Now, Adele

Кстати, когда читала про еврейскую династию Сассунов родом из Багдада (их еще называют Ротшильды Востока), которые позже заселяли и обустраивали Шанхай, тоже удивилась подходу к взращиванию сотрудников.

После вынужденного переезда в Бомбей, они открыли собственную школу «менеджеров». Обучали международной торговле, бухучету, стандартам ведения деловой переписки и языкам.

Ну, то есть представьте, это XIX век, семья ведет международный бизнес на нескольких континентах, территории которых подчинены Великобритании. Никаких регламентов тогда никто не изобрел. Но они отчетливо поняли, что все письма должны быть на английском, и хотя бы один ответственный «на земле» должен уметь договориться с представителями «хэд-офиса».

Дела семьи пошли в гору (особенно с опиумной торговлей в Китай), и патриархи вообще переехали в Лондон, где дружили с принцем Уэльским) короче, employer branding окупился)

Готовлю выступления про маркетинг по-русски и буду рассказывать о кейсах, которые наши купеческие династии создавали еще в имперские времена, в XIX-XX веках.

Прямо сейчас изучаю, как Морозовы строили производства по принципу городов – с жильем, храмами, школами и больницами. В один момент стало ясно, что рабочим нечего делать в свободное время, от того они спивались. Так, например, в Тверской мануфактуре (на фотке именно она, лучше сохранилась) появились чайная и театр.

Неизвестно, что было первичнее – старообрядческие моральные нормы или предпринимательская дальновидность, но заботились также о преемственности профессии. Подрастающее поколение обучалось ремесленничиству, лучших отправляли на курсы и выставки, знакомили с новыми технологиями. То есть был employer branding в полном смысле этого слова: «У Морозовых можно построить карьеру».

При этом вся инфраструктура жизни рабочих была эстетичной. Мануфактуры – красного кирпича (с морозовского же завода), неорусские мотивы, длинные корпуса, все новое. В свободное время – третье место на выбор. Красота!

В условиях, когда в стране в принципе были проблемы с жильем в городах и социальными услугами, Морозовы создавали уникальную среду. Мне вообще кажется, что этот подход можно смело брать для учебников про устойчивость и экосистемы. Очень понятно и наглядно.

Ирландия вводит базовый доход для деятелей искусства – 325 евро в неделю.

Впервые запущенная в 2022 года, программа поддерживает 2000 артистов (людей искусства – в широком смысле), выбранных случайным образом по итогам открытого конкурса. С 2026 года поддержку хотят сделать постоянной. На данный момент считается, что каждый вложенный 1 евро принес стране доход 1.39, при этом затраты на пособия по безработице снизились.

Кажется, что отбор случайным образом – честный, так как ценность того или иного предмета нельзя назвать объективно. Зато по истечении нескольких лет можно посмотреть, насколько выбор был оправданным.

Кстати, в тему о любимых актерах — на Netflix вышел Zero Day с Робертом Де Ниро, и это весьма симпатичный политический триллер.

Бывший президент, ушедший на покой, вынужден вернуться в строй, так как на США совершены беспрецедентные кибератаки. Легкий спойлер — дело оказывается не просто во взломе цифровых систем, а в вирусе, влияющем на умы.

Мне понравилось, что эта метафора использована, чтобы показать поражение мира информационным шумом. Все в лучших традициях поздних антиутопий, где, как у Оруэлла, уже непонятно, кто враг, но он точно есть, и это надежная прививка страха.

Что-то я зачастила с гнетущим контентом (то Краснахоркаи, то Zero Day). Ну, куда деваться, осень.

Новый душевный кампэйн Warmer together от Moncler с Аль Пачино и Робертом Де Ниро

Хорошие какие!

Меня тут спросили, почему я так люблю светскую хронику столетней давности. Я решила поделиться с вами, а заодно сделать подборку постов по теме.

Все мы нет-нет, да вуайеристы: подглядываем за жизнью других. Есть даже комичная гипотеза, что речь наших прародителей развилась благодаря бытовым пересудам – сплетням. Сегодня же подглядывание занимает львиную долю свободного времени, на это настроена каждая соцсеть.

