Жизоанализ

КОГДА ИСКУССТВО ЛЕЧИТ:
О ПРОЕКТЕ В ПСИХИАТРИЧЕСКОЙ БОЛЬНИЦЕ

Ранее я обещала поделиться с вами историей нового проекта, который мы реализуем с коллегами в АНО «ПЛЮС ОДИН», но последние недели пролетели в вихре работы и новых инициатив, словно стремительный поток. Сегодня, наконец, могу вам рассказать о том, что долго хранилось в тишине творческого ожидания.

Помимо открытых мастерских для людей с ментальными особенностями, мы проводим специальные закрытые проекты. Они разрабатываются в партнерстве с организациями, работающими в сфере психического здоровья. В силу своей специфики, такие проекты обычно публично не анонсируются. Каждый проект мы создаем как индивидуальное решение, выстраиваемое соавторстве со специалистами учреждения и участниками мастерских.

Одним из таких проектов является арт-мастерская в Городской психиатрической больнице №6 в Петербурге. Этическая позиция мастерской основывается на том, что каждый участник имеет возможность самостоятельно задавать тон своему творческому процессу. Это позволяет мастерской быть открытой новым, неожиданным находкам и спонтанным проявлениям. В этом пространстве каждый может исследовать то, что пожелает сам, и развивать свой художественный язык коммуникации с собой и миром. Некоторые участники только пробуют себя в рисовании, кто-то экспериментирует с материалами, а кто-то занимается лепкой или созданием модульных конструкций. Есть и те, кто приходит в мастерскую, чтобы запечатлеть свои стихотворения на бумаге. Сам процесс создания творческого объекта позволяет невозможному обрести форму через метафору и образ.

Закончу, пожалуй, на небезызвестной фразе небезызвестного врачевателя душ: «В знании психологии художники оставили далеко позади себя нас, людей прозы, потому что, творя, они черпают из таких источников, каких мы ещё не открыли для науки».

Возвращаясь к Кире и Игорю, хочется сказать, что если не работать с собственной историей, можно через много лет столкнуться с тем, что все, что тебя вело — это травматические переживания, а не твое собственное желание. Оба персонажа в финале сталкиваются с этим замешательством. Возможно, если бы все-таки Кира была аналитиком, прошедшим свой анализ, результат в итоге мы могли бы наблюдать совершенно иной. Ведь помимо того, чтобы раскурочить прошлое, нужно еще что-то построить в настоящем из имеющихся деталей. А для того, чтобы помочь пройти этот путь еще кому-то, следует пройти собственный, иначе твоя инъекция будет зараженной.

По ходу чтения меня также интересовал вопрос последствий возможности вмешательства в бессознательное благодаря технологиям. Первый вопрос — чем будет отличаться стирание воспоминания от уже существующего вытеснения. Не обязательно ведь помнить событие для того, чтобы оно помнило тебя.

Но результат такого внедрения предугадать все-таки крайне сложно, не стоит рассчитывать на то, что бессознательное такое глупое, оно всегда преподносит нам сюрпризы. Бессознательное сейчас и во время Фрейда очень сильно отличаются, многие симптомы были изобретены именно в ответ на технологический прогресс! С чем мы столкнемся в будущем — предстоит узнать, бессознательное очень изобретательно и оно всегда сопротивляется.

АНАЛИЗ КНИГИ «ДЕВОЧКА СО СПИЧКАМИ»

Сегодня в качестве нового формата — анализ книги! В фокусе у нас «Девочка со спичками» Екатерины Тюхай. Книга многослойная, поэтому после прочтения можно вести дискуссии о политике, социальных феноменах или действительно ли человечество хоть чему-то учится у своей истории. Я же сегодня остановлюсь только на психологической стороне книги. Кстати, многое читатель и сам может проследить в тексте! Не буду отбирать у вас удовольствие детектива, добавлю лишь пару линий для разогрева исследовательского интереса.

На протяжении всей книги мы можем наблюдать подтверждение того, что для каждого человека вопрос о том, что хоть кто-то желал, чтобы он родился, крайне важен. В психоаналитической практике мы относимся к этому со всей серьезностью. В случаях людей, чьего рождения никто не желал, присутствует своего рода ментальная анорексия — когда между человеком и окружающими отсутствует циркуляция желания. Эту дыру каждый худо-бедно пытается залатать, один из вариантов мы наблюдаем в книге.

По ходу сюжета Игорь пытается себя умерщвить множеством способов. Его бытие буквально вращается вокруг «смерти»: во снах к нему является смерть, его бьют сверстники в детстве, он пытается выброситься из окна, убивает себя наркотиками. Даже в автоматическом письме он рисует черепа и кости. Свою заброшенность он проносит через всю жизнь. Чтобы хоть как-то защититься от этой дыры бытия, он создает себе образ и режиссирует вокруг него всенародную любовь. Тем не менее, решение оказывается плохоньким, регулярно ему приходится латать дыры, через которые врывается его клеймо под названием «смерть», которое громит бутафорский образ.

