PL @arbitrationpractice15_16
Showing posts older than #661 · Back to latest
Forwarded from Судебная практика АС Московского округа
Что произошло. ООО «Радиус» (сетевая организация) обратилось в арбитражный суд с иском к УНО «Ростовский областной фонд защиты прав граждан-участников долевого строительства» (заявитель по договору технологического присоединения) о взыскании 2 488 608 рублей 39 копеек задолженности и 1 993 137 рублей 17 копеек пеней по договору № 359 от 21.12.2021 об осуществлении технологического присоединения энергопринимающих устройств (жилой дом в г. Таганрог) к электрическим сетям. Нижестоящие суды удовлетворили иск в полном объёме.
В чём ошибка. Суды не проверили акт об осуществлении технологического присоединения № 656257 от 01.08.2024, представленный истцом: данный акт составлен между ПАО «Россети Юг» и обществом, а не с участием фонда, и содержит указание на технические условия от 14.09.2022 № 61-1-22-00656257, которые не соответствуют техническим условиям, указанным в договоре от 21.12.2021 № 359 и приложениях к нему. Кроме того, в расчёте истца допущена арифметическая ошибка: вместо суммы 1 867 356 рублей 28 копеек указано 1 876 356 рублей 28 копеек. Суды не установили надлежащие периоды образования задолженности и не проверили расчёт на правильность арифметических вычислений, ограничившись формальным признанием расчёта верным.
Позиция кассации. Акт технологического присоединения, содержащий технические условия, не соответствующие условиям договора и иной документации по делу, не может служить надлежащим доказательством выполнения обязательств перед ответчиком. Периоды оплаты и начисления неустойки, определённые на основании такого акта, не обоснованы и не соответствуют доказательствам по делу. Суды обязаны проверить расчёт истца на правильность сумм, установить надлежащие периоды образования задолженности с учётом условий договора и исследовать весь комплекс имеющихся в деле доказательств во взаимосвязи и совокупности.
Для практики. Истцу по договору технологического присоединения необходимо обеспечить идентичность идентификаторов технических условий во всех документах — договоре, технических условиях и акте присоединения. Ответчику в аналогичных спорах следует заявлять доводы о несоответствии доказательств друг другу и ходатайствовать о проверке расчётов на арифметическую точность. При новом рассмотрении суду надлежит установить обстоятельства и периодичность начисления неустойки на основании надлежащих доказательств, а не на основании акта с противоречащими договору реквизитами.
Что произошло. Росалкогольтабакконтроль обратился в суд с заявлением об исключении ООО «Терра» из реестра производителей пива и пивных напитков в связи с неисполнением обществом обязанности по подаче достоверных сведений о производственной мощности оборудования. Нижестоящие суды отказали, сославшись на то, что общество подало заявление о подтверждении сведений в реестре.
В чём ошибка. Суды не учли, что заявление общества от 02.10.2025 было отклонено решением Росалкогольтабакконтроля от 15.10.2025 № Р-РП-1293 — обстоятельство, установленное из материалов дела и непосредственно указанное в апелляционной жалобе. Кроме того, обществом подано в общей сложности 6 заявлений о внесении изменений, и по большинству из них также приняты решения об отказе. Судами не установлено, какие конкретно сведения отражены в реестре, а какие не подтверждены. Также не оценивалось соблюдение 90-дневного срока подачи заявления, установленного частью 8 статьи 2 Федерального закона № 108-ФЗ.
Позиция кассации. Наличие (отсутствие) необходимости исключения лица из реестра зависит не от факта подачи заявления как такового, а от реального исполнения обязанности по представлению достоверных сведений для их отражения в реестре. Иное понимание приводит к ситуации, когда лицо, ненадлежащим образом исполнившее обязанность, продолжает состоять в реестре и осуществлять производственную деятельность без обеспечения установленного законом контроля. При этом суд кассационной инстанции не вправе устанавливать обстоятельства, не установленные нижестоящими судами, и принял решение об отмене с направлением на новое рассмотрение.
Для практики. Административному органу при обосновании иска об исключении из реестра необходимо доказывать не только сам факт неподачи документов, но и конкретные причины ненадлежащего исполнения — отклонение поданных заявлений, недостоверность сведений, нарушение срока подачи. Юридическому лицу следует обеспечить подачу именно достоверных сведений в пределах установленного срока, а не ограничиваться формальным направлением заявления. При повторном рассмотрении суду надлежит оценить каждое из поданных обществом заявлений и связанных с ними решений административного органа.
