𝑿𝒊𝒂𝒐 𝑿𝒊𝒏𝒈𝒄𝒉𝒆𝒏/𝑺𝒊𝒍𝒆𝒏𝒕 𝒃𝒍𝒐𝒐𝒎

🤩ᅠᅠ🥹🌟🌟🥹🥹🥹 . 😀🌸

Новое оповещение от системы!

ᅠᅠБлагоприятного времени суток всем уважаемым господам! 🍵

ᅠᅠОбрадуем вас той новостью, что выходим из реста и продолжаем радовать ваши умы своим творчеством. Возрадуйтесь!

ᅠᅠРады вновь видеть вас! 🌱

🥹😀😀 🥹🥹🥒 ᅠ🎀 🥹🤩

🤩ᅠᅠ🥹🌟🌟🥹🥹🥹 . 😀🌸

Новое оповещение от системы!

ᅠᅠДобрый день почитаемым совершенствующимся! 🌟

ᅠᅠПредупреждаем, что сетка уходит в рест до 27 сентября! (◕‿◕)

ᅠᅠДо скорой встречи! ⭐️

🥹😀😀 🥹🥹🥒 ᅠ🎀 🥹🤩

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Синчэнь чутко ловил каждый звук: шуршание шагов Сюэ Яна, стук деревянной мисочки о стол, его недовольное фырканье и то, как тот опустился на скамью прямо рядом с ним. Услышав возмущённый комментарий о «вполне съедобной» каше, даочжан едва заметно качнул головой, вежливо сохраняя молчание, чтобы дать собеседнику ослабить хватку и потерять бдительность.

В голове Синчэня уже созрел невероятно рискованный план. У него не было оружия, он был слеп и заперт в чужом доме, но прямо сейчас у него появился единственный шанс вырваться на свободу.
Нащупав пальцами края мисочки, Синчэнь сперва аккуратно взял небольшую щепотку и посыпал свою кашу, завязывая ни о чём не значащий разговор спокойным, размеренным тоном:

— Выделять вкус еды — вовсе не значит привередничать, Сюэ Ян. У каждого своё понимание того, что можно назвать...

Даочжан не договорил.
В следующее мгновение его пальцы стремительно сжались, зачерпнув из емкости как можно больше соляных крупиц. Полагаясь лишь на безупречный слух и точно угадав направление возмущённого голоса над ухом, Синчэнь резким, молниеносным взмахом бросил горсть соли прямо в лицо Сюэ Яну, целиком метя в его глаза.
Слушая первый испуганный, полный жгучей боли и ругательств возглас, даочжан не потерял ни секунды. Синчэнь резким рывком вскочил со скамьи, опрокинув стол прямо на Сюэ Яна, и кинулся прочь. Нащупав вытянутой рукой дверной косяк, он выскочил из застоявшегося душного дома прямо в ночную прохладу.

Свежий ветер мгновенно обдал лицо, но радоваться было рано. Синчэнь понимал: возвращаться назад к костру бессмысленно и опасно. Если Цзычэнь вернулся и обнаружил его исчезновение, он уже бросился на поиски. Искать их прежнее пристанище в абсолютной темноте слепому заклинателю было не под силу, а Сюэ Ян придёт в себя слишком быстро.
Замерев на мгновение и до предела напрягая слух, даочжан уловил далёкий, размытый гул — людские голоса, скрип телег и шум торговцев, доносящийся со стороны.
Приняв единственное верное решение, Сяо Синчэнь устремился на этот гул. В шумной людской толпе у него появится возможность затеряться, выиграть время и найти способ связаться с Цзычэнем. Или неважно с кем. Главное — избежать Сюэ Яна.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Слова Сюэ Яна отозвались внутри тупой, выматывающей болью. «Когда-то я не смог тебя отпустить...» В этой фразе проскользнула та самая искажённая логика, которой этот человек всегда оправдывал чудовищную жестокость.
Синчэнь чутко ловил каждый звук: тихий всплеск чая в пиале, ровный шаг Сюэ Яна по деревянному полу и то, как тот остановился совсем близко.

— Ты говоришь об обиде и потраченных усилиях так, будто всё произошедшее в городе И было лишь неудачной забавой,

— с ощутимым сопротивлением отозвался Синчэнь, чуть вздернув подбородок.

