений и суждений об искусстве эпохи, при этом сама эпоха зачастую остаётся за кадром: Белли не подвергает её сколько-нибудь намеренному анализу, но она заметна в оценках конкретных произведений искусства и влияний художников.

Издательство: @garagemca_on_paper

​«Кем бы я была, если бы не была собой» Риты Буллвинкель (пер. Екатерины Гершензон и Марии Губарь)

Насколько я обожаю читать сборники рассказов, настолько ненавижу о них писать: писать о каждом рассказе отдельно — утомишься сама и утомишь читателя; пытаться найти нечто объединяющее во всех текстах — неизбежно что-то упустишь или обобщишь неаккуратно или даже грубо. Словом, сплошная морока. И всё же я попытаюсь, потому что Рита Буллвинкель — очень своеобычная писательница, за творчеством которой хочется следить. Я познакомилась с ней по роману «Удар в голову», и если вы его ещё не читали, то сначала вернитесь сюда, а уже потом продолжите чтение этого текста. Роман вышел в 2024 году и заработал себе места в шорт-листах всех, кажется, возможных премий: от Букера до Пулитцера, а вот рассказы — более ранняя история, сборник (Belly Up) в оригинале вышел аж в 2018 году.

Я не хочу сказать, что чтение сборника первым вас оттолкнёт, просто, как мне показалось, именно в случае с Буллвинкель роман дал мне более полное понимание творческого метода автора — её проза очень концентрированная, звенящая от напряжения, вся как натянутая тетива. В рассказах это тоже заметно, просто, как свойственно сборникам, они неоднородны. Например, к самым коротким рассказам, таким как «Сгорбленный», «Неф», «Неравнодушные люди», я не смогла подобрать ключика — для меня они остались вещами в себе. В то время как давший название сборнику на русском «Кем бы я была, если бы не была собой» — развёрнутый, лиричный текст, который заставляет глубоко сочувствовать женщине, переживающей смерть мужа и пытающейся определить, где пролегает граница между её истинным я и тем, что она переняла от окружения. А очень атмосферная история «Жареное тесто» живо воссоздала для меня дух затрапезной закусочной, в которой подростки наряду с изгоями общества нашли безопасное место для сокровенных бесед и искренних проявлений себя, где их никто не осудит, — свободное от стереотипов пространство, в которое захочется возвращаться и много лет спустя, хотя бы и мысленно.

Если всё же попытаться обобщить, то объединяющей темой сборника стала трансформация — этот процесс претерпевают как сами персонажи в связи с изменившимися взглядами, жизненными обстоятельствами, старением и смертью (после которой ничего не заканчивается, и она тоже требует некоторых действий), так и их взгляды на все эти процессы. Тексты Буллвинкель полны абсурда и сюрреализма, действительность в них чуть преувеличена и искажена, так что зачастую на эти изменения герои смотрят словно на сброшенную кожу — с безучастным принятием, совсем не так, как это увидит читатель.

Издательство: @Corpusbooks

​«Пурпурная Америка» Рика Муди (пер. Сергея Карпова)

Хотелось бы, конечно, начать и закончить обзор этого романа словами «мощный» и «восхитительный» и поставить на этом точку. Но, вероятно, нужно всё же попытаться объять и сформулировать свои впечатления. У меня это едва ли получится так же ёмко и виртуозно, как Рику Муди удалось вложить во вполне себе камерную и даже банальную семейную драму историю о крушении американской мечты. Всё в книге замечательно рифмуется и функционирует как единый организм: длительный распад когда-то счастливой нуклеарной семьи — с угрозой ядерной катастрофы; то и дело возникающие в тексте детали пурпурного цвета — с выцветанием былого благополучия и статуса; ритм повествования и особенности речи персонажей — с их внутренним содержанием.

По сюжету Декстер Рэйтлифф, также известный как Хекс, возвращается в дом матери в пригороде Коннектикута. Билли — мать Хекса, когда-то просто образцовая представительница высшего среднего класса: красавица, которая со вкусом обставила дом в престижном пригороде лучшими образцами антиквариата, играла в теннис, исправно посещала церковь, — теперь не может позаботиться о себе из-за нейродегенеративного заболевания, которое лишило её речи, зрения и подвижности. Не выдержав давления ответственности и бедности (не столько материальной, сколько вообще жизни, ограниченной потребностями жены), — второй муж Билли, Лу Слоун, сбежал, малодушно оставив прощальную записку на компьютере, которым его жена даже не может толком воспользоваться. Отчаявшаяся и одинокая женщина просит сына окончить её страдания, о чём Хекс не хочет даже слушать.