Все, что досталось ему от отца: «я ожидал от тебя большего» — и Игорь вскарабкался на самый верх, но любви и там не нашел. В очередной кризисный момент он сталкивается с женщиной, которая не вписывается в привычную для него логику власти и денег. «Чего ты хочешь от меня?» — вполне резонный вопрос в этом случае. Можно даже сказать, что у него возникает первая человеческая связь с кем-то.

Более того, дама попадает прямиком в яблочко, рассказывая о том, что она работает со снами, от которых наш герой и мучается! Ну просто дар небес! «Я избавлю тебя от болезненных переживаний»! Это вполне могла бы быть психоаналитическая ситуация, если бы Кира была психоаналитиком, но, увы и ах, собственного анализа у нее не было, поэтому в работе с Игорем ее инъекция оказывается зараженной. Зараженной ее собственным болезненным прошлым, поэтому в какой-то момент она уже не различает, где его проблемы, а где ее.

Спасение в жизни нашего второго персонажа — наука и знание. С самого детства это ее одновременно и спасало, и делало изгоем. На этих черепахах она продвигается в жизни. Надо сказать, по сравнению с Игорем, у нее есть туз в кармане — ее связь с матерью. Она возвращается к этому опыту, когда реальность разваливается на части. Но и здесь есть нюансы — она настолько захвачена исследованием, что не замечает, что ее изобретение может стать очередным открытием ядерной энергии, с похожими последствиями.

Место сопровождающего в чужих переживаниях дает ей ощущение спокойствия, эдакий способ избежать столкновения с собственным прошлым. Вероятно, идея о создании проекта по стиранию болезненных переживаний пришла ей в голову по очень субъективным причинам. Ее цель — узнать что в голове у серийных убийц и насильников, что вполне вписывается в ее историю.

Но что остается, если убрать из стремлений Киры месть? Человек может сталкиваться с ужасными событиями, но и здесь крайне важен субъективный фактор — каждый вправе изобретать свой способ как обойтись со своим ужасом. Герои выбрали свой путь.

Хочется обратиться к еще одному главному персонажу книги — автору. Она выбирает для себя совершенно другой маршрут. Более того, благодаря ее выбору, мы можем сейчас читать эту книгу. Этот пассаж о том, что каждый из нас привносит в свою жизнь, не будучи лишь плоским следствием произошедших с каждым событий.

ГЕНДЕРНЫЕ ДИСКУССИИ: СКОЛЬКО МОЖНО?

В разговорах можно иногда встретить недовольство по поводу гендерных дискуссий и феминистской повестки. Мол, сколько можно это мусолить? Уже зажевали тему до дыр!

Приведу вам небольшую зарисовку из сферы искусства, отвечающую на этот вопрос, которая вполне переносится и на другие области.

Знакомьтесь, Элен Франкенталер — американская художница-абстракционистка, которая которая активно участвовала в «Движении за абстрактное искусство» вместе с Джексоном Поллоком. Да-да, именно с тем самым Поллоком, который стал символом абстрактного искусства. Но вот вопрос: сколько людей, знающих о Поллоке (ну или Ротко), знакомы с работами Франкенталер? Предполагаю, что не так много.

Но можно возмутиться и сказать, что это все мои домыслы и предположения, давайте тогда обратимся к арт-рынку. Поллок стоит около 100 миллионов долларов. А что с Франкенталер? Она еле дотягивает до 20 миллионов.
При этом, это не связано со значимостью ее как художницы, она развивала вторую отдельную ветвь американского абстракционизма — живопись «цветовых полей», в то время как параллельно ей Поллок с размахом устраивал свои «живописные действия».

Так что, возможно, гендерные дискуссии станут неактуальными в тот момент, когда Франкенталер и Поллок будут оцениваться одинаково. А пока давайте продолжим «мусолить» эту тему!

ЦЕЛИТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ ЗАБЫВАНИЯ

Ирония и диалектика — отличные лекарства для человеческих душ, что только подтверждается психоаналитическим опытом. Следуя этой идее, позволю себе одновременно ироничный и задающий тон для серьезных размышлений кусочек из автобиографии Кустурицы с аналитичным названием «Где мое место в этой истории?».

Человек склонен все забывать, и человеческий род со временем превратил это умение в настоящее искусство. Если бы волшебное забвение не приглушало мысли, томящиеся в плену страстей, позволяя рассудку привести их в надлежащий порядок, наш мозг представлял бы собой обычный контейнер. Разве без умения забывать мы могли бы достойно встретить завтрашний день? Что стало бы с нами, если бы нашей душе пришлось непрерывно переживать страдания, если бы забвение не скрывало трагедии нашей жизни подобно тому, как туча скрывает солнце? Выжить было бы невозможно. То же самое с острой радостью. Если бы забвение не усыпляло ее, она бы в итоге свела нас с ума. Умение забывать смягчает боль от потерянной любви. Когда наш соперник дает нам оплеуху на перемене в школьном дворе и таким образом завоевывает симпатию девочки, в которую мы оба влюблены, лишь забвение может вылечить нас от безвозвратной любовной утраты. Рана зарубцовывается подобно тому, как со временем на фотографии стирается глянец.