Что произошло. Арендодатель (ИП Аринкина) взыскивала с арендатора (ИП Коновалов) задолженность и неустойку по двум договорам аренды нежилых помещений. Дело рассматривалось в упрощённом производстве; резолютивная часть решения вынесена 10.06.2024, апелляционная жалоба арендатором подана лишь 13.04.2025 — за пределами как пятнадцатидневного, так и шестимесячного пресекательного срока.
В чём ошибка. Апелляционный суд восстановил пропущенный срок, сославшись на то, что девятиминутный промежуток между передачей письма почтальону и отметкой о неудачной попытке вручения физически исключает реальный выход к адресату, — и тем самым опроверг презумпцию надлежащего извещения. Между тем орган почтовой связи прямо разъяснил, что расхождение во времени вызвано исключительно несвоевременным внесением данных в информационную систему, а не фактическим отсутствием попытки вручения. Кроме того, перейдя к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, апелляция ошибочно посчитала, что утратила возможность прекратить производство по жалобе, — и не оценила доводы арендодателя об отсутствии оснований для восстановления срока. При снижении неустойки суд не применил пп. 71, 73, 74, 77 постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 № 7: не потребовал от арендатора-предпринимателя обоснования исключительности случая и не дал оценки доводам арендодателя о том, почему в новом договоре неустойка была сознательно увеличена сторонами в десять раз.
Позиция кассации. АС Северо-Кавказского округа указал: технические сбои в информационной системе Почты России не опровергают процессуальную презумпцию надлежащего извещения, закреплённую в п. 2 ч. 4 ст. 123 АПК РФ, — если орган почтовой связи подтвердил факт попытки вручения и возврат отправления по истечении срока хранения. Переход апелляционного суда к рассмотрению дела по правилам первой инстанции не лишает его права повторно оценить вопрос о пропуске срока и прекратить производство по жалобе при установлении отсутствия уважительных причин (пп. 2, 18 постановления Пленума № 12, Постановление КС РФ от 17.03.2010 № 6-П). Произвольное восстановление процессуальных сроков нарушает баланс интересов сторон и может свидетельствовать о злоупотреблении правом на судебную защиту (пп. 3, 4 ст. 1, п. 5 ст. 10 ГК РФ). При снижении неустойки по заявлению предпринимателя бремя доказывания несоразмерности и исключительности случая лежит на должнике; суд обязан оценить, почему стороны согласовали повышенный размер санкции.
Для практики. Взыскателю, столкнувшемуся с восстановлением пропущенного срока на основании данных трекинга Почты России, следует незамедлительно запрашивать официальное письмо почтового органа с объяснением расхождений во времени: такое письмо способно восстановить презумпцию надлежащего извещения. При возражении против снижения неустойки арендодателю необходимо документально обосновывать экономический смысл повышенного размера санкции и историю нарушений арендатора — это формирует доказательную базу против применения ст. 333 ГК РФ. Апелляционному суду при повторном рассмотрении надлежит вынести на обсуждение вопрос о добросовестности процессуального поведения арендатора, подавшего жалобу после возбуждения исполнительного производства.
Что произошло. Энергосбытовая организация (ООО «Электрон Энергосбыт») взыскивала с санатория задолженность за электроэнергию по договору от июня 2024 года на сумму свыше 14 млн рублей. В сентябре 2024 года санаторий заключил новый договор энергоснабжения с гарантирующим поставщиком (ПАО «Россети Северный Кавказ»), после чего апелляционный суд признал обоснованными требования лишь за август 2024 года, отказав во взыскании за последующие периоды.