Тем временем Лу, которого только что отправили на пенсию с ответственного поста на местной АЭС, оказывается лицом к лицу с последствиями многолетней халатности и заметания проблем под ковёр, которые вот-вот рискуют вылиться (в прямом смысле) в техногенную катастрофу. Словом, сбежать ему далеко не удаётся, и вина за то, что он оставил беспомощную жену, настигает его с троекратной силой.

Пока персонажи с разной степенью неловкости и отчаяния пытаются выбраться из сложившейся ситуации, нам дозированно показывают картины из прошлого: счастливая семья переезжает в новый дом в пригороде — вот же она, реализованная американская мечта, живи и радуйся; умирает отец Хекса; дом пытаются обновить, но реновация обрывается из-за болезни Билли, и она так и остаётся жить в руинах. Это очень понятный реалистичный слой, за которым прослеживается история послевоенной Америки: радость от открытий в области атомной энергетики со временем трансформируется в угрозу техногенной катастрофы; счастливая семья из пригорода распадается на отдельные атомы — Хекс и его мать не могут эффективно коммуницировать друг с другом в том числе из-за заикания первого и немоты, вызванной болезнью, второй. Роскошный плюш и бархат изысканно обставленной гостиной выцветают в больничную палату.

Роман Муди — энергичный, виртуозный, подарил мне то ощущение читательского счастья, когда все эти связи вспышками озарения возникают в разуме, и ты одновременно восхищаешься языком, юмором, яростным ритмом текста во время чтения и его долгоиграющим послевкусием.

Издательство: @pollenfanzine

Ну и в последний летний день завершился наш долгоиграющий розыгрыш с @nlobooks и @loveinthefuckingworld, вдруг вы о нём уже и позабыли.

Книги и винтажные куклы отправляются к победителям:

1. Vendetta - 5nk21l
2. Буся - 5nhm71

Поздравляем!🎉

​Вдруг вы не знали, но осень — моё самое любимое время года, я та самая мадам, которая с первым осенним холодком бежит за pumpkin spice latte и новыми свечками. Обожаю! Поэтому я тут вдруг подумала, что было бы прикольно сделать подборку книжных новинок, которые я жду этой осенью, а не только свои жанровые октябрьские чтения. Итак, без долгих отлагательств:

🍁Новый роман Светланы Тюльбашевой — «Проклятая земля». Семейная пара переезжает в какую-то глухомань, чтобы открыть глэмпинг, но оказывается, что их участок граничит с заброшенной усадьбой с призраками. Разгадка многовековой истории может стоить им семейного благополучия и жизни. Роман поступит в продажу уже 2 сентября, а в Яндекс Книгах — одновременно в электронном и аудиоформатах!

🍁«Одиночество Сони и Санни» Киран Десаи — объёмный роман из шорт-листа Букеровской премии 2025 года автоматически кочует и в мой список.

🍁«Психопатка» Вирджинии Фейто — вообще-то эту книгу я уже прочитала в прошлом году, но очень рада, что она выходит на русском, и искренне советую всем, кому нравятся готические романы на современный лад с примесью придури, female rage и боди-хоррора.

🍁 «Совершенство» Винченцо Латронико — ещё один уже прочитанный и высоко оценённый по версии меня и международной Букеровской премии роман. Осовремененная версия «Аллегро Пастель» Лейфа Рандта, если можно так выразиться о романах, вышедших со столь коротким промежутком. Состоятельные экспаты обустраивают свою квартиру по последнему писку Pinterest-моды, путешествуют, тусуются как не в себя, но так и не находят счастья и смысла.

🍁«Отчёт мечтаний» Чимаманды Нгози Адичи — роман рассказывает о судьбах четырёх подруг, которые, каждая по-своему, переживают проблемы самоизоляции, эмиграции, расизма, насилия и гендерной дискриминации.

🍁 «Перфоманс» Беатрис Серрано — роман о женщине, которая крайне задолбалась, но не может бросить работу, потому что любит красивые вещи. Как я её понимаю, господибоже!

🍁 «Ловец бабочек» Костадина Костадинова — действие этого болгарского романа разворачивается на исчезнувшем острове. Прибывший туда студент знакомится с последним хранителем этой земли, который потчует его историями. В основе сюжета лежит народное поверье о бабочках, которые являются к умершим, чтобы перенести их душу в вечность.

