Пояснительная бригада Лабубу / 拉布布明白队伍

День образования Китайской Народной Республики / 中华人民共和国国庆节

Про национальный праздник 1 октября в Китае мы уже писали, а сегодня имеем сказать, что на вопрос, является ли Лабубу коммунисткой, лабубин дизайнер Касинг Лун ответил прямо так, как мы на этом канале страшно любим и вас всё время подучиваем научиться отвечать — он сказал, что партбилета у неё нет.
А уж что это значит, и бывают ли коммунисты без партбилетов (или партбилеты без коммунистов) догадывайтесь типа сами. И, кстати, партбилета у неё может не быть, потому что она его потеряла, а так-то и коммунистка, и в партии состоит, и даже важную должность там какую-нибудь занимает.

В общем — молодец, пятёрка за ответ.

Еда белых людей / 白人饭

Еда белых людей / white people’s food в Китае это сильно не то же самое, что «еда как у белого человека» где-нибудь ещё. Старый добрый расизм в Китае часто реверсивный, то есть «как у белого человека» означает не «прилично» или «по-людски», а как раз-таки через жопу.

Именно это еда белого человека / 白人饭 поначалу и значила, мол, наспех сложенные куски хлеба и колбасы, это для белых людей еда. Прям приготовленная по их мнению еда. Но со временем как-то это не то чтобы перестало быть смешным, скорее, вместо этого многие молодые китайцы, которым лень готовить, попробовали такую вот еду белых людей, и сказали, что «а что-то в этом есть». Многие искренне ценят, что еда белых людей экономит время и деньги, но многие их и высмеивают, заявляя, что ну да, ну да, если что-то, что поддержит ваши жизненно важные функции организма, если вы это прожуёте, называть едой, то в этом смысле несомненно еда белых людей, это еда, но во всех остальных смыслах — вряд ли.
Еда белых людей, тем не менее, в Китае не сказать чтобы страшно, но популярна. Говорят, её даже можно есть не одному.

Мы с Лабубу считаем, что это Chinese food наоборот, ну эта вот тема из американских сериалов, когда они что-то там палочками в коробочках едят и называют это Chinese food. Вот всё то же самое, но в обратную сторону, это white people’s food.

Встреча Ма Иньцзю и Си Цзиньпина / 习马会

Ну и чтобы уж два раза не вставать, про первую (!) с окончания гражданской войны (!!!) встречу президентов КНР и Тайваня.

Встреча была во всё том же приснопамятном 2015 году, и, да, это была первая официальная встреча аж с 1949 года, но какой-то особо праздничной и объединительной она не выглядела, да и вообще закончилась ничем.
Руки друг другу перед камерами пожали и поужинали вместе. Здорово, конечно, но а дальше-то что?
Интриги на каком языке они будут говорить не было, потому что путунхуа и гоюй это тот же самый язык, хоть и с некоторыми оговорками, интрига была как они друг к другу перед камерами обращаться будут, поскольку их страны взаимно друг друга не признают и, стало быть, называть друг друга президентами они не могут.
Всем было жутко интересно, что у них там в их паршивых кармашках даже на табличках написано будет, но прагматичный Сингапур, где встреча проходила, всё испортил — называли они друг друга сяньшэн / 先生 / господин, то есть «господин Ма» и «господин Си».
Из подарочков, которые они друг другу надарили, все заметили, что Ма Иньцзю подарил Си Цзиньпину, бухлишко бутылку старого мацзусского / 马祖老酒, которая на самом деле не бутылка, в такая, знаете вот, ваза запечатанная с рисовым вином, и вместо того, чтобы обсуждать перспективы войны или объединения Китая и Тайваня, все дружно обсуждали, знает ли Си Цзиньпин как правильно пить это рисовое вино. Правильно пить его надо подогретым с сырым (!) имбирём и тростниковым сахаром (говорят, правда, что то ещё говнище в любом виде), но смысл в любом случае был в том, что у вина у этого ярко выраженный тайваньский колорит / 台湾味, и типа это Ма Иньцзю Си Цзиньпину приволок вкус Тайваня без самого Тайваня.
Так же бурно обсуждалось, что в ресторане заказали они оба обычный варёный рис / 糯米饭, любимое блюдо Мао Цзэдуна — свинину дунпо / 东坡肉, и сычуаньскую лапшу / 四川担担面. Последняя считается «едой для бедных». Что бы это значило?
Счёт они, кстати, из уважения друг к другу разделили поровну, как на плохо прошедших свиданиях, после которых никто друг друга больше не рассчитывает увидеть.
О чём на самом деле говорили и напились ли с горя как этот разговор прошёл, никто так и не знает, но из самых правдоподобных домыслов, ходили слухи, что договариваться ни о чём и не собирались, Ма Иньцзю оставалось досидеть свой президентский срок меньше месяца, если они о чём и договаривались, так это о его дальнейшей карьере и работе, а не о Тайване, а меню в интернет слили и обсуждать всё это разрешили, чтобы было поменьше ожиданий, что сейчас вот-вот оно грядёт, и не было вопроса: «И ну и чё?»
Прошло уже 11 лет: между Тайванем и Китаем так ничего и не изменилось, президенты с тех пор больше не встречались, выпил ли Си Цзиньпин свою подарочную бутылку дряни с тайваньским колоритом, никто и не знает, а вот обсуждения, что бы могло значить заказывание сычуаньской лапши в ресторане, и какой из президентов должен платить в ресторане — они-то вот, конечно, бессмертны. Это и есть настоящий результат этой встречи.

