Now, Adele

На блазаре хорошее нашлось только в дизайн-секции. Очаровательные статуэтки, красивейшая ширма, кое-какие вещицы, цепляющие взгляд.

Картины же вызвали баннерную слепоту.

И еще очень душно. Катастрофически. Поэтому на ярмарке провела 10 минут, зато в баре от Белуги несколько часов. Там встречаешь вереницу знакомых и крепко держишься за бокал, потому что их буквально утаскивают рандомные соседи по столику.

По пути на дачу послушала 1/8 «Ночных дорог» Гайто Газданова. Книга русского эмигранта, работающего таксистом в Париже 1930-х годов.

Красной нитью Гайто протягивает мысль: что дама в меховой накидке, что горничная, что респектабельный джентельмен, что работяги — одного поля ягоды. Нечестные, так и норовят не заплатить за проезд, а если что осталось от другого пассажира — непременно уволокут с собой.

Гайто с неугасающим энтузиазмом собирал истории раздобревших куртизанок с золотыми зубами и сумасшедших. Вот, например, сюжет.

Однажды владелец кафе дал мужику по морде и выволок на улицу. Мужик невероятно оскорбился, но был трусоват и жил не в центре, а близ Версаля. Поэтому на протяжении нескольких лет по субботам, вечером единственного выходного дня, едва закрывалось то самое кафе, униженный приезжал к дверям бистро и поносил владельца, на чем свет стоит. Из любопытства Гайто сходил в это кафе, чтобы увидеть обидчика. Оказалось, тот умер уже 3 года как, и заведение принадлежит посторонней даме.

Если любите формат, когда истории собираются вокруг книжной лавки или отеля, — вполне себе. А такси в Париже 1930-х еще и обещает самую цветастую палитру горожан того времени.

Так, все, кому не нравится тягать железки, вот решение — модное активное долголетие

Сохраняйте локацию. Студия «Осанка» на Ленинском.

Села работать в кафе.

Две барышни за соседним столиком томно обсуждали, что в Париж — ни ногой. Да, красиво, но столько историй, как вылавливают красивых женщин и увозят в азиатские скам-центры: «Как, ты не слышала? В Лаосе!». Допили игристое и ушли.

Спустя минуту им на смену пришли две противоположности. Те, кто отвечают за визы, чтобы первые барышни летали в зону Шенгена.

По первым девушкам мгновенно считывалось, что они — праздный класс. Вторые безошибочно относятся к работягам.

Стало интересно, что считывают люди по моему внешнему виду, даже если рот не открывать.

Креативный класс?
Или все. Не подсказываю. Ваши версии?

Сентябрьское 🙃

Вот это.
Просто брифли о том, как евреи умеют пользоваться социальным капиталом 🥰

Собственно, вот контекст

ВОТ ЭТО ПОВОРОТ

Одна из героинь Гоша в «Маковом море» — внучатая племянница Жанны Барре, женщины, первой совершившей кругосветку.

Летом хотела купить книгу о ней, но смутилась из-за слишком уж женского оформления. Но после этой переклички авторов все же заказала.

Совершенно неожиданно у меня резко выросли ожидания от туристического сервиса.

Ещё этой зимой мне ничего не стоило жить в хостеле в Перу и вставать в 3:30, чтобы по холодной улице (градусов 12 градусов) пройти в душ, расположенный в отдельном здании. Вода там была едва тёплой, и никакого предбанника.

Очень долгое время в путешествиях для меня было важно преодоление: доказывала самой себе, что могу справиться с чем угодно. В этой игре гарантированно получаешь нехилую порцию дофамина, особенно за границей, где больше неизвестных переменных, интриги, риска.

У меня за плечами многолетняя карьера трипов в стиле «выживалити» — и, кажется, она подошла к логическому завершению.

Дело не в том, что я внезапно разбогатела. Просто теперь моё время и мои когнитивные ресурсы субъективно стоят гораздо дороже.

Для меня стало нормой, когда передо мной распахивают двери, тяжёлые вещи забирают из рук, не заставляют ждать и стоять в очереди, предугадывают желания, делают комплименты от отеля или ресторана и в каждой мелочи создают приятный опыт.

Конечно, комфорт будет не везде. Например, посреди боливийского Альтиплано с удобствами объективно беда. Зато утром ты видишь перед собой просторы Уюни, и оно того стоит.

Да и денег больших пока нет. Пока что!

Но теперь у меня появился четкий ориентир: я знаю, какой опыт приносит мне удовольствие. И описать его можно крайне прозаично.

Я не хочу ничего контролировать. Люкс — это когда подумали за меня, проявили заботу и предусмотрительность, избавив от нервов и напряжения.

И эта формула работает не только в сфере туризма и гостеприимства. Она вполне применима к человеческим отношениям.