В чём ошибка. Апелляционный суд, установив факт заключения договора с гарантирующим поставщиком с 01.09.2024, сделал вывод о прекращении договора с энергосбытовой организацией с этой же даты — без проверки соблюдения потребителем договорного порядка одностороннего отказа. Пункт 3.2.6 договора от 06.06.2024 требовал письменного уведомления поставщика не позднее чем за три календарных месяца до даты расторжения и оплаты поставленной энергии не позднее чем за десять дней до этой даты. Суд не оценил, выполнены ли эти условия, и не указал нормы права, позволяющие считать договор прекращённым в отсутствие такого соблюдения. Помимо этого, суд не исследовал: наличие у истца права распоряжения электроэнергией по п. 56 Основных положений № 442 (факт приобретения энергии в точках поставки ответчика); заключение истцом договора с сетевой организацией на передачу энергии (п. 2.1.1 договора и абз. 3 п. 124 Основных положений № 442); идентичность приборов учёта — в договоре от 06.06.2024 указаны счётчики, которые согласно актам замены выбыли ещё в декабре 2023 года; корректировку задолженности за август 2024 года на 853 495 рублей, учтённую истцом в сумме иска, но не оценённую судом.
Позиция кассации. АС Северо-Кавказского округа указал: Закон № 35-ФЗ и Основные положения № 442 не устанавливают для энергосбытовой (не гарантирующей) организации обязательных сроков уведомления о расторжении договора, поэтому порядок одностороннего отказа определяется исключительно условиями самого договора (ст. 421, 422 ГК РФ). Вывод о прекращении договора с момента заключения потребителем нового договора с гарантирующим поставщиком является преждевременным, если не установлено соблюдение договорного порядка отказа. Право энергосбытовой организации на распоряжение энергией подтверждается по правилам п. 56 Основных положений № 442 и должно быть проверено судом. Неурегулирование отношений с сетевой организацией влияет на применимый тариф при расчёте задолженности (абз. 3 п. 124 Основных положений № 442).
Для практики. Потребителю, желающему сменить энергосбытовую организацию на гарантирующего поставщика, недостаточно просто заключить новый договор — необходимо строго соблюсти договорный порядок одностороннего отказа (уведомление за три месяца и погашение долга). Энергосбытовой организации при взыскании задолженности следует заблаговременно подтверждать право распоряжения энергией в точках поставки (договоры на оптовом или розничном рынке по п. 56 Основных положений № 442) и факт урегулирования отношений с сетевой организацией. При наличии корректировок расчётно-платёжных документов необходимо раскрывать период, к которому они относятся, и отражать это в актах сверки.
Что произошло. Администрация города Краснодара обратилась с иском о сносе двухэтажного нежилого здания площадью 932,6 кв. м, возведённого предпринимателем без разрешения на строительство на земельном участке с ВРИ «для ИЖС; магазины». Нижестоящие суды отказали в сносе и обязали предпринимателя лишь устранить нарушения пожарной безопасности, а при невозможности — снести объект.
В чём ошибка. Суды первой и апелляционной инстанций, применяя пп. 30–31 постановления Пленума ВС РФ от 12.12.2023 № 44, не установили ключевые обстоятельства, обязательные при рассмотрении споров о самовольных постройках: предпринимал ли застройщик надлежащие меры к получению разрешения на строительство, готовил ли проектную документацию, и имеются ли в его действиях признаки явного и намеренного недобросовестного поведения. Суды фактически допустили возможность легализации объекта через устранение нарушений, не проверив предпосылки для применения п. 3 ст. 222 ГК РФ.
Позиция кассации. АС Северо-Кавказского округа указал: отказ в сносе самовольной постройки возможен лишь при наличии условий п. 3 ст. 222 ГК РФ и в отсутствие очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения застройщика (п. 21 Обзора судебной практики ВС РФ № 2 (2020), п. 43 постановления Пленума № 44). Непринятие своевременных мер к получению разрешения на строительство и необоснование наличия препятствий к легальному строительству влечёт единственное правовое последствие — снос объекта. Из материалов дела не следовало, что предприниматель предпринимал какие-либо меры к легализации объекта, который планировался к использованию в коммерческих целях (торговый центр), тогда как разрешение выдавалось лишь на индивидуальный жилой дом площадью 243,3 кв. м.
Для практики. При оспаривании самовольной постройки органу местного самоуправления надлежит доказывать не только факт отсутствия разрешения, но и отсутствие со стороны застройщика каких-либо мер к легализации — это формирует основание для безусловного сноса. Застройщику, рассчитывающему на сохранение объекта, необходимо заблаговременно документировать все обращения за разрешением, подготовку проектной документации и причины отказов уполномоченных органов. Суду при новом рассмотрении надлежит установить добросовестность поведения застройщика как обязательное условие перед обсуждением возможности приведения объекта в соответствие вместо сноса.