Этот кусочек отлично показывает, что чаще всего категории плохо/хорошо не работают. У забвения, как и у кучи вещей в нашей жизни, множество граней. Если кто-то громко кричит в рупор, что люди такие-сякие предали что-то там забвению, то неплохо бы понимать, во-первых, речь идет о забвении или о невежестве. И во-вторых, неплохо бы задуматься о причине и функции забывания: кто забыл, что забыл, в какой именно момент забыл… Тут-то может открыться целое непаханное поле для психической и умственной работы, а вроде бы произошла совсем элементарная диалектика. И действительно, насколько выносима была бы жизнь, если бы ничего не забывалось?

ОБО МНЕ

Обнаружила тут, что на канале не было ни одного поста обо мне, решила это исправить!

Меня зовут Екатерина, в основном я занимаюсь тем, что принимаю как психоаналитик людей в кабинете в Петербурге и онлайн. Время от времени участвую в публичных встречах, где вместе с участниками мы рассматриваем кино, искусство или литературу с психоаналитической точки зрения. Помимо частной практики работаю на отделении в городской психиатрической больнице №6 в рамках арт-мастерской для пациентов.

Мой второй основной интерес, помимо психоанализа, — это искусство во всех его формах, будь то живопись, фотография, театр, литература и пр. Моя магистерская работа была посвящена как раз этому стыку: психоаналитической работе в рамках арт-мастерских с людьми с психическими расстройствами.

Далее на стыке этих двух интересов у нас с коллегами родился Центр «Плюс Один». В центре мы проводим творческие мастерские для людей с психическими расстройствами, у нас работают фотокружок, мастерская движения, арт-мастерская и киноклуб.

Мы также сотрудничаем с творческими командами в проектах, где необходим психоаналитический взгляд. В таком сотрудничестве уже вышло три спектакля в Петербурге: «Риф» Бориса Павловича, «Постскриптум» Александра Худякова и «Сказки для взрослых» Сергея Азеева.

В частной и публичной работе я ориентируюсь на мысль Фрейда, Лакана и их последователей из Новой Лакановской Школы, представителей которой множество, от Аргентины до России, поэтому довольно часто посещаю лекции и семинары коллег, супервизирую случаи из своей практики там же.

Оставлю здесь свой контакт на случай, если у вас возникнет желание обратиться ко мне за психоанализом или обсудить возможное сотрудничество в рамках творческого проекта @zaklivenets

ИЗБАВЛЕНИЕ ОТ СТРАДАНИЙ?

В психоанализе то, от чего страдает человек называют его симптомом. Обычно человек обращается, жалуясь на то, что это симптоматическое решение перестало работать или его неудобства игнорировать уже невозможно. Как правило, нечто обозначается как проблема и запрос направлен на то, чтобы от этого избавиться.

Однако симптом человека — это не пакет из под молока, который можно выбросить в помойку и навсегда забыть. Это основной инструмент для взаимодействия с собой и другими, поэтому так просто избавиться от него не получится.

Психоаналитическая работа скорее направлена на то, чтобы разобрать этот симптом на составляющие, в процессе чего изменяется отношение человека к себе, отношениям, работе и другим жизненным моментам. Возможно, по причине такого видения мне всегда было сложно написать список того, с чем мы совместно с человеком можем работать, ибо проявления этого симптома могут быть какими угодно, какой смысл перечислять, например, список аббревиатур (РАС, ПРЛ, БАР, СДВГ и тд). Конечно, они могут о чем-то сказать, но это не ключевое.

Постепенно в процессе работы выделяется что-то неизменное и аутентичное — природа рычага, который человек прикладывает к себе и к миру. Как правило, эта штука не имеет оттенка хорошего или плохого, а скорее является основной фичей, которой орудует субъект в этом мире.

Далее работа берет свой курс на то, чтобы выделить эту фичу, обозначить ее, ведь она была и будет с человеком всегда, беря свой исток из субъективных решений еще в детстве. На этом этапе возникает вопрос, как человек может продолжить свой путь, несмотря на этот камень в ботинке, и приспособить эту фичу в жизни наилучшим образом. Это может занимать довольно много времени и исчисляться годами, однако без знания что за рычаг у тебя в руках невозможно научиться с ним обращаться иначе. По итогу то, что в начале представляло собой препятствие на пути, становится основным инструментом и партнером человека по жизни.

ВАБИ-САБИ И ПСИХОАНАЛИЗ

Японская культура Ваби-саби (и это не суши с доставкой) отлично отражает психоаналитическую работу. Эта философия, или даже стиль жизни, выстраивается вокруг потертости или скола, которые и делают предмет уникальным и интересным. Идея полностью противоположна эталонности красоты, единственному правильному пути или универсальной нормальности. Ваби-саби исходит из того, что ничто не вечно, ничто не закончено и ничто не совершенно — это распространяется как на отношение к себе, к другому и к миру в целом. Если исходить из этих трех моментов, то несовершенства мира не кажутся такими неожиданными, собственные ошибки такими болезненными, а разговоры о справедливости и вовсе теряют свой пылкий жанр.