— Ты искренне веришь, что удерживать чью-то душу силой и разрушать всё вокруг — это проявление связи? И я не читаю тебе нравоучений. У меня больше нет права кого-либо учить.

Сюэ Ян, впрочем, лишь снова настойчиво указал на еду, пресекая спор. Понимая, что бессмысленное упрямство лишь распалит его, Синчэнь тяжело выдохнул и не стал дальше доказывать свою правоту.
Повинуясь настойчивому тону, даочжан медленно протянул руку к столешнице. Пальцы аккуратно нащупали край миски и ложку. Синчэнь зачерпнул немного каши, отправляя её в рот. Пожевав, он задумчиво замер, слегка нахмурившись, а затем плавно опустил ложку обратно.

— Пресна...

— тихо произнёс Синчэнь, качнув головой. Он повел ладонью над столом в поисках нужной солоночки, но ничего не нащупал.

— Сюэ Ян, подай, пожалуйста, соль. Каша совсем безвкусная.

Даочжан чуть наклонил голову набок, с легким, почти неуловимым сомнением в голосе добавив:

— Ты что же... сам её даже не пробовал, пока готовил?

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Долгая дорога в ночной тишине казалась Синчэню бесконечной. Канувший в темноту лес сменился неровным гулом ветра, а под подошвами сапог всё чаще шуршала сухая трава. Слепой даочжан шёл следом за Сюэ Яном, ориентируясь лишь на легкий шаг спутника. В голове не переставая крутились тревожные мысли о лагере, но Синчэнь понимал, что поступил правильно, отведя опасность от них с Эрланом.
Когда Сюэ Ян остановился и скрипнула тяжелая деревянная дверь, даочжан переступил порог. Сухой, застоявшийся воздух помещения мгновенно сменил горную прохладу. Синчэнь уловил тонкие ароматы заваренного чая, готовой еды и... едва заметную сладковатую ноту конфет. Этот запах осел на языке горьким воспоминанием о доме в городе И, от которого на мгновение перехватило дыхание.
Услышав приглашение сесть и ядовитую ухмылку о яде, Синчэнь не стал возражать. Он двигался плавно и сдержанно. Поведя ладонью над краем стола, чтобы сориентироваться в пространстве, даочжан нащупал край деревянной скамьи и осторожно опустился на неё.

— Травить?.. —

тихо, с печальной усталостью в голосе отозвался Синчэнь. Он сложил руки на коленях, слегка наклонив голову в сторону Сюэ Яна.

— Яд — слишком простая вещь для тебя, Сюэ Ян. Ты всегда предпочитал куда более изощрённые способы ломать чужие жизни.

Синчэнь сделала короткую паузу, слушая, как где-то за окном шумит ветер, а затем всё же решил спросить:

— Зачем ты привёл меня сюда? Ты говоришь о воскрешении, о годах, потраченных на поиски моей души... Но чего ты добиваешься теперь? Нас больше ничего не связывает. Всё, что можно было разрушить, ты уже разрушил.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Уклончивые ответы Сюэ Яна лишь подтверждали, насколько глубоко этот человек увяз в собственных ядовитых играх. Никаких конкретных слов о судьбе Цзычэня и Эрлана так и не прозвучало — лишь привычные насмешки, завуалированные угрозы и высокомерная уклончивость.
Однако именно эта увертливость подарила Сяо Синчэню крошечную вспышку ясности сквозь липкую паутину паники. Сюэ Ян хвастлив и тщеславен. Если бы он действительно одолел Сун Ланя и схватил ребёнка, он бы не упустил случая предъявить доказательства своего превосходства. Значит, они в безопасности. Сун Лань у ручья, а Сюэ Ян просто воспользовался моментом, чтобы выманить и забрать Синчэня одного, пока он беззащитен и отрезан от друга.
И пока Сюэ Ян не проявил открытой агрессии, а в его шагах слышалось приглашение идти следом, у Сяо появился единственно верный выход. Пойти за ним — значит увести опасность подальше от лагеря, от восстанавливающего силы Сун Ланя и напуганного Эрлана.

— Я иду, —

тихим, но удивительно ровным голосом произнёс даочжан.