Меня очень напрягает смотреть за жизнью других в моменте. Во-первых, это рваная, неполноценная информация. Во-вторых, ситуативные суждения (а они возникают невольно) зачастую в корне не верны. В-третьих, это сильно отвлекает.

А теперь сравним с уже написанными судьбами. Можно вдоль и поперек изучить любовный треугольник Фриды Кало, Диего Ревера и Льва Троцкого. Заранее известно, что станется с коллекциями искусства наших купцов, и в каких музеях окажется 350+ полотен Морозова. Можно за один вечер узнать, как Бетховен потерял слух, и его «Ода к радости» была написана и исполнена, когда он уже полностью не слышал.

Люблю ли я подглядывать? Очень. Но мне нравится видеть картину целиком, а не в сериальном формате. И потреблять контент ровно тогда, когда я ощущаю готовность и зрелость его принять и анализировать, а не в течение 24 часов с момента публикации сторис.

А тем, что меня зацепило в моменте, непременно делюсь с вами. Вот обещанная подборка.

📌Шанхай 30-х при европейцах: первый глобальный город, где китайцы умирали на улицах
📌Как отпрыск Морозовых на спор выстрелил себе в ногу и умер
📌Тренд на старость: почему в Вене конца XIX века было неудобно быть молодым
📌 Секретная письменность женщин в Китае
📌Для самых любопытных! Книга про то, как основатель имперской «Азбуки вкуса» стал из крепостного ммиллиардером

Слово дня — разгильдяй

Этимология удивила. Оказывается, так называли тех, кто был изгнан из гильдии (купеческой, скажем). Или просто с документами проштрафился.

На фотографии я разгильдяйничаю на съемках шоу, где была ведущей.

Готовлюсь к мероприятиям, читаю книги про купеческие династии. Некоторые персонажи — беспрецедентно потешные.

Один из них — Арсений Морозов, благодаря которому на Воздвиженке, 12 появился особняк в Мавританском стиле. Говорят, мать прокомментировала так:

«Раньше я одна знала, что ты — дурак, а теперь вся Москва».

Стоит сказать, что отпрыск Морозовых и правда снискал дурную славу. Например, Толстой в «Воскресении» упоминает Арсения как «глупого и ненужного человека», то же самое говоря и о дворце.

Архитектором особняка выступил приятель Арсения Виктор Мазырин, с которым они вместе путешествовали по Европе. Оба впечатлилась Дворцом Пена в Синтре, в Португалии — он и стал прообразом. Мазырин же увлек друга эзотерическими практиками.

Судьба Арсения, который жил на широкую ногу, путешествовал и закатывал балы, кончилась комично. Он поспорил с друзьями, что, благодаря практикам Мазырина, научился легко переживать боль.

В итоге, на охоте Арсений выстрелил себе в ногу. И умер🪦

Ему было 35 лет)

В этом году Нобелевская премия по литературе отметила писателя, чьи тексты бьют в главный нерв современного человека – тревогу и предвосхищение катастрофы. Лауреатом стал венгр Ласло Краснахоркаи с его раманом «Сатанинское танго», который уже есть в русском переводе от издательства Corpus. А еще есть полутора- и семичасовой фильм)

Для Краснахоркаи характерна кафкианская манера повествования: его герои живут в уездном городе N, над ними нависает буря, и пусть каждый день напоминает предыдущий, он наполнен бесконечным гнетом и борьбой за остатки смысла.

Это очень резонирует с нашей реальностью, когда каждое новое сообщение или новость волнообразно приносят тревогу и спирают дыхание. Мы не ждем «конца», а живем в среде, которая похожа на последний вздох перед чем-то фатальным и разрушительным. При этом мир наш мир не плоский, в нем есть проблески надежды.

Писатель с хирургической точностью описывает этот самый момент, растянутый на целую жизнь. А еще Краснахоркаи сопротивляется: распаду языка, утрате смыслов, используя в литература длинные, сложные предложения, увлекающие в ткань написанного им мира.