Из Ваби-саби вытекает искусство Кинцуги (тоже японское). Разбитую посуду, вместо того, чтобы выбрасывать из-за непригодности, чинят, не скрывая того, что случилось с ней до этого. Акцент на линии разлома изменяет его статус, утверждая новую красоту, осованную на подчеркнутом несовершенстве. 

В психоанализе мы говорим о том, что некоторые фундаментальные черты человека остаются навсегда, несмотря на то, что в процессе работы многие симптомы могут проходить, а отношения с миром и с собой меняться. У каждого человека есть свой индивидуальный разлом, своя история, которая и делает его уникальным. Можно пытаться от этого избавиться как от разбитой посуды, но все равно не получится. Нормальными и ровными всех сделать невозможно (и не нужно), поэтому мы в психоаналитической работе нацелены на выделение уникальных субъективных черт каждого, очищение от идентификаций и попыток стать «нормальным» для общества. Вместо «ходить только в сером и жена чтоб ходила в сером» психоанализ настаивает на аутентичности.

ВЫГОРАНИЕ И ДЕПРЕССИЯ

В заключении темы депрессии хочется обозначить еще одну ее современную особенность. Подобные симптомы становятся распространенными еще и потому, что во многих случаях являются эффектами паразитирующей идеи достигаторства, подразумевающей, что мы всегда должны идти только вверх и вперед.

Эта идея захватывает умы, несмотря на то, что она не выдерживает никакой критики: видимое вверх и вперед — это же не всегда есть прогресс, а спад — это не всегда минус. Если прочитывать это как кальку с экономики, то такой взгляд остается однобоким. История, в том числе экономическая, показывает, что не бывает вечных подъемов, как и вечных падений. Стагнация и кризис — это часть жизни, не только общественной, экономической, но и личной. Часто об этом забывается, потому что это трудно принять, кризис говорит об ограничениях человека, а хочется ведь быть как в детстве — супер-героем. Больно признавать, что ты не всесильный и не всемогущий, когда кажется, что оправдать свое существование можно только если ты добиваешься всего, что захочешь.

Столкновение с ограничениями приводят к разочарованиям, ощущению истощения, выгораниям и даже депрессиям. Новый опыт кризиса важно переработать, разобрав его истоки, принять, что я могу быть кем-то отличающимся от идеальной картинки в голове. Звучит легко, однако в анализе работа над тем, чтобы принять дистанцию между тем, кем я являюсь, кем хочу быть и кем считаю себя может быть довольно долгой.

Не все зависит от нашего Эго и от наших «хочу», как минимум, потому, что в психике Эго занимает лишь небольшую ее часть. И в психоаналитической работе порой приходится сталкиваться с тем, что субъекту крайне сложно это принять — что что-то внутри него больше, чем он сам.

Известный императив «проявляйся» — один из вариантов достигаторства, навязывающий идеальную картинку Инстаграма и экспертности. К реальной проявленности же это не имеет никакого отношения, вся индивидуальность в этом теряется, и в итоге мы видим толпу людей, сверстанных по чеклисту.

Погоня за идеальными чужими образами часто приводит к выгоранию. Если все, что ты делаешь и к чему стремишься — не твое. В психоаналитической работе с таким субъектом мы будем работать над тем, чтобы найти и очертить индивидуальные черты каждого, что позволит выстроить свою жизнь исходя из них. У меня нет цели демонизировать контент, поскольку важна лишь субъективная позиция человека по отношению к нему. Вместо того, чтобы его потреблять, можно фильтровать контент, исходя из своих личных пожеланий, тогда он человеком владеть не будет.

Смотрю сейчас курс по искусству ХХ века, захотелось поделиться здесь работой концептуалиста Джозефа Кошута «Ноль и нет», где он изобразил перечеркнутую цитату из «Толкования сновидений» Фрейда. Исполнена инсталляция так, что текст, несмотря на цензуру, возможно прочитать. «Цензуру» здесь можно вертеть как угодно. Можно вспомнить вышедшую в прошлом году книгу о Пазолини, буквальное стирание чего-либо (оставляющее все равно следы), цензуру сновидений или же вытеснение. Вытесненные события продолжают жить в нас, хоть мы об этом и не помним, но они помнят нас дают о себе знать в различных проявлениях. По этим проявлением и возможна реконструкция того, что было вытеснено. Возможно прочтение. Именно то, что мы так кратко и лаконично ухватываем из работы Кошута.

ДЕПРЕССИВНОЕ РАССТРОЙСТВО И ДЕПРЕССИВНАЯ РЕАКЦИЯ

В предыдущем посте речь шла об использовании термина «депрессия» в современном мире. Сегодня хотелось бы развести: что клинически является депрессивным расстройством, что депрессивной реакцией, своего рода маской и пр.

Депрессивное расстройство — клинически диагностируемое заболевание, для которого свойственны: устойчивая и длительная невозможность испытывать удовольствие от чего-либо, отсутствие энергии, ощущение опустошенности, заторможенность и на уровне мысли, и на уровне действия. Также характерно снижение аппетита, отсутствие сна или избыточная сонливость, снижение концентрации. Характеризуется усталостью на протяжении всего дня длительное время. Обычно для диагностики большого депрессивного расстройства депрессивный эпизод должен продолжаться не менее двух недель. Диагноз ставит врач на основании клинико-анамнестического обследования, патопсихологического исследования + возможна дополнительная диагностика у невролога, терапевта и др., чтобы исключить иные патологии (сердечно-сосудистые, ЖКТ, нарушение гормонального фона).