Что произошло. Водоканал взыскивал с абонента плату за негативное воздействие загрязняющих веществ на централизованную систему водоотведения (ЦСВ) за период с 01.04.2023 по 31.07.2023. У абонента два канализационных выпуска: КК-1 (столовая) — превышение по взвешенным веществам, ХПК, БПК5, азоту общему, фосфору; КК-2 (административное здание) — превышение только по азоту общему. Нижестоящие суды снизили размер платы, приняв контррасчёт ответчика.
В чём ошибка. Суды не проверили контррасчёт ответчика на соответствие пунктам 123 и 123(1) Правил № 644 и не установили обстоятельства применения повышающего коэффициента (п. 123(2) Правил № 644). Ответчик применил норматив ХПК 700 мг/куб.дм для общесплавной системы, тогда как доказательств того, что система водоотведения является общесплавной, материалы дела не содержат (п. 107 Правил № 644). Кроме того, ответчик усреднил концентрации загрязняющих веществ по двум выпускам (в том числе по КК-2, где превышений не обнаружено), что привело к освобождению от платы за взвешенные вещества, БПК5 и фосфор общий.
Позиция кассации. Усреднение сверхнормативных значений фактических концентраций допускается только при невозможности определить объём стоков по каждому выпуску (отсутствие приборов учёта и баланса). Если баланс водопотребления и водоотведения позволяет установить процентное соотношение объёмов сточных вод по выпускам, расчёт усреднённой концентрации не производится — объём стоков по каждому выпуску известен, и плата исчисляется по каждому выпуску раздельно. Применение ответчиком одновременно данных баланса для определения объёмов и усреднения концентраций противоречит формулам Правил № 644.
Для практики. Водоканалу при расчёте платы надлежит учитывать процентное соотношение объёмов стоков по каждому канализационному выпуску, если оно установлено балансом, и не допускать формального отказа от баланса в свою пользу. Абоненту при контррасчёте нельзя усреднять концентрации по выпускам, где превышений нет, и необходимо применять верный норматив ХПК — 500 мг/куб.дм для бытовых систем водоотведения. Обе стороны должны обосновать применение или неприменение повышающего коэффициента. На новом рассмотрении суду предстоит проверить оба расчёта по формулам пунктов 123 и 123(1) Правил № 644.
Что произошло. Индивидуальный предприниматель Костыгов Л.О. подал заявку на участие в электронном аукционе на право заключения договора аренды земельного участка. Организатор торгов — управление по имущественным отношениям мэрии г. Черкесска — отказал в допуске на основании непредставления документа, подтверждающего оплату задатка (пп. 1 п. 8 ст. 39.12 ЗК РФ). Предприниматель оспорил результаты аукциона, ссылаясь на блокировку средств на своём лицевом счёте электронной торговой площадки. Суды двух инстанций отказали в иске; АС Северо-Кавказского округа отменил акты и направил дело на новое рассмотрение.
В чём ошибка. Суды не учли, что согласно п. 5.2 извещения о проведении аукциона информация о внесении задатка формируется оператором электронной площадки и направляется организатору торгов. Также не была дана оценка п. 10.7 регламента ЭТП, согласно которому задаток считается внесённым при наличии свободных средств на счёте и их блокировании при подаче заявки. Суды квалифицировали представленный платёжный документ как недостоверные сведения, не оценив его в совокупности с информацией о статусе задатка по конкретной электронной процедуре, и не исследовали аукционную документацию и регламент электронной площадки в полном объёме.
Позиция кассации. Согласно п. 2 ст. 39.12 ЗК РФ представление документов, подтверждающих внесение задатка, признаётся заключением соглашения о задатке. При электронной форме аукциона подтверждением поступления задатка может являться информация оператора электронной торговой площадки о блокировании денежных средств на счёте заявителя. Наличие на счёте предпринимателя достаточной суммы и её блокировка средствами ЭТП подтверждены документально (оператор сообщил о блокировке 119 500 руб. 50 коп. 24.05.2024). Представление платёжного документа с суммой, меньшей общей суммы задатков по всем поданным заявкам, не может определённо свидетельствовать о том, что задаток по конкретной заявке не внесён, — такой документ подлежит оценке применительно к каждой заявке в совокупности с информацией о статусе задатка в электронной процедуре.