Почему-то так случалось, что подобную литературу – в частности, Кафку – я читала в ослепительно солнечных и праздных местах типа Ибицы. Пожалуй, и эту книгу я возьму с собой в какой-нибудь отпуск. А то в повседневности нет резона нырять в такие образы: они бытуют и наяву.

Провела в Вышке семинар «Связи решают: как построить карьеру за счет партнерств». Говорили о том, что карьеру делают не «знакомства ради выгоды», а системная работа с людьми: доверие, расширение слабых и сильных связей, а в итоге – создание союзов. Я показывала, как сегодня работает экономика репутации: почему внимание — валюта, а партнерство — инвестиция с самым высоким ROI.

После семинара несколько студентов подошли ко мне с одним и тем же вопросом: как общаться с «важными-бумажными» дядьками и тетьками, которые влиятельнее и выше по статусу?
Интересно, что не каждому что-то нужно от «старших» — кто-то просто теряется, автоматически ставя себя на ступеньку ниже только из-за статуса студента.

Так уж устроено, что людей с сильной репутацией нередко окружают предвзятые реакции. В консервативных структурах их до сих пор побаиваются: предпочитают промолчать, чем сказать правду или задать неудобный вопрос. В более «дружелюбных» системах, где все вроде бы на ты, — та же дистанция, только мягче: неформальность не отменяет страха иерархии.

При этом есть простая вещь, которую стоит помнить и про «высокие кабинеты», и про любые двери, которые пока закрыты.

Во-первых, у молодых есть кредит симпатии и лояльности: когда видишь целеустремленного и вменяемого человека, хочется помочь.

Во-вторых, на вершине пирамиды очень не хватает простого человеческого общения — без лести, страха и сценографии почтения.

Это вообще обидно, когда тебя считают кретином-небожителем по факту статуса. Так что иногда честный разговор без реверансов — лучшая форма нетворкинга.

Это лучшее, что вы увидите за сегодня.

Невероятно эксцентричный и харАктерный танец “The Rich Man’s Frug” из фильма Sweet Charity 1969 года. Хореография Боба Фосса. Вообще, это идеальное воплощение того, как я бы хотела двигаться 24/7. Полная версия – здесь.

Последний год, когда плохое настроение, включала танец Уэнсдэй, но теперь – вы сами понимаете, куда я буду тапать в любой непонятной ситуаци.

В одном из сезонов «Очень странных дел» торговая улица Хоукинса пустеет из-за нового молла. Американцы массово устремляются за впечатлениями, а не покупками — и малому бизнесу остается только сетовать.

Крах локальной торговали 1980-х был паузой, и сегодня next-door experience переживает расцвет: мы стремимся туда, где нас узнают в лицо, и сервис персонализирован. В России самый лучший пример культуры соседства в торговле – это Вкусвилл, куда я сама хожу каждый день. И да, мне важно, что там меня знают по имени.

Та же динамика — в Великобритании. Заколоченные витрины универмагов и пустые торговые центры контрастируют с растущей сетью corner shops. За последние семь лет их стало на 10% больше — уже свыше 50 000. Парадокс в том, что ренессанс не связан с романтизацией прошлого: это результат социального запроса на микросообщество.

Зумерам, как никогда, нужен human touch, поэтому поход в магазин – уже не просто покупка, а еще small talk с продавцом и приветственные кивки соседям. Ну и сам магазин на углу – центр притяжения микрорайона.

По-моему, это очень здорово!

Журнал «Огород» и РСХБ устроили концептуальное прощание с «Золотой осенью» в отеле Regent.

Керамические работы Никиты Макарова — обитатели «Таинственного леса» — стали украшением овощного стола. А во внутреннем дворе создали невероятное пространство из колосьев и контрастных темно-красных яблок, которые однозначно стали фишкой вечера.

Спасибо команде, которая помогает быть ближе к земле, но со вкусом и выдержанной эстетикой 🍎