Депрессивная реакция — это естественный ответ психики на какое-либо негативное или тяжёлое событие в жизни человека (утрату близкого, своего социального статуса, физического облика). Тоже сопровождается апатией, снижением эмоционального фона, утратой ориентиров, нарушением аппетита, но как правило, депрессивная реакция не носит такого постоянного характера и ощущения тотальности для психики как депрессивное расстройство.

Печаль и уныние — это скорее ответ на то, что обстоятельства складываются не так как нам бы хотелось. Парализованность в этом состоянии будет говорить нам о том, что человек психически не может обработать опыт столкновение с реальностью, будь то невозможность реализации желаемого, разочарование в своих идеях и пр. Печаль представляет собой бессилие перед реальностью. Например, такие симптомы особенно начали всплывать в последнее время, когда люди столкнулись с тем, что их планы более неосуществимы. Порой принятие реальности может занимать долгое время, наворачивая круги вокруг утраты прошлого, своих прежних идеалов и ожиданий.

В психоаналитической работе мы работаем над тем, чтобы у психики появилась возможность переработать имеющийся депрессивный потенциал, каким бы он ни был, что позволяет предотвратить застревание, хроническое течение или повторение глубоких депрессивных провалов. Довольно часто в истории людей можно встретить, что прежде они находились в депрессивном состоянии, и в работе мы будем акцентировать внимание на логику провалов каждого. Это не значит, что в жизни будет не о чем больше беспокоиться, но скорее при столкновении с новыми вызовами психика будет уже более пластичной, чтобы человек мог самостоятельно переработать их.

БЕЙДЖИК СОВРЕМЕННОСТИ

Депрессия в наше время стала штампом, которым некоторые люди представляются. Это буквально следует за именем: «здравствуйте, я Петя и у меня депрессия».

По факту же под «депрессией» могут скрываться какие угодно формы страдания и не всегда это действительно депрессивное расстройство. Например, депрессивная реакция, грусть и уныние также могут быть названы «депрессией». Или же в процессе работы может выясниться, что состояние человека связано с тем, что он попал в ловушку внешних или собственных требований. Поэтому в психоаналитической работе мы всегда проясняем, с чем связана личная «депрессия» каждого, шаг за шагом разбирая путь, который прошел субъект, чтобы оказаться в месте, которое он назвал «депрессией». Исследуем позицию субъекта относительно этого, его участие. Это часть необходимой работы, поскольку «депрессия» свидетельствует нам о каком-то кризисе, через который невозможно пройти, игнорируя ее детали.

Как так получилось, что различные страдания идут под тайтлом депрессии?

Каждый субъект так или иначе задается вопросами: «что со мной и «кем я являюсь», а общесоциальный дискурс и медиа щедро предоставляют материалы на этот счет: посты, статьи, книги, фильмы, личные истории. Кто сейчас не эксперт в депрессии и выгорании? Обнаружив свои черты в этих материалах, субъект прикрепляет к себе бейджик, который, с одной стороны, успокаивает, а с другой — только укрепляет его в страдании, которое начинает воспеваться. Отныне какие-либо реакции, особенности своего взаимодействия с другими объясняются словом на бейджике. В таком случае психоаналитическая работа будет направлена на то, чтобы методично растворять эту окаменелость в термине, делать ее более рыхлой, а далее разобраться в элементах ее составляющих.

Отдельно о депрессивном расстройстве, его отличие от депрессивной реакции и грусти в следующих сериях…

ВОЗМОЖНОСТЬ ВЗЯТЬ В АНАЛИЗ

(Г)оспода, (Д)амы, +... (свое подставить)

Могу сейчас взять в анализ/терапию несколько человек. Что для этого нужно? Любой вопрос и ваше желание разобраться и поработать над ним. Если вам интересно попробовать или вы уже давно думаете о терапии — велкам, писать можно мне лично @zaklivenets . Принимаю в кабинете в Петербурге и онлайн.

И еще собрала несколько постов, до которых вряд ли кто долистает:
ЗНАНИЕ О СЕБЕ
О ПРОЖИВАНИИ УТРАТЫ
СЧАСТЬЕ ИЛИ СТРАДАНИЕ
FAQ ОТ ФРЕЙДА

ПРОКРАСТИНАЦИЯ И НЕРЕШИТЕЛЬНОСТЬ

На сессиях часто можно услышать жалобы на прокрастинацию и нерешительность в действиях. Не буду претендовать сегодня на список возможных причин этого, все уже сто раз слышали про требование быть идеальным, не совершать ошибок и пр., в каждом случае это что-то свое. Сегодня хотела поделиться идеей о том, что является мыслью, а что маскируется под нее.