🍁 «Смена тигра» Тани Коврижки — роман-квест, построенный по механике компьютерной игры, от авторки автофикшна «Яд».

🍁 «Пока, до завтра!» Уильяма Максвелла — роман редактора художественной литературы журнала The New Yorker об убийстве, случившемся в сельском Иллинойсе в начале 1920-х годов.

​«Зама» Антонио Ди Бенедетто (пер. с испан. Александра Казачкова)

Роман аргентинского писателя Антонио Ди Бенедетто был впервые опубликован в 1956 году, и нельзя сказать, что он прошёл незамеченным — его отметил, к примеру, Борхес. Но вторую жизнь и неожиданную популярность он обрёл шестьдесят лет спустя, после того как был опубликован в английском переводе в издательстве New York Review Books (NYRB) — известном своим интересом к позабытой классике. Прошло ещё десять лет, и вот теперь его можно прочитать и на русском.

Действие романа происходит в Парагвае в 1790–1799 годах. Главный герой, дон Диего де Зама, когда-то был коррехидором — то есть занимал важный административный пост в колонии. О себе он говорит: «Зама, подавивший бунт туземцев, не проливший ни капли испанской крови, стяжавший почести у монарха и уважение у поверженных». Теперь же он влачит тусклое существование законоведа вдали от семьи и постоянно чего-то ждёт: денег, весточки, повышения, признания своих былых заслуг. Роман состоит из трёх частей: 1790, 1794 и 1799 — и мы наблюдаем за постепенным нисхождением героя не только в плане надежд на карьерное продвижение или возвращение к родным, но и в плане его морального износа.

Зама в ипостаси, в которой он является читателю, — не самый приятный персонаж. Состояние, в котором он находится, можно назвать глубоким экзистенциальным кризисом: с каждым годом его надежды тают, а порой он бессильно сам выпускает их из рук, и вместо того, чтобы бороться или как-то проявлять себя, поддаётся инерции места — покинутой колонии, из которой более состоятельные бежали, а те, кто остался, точно так же прозябают и пытаются сохранить прежний облик в условиях нищеты. Вот и Зама влачит полуголодное существование, но пытается припудривать его каким-никаким статусом из прошлого — это ясно видно, например, по тому, как он мыслит о себе и как говорит: намеренно витиевато, словно он всё ещё состоит при королевском дворе и вертится в кругах высшего общества. Словом, такой fake till you make it.

В заключительной части, когда, казалось бы, всё уже потеряно и впереди героя ждёт только ещё более стремительное движение по нисходящей, он неожиданно присоединяется к опасному путешествию сквозь джунгли, полные враждебно настроенных коренных племён. Отряд отправляется на поиски опасного преступника, который когда-то сам был служащим испанской короны. Зама надеется таким образом вернуть свой статус, но горьким откровением оказывается то, что он уже вовсе не тот отважный коррехидор: время и обстоятельства сделали своё дело. Роман Ди Бенедетто сравнивают с произведениями Кафки и Беккета, и у них правда есть много общего. Погружая читателя в голову Замы, автор неспешно, но хирургически точно показывает, как герой, сам будучи частью безжалостной системы, оказывается одновременно и её жертвой.

Издательство: @polyandria

Что ещё почитать из забытых шедевров @polyandria:
«Оп Олооп», Хуан Филлой
«Иесинанепси/Кретинодолье» Режис Мессак

​«Куда ты меня не взяла» Марии Грации Каландроне (пер. с итал. Марии Громыко)

«„Это не то, о чем мы мечтали...“
Этот вздох звучит на каждой странице человеческой истории, на всех языках и диалектах мира он звучит с одинаковой болью, одинаковой яростью и одинаковым смирением, как будто мы все — один и тот же человек»

24 июня 1965 года. Случайный прохожий находит в саду виллы Боргезе восьмимесячную девочку. Когда за ней никто не возвращается, её передают монахиням. Три дня спустя в водах Тибра обнаруживают тело матери девочки, а ещё через день — тело мужчины, предположительно отца. Решившись на последний отчаянный шаг, Лючия и Джузеппе незадолго до того, как оставить ребёнка, отправляют в прессу письмо, в котором объясняют причины своего поступка и называют имя девочки — Греко Мария Грация. Письмо подписано именем матери — Лючии Галанте, в замужестве Греко.