Речь Си Цзиньпина в Сиэтле / 习近平西雅图演讲

Если вы задаётесь вопросом, что из этого правда, а что учебник про Паланьку и Губо, то и поездка Си Цзиньпина в США в 2015 году, и его монументальный сиэтлский спич, от которого все резко взбодрились, и встреча с уходящим на тот момент президентом Тайваня первый раз с 1949 года — всё правда.

Сама поездка в 2015 была бы исключительно тупой и бесполезной (ну как и только что прошедшая), но в её самый первый день, Си Цзиньпин вдруг вместо того, чтобы гундосить по бумажке, как обычно, начал вещать не только всё вышеупомянутое, но и модный тогда сериал «Карточный домик» туда приплёл, и про свои мечты и каким он идиотом в молодости был, не забыл упомянуть, и даже рассказал, что таки у Хэмингуэя он лично больше всего прётся от «Старика и моря». В общем, американцы оценили и ещё долго потом обсуждали, что это было, да и китайские дети долго не могли заткнуться по поводу этой речи в интернетах (а взрослые придумывали, а не затем ли оно случайно всё и было, чтобы в глазах китайских юных поколений подняться и им понравиться).
Больше того, я вам скажу, что в Китае эту речь все до сих пор прекрасно помнят, хотя прошло 11 лет, и если вам, опять же, надо что-то отвечать китайцам про политику, когда они спрашивают, а как вот лично ты Си Цзиньпину относишься, то смело говорите про речь Си Цзиньпина в Сиэтле / 习近平西雅图演讲 — ужасно всем понравится такой ответ, а вы заодно свернёте со скользкой дорожки разговоров о политике куда-нибудь на мохито и американские сериалы.
В общем, всё действительно важное про бесконечные поездки глав государств туда-сюда-обратно, вы даже если и не хотите — узнаете, а если спустя месяц никто не помнит, что там было, то и не стоило всё это ни секунды времени вашей единственной жизни и вашего бесценного внимания.
А речь всё-таки и правда была зачотная, хоть и явно заготовленная (потому что синхронный переводчик ни разу не запнулся), когда Си Цзиньпин дошёл в ней до любимого бара Хэмингуэя на Кубе, куда он специально потащился, будучи фанатом, все уже прифигели настолько, что сидели только и слушали с открытыми ртами.
Спустя два дня в ООН Си Цзиньпин выступал как обычно по бумажке.

Герои этой книги вам несомненно хорошо известны, если Вы когда-нибудь учили или пытались учить китайский: 古波 и 帕兰卡, Губо и Паланька, Губерт и Бланка, Гилберт и Бианка, Саша и Маша Бобофу (Поповы) и т.д. Ну, в общем, Вы поняли.
...а если не поняли, поскольку никогда не открывали, да и вообще в глаза не видели этот не самый умный учебник, да и китайский это как-то не про Вас, то сейчас Вам предстоит волнующее знакомство с визитом Си Цзиньпина в США, финансовым кризисом 2015 года (про который Вы, скорее всего, тоже ничего не слышали), Китаем и китайским языком. Но сначала всё-таки немного про героев.

