Национальные праздники бывают разные,
Но тока будьте осторожны: голос Мао Цзэдуна вам может сильно не понравиться сам по себе, даже если вы не понимаете китайского и не слышите его чудесного диалекта, который подавляющее большинство китайцев как тогда не понимали, так и сейчас не понимают, а само видео, скорее всего, не только не произведёт то монументальное впечатление, которое от него ожидается, но и прямо обратный эффект может вызвать.
Всё-таки, во-первых, сильно изменились представления об эстетике и торжественности, во-вторых, чисто техническое визуальное исполнение отличается от того, к которому мы привыкли, и, в-третьих, мы обожрались просмотром видео, которые легко доступны по первому запросу, и просто не способны понять, как это выглядело, когда просмотр вот этих неполных трёх минут на трофейном японском оборудовании для передвижной пропаганды, был событием жизни для людей в какой-нибудь отдалённой деревне. То есть даже не присутствовать вот прям там, на Тяньаньмыне, а посмотреть 3 минуты видео-хроники где-нибудь там у себя в деревне, было для многих событием жизни.
И, говорят, люди и без кино-показов этих искренне плакали от счастья, когда слышали о провозглашении КНР — такой сильный заряд надежды и уверенности, что «теперь заживём» несла эта новость.
И вот прошло 76 лет. Надежды тех людей, которые тогда, в 1949, плакали от счастья, прямо скажем, не сбылись, но и будем уж честны до конца, если бы им тогда сказали, что их правнуки и внуки будут знать про голод только как про чувство и в Китае вообще никто больше умирать с голода не будет; про войну и физическое насилие будут знать в основном из патриотических фильмов и всяких принудительных экскурсий и минут молчания; китайские спортсмены будут бить рекорды и сметать олимпийские медали; тайконавты летать в космос;