Представим ситуацию, когда мы вместо того, чтобы сделать что-то, начинаем перекладывать вещи с полки на полку, бесконечно протирать пыль, стирать — все что угодно, но не то, что собирались сделать. Сопровождается это бесконечным «обдумыванием», якобы мыслительным процессом, который таковым не является.

Процессу мышления свойственно развитие, которое приводит к выводу и заключению. У этого есть начало, развитие и конец. В подобных же случаях это скорее фикция, похожая на «толочь воду в ступе». Мысли не развиваются и даже не бегают по кругу, а скорее ползают на последнем издыхании, душа друг друга за горло. Это все дело выматывает, а далее: «ну я уже устал, чтобы что-то делать».

Да, мы можем здесь разбираться с чем это связано в каждом конкретном случае, да и дело может быть банально в самоорганизации (которая, кстати, не всегда «указкой по рукам», но об этом в следующих сериях).

Но мне хотелось бы сделать акцент на разнице между плоскостью мысли и плоскостью действия в принципе. Это две совершенно разные плоскости, которые друг с другом не встречаются. Когда мы думаем, мы не действуем. Когда мы действуем, мы не думаем. Так вот, когда мысль не развивается, ни к чему не ведет, возможно, это и мыслью назвать нельзя.

Есть теория, которая отдельно выделяет мыслительные процессы, которые происходят при первой встрече с кем-то или при чтении первых строк книги. В считанные секунды, лишь бросив взгляд, мы приходим к выводу.

Это совсем другой способ мышления, нежели Принятие решений, обдуманное и осознанное, которое завещали еще в школе, когда вы взвешиваете все «за», «против», последствия и т.д., вы  мыслите иначе, чем как если бы вы пролистали книгу и сказали: я ее покупаю, я ее не покупаю.

Также есть идея, что это ультра-быстрое мышление является наиболее эффективным способом придания жизни смысла, чем накопление информации, которой сейчас в избытке, с последующим беспредметным обдумыванием.

ПРО ДВА ТИПА ЛИТЕРАТУРЫ

Долго меня мучал вопрос, почему мне так тяжело даются нормальные повествовательные тексты, которые постепенно разворачивают картину отношений между персонажами, атмосферу вокруг них, описывают состояние эпохи, культуры и прочее такое. Просто становится страшно скучно. Единственное спасение в это случае — это рассматривать персонажей как клинический случай. Но это уже совсем другая история.

Так вот, есть у Барта мысль о двух видах удовольствия от текста и, соответственно, о двух видах литературы. Текст так и называется, кстати: «удовольствие от текста».

Так вот, «удовольствие» от текста — это когда в тексте слова находятся в нужном месте, повествование логичное и последовательное, знаки препинания адекватные, акцент на сюжете. Все по боженьке, короче. Обычно про такие тексты говорят «хорошо написано».

И есть вариант номер два, Барт психоаналитически его называет «наслаждением» от текста, но это слово обычно не говорит вообще ни о чем, кроме шоколада на пляже. Так вот этот второй режим — он про взрывы, двусмысленности, экивоки, дикие пляски языка и формы. Когда автор как-будто обращается ко всем словам, оборотам, фразам, прилагательным и асиндетонам сразу, призывая их поскорее явиться и пуститься в путь. Про такие тексты обычно говорят, что это невозможно читать, какая-то полная неразбериха, сюр и бессмысленность. Такая литература существует на грани смысла, она служит не повествованию, а языку. По этой же причине трудно ее переводить, двусмысленности фраз, созвучия и экивоки со скрипом переходят в другой язык, обычно с чемоданом сносок.

Самым известным примером такой вакханалии является Джойс, но вообще в прошлом году мне удалось найти серию книг «скрытое золото ХХ века», в ней можно найти еще интересные экземпляры. Но когда меня спросили «нравится ли мне» это читать, я замешкалась. Ощущение определенно не похоже на просто «лайк».

Может кому-то приходят в голову еще примеры?

ПСИХОАНАЛИЗ В КИНО

«Кино рождается из снов», — свидетельствует Пьер Паоло Пазолини. Из снов рождается и психоанализ, именно сновидения Фрейд называет «королевской дорогой к бессознательному». Если вам нравится разбирать мотивы персонажей, искать скрытые смыслы и чувствовать напряжение, возникающее от столкновения с внутренними конфликтами, то специально для вас мы совместно с каналом «Эстет 2.0» подготовили несколько психоаналитических фильмов!

1. «Наука сна» (2006, Мишель Гондри)
Главный герой этого фильма пытается сбежать от своей реальности, укрываясь в своих снах. Вселенная, в которой почти все возможно и которая позволит вам вести себя так, как будто у вас нет обязанностей и общественного имиджа, за которым нужно следить.