Для практики. Участникам электронных аукционов по ЗК РФ необходимо учитывать: блокировка средств на лицевом счёте ЭТП в размере, установленном для участия в торгах, является надлежащим подтверждением внесения задатка наравне с платёжным документом. При подаче нескольких заявок рекомендуется обеспечить раздельное документирование каждого задатка во избежание спора. Организаторам торгов следует принимать во внимание информацию от оператора ЭТП о статусе задатка, а не ограничиваться проверкой только платёжных документов. При повторном рассмотрении суду надлежит оценить регламент электронной площадки, извещение о торгах и всю совокупность доказательств внесения задатка.
Что произошло. АО «Ставрополькоммунпроект» (подрядчик) обратилось к министерству жилищно-коммунального хозяйства Ставропольского края (заказчик) с иском о взыскании 22 млн рублей задолженности и 1,1 млн рублей неустойки по государственному контракту на выполнение проектных и изыскательских работ. Первый суд иск удовлетворил, апелляция отменила решение и отказала в иске, сославшись на отсутствие потребительской ценности работ без положительного заключения государственной экспертизы.
В чём ошибка. Апелляционный суд не учёл преюдициальные выводы из вступивших в законную силу актов по делам № А63-15691/2021, № А63-2434/2022, № А63-22131/2023, которыми установлено, что получение положительного заключения государственной экспертизы стало невозможным именно по вине заказчика — последний не предоставил расчётную схему канализации с обоснованием увеличения производительности сетей. Суд апелляционной инстанции также не дал оценки тому, что подрядчик направил заказчику уведомление о приостановлении работ (письмо от 18.08.2021), а заказчик в ответном письме от 27.08.2021 подтвердил свою осведомлённость о необходимости предоставления схемы, но потребовал продолжить работы.
Позиция кассации. Согласно пункту 2 статьи 718 ГК РФ при неисполнении заказчиком обязанности по оказанию содействия подрядчик вправе требовать возмещения убытков. В силу статей 716 и 719 ГК РФ подрядчик обязан приостановить работу при обнаружении некачественных материалов или непредоставлении необходимой документации и вправе не приступать к работе, если нарушение заказчиком своих обязанностей препятствует исполнению договора. При надлежащем уведомлении заказчика и соблюдении процедуры приостановления работ подрядчик не обязан доказывать потребительскую ценность фактически выполненных работ — вопреки выводу апелляции. Отсутствие положительного заключения государственной экспертизы не имеет самостоятельного правового значения при доказанной вине заказчика в недостижении результата работ. Данный подход соответствует правовой позиции, изложенной в Обзоре практики ВС РФ от 28.06.2017 (пункт 10), а также в определениях ВС РФ от 06.03.2024 № 304-ЭС24-1130, от 05.12.2022 № 309-ЭС22-22709.
Для практики. Подрядчику по госконтрактам необходимо: (1) направлять письменное уведомление заказчику о приостановлении работ сразу при обнаружении непредоставленных документов или ненадлежащего качества материалов — это порождает право не продолжать работы и требовать возмещения; (2) сохранять доказательства направления уведомлений и получения ответов заказчика, поскольку его позиция по уведомлению фиксирует осведомлённость о препятствиях; (3) при повторном рассмотрении ссылаться на преюдициальные обстоятельства вины заказчика, установленные в связанных делах. Заказчику при получении уведомления о приостановлении работ следует оперативно предоставить запрошенную документацию и оформить это надлежащим образом — в противном случае отказ в оплате по мотиву отсутствия экспертизы будет отклонён.
Что произошло. Индивидуальный предприниматель Гаврилов (арендодатель) обратился в суд с иском к ООО «А ГРУПП» (арендатор) о взыскании задолженности по арендной плате, ущерба и упущенной выгоды. Арендатор в мае 2022 года направил уведомление о расторжении договора аренды с 01.07.2022, освободил помещение и оплатил аренду по 31.07.2022. Нижестоящие суды, установив отсутствие подписанного акта возврата, определили дату возврата помещения по акту осмотра ТПП — 28.10.2022, и взыскали с арендатора арендную плату, упущенную выгоду и ущерб.