Кажется, что подобный сюжет так и просится на страницы книги — в нём есть тайна и нелогичность того трагического дня, но главное — загадка жизни женщины, решившейся на столь ужасный выбор. Писательница Мария Грация Каландроне долго откладывала её написание и сопротивлялась желанию узнать больше, чем известные из прессы факты о судьбе своей матери. Её можно понять — с одной стороны, это очень интимная тема, с другой — едва ли образ биологической матери мог запечатлеться в памяти младенца. Лючия для Марии — недостижимое прошлое, совсем другая жизнь. И всё же в 2021 году писательница отправилась на поиски правды.

Её роман — своеобразный гибрид из разных форм повествования. Это одновременно и беллетризированная биография юной девушки из небольшого городка на юге Италии, полной надежд, которые разрушаются после неудачного брака, и роман-расследование, основанный на разговорах со свидетелями, архивных данных и заметках в прессе. Лючия в художественном воплощении её дочери — сильная женщина, которая не готова сдаваться до последнего. Она мечтает о лучшей жизни, не лишённой любви и не подчинённой лишь общественным требованиям, сначала для себя, а потом и для своего ребёнка.

Частная история раскрывает перед читателем проблематику целой эпохи — послевоенной Италии, в которой тысячи женщин обнаруживали себя в стальных тисках закона (супружеская измена была уголовно наказуема, а разводы не были разрешены), безысходности, бедности и морального осуждения. В поисках лучшей жизни жители Юга Италии отправлялись на Север, где сталкивались с предубеждениями. И в то же время «Куда ты меня не взяла» — это попытка воссоединения матери и дочери, способ Каландроне лучше понять саму себя и очистить репутацию Лючии. И мне кажется, что именно в соединении частной трагедии и более широкого современного взгляда на положение женщины в прошлом и кроется сила этой книги.

Издательство: @izdaniya

Что еще почитать похожего?
«Олива Денаро» Виолы Ардоне

​«Царица Грозная: Женщины и власть в России XVI–XVII веков» Константина Ерусалимского

«Хочу быть владычицей морскою, чтобы жить мне в Окияне-море, чтоб служила мне рыбка золотая и была б у меня на посылках» — как мы помним, после этого старуха из сказки Пушкина и осталась с носом, зато все остальные социальные ступени она преодолела. Сколько в этой сказке фантастического, если оставить за скобками царствование над Окияном-морем с золотой рыбкой в услужении? Как бы задаётся вопросом исследователь Константин Ерусалимский, начиная свою объёмную работу с довольно ироничного разбора сказки Пушкина и её сравнения с немецким оригиналом и французской версией.

Разбором этого красноречивого примера историк задаёт рамку — впереди нас ждёт богатое на открытия и пересмотр привычных представлений исследование о присутствии и роли женщин в государственных и церковных делах в XVI–XVII веках, а также о формировании патриархальных порядков и гендерного неравенства. Автор обращается к самым разным аспектам жизни женщин — от престолонаследия и прав на собственность до матримониальных традиций в разных социальных сословиях, уклада семейной жизни и женской эмиграции. Рассматривая судьбы конкретных исторических личностей, например Марины Мнишек, Ирины Фёдоровны Годуновой, Софьи Алексеевны и многих-многих других, исследование прослеживает их влияние на ключевые и запутанные события истории страны, а также сам процесс формирования образа «грозной царицы» — не просто супруги, но независимого политического актора.

Всё это замечательно интересно, и можно только представить, насколько титаническую работу с многочисленными источниками проделал автор. Но, признаться честно, эта книга — чтение не для слабых духом, даже Гермиона Грейнджер не назвала бы её «для лёгкого чтения». По сугубо моим обывательским ощущениям, перед нами скорее полноценная историческая монография, чем научно-популярное исследование: информации настолько много, что, объединённая по темам, а не по личностям, она вся целиком не укладывается в голове. К тому же безжалостен автор к читателю и в плане подачи — он ничуть не смягчает академический стиль и не делает пауз в повествовании, чтобы можно было выдохнуть и немножко переварить. Взять паузу можно разве что для того, чтобы полюбоваться на многочисленные иллюстрации, «СЛОВО» в плане издания, как всегда, на высоте — порой целые развороты занимают репродукции живописи и графики из зарубежных и отечественных музеев и архивов.