2. «Иррациональный человек» (2015, Вуди Аллен)
Сорок пятая картина Вуди Аллена, как всегда, посвящена экзистенциальным вопросам. Разочарованный профессор философии Эйб Лукас (Хоакин Феникс) приезжает читать лекции в университет. У него депрессия, эректильная дисфункция и равнодушие к собственной жизни. Он играет в русскую рулетку на вечеринке, пьет виски вечерами, а его лекции полны цитат Канта и Сартра. У него отношения с двумя женщинами: коллегой Ритой (Паркер Поузи) и студенткой Джилл (Эмма Стоун). Рита пытается спасти его от депрессии, но в постели у них возникают проблемы. Джилл же, напротив, становится воплощением жизни для героя. Случайно услышав разговор о беспринципном судье, мешающем жить другим, Эйб решает его убить и подмешивает цианид в кофе. Так он смещает фокус с экзистенциального кризиса и выбирает, кому жить, а кому умереть. На протяжении всего фильма мы видим, как в герое раскрывается темная триада: нарциссизм, психопатия и макиавеллизм.

3. «Двойник» (2013, Ричард Айоади)
Историю Саймона можно рассматривать как случай паранойи, где место человека начинает занимать кто-то другой. Примечательно, что даже на уровне собственного имени главный герой оказывается заменим другим человеком. Возможно, именно это и заставляет Саймона выбрать нового сотрудника на место двойника. При тяжёлых психозах к бреду двойничества присоединяются идеи о желании «двойника» причинить вред человеку, что может приводить к нападению на него. Известным реальным случаем подобной паранойи является случай Эме, описанный Жаком Лаканом в своей диссертации.

4. Сериал «Метод» (2015 — …)
Хоть рекомендация и неоднозначна, я решила включить ее в список из своей любви к актерскому таланту Константина Хабенского и тому, как его персонаж раскрывает картину шизофрении вплоть до характерного поворота головы. Психоаналитик сказал бы про Родиона Меглина, что тот нашел способ увязывания регистров Реального, Символического и Воображаемого. Его способности сыщика достойны звания синтома — того, что позволяет ему справляться с собственным психозом и устанавливать социальные связи. Помимо работы в следственном комитете он еще и помогает «нашим» (другим психотикам) найти место в этом мире.

5. Серия фильмов про Ганнибала Лектера
В фильмах можно наблюдать как мыслит, действует и общается с другими тот, кого можно назвать психопатом. Он хорошо чувствует слабые места людей и может умело играть на них. Лектера можно рассматривать и как высокофункционального аутиста — чего только стоит его дворец памяти, который позволяет не забывать ничего.

На дружественном канале канале @esthetetop можно найти еще рекомендации о том «Что посмотреть?» и «Что почитать?». Регулярные анонсы кинопремьер, новинки литературы и статей о практической философии.

Прошедший год хочется обозначить как тот, когда у многих пластинка «все плохо и ничего уже не будет хорошо» и сопутствующие ей страдания и сетования на несправедливость сего мира сменилась на что-то новое. Или хотя бы появилась такая идея, судя по текстам, которые встречались под конец года в сети.

По моим наблюдениям, многих, в том числе и из анализантов, в последние годы знатно шандарахнуло по голове то, что дихотомия добра и зла работает хорошо только на бумаге. Можно наматывать круги вокруг елки под названием несправедливость… но рано или поздно возникает вопрос о том, что идти куда-то дальше надо.

История (в том числе и личная), построенная лишь на идее добра—зла глубоко ущербна, скучна и утомительна. Да, морализм дает тайное наслаждение. Однако в конечном счете, это удовольствие — дешевка. Исследование же оттенков мира и витиеватостей истории куда занимательнее.

И исследование это начинается с истории личной. Не впервые убеждаюсь в том, что когда человек способен взглянуть на свою историю не через логику добра, зла и несправедливости, то появляется и новый взгляд на историю человечества.

СОДЕРЖАНИЕ РВЕТ ФОРМУ

На днях прочитала небольшую книгу, которую написала девушка, посещавшая психоаналитика. В ней она рассказывает о своем опыте анорексии и булимии, как устроен ее симптом и как в анализе он трансформировался. За время анализа она начала извлекать из себя стихи, вместо того, чтобы извлекать из себя рвоту. Как это стало возможным лучше прочитать в тексте автора, поэтому ссылку оставлю.

Несколько моментов, которые хотелось бы отметить после прочтения:

Отношения с телом и его образом
Одна из тех черепах, на которых держится симптом в данном случае — это специфика отношений девушки с телом. С одной стороны, она была одержима его образом, не могла пройти мимо зеркала и тщательно измеряла каждый миллиметр, который изменялся. С другой стороны, ее связь с телом практически отсутствовала. Автор описывает, как тело вызывало у нее отвращение, порой граничащее с ненавистью. Это проявлялось в том, что она старалась как можно быстрее переодеваться и принимать душ, обливала себя горячей водой, чтобы не чувствовать свое тело.

В анализе велась работа над реконструкцией ее отношений с телом и влиянием значимых других на представление о своем теле. Девушке удалось вспомнить эпизод, когда ее ощущения от тела и еды не были окрашены ненавистью, что здорово повлияло на дальнейший ход анализа. Постепенно в ее жизни начал появляться не только опыт ненависти.