Напрочь забыв о разожжённом костре, о тихо закипающей похлёбке и о брошенном в пепел половнике, Синчэнь сделал первый шаг на звук удаляющихся шагов Сюэ Яна. Слепой заклинатель двигался осторожно, в его сердце уже не было парализующего страха.
Позволив Сюэ Яну увлечь себя в темноту ночного леса, Синчэнь молил Небеса лишь об одном: чтобы Цзычэнь, вернувшись к пустому костру, сразу всё понял и не совершил необдуманных шагов.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Каждая произнесённая им фраза — о собирании души по кусочкам, об ожидании и воскрешении — звучала как сюрреалистичный морок, от которого хотелось проснуться. Но холодный горный воздух и удушающее присутствие врага были слишком реальны.
Синчэнь замер. Первой порывистой мыслью было позвать Цзычэня. Позвать громко, на весь лес, ведь тот был неподалёку и держал в руках оба меча... Но резкие, ленивые слова Сюэ Яна мгновенно подсекли эту надежду под корень.

Разум, охваченный паникой и тяжелейшими воспоминаниями прошлого, отказался искать фальшь в этом спокойном голосе. Синчэнь слишком хорошо помнил, насколько хитер, коварен и беспощаден Сюэ Ян. Сколько раз в городе И тот обводил его вокруг пальца, заставляя верить в любую ложь?
Угроза жизни Цзычэня и маленького Эрлана сработала мгновенно: Синчэнь перестал отступать. Он застыл на месте, боясь сделать лишнее движение, которое может стоить жизни его близким. Если они действительно попали в ловушку... он не имел права рисковать.

Хотя глубоко внутри, под покровом дикого страха, ещё теплилась крошечная надежда. Цзычэнь не был простым заклинателем — он был силен, а в его руках находился Шуанхуа и Фусюэ. Действительно ли Сюэ Ян успел сделать что-то с мертвецом за эти считанные минуты? Или же это очередная ядовитая ложь?
Превозмогая давящий спазм в горле, Синчэнь заставил себя разомкнуть губы.

— В каком... в каком смысле не поможет? —

Синчэнь чуть повернул голову на звук шагов Сюэ Яна, сжимая дрожащие пальцы в кулаки.

— Что ты... что ты сделал с ними? С Эрланом? Если ты пришёл ко мне... говори со мной. Но не смей трогать ребёнка.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

#Rp

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Звук уходящих шагов Сун Ланя и удаляющийся плач Эрлана постепенно растворились в тихом шорохе ночного леса. Синчэнь остался у костра один. На ощупь найдя оставленную Цзычэнем деревянную ложку, даочжан присел у котелка, чтобы присмотреть за похлёбкой, пытаясь восстановить душевный покой после случившегося. Нужно было придумать для мальчишки помощь более безопасную, чем он сам выбрал.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Но ночную тишину разбил новый звук — мягкий, неслышный для обычного человека шаг, от которого вдоль хребта пробежал ледяной мороз. Воздух вокруг костра будто мгновенно отравился знакомым голосом.
Ехидный, ядовитый, с проклятой, въевшейся в память насмешкой.

Синчэнь замер, словно поражённый молнией. Деревянная ложка выскользнула из его онемевших пальцев и с глухим стуком упала в пепел у костра. Разум отказался верить: этого не могло быть. Человек, принёсший столько боли, кошмаров и крови в городе И, человек, чьё имя отозвалось разрывающей сердце катастрофой — стоял совсем рядом.
«Сюэ Ян...»
Он ни с кем бы его не спутал. Впрочем, этого стоило ожидать — Сяо Синчэнь и сам вернулся в мир живых, несмотря на то, что потерял желание жить вовсе, а Сюэ Ян.. наверняка жаждал мести.
Горло сдавило спазмом, не давая вытолкнуть ни единого звука. Собственный бессильный ужас и паника мгновенно охватила всё тело.
Рефлекс, выработанный годами сражений, сработал быстрее мысли: рука Синчэня мгновенно рванулась к поясу, туда, где должен был висеть Шуанхуа...
Пустота.
Пальцы лишь сжали воздух и ткань халата. Меч забрал Цзычэнь. У него не было оружия. Он был слеп, беззащитен и отрезан от друга.

Осознание собственной беспомощности предстало во всей своей ужасающей полноте. Наступив на собственное ханьфу, Синчэнь инстинктивно подался назад, отстраняясь от источника этого ненавистного, кошмарного голоса. Белая повязка на его глазах слегка дрогнула, когда даочжан в судорожном порыве попытался сделать вдох, но так и не смог вымолвить ни слова, застыв перед Сюэ Яном в немом, сковывающем оцепенении. Что ему было нужно? Неужели их последнего разговора не хватило?

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

#Rp

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Резкий звон обнажённой стали, сорвавшейся с ножен, и последовавший за ним детский вскрик мгновенно разрушили тишину горной ночи.
Сбивчивые, испуганные извинения Эрлана отозвались в душе даочжана острой тревогой. Он ощутил, как рядом в пару стремительных шагов промчался Цзычэнь.

— Цзычэнь, сначала зажми рану и убери Шуанхуа подальше, —

голос Сяо Синчэня прозвучал собрано и твердо, хотя руки уже спешно ощупывали заплечные мешки у костра.

Он молился Небесам о том, чтобы купленные на ярмарке запасы бинтов и целебных трав пригодились им совсем не скоро, но судьба распорядилась иначе. И всё же то, что они пополнили сумки, оказалось настоящим спасением. Пальцы Синчэня быстро нащупали плотный сверток с чистыми льняными бинтами и мешочек с кровоостанавливающим сбором.
Сделав шаг на звук плача и опустившись подле Сун Ланя и мальчишки, Синчэнь протянул другу целебные припасы:

— Рану нужно сперва как следует промыть. Пока мы поднимались сюда, я слышал журчание чистого источника совсем неподалёку. Возьми его на руки, Цзычэнь, и сходи туда пожалуйста.

Даочжан ласково и успокаивающе коснулся головы всхлипывающего Эрлана, чувствуя, как того бьёт мелкая дрожь:

— Не плачь, Эрлан, тише... Шуанхуа — опасный клинок и .. если ты хотел помочь, стоило просто сказать об этом. Но ты ни в чём не виноват. Главное — дыши ровно, даочжан Сун сейчас тебе поможет.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Стоило ладони коснуться свитка, как духовные силы неспешно наполнили белоснежные страницы новыми иероглифами...

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

После праздничного вечера Цзычэнь резко решил покинуть окрестности Нечистой Юдоли, и мы направились, кажется, к горам. Эрлана, конечно, взяли с собой, и он ведёт себя почти спокойно, хоть и очень быстро устаёт.
Хотя мой друг Сун и выводит иероглифы, что всё в порядке, — на душе у него явно неспокойно. Шуршание свитка стало настолько частым, что создаётся ощущение, будто он за кем-то наблюдает и боится пропустить важную информацию. Мальчишка читать не умеет, а потому подсказать мне тоже не может.
Воздух стал заметно прохладнее и чище, а шум улиц давно утих. Мы расположились в роще, разожгли костёр... Теперь слышен лишь треск сухих веток да тихое пение птиц где-то неподалёку. Отложив Шуанхуа, я протянул руки к огню, а Эрлан, кажется, жарит хлеб.

Пусть и ваш день проходит в полном умиротворении.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Стоило ладони коснуться свитка, как духовные силы неспешно наполнили белоснежные страницы новыми иероглифами...

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

После того как мы попрощались с господином Не, Цзычэнь отвёл нас к самому берегу. Перед этим, он купил два бумажных фонарика.
Это было так тепло и чутко с его стороны. Он также помог мне поднести пальцы к лёгкому бумажному каркасу, молча вложив фонарик в мои ладони, давая знак загадать желание.

Но, признаться честно, в тот миг я замер и не смог придать форму ни одной мысли.
Когда перед тобой сгорает прошлая жизнь, а привычный мир рушится, желания перестают быть сложными или пышными. В каком-то смысле и вовсе перестают быть. Я долго держал теплый фонарик в руках, слушая, как рядом шумно и взволнованно шепчет свои мысли Эрлан. У мальчишки в голове было столько желаний: и новые деревянные мечи, и сладкие яблоки, и путешествия... У него было столько стремлений, сколько мне уже вряд ли удастся вместить в одну просьбу к Небесам.
Поэтому я просто улыбнулся и передал свой фонарик Эрлану. В конце концов, в детских руках два маленьких огонька принесут куда больше искренней радости. Мальчишка ахнул от счастья и принялся загадывать дальше.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Мы отошли немного от реки и развели костер, намереваясь приготовить ужин. На этот раз решили не возвращаться в деревню. Прислушиваясь к тишине и треску сухих веток я понял, что всё же нашёл своё желание.
Мне не нужно просить о чём-то великом для себя. Единственная мольба, которую я храню в сердце — это надежда на то, чтобы люди, которые идут со мной рядом, были счастливы. Чтобы на лице нашего юного подопечного всегда была светлая беззаботная улыбка, а на душе у Цзычэня хоть ненадолго воцарялись покой и тепло.
Если счастливы те, кто мне дорог, значит, и мой путь выбран не зря.

Пусть и ваш сегодняшний вечер принесёт вам хотя бы каплю этого тихого, искреннего мира. Добрых вам снов.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Чуткий слух Сяо Синчэня уловил, как внезапно изменился тон движений Не Хуайсана — в его манерах появилась лёгкая, с трудом скрываемая собранность и настороженность. Когда же глава ордена произнёс вежливые слова прощания, даочжан ничуть не удивился. Он лишь доброжелательно и понимающе наклонил голову.
Услышав огорчённый возглас Эрлана и шуршание ткани, когда мальчишка попытался вцепиться в полы одежд Не Хуайсана, Синчэнь не успел вмешаться — прохладная, надёжная рука Сун Ланя мгновенно перехватила юного непоседу.
Синчэнь мягко улыбнулся и, сделав полшага вперёд, аккуратно опустил ладонь на плечо Эрлана рядом с рукой Цзычэня, призывая сорванца к порядку.

— Эрлан, — ласково проговорил Синчэнь. — Вежливость — это умение ценить не только чужое общество, но и чужое время. У господина Не появились важные, неотложные дела, и удерживать его было бы невоспитанно с нашей стороны.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Повернувшись к Не Хуайсану, Сяо Синчэнь плавно сложил ладони в безупречном прощальном поклоне, выказывая глубокое почтение:

— Не стоит извиняться, господин Не. Нам было искренне приятно разделить с вами этот час. Ваша доброта и радушие сделали наш день намного светлее, а замена разбитой чашки и вовсе остаётся на нашей совести как неоплатный долг.

Синчэнь выпрямился и тепло, от всего сердца добавил:

— Пусть ваши дела увенчаются успехом, а дорога будет безопасной и чистой. И пусть Небо хранит вас.

Слушая, как Эрлан всё ещё тихонько шмыгает носом, но больше не рвётся вперед, даочжан подытожил:

— А мы с Эрланом и Цзычэнем обязательно дойдём до реки и пустим фонарик. И, думаю, наш маленький друг обязательно загадает там самое лучшее желание.

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

══─━══─⊱ ⊰─══━─══

Глубокий аромат лекарственных трав вытеснил сладкий ярмарочный запах. Для Сяо Синчэня это было знакомо до боли — за годы скитаний и помощи мирянам целебные травы стали их постоянными спутниками.
Услышав вопрос Не Хуайсана, даочжан благородно наклонил голову:

— Благодарю вас, глава Не. Дорога непредсказуема, поэтому нам стоит обновить запасы мазей для обработки ран, чистых бинтов и целебных отваров. В неспокойных местах они расходуются быстро.

Пока Цзычэнь самостоятельно отбирал лучшие снадобья с дальних стеллажей, Синчэнь взял на себя привычную роль собеседника. Чтобы опешивший от вида молчаливого заклинателя торговец не задавал лишних вопросов, даос мягким, успокаивающим голосом завязал с ним короткую и вежливую беседу. Он на слух уточнял свежесть сборов, справлялся о местных урожаях трав и пояснял, что его спутник — человек дела и строгих обетов, поэтому предпочитает выбирать нужные коренья сам. Торговец мгновенно сменил настороженность на почтение, благодушно принимая отсчитанные Сун Ланем монеты.
Пока шуршали льняные бинты и затягивались шнурки заплечного мешка, Синчэнь ласково погладил Эрлана по плечу, ощущая, как мальчишка сонный от зевоты цепляется за его рукав:

— Молодец, Эрлан, ты держишь обещание. Скоро мы выберемся из этих тихих рядов.

Слыша, как Цзычэнь аккуратно поправил сумку за спиной, даочжан повернулся в сторону Не Хуайсана, плавно сложив руки на талии и мягко улыбаясь:

— Похоже, с нашей главной задачей мы справились благодаря точности Цзычэня. Покупки сделаны, и бытовые мелочи пополнены. Теперь мы полностью в вашем распоряжении, глава Не — возможно, вы присмотрели лавку для себя или хотели бы показать нам ещё какое-нибудь особое место на ярмарке?