Издательство: @slovobooksru

​«Никто не отвечает» Чан Ынчжин (пер. с корейского Дарьи Крутовой)

Вот уже три года молодой человек по имени Хан Чихун путешествует по Южной Корее со своим лабрадором Ваччо. Каждую ночь он останавливается в мотеле, где делает короткие заметки о прошедшем дне и пишет письма. Он пишет своим родным, а ещё людям, с которыми познакомился в дороге. Те делятся с ним своими историями, а он старается подобрать нужные им слова; имён он не узнаёт, а каждому новому знакомому присваивает номер. Чихун планирует вернуться домой, когда получит ответ хотя бы на одно письмо, но, как мы понимаем, пока почтовый ящик остаётся пустым.

Весь роман написан в спокойном и даже отстранённом тоне и темпе, вторящем характеру самого героя. Казалось бы, такое путешествие предполагает спонтанность и некоторый риск, но у Чихуна всё подчинено ежедневным ритуалам. Прежде всего он заботится о Ваччо: тот уже старенький, к тому же слепой. Когда-то пёс был поводырём дедушки, но после несчастного случая Чихуну пришлось взять на себя обязанности поводыря для собаки. Выверенно и неспешно читателям открываются подробности прошлого и отношений в семье героя, и вот уже путешествие, которое могло бы быть способом молодого человека отвлечься от рутины, превращается в добровольное отшельничество и попытку искупления — отсюда и все эти ритуалы и обещания. В одном из мотелей, где останавливаются герой и его пёс, их селят в комнату, стены которой украшены репродукциями картин Эдварда Хоппера — кажется, нельзя было выбрать лучшего визуального воплощения настроения романа.

Чан Ынчжин говорит с читателем о чувстве отчуждения городского жителя, страхе быть непонятым и отвергнутым, об утрате крепких связей и попытке их восстановить аналоговым способом, и всё это раскрывается через манеру письма и истории людей, с которыми героя сталкивает жизнь, — таких же потерянных, отчаявшихся, мечущихся между надеждами и разочарованиями. Недавно я читала историю о мужчине из США, который получил открытку от родителей с опозданием на 26 лет, но она за это время совсем не растеряла ценности — совсем наоборот. Так и для Чихуна: в мире, где связаться с кем угодно можно одним касанием экрана, написанные от руки послания становятся вещественными доказательствами существования и связи — даже если адресат никогда уже не ответит.

Обещаю, эта книга разобьёт вам сердце, но это абсолютно того стоит!

Издательство: @polyandria

​Без всяких предисловий, я к вам с порцией новостей и анонсов!

Онлайновое:
Creative Writing School исполняется 11 лет (да что ж такое, каждый год дни рождения), и по этому случаю они одаривают нас всякого рода плюшками и приятными предложениями. Например, скидками в 20% на (почти) все онлайн и вебинарные курсы CWS и 5% на индивидуальные программы, очные курсы Ольги Славниковой и Дмитрия Данилова, а также на большие курсы «Год большого романа», «Большая мастерская детлита» и «Фэнтези-роман: придумать и написать». Все подробности можно узнать тут.

Помимо того, все купившие курс автоматически станут участниками розыгрыша. Победителей объявят во время прямого эфира романного питчинга выпускников CWS. Вне зависимости от того, планируете ли вы участвовать, очень рекомендую сходить послушать сам питчинг. Я вот была в прошлом году (о чём можно прочитать тут), и это было суперинтересно, потом очень волнительно держать в руках и читать роман, который презентовала сама авторка.

Для тех же, кто уже почти-почти решился, но не хватает финального пинка записаться на какой-нибудь курс, — до 31 августа можно принять участие в конкурсе на бесплатное место, например, на мастерскую «Проза для начинающих» с Ольгой Славниковой, курсы художественного перевода с французского, английского или немецкого или на небезызвестную мастерскую «Как писать о книгах» с Лизой Биргер и Леной Чернышевой. Полная информация о конкурсах тут.

Офлайновое:
Москва, 29–30 августа, ЦСИ «Винзавод» — гаражная распродажа издательства НЛО. Можно будет купить новинки, старинки и раритеты по приятным ценам (а это нынче актуально!), а отдельные экземпляры и вовсе от 100 рублей.

Тут будет кстати напомнить про розыгрыш книги Ани Федоровой «35 июля; но это не точно» и двух потрясных винтажных кукол, если вдруг вы пролистали мимо.

И последнее, но не по важности. На коллективном канале «Не перевелись ещё» мы приступили к чтению книг из лонг-листа Букеровской премии 2026. Юля уже опубликовала обзор на очень экспериментальный роман — Helen of Nowhere by Makenna Goodman, а я — на новое творение Эммы Клайн Switzy.

P.S. Цветочек Варфоломей смотрит вам в душу в целях привлечения внимания.