Личная история
В анализе мы всегда выстраиваем логику жизни человека, его отношений с другими, которые повлияли на его отношение к себе и миру. Голодные 90-е, семейные манипуляции вокруг еды и игра слов полнота/пустота переплетаются в данном случае. Автор говорит, что «полнота ассоциировалась с поглощенностью мамой», «я остервенело вырывала ее из себя, объясняя это тем, что я полная». Даже в эти двух цитатах можно заметить, как одно слово переливается на солнце смыслов.

Игры с напряжением
Симптом, хоть и причиняет неудобства и страдания, является также и решением. Девушка рассказывает о том, сколько напряжения у нее вызывало любое взаимодействие с телом, как она контролировала себя в еде. Спонтанности здесь места не было. Единственный способ расслабиться, который ей удалось найти — это искусственное очищение. Рвота для нее стала громоотводом напряжения, способом освободиться от физического и эмоционального груза. Это было решение, которое ей удалось найти и использовать до тех пор, пока в жизни не появилось место спонтанности, которая не была окрашена негативом. Потеря тотального контроля помогла сбавить обороты со рвотой.

Постепенно в процессе анализа пациентка нашла форму для своего симптома: «содержание рвет форму» и начала искать форму, которая не будет рвать. Без игры слов и здесь не обходится, новое направление привело ее к стихотворчеству.

ЕДА — ЭТО НЕ ПРОСТО ЕДА

Еда для человека — это не просто источник энергии, а сложный объект, вокруг которого витает рой эмоциональных переживаний и событий личной истории. С самого раннего детства пища становится одним из первых способов утихомирить тревогу. Когда младенец плачет, его утешают не только физическим кормлением, но и эмоциональной связью, которая формируется через акт кормления. Этот процесс создает ассоциацию между едой и комфортом, что сохраняется на протяжении всей жизни. Часто люди используют еду как средство справиться с постоянным стрессом, поскольку она доступна и привычна — что приводит к значительным проблемам с лишним весом.

Причины расстройства пищевого поведения (РПП) коренятся в том, что еда для человека — это не просто источник питания, но и нечто большее (для каждого здесь своя связь). На эту почву хорошо укладывается культ еды и закармливание со стороны родственников. Например, в семьях, где еда является способом выражения любви, формируются особые связи с ней. В таких контекстах еда может стать не только источником удовольствия, но и средством манипуляции, замещения или избегания более значимых эмоциональных конфликтов. Поэтому при психоанализе проблем с РПП важно учитывать, какое значение еда имела в жизни человека и в его отношениях с близкими.

Также существуют более метафорические связи между РПП и едой. Лишний вес может служить защитным механизмом — своеобразным барьером между личностью и внешним миром. Или быть результатом событий прошлого, которые продолжают оказывать влияние на человека.

Поэтому работа с проблемами РПП требует анализа личной истории каждого и эмоционального контекста вокруг еды. Исследование этих связей может привести к более внятному пониманию себя и способствовать разрешению сложностей, связанных с пищевым поведением.

ТЕЛЕСНЫЕ СИМПТОМЫ: КОГДА ОРГАНИЧЕСКИ ВСЕ ЧИСТО

Для человека отношения с телом не так очевидны, как для других обитателей нашей планеты. В силу того, что мы заражены речью, телом мы не являемся, а имеем его. И с этим Имением еще нужно разобраться как обходиться. Забавно, как Декарт говорит о собственных отношениях с телом: «я не только поселился в своем теле как капитан в корабле, но, кроме того, я очень тесно соединен с ним». У Декарта корабль, у кого-то действительно Имение (какие еще могут быть варианты пишите в комментах).

Здесь же возникает та самая дихотомия души и тела. Нам привычнее определять себя через сознание: «я — это...», а не через тело. На протяжении жизни тело каждого трансформируется, приобретает новые формы, выдает неожиданные реакции — со всем этим каждый обходится на свой лад (поднимите руку у кого не было ломки вокруг телесных изменений в пубертате).

Тем не менее, тело всегда находится в связке с тем, что испокон веков ставится на противоположную чашу весов — психикой. Можно даже сказать, что тело — это проекция психических процессов. И сегодня хочется поговорить на тему телесных симптомов, которые приобретают форму дефекта, но органических оснований под собой не имеют, будь то параличи, слепота, СРК и прочее.

Современный рынок предлагает множество вариантов манипуляций с так называемой «психосоматикой». Но хочется развести «психосоматику» и «конверсионные симптомы» — то есть те, которые представляют собой некий шифр, памятку на теле о прошлом событии, которое в силу своей нагруженности не удалось вписать в собственную историю, и оно оказалось вытесненным.

Изучая такие симптомы, можно заметить, что тело вовсе не едино, как нам привычно о нем думать. Есть образ единого тела, а есть реальность организма, в которой симптом паразитирует на определенном органе и заставляет его работать на себя, вопреки его органическим функциям.

Для работы с конверсионным симптомом необходимо расшифровать его, найти точку его возникновения, проследить его развитие и трансформации, для какого другого этот симптом является сообщением (что особенно часто встречается у детей). После проделанной работы такие симптомы могут уходить.

Но если симптом десятилетиями паразитирует на органе, его уже можно назвать «психосоматическим» — то есть болезнью, которую уже не возможно излечить расшифровкой, хоть она и имеет психическую природу.