В чём ошибка. Суды не учли совокупность обстоятельств, свидетельствующих об уклонении арендодателя от приёмки помещения: арендатор направил надлежащее уведомление о расторжении (с соблюдением условия о двухмесячном предупреждении), фактически освободил помещение с 01.07.2022 (что подтверждается отсутствием потребления коммунальных ресурсов, осмотром и демонтажом входной двери), при этом арендодатель не оспаривал факт освобождения и уклонился от участия в составлении акта возврата. Суды также не исследовали, имелись ли конкретные недостатки, препятствовавшие сдаче помещения в аренду другому лицу по цене не ниже согласованной.
Позиция кассации. В соответствии со ст. 622 ГК РФ обязанность по внесению арендной платы за период просрочки возврата имущества связана с удержанием имущества арендатором. Однако арендодатель не вправе требовать арендной платы за период просрочки возврата, если он сам уклонялся от приёмки арендованного имущества, в частности когда арендатор освободил помещение, известил арендодателя о готовности передать его с оформлением акта, но арендодатель отказался участвовать в составлении акта. Данная позиция содержится в п. 37 информационного письма Президиума ВАС РФ от 11.01.2002 № 66 и в п. 31 Обзора практики ВС РФ № 2 (2020). Неисполнение обязанности по составлению акта возврата не лишает арендатора права доказывать фактическое освобождение иными доказательствами. Наличие недостатков у арендованного имущества также не является основанием для отказа в приёмке — права собственника могут быть защищены иском о взыскании убытков.
Для практики. Арендатору при досрочном расторжении договора надлежит фиксировать освобождение помещения и направление уведомления арендодателю с доказательствами получения, а также извещать о готовности передать помещение и участвовать в оформлении акта. Если арендодатель уклоняется от приёмки — арендатор вправе использовать альтернативные доказательства (осмотр с участием независимого лица, фото- и видеофиксация, показания свидетелей). Арендодателю следует учитывать, что уклонение от приёмки при доказанном освобождении помещения арендатором лишает его права на взыскание арендной платы и упущенной выгоды за соответствующий период, а права собственника защищаются иском о возмещении убытков.
Что произошло. Арендатор (ИП Белокуров) взыскал с арендодателя (ИП Зубец) убытки от пожара в арендованном помещении: стоимость уничтоженного оборудования, материалов и расходы на повторное изготовление продукции по договорам подряда. Апелляция удовлетворила иск частично, в том числе взыскав 1 222 900 руб. расходов на повторное производство.
В чём ошибка. Апелляция обосновала взыскание расходов на повторное изготовление продукции исключительно наличием самих договоров подряда, платёжных поручений о перечислении аванса и пояснений истца о том, что продукция была изготовлена и хранилась на складе. Суд не исследовал иных доказательств, подтверждающих фактическое исполнение подрядных обязательств истцом и нахождение готовой продукции на складе в момент пожара, — актов сдачи-приёмки, складских документов, актов инвентаризации и т.п.
Позиция кассации. Заключение договора подряда и частичная оплата по нему не подтверждают фактическое исполнение договора подрядчиком. Бремя доказывания наличия убытков и их размера лежит на истце (ст. 65 АПК), а суд обязан исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, и оценить доказательства в их совокупности (ст. 71 АПК, п. 3 Постановления Пленума ВС РФ от 19.12.2003 № 23). Вывод суда об убытках, сделанный без исследования дополнительных доказательств реального исполнения подряда и хранения продукции, является преждевременным и влечёт отмену судебного акта в соответствующей части.
В остальной части (стоимость уничтоженного оборудования и материалов — 6 750 747 руб.) постановление апелляции оставлено в силе. Доводы ответчика о недопустимости технического заключения, полученного в рамках доследственной проверки, отклонены: такие доказательства могут использоваться в арбитражном процессе при условии относимости и допустимости, а противоречия между исследованиями устранены путём допроса обоих экспертов в судебном заседании.
Для практики. При взыскании убытков в виде расходов на повторное исполнение обязательств перед третьими лицами истцу недостаточно предъявить сами договоры и платёжные документы: нужно доказать фактическое исполнение собственного обязательства (акты, переписка, складские документы) и утрату результата работ в связи с ответственностью причинителя вреда. Ответчику в аналогичных спорах следует акцентировать внимание на отсутствии доказательств реального исполнения подряда и настаивать на назначении повторной/дополнительной экспертизы для подтверждения состава и стоимости утраченного имущества.
Forwarded from Судебная практика АС Московского округа
Forwarded from Судебная практика АС Московского округа
Forwarded from Судебная практика АС Московского округа