That is the way you want it, you wanted it
to be the way you like it,
I'm no lover, we wanted you
to see it the way you wanted,
it's all right
Да, всё теперь как ты хочешь: хотела,
чтобы всё было, как любишь ты.
Я не любовник: хотели мы, чтобы
всё было так, как хочешь ты,
о, да.
Я могу спятить и быть человеком,
но не хотел бы тебе прояснять,
что я могу спятить и быть человеком,
но не хотел бы.
Я не любовник, хотела
жить едва не на небе, да.
Я не любовник,
прошу тебя я: отпусти человека,
он — я.
Я могу спятить и быть человеком,
но не хотел бы тебе прояснять,
что я могу спятить и быть человеком,
но не хотел бы,
о, да.
#стихи (перевод-адаптация)
———————————————
В конце 1960-х в Филадельфии собралась группа
Thunder and Roses, которая играла психоделический рок, вдохновленный Джими Хендриксом, Cream, Black Sabbath, Iron Butterfly и Led Zeppelin. Необычно в этой истории только то, что их было всего трое: гитарист, басист и барабашка. В 1969 году они выпустили единственный альбом
King Of The Black Sunrise, чтобы вскоре после этого распасться. Зато альбом, не принёсший группе особой известности, почему-то стал классикой психодела, особенно запомнившись песней White Lace And Strange (подозрительно напоминающей In-A-Gadda-Da-Vida). Примерный текст такой (в адаптации):Стоит Рождество на пороге,
и Ханука здесь, на носу —
желают, чтоб были мы вместе с тобою,
смотрю: нет страннее чувств.
Белого кружева взор смотрит нáсквозь,
мечты о любви будит в наших умах,
белого кружева взор смотрит нáсквозь,
мечты о любви будит в наших умах.
Сгораю на фабрике страха всегда,
а губ кошениль так и манит к себе,
не устоять: чудным вкусом одарят,
любовь будет сладкой с утра,
тебе нужно идти, мне — петь:
Белого кружева взор смотрит нáсквозь,
мечты о любви будит в наших умах,
белого кружева взор смотрит нáсквозь,
мечты о любви будит в наших умах.
Сгораю на фабрике страха всегда.
Но в 1987 году о них внезапно вспомнил Кобейн, исполнив на радио свою версию
White Lace And Strange (тогда, кстати, барабашкой у них был Буркхард), из-за чего бывшие участники Thunder and Roses даже думали снова объединяться и выступать (как Вазелинки), но как-то не сложилось. И здесь особенно забавны две вещи. Во-первых, различия в тексте: да, Кобейн и в других каверах произвольно менял текст, то ли ошибаясь, то ли переосмысляя и намеренно наполняя их новым смыслом, но в этом случае он не оставил ни следа от оригинального текста, просто спев что-то своё «по мотивам» (см. в самом начале). Во-вторых, на фоне этого бывший барабашка
Thunder and Roses уверенно так говорил (пруф) «да, они сыграли нашу песню».#neverMo