Итак: Хуберт — финансовый трейдер из Франкфурта-на-Майне и Бьянка — его тупая жена-модель откуда-то из деревни в Чехии, где всё ещё думают, что коммунизм не сковырнулся и Чехословакия по-прежнему существует.
Хуберт и Бьянка живут и трудятся в Китае (родители Бьянки думают, что они строят там коммунизм, и горячо одобряют), но на дворе 2015 год и в Китае финансовый кризис в 30 раз больше и страшнее происходящего одновременно с ним кризиса в ЕС, связанного с угрозами Греции уйти из-за своих же долгов и неспособности их оплатить. В ЕС все так увлечены разборками с Грецией и возлаганием надежд на умение Ангелы Меркель достичь компромисса, что китайский финансовый кризис ухитряются не заметь. Действительно, чего там.
Страсти накаляются. В Китае на бирже то ценные бумаги запретят продавать — можно только покупать, то весь пенсионный фонд в биржу вбухают, забыв, разумеется, спросить тех, чьи пенсии, что они по этому поводу думают, то расследование о сделках обратной продажи откроют, которые были легальны буквально вчера — что ни день, то сюрприз.
Хуберт подумывает, а не взять ли ему Бьянку подмышку и не съебать ли в Америку из-за финансового кризиса, но туда едет Си Цзиньпин, и в новомодном по тем временам онлайн-стриме Хуберт смотрит, как в Сиэтле Си Цзиньпин вдруг вместо обычной своей унылой речуги читаемой по бумажке принимается рассказывать, как он ездил на Кубу и пил там мохито в любимом баре Хемингуэя, потому что — ну, вы знаете — Си Цзиньпин ведь очень любит Хемингуэя. Как китайцы фанатеют от «Неспящих в Сиэтле» с Томом Хэнксом и Мег Райан, да и сам он, чего уж там, не прочь при случая американского кинца глянуть. Как Китай не попадётся в ловушку Фукидида, и как он, Си Цзиньпин, маленьким мальчиком…
Хуберт много раз проверяет тот ли стрим он смотрит. Может, это пранкеры какие-то. Или дипфейк. Может, не надо было столько пить вчера с китайскими товарищами, борющимися с финансовыми кризисом алкоголизмом? Но оно всё по-настоящему.
Бьянка, которая не отличает Китай от Тайваня, Тайвань от Гонконга, а Гонконг от Сингапура предлагает с горя поехать в Гонконг развеяться и прошвырнуться по дорогим магазинам, но вместо этого у неё получается предложить Хуберту сменить место работы и переехать в Сингапур. Хуберт думает, что вообще можно, потому что биржа там хоть и поменьше, зато финансового кризиса и коммунистов нет, и уже собирает чемоданы, но параллельно открывает новости и обнаруживает, что Си Цзиньпин как раз сейчас встречается в Сингапуре с президентом Тайваня Ма Иньцзю. Причём, это впервые с тех пор, когда в 1949 году гражданская война в Китае закончилась. Он уже ничего не проверяет, садится только на свои чемоданы, распаковывает подарочную бутылку маотай, вытаскивает пробку зубами, пьёт из горла и читает, как весь китайский интернет, которому обычно запрещено обсуждать главу государства, радостно трындит, что Си Цзиньпин с Ма Иньцзю подарили друг другу и заказали в ресторане, когда встретились. Всем пофиг, о чём они там говорили, вместо этого все обсуждают, почему они заказали какую-то деревенскую еду и что этим хотели сказать друг другу и всему миру.
Хуберт плакает. А Бьянка садится рядом, кладёт голову ему на плечо и вдруг говорит осмысленной человеческой речью: «Знаешь что, зая. А поехали-ка домой». Они и едут.

Но только дома обнаруживается, что 2015 год это ещё год миграционного кризиса в Европе вообще и в Германии в частности...

Помело и османт / 柚子和桂花

А всё-таки она вертится почему именно они пряники, а не блины, оладьи, какие-нибудь пышки, ну или чё там, науке так и неизвестно.

Про праздник середины осени / 中秋节 и пряники вот эти самые, которые на самом деле не с луны и вообще блины / 饼 или лепёшки / 饼, про всё про это мы уже писали, поэтому мы с Лабубу и дипсиком сегодня будем деловиты и очень кратки а не как обычно

Помимо пряников, в Китае в этот день ещё везде едят помело / 柚子 и всюду суют османт / 桂花, цветоськи и лепестки которого вы обнаружите не только разложенными всюду покрасивее, чтобы лежали и воняли, но также ещё у себя в чае, вине, причём, и рисовом и виноградном, а заодно ещё и в пряниках, конфетах и прочих самых неожиданных местах.
Если у вас будет уж очень много вопросов к тому, как можно цветы-то прям жрать и везде их пихать, или реакция отторжения в стиле домовёнка Кузи «Я не козёл — я это не ем», то имейте ввиду, что в Вене жрут цветы в виде конфет с фиалками, а в Амстердаме в виде пирожных с тюльпанами, и вроде бы никто не воет, а даже и наоборот — редкой удачей и специалитетами считают.