Условное реальное время ● Нуни буцасли — «если я поймаю» ● Хӏуни буцатли — «если ты поймаешь» ● Гьитили буцалли — «если он поймает» ● Нушшали буцагӏели — «если мы поймаем» ● Хӏушшали буцаттали — «если вы поймаете» ● Гьиттали буцалли — «если они поймают»
В личных формах 1-го и 2-го лица множественного числа, кроме отличий тт и гӏ, имеем также один согласный л вместо двух лл в компоненте их аффиксов.
● Нуни буцасалри — «если бы я поймал» ● Хӏуни буцатталри — «если бы ты поймал» ● Гьитили буцарилри — «если бы он поймал» ● Нушшали буцагӏелри — «если бы мы поймали» ● Хӏушшали буцатталри — «если бы вы поймали» ● Гьиттали буцарилри — «если бы они поймали» Отличия в оформлении личных форм выявляются в формах 1-го и 2-го лица единственного числа, а также 3-го лица единственного и множественного числа, в основе которых перед условным аффиксом -ри имеем сочетание -ал-.
Особенностью отрицательной формы глагола в диалекте является то, что в нем заключено два форматива отрицания: имеющий элемент хӏ, имеющий элемент а. Так, отрицательная форма бехӏекку (в сравнении с акуш. агара, урах. агу, кубач. а) содержит отрицательный элемент а, фонетически видоизмененный в е (после согласного хӏ). Кроме того, особенностью данной мугинской глагольной формы является существование первичной приставки бе с классовым показателем, который отсутствует во многих диалектных группах.
10. Особенность в оформлении имени прилагательного диалекта выражается в наличии характерного для него суффикса -къа: ттавкъа — «безрогая (овца)», сяйкъа — «неглубокий» (вместо литературной формы сяйси). Этот суффикс совпадает с подобным же муиринским-къа (цӏерхькъа — «жирный»), а также с урахинским-къа (варскъа — «упрямый»). Но дело в том, что для муиринского и урахинского-къа является лишь одним из суффиксов прилагательных, и то малоупотребительных.
11. Особенности в категории глагола. Особенности мугинского глагола проявляются в основе личных форм настоящего времени. Это выражается в наличии более закрытого а после согласного кь вместо широкого яурахинского. Приведем парадигму спряжения настоящего времени: ⏺Ну аркьалра вацIализи — я иду в лес. ⏺ХIу аркьалри — ты идешь. ⏺Гьит аркьали сай — он идет. ⏺Нушшааркьалра — мы идем.
В сравнении с литературными формами в данных формах имеем следующие отличные аффиксы, полученные в результате фонетических изменений: как результат соответствия геминированного тт простому д для 2-го лица единственного числа прошедшего времени диалекта имеем -ятт вместо -яд литературного языка и многих других диалектов; как результат соответствия согласных гӏ и хӏ, для 1-го лица множественного числа имеем аффикс -гӏе вместо -хӏе литературного языка и всех других диалектов. Такого же характера изменения в аффиксах личных форм имеют место и в формах условного времени глагола диалекта.
а) Совместный падеж выражается посредством аффикса -чул, почти как в уркарахском говоре муиринского диалекта; -чули вместо литературного -чил и кишинского-ццила:
мугинский | муиринский ⏺бартталичул | буретталичули — с топором.
кишинский | литературный ⏺буретталиццила | бардаличил — с топором.
б) падеж причины выражается посредством — аффикса -кибли, как и в кишинском говоре муиринского диалекта, вместо литературного -чибли. мугинский | литературный ⏺бартталикибли | бардаличибли — по причине топора.
в) повествовательный падеж выражается посредством аффикса -кила вместо литературного -чила: мугинский | литературный ⏺бартталикила | бардаличила — о топоре.
Таким образом, в оформлении двух последних падежей (причины и повествования) мугинский диалект имеет сходство с кишинским говором муиринского, так же как первый, т. е. совместный падеж имеет сходство с падежом уркарахского говора того же диалекта. Следовательно, в образовании смешанных падежей, как и в образовании некоторых местных падежей мугинский говор имеет много общего как с муиринской, так и с кайтагской группой диалектов; несмотря на территориальную отдаленность этих диалектных групп, падежная система их имеет большое сходство между собой.
💚Направительный падеж. а) серия на -гIе в значении "внутрь" чего-либо: ⏺ушкуллигIе — в школу б) серия на -зи в значении "во что-то": ⏺вацIализи — в лес в) серия на -ли в значении "внутрь": ⏺хъули — в дом г) серия на -катт в значении "по поверхности чего-либо": ⏺вацIакатт — по лесу ⏺гьуникатт — по дороге Соответствует урахинскому -хьад. д) серия на -у в значении "под что-нибудь": ⏺стуллиу — под стол
💚Местный падеж образуется в диалекте, как и в литературном языке посредством присоединения согласного б к концу каждой серии направительных падежей: ⏺стулликиб — на столе ⏺стуллигIеб — в столе ⏺стуллиуб — под столом
💚Исходный падеж образуется не от формы местного падежа, как во многих диалектах, а от направительного падежа, т. е. так же, как в муиринской и кайтагской группе диалектов: отличие заключается в аффиксе, который служит для оформления этого падежа. Вместо падежного аффикса -р (муиринского и кайтагского диалектов) в мугинском имеем -тта. мугинский | муиринский ⏺хъулитт(а) | хъулир — из комнаты. ⏺вацIализитт(а) | вацIалиццир — из лесу.
Наличием компонента к аффикса ки местные падежи мугинского диалекта имеют сходство с кишинским говором муиринского диалекта, так же, как и образованием исходных падежей от направительных, а не от местных. Специфичным только для мугинского диалекта является аффикс тт(а), служащий для оформления исходных падежей.
5. Для диалекта характерно выпадение классного показателя в в глагольных формах мужского класса. Например: ухнаухъес, вм. исходной вухIнавухъес, аналогично с рухIнарухъес (женс. класса), бухIнабухъес (класса вещей), духIнадухъес (класса животн.) или класса женщин в урах. диалекте.
6. Диалект характеризуется ярко выраженным ударением, так же как в цуд. группе диалектов. В качестве примера возьмем ударение в числительных. В числительных, состоящих из двух слогов, ударение стоит на первом слоге, а в числительных, состоящих из трех слогов, ударение стоит на втором слоге: хIя́бал — «три», а́вал — «четыре», шу́вал — «пять»; уре́ккал — «шесть», ве́рхIел — «семь», кке́хIел — «восемь», урчIе́мал — «девять», ве́цIал — «десять».
7. Для мугинского диалекта характерна дистанционная прогрессивная ассимиляция. Из формы жуз — «книга» имеем жуж, из шалбар (в акуш. и урах. диал.) имеем шарбар, как в мекегинском.
8. В диалекте имеют место случаи метатезы: агъзин — «ленивый» от азгъин (акуш. урах. и др. диалекты); динавхана вместо диванхана — «канцелярия», «суд»; махсара — «шутка» вместо масхара (урах.).
9. Основные падежи мугинского диалекта морфологических отличий в своем оформлении не имеют. Отличия фонетического характера выявляются лишь в основе имен существительных. мугинский ⏺Дила бартта бехIеккура — у меня нет топора. ⏺Барттала арґи бехIеккура — у топора нет рукояти. ⏺Бартталис арґи гIягIнилисаби — топору нужна рукоять.
3. Особенностью мугинского диалекта является выпадение предпоследнего гласного в именах с согласным исходом при образовании множественного числа с показателем ми, в отличие от акушинского диалекта, где он не выпадает: мугинский | акушинский ⏺буршми | бурушми — постели. ⏺къуршми | къурушми — рубли. ⏺чиргъми | чирагъми — лампы. ⏺тIулкми | тIулукми — перстни.
Стоит отметить, что в урахинском диалекте множественные формы образуются так же как в мугинском.
4. Так же, как в акушинской группе диалектов, характерным является соответствие мугинского гласного и, выступающего в качестве компонента форматива множественности, гласному е соответствующих формативов мюрегинской и цудахарской групп диалектов, а также мегебского диалекта. мугинский | мекегинский ⏺бартни | бардне — топоры. ⏺буцIи | буцIе — волки. ⏺ккалкби | галгбе — деревья.
Любопытно, что данное соответствие не имеет места в корне слова, во всех этих диалектах в корне слова выступает гласный е: бецI. В урахинском же диалекте и в корне и аффиксе слов выступает гласный и: бицI — «волк», буцIи — «волки», следовательно, мугинские формы не имеют ни последовательной закономерности, наличие гласного и в аффиксах и корнях, подобно урах., ни последовательности наличия в тех же позициях гласного е, подобно мюрегинской и др. группам диалектов. Мугинские формы в этом отношении сходны с акушинскими.
Из соответствий мугинских и урахинских примеров видно, что лабиализация согласных къ, д, гI в словах происходит в позиции, когда после гласного, стоящего после них, следует сонорный в, л, р. На первый взгляд этой закономерности не подчиняется как будто бы слово двягI, где после гласного я не следует сонорный согласный. Но сравнение урахинскогодвягI с формой дваргI в мегебском диалекте указывает, что исторически и в этом слове за гласным а следует сонорный р.
Говоря о соответствии мугинскогоаакушинскомуя, мы приводили примеры лишь на имена. Но это соответствие имеет место также в глагольных формах. Так, мугинский вариант нуша вацIализи аркьалра — «мы идем в лес» — соответствует кичи-гамринскомунуша вацIализи аркьялра, где в основах глагола-сказуемого имеем соответствие а и я.
В той же урахинской глагольной форме аркьвялла в сравнении с мугинским имеем соответствие: а и я также в силу той закономерности, когда гласный а находится в позиции перед сонорным л. В позиции перед другими согласными в формах того же глагола выступает широкое я (ну вацIализи аркьяс). Это положение имеет место и в мугинском говоре: ну вацIализи аркьяс и в акушинском: ну вацIализи аръяс. Следовательно, в позиции гласного а не перед сонорным в глагольной форме имеем соответствие широкого ямугинского диалекта тому же гласному форм акушинского и урахинского диалектов.
Из соответствий согласных характерным является соответствие мугинского согласного гI гамзе ъ или фрикативному ґ остальных диалектов в имени существительном в значении «мясо». мугинский | урахинский | цудахарский ⏺дигI | диъ | диґ — мясо.
Согласный гIмугинского диалекта может соответствовать также согласному хI других диалектов, преимущественно в аффиксах глагольных форм. мугинский | урахинский ⏺аркьегIе | аркьяхIя — пойдем. ⏺буцагIелри | буцахIāлири — если бы поймали.
Мугинская группа диалектов распространена на части территории Акушинского района; на мугинском диалекте говорят жители сел. Муги с хуторами, а также — сел. ВерхнийМулебки, говор которого очень близок к данному диалекту, однако отличается тем что имеет лабиализацию и черты нижнемулебкинского.
В мугинском диалекте, кроме своих собственных особенностей, обнаруживаются моменты общие с акушинским, урахинским, кайтагским, сирхинским и муиринским диалектными группами.
Перечислим особенности этого диалекта в сравнении в основном с литературным языком, а также с некоторыми другими диалектами. 1. В звуковом составе мугинского диалекта имеются те же геминированные согласные, которые имеют место в диалектной группе цудахарского типа. Но кроме тех усиленных, которые имеют место в диалектах геминированного типа вообще, в мугинском существует в геминированном виде фарингальный спирант хIхI: бухIхIуси — «гниющий», мухIхIан — «мугинец», соответствующий своему корреляту хI во всех других диалектах: бухIуси, мухIен — в акуш. диалекте; бухIул, мухIан — в урах. диалекте.
В мугинском диалекте наблюдается упрощение усиленных согласных, т. е. они являются усиленными лишь в положении перед гласными, а в конце слова или перед согласными они становятся глухими простыми согласными, хотя и с той же артикуляцией усиленных: уссис — «спать» — уси «усни» (отглагольное существ.), ккуртта — ккуртни — «лиса — лисы», иппала — «шов», иплуми — «швы».
Исключение составляют геминированные аффрикаты цц и чч, которые в любой позиции в слове остаются усиленными: ккачча — «собака-самка», ккаччни (мн. ч.), унцца — унццурби — «двери».
Также мугинский с акушинским утратили лабиализацию согласных, которую мы можем наблюдать в этих же словах в урахинском диалекте: къвянкъ, двягI, чвял, къвянари, гIвяри.
17. Формы причастия оформляются с помощью аффиксов: -ил, -ан, -ул вместо -сиакушинского диалекта. По своему оформлению эти причастия ближе к урахинскому диалекту, где также имеем аффиксы -ил, -ул. Приведем примеры: санжинский | урахинский ⏺беркунил | биркунил — съеденное. ⏺варццурил | вамсурил — уставший. ⏺биркьан | бикьани — делаемое. ⏺келсан | хьелсани — ложащийся. ⏺буккан | буґани — травоядное. ⏺вахьхьун | вашул — ходящий. ⏺бубкIул | бубкIул — умирающий.
Причастная форма говора в значении "отсутствующий" акквар аффиксом не оформляется. В урахинском же встречается и оформленный вариант, и неоформленный. Сравним: санжинский | урахинский ⏺акквар | агвар(ил) — несуществующий.
14. Личной форме множественного числа нуша — «мы» литературного языка, в санжинском говоре соответствуют две формы, т. е. эксклюзив и инклюзив: 1) нушша и 2) нишша — «мы». Дадим парадигму склонения местоимения 1-го лица множественного числа — нишша — «мы»: ⏺именительный нишша — мы ⏺эргатив нишшали — мы, нами ⏺родительный нишшила — нас ⏺дательный нишшиший — нам ⏺совместный нишшачули — с нами
Как видно из примеров, падежные формы этого местоимения оформляются теми же аффиксами, что и падежные формы единственного числа, за исключением дательного падежа.
15. Особенностью инфинитива санжинского глагола является его оформление с помощью аффикса -ий вместо -еслитературного языка. Приведем для подтверждения ряд инфинитивов: санжинский | литературный ⏺кайсий | кайсес — лечь. ⏺берквий | беркес — съесть. ⏺улхъий | улхъес — танцевать. ⏺бурций | бурцес — ловить.
Окