​​Ввиду того что на канал приходят новые люди, нужно периодически объяснять, чему он посвящен и каковы в самых общих чертах мои взгляды.

О своих взглядах я уже писал здесь, здесь и здесь. С момента, когда я в 13-14 лет впервые прочел Платона, а затем русских философов (прежде всего А. Ф. Лосева), я устойчиво ассоциирую себя с философской традицией. Думаю, философы меня поймут: философское мышление — это не то, чем можно перестать заниматься, однажды начав. Философия для меня — что-то среднее между поиском опоры и перманентной деконструкцией (писал об этом здесь). По духу мне ближе континентальная традиция. В целом аналитическая философия мне не близка — прежде всего по эстетическим причинам (в кантовском смысле «вкуса»), а также ввиду чванства и невежества ранних аналитиков (невежества как нежелания узнавать, изучать, понимать). Философствовать так, как будто трех крупнейших мыслителей последних веков — Г. Гегеля, Э. Гуссерля и М. Хайдеггера — не существовало, это позиция, находящаяся за гранью моего понимания. Как бы то ни было, сейчас уже жесткое разделение на континентальную и аналитическую традицию не релевантно, и, я думаю, через пару десятилетий они сольются.

Я сторонник философии опыта, т. е. соединения спекулятивного знания и эмпирических наук, прежде всего когнитивной науки. Мне ближе всего то направление в феноменологии, которое популяризовал М. Мерло-Понти и которое сейчас развивают Ш. Галлахер, Д. Захави, М. Джонсон и др. — энактивная феноменология. Но я не могу себя отнести к этой школе, потому что вижу ее ограниченность и много с чем я просто не согласен. В целом я нисколько не гуссерлианец, а в феноменологии мне нравятся ее поздние варианты — Мерло-Понти, поздний Хайдеггер, Деррида. Возможно, звучит эклектично, но я не эклектик, а сознательный плюралист — для меня плюральна сама реальность: просто не существует какого-то одного «правильного» способа мыслить и говорить. Я отношусь к философии эстетически: для меня разные системы, концептуализации — это разные познавательные ходы, тропинки, лабиринты; я их больше проживаю, прохожу, нежели детально реконструирую (хотя тут разница лишь в акцентах). По этой же причине я увлечен познавательным многообразием: я писал свою главную на данный момент работу — книгу «Язык и познание: введение в пострелятивизм» (коротко о ней в интервью)— с целью понять языковое и когнитивное разнообразие. Я за богатство, полноту, целостность; и против редукционистских схем, особенно против редукционизма в самой науке, которая должна быть не только веселой, но и богатой.

Мою тягу к разнообразию можно видеть и на канале: здесь и Платон, и Хайдеггер, и Гераклит, и когнитивная семантика, и схематизация, и телесное самосознание, и нейронаука, и индоевропеистика, и исламоведение. Опять же, для меня это просто разные воплощения значения. Я ощущаю значение как умную (а иногда и без-умную) стихию, пронизывающую действительность. Мне нравится наблюдать, как она играет разными красками, нравится исследовать ее глубины — я в это погружен, это меня оживляет. Реальность многообразна, значение и истина прекрасны, и нет какого-то универсального способа «верификации» истины. В другом месте я связал себя с традицией русско-украинского гумбольдтианства: это отчасти так, но, повторюсь, я не принадлежу ни к одной школе, не являюсь ни чьим «последователем» и своему пониманию философии ни у кого не учился — оно у меня по существу не менялось с того самого момента, как я впервые прочел Платона.

За 20 лет занятий философией и лингвистикой я проработал сотни книг и тысячи статей и хочу поделиться интересными материалами и идеями. Также я использую канал для популяризации своих собственных работ (список см. здесь). Все свои главные мысли я излагаю в книгах и статьях, а не на канале. Канал создан прежде всего с просветительскими целями. Надеюсь, интересные идеи, которые я раскопал / открыл, но которые у меня нет возможности развивать, вдохновят людей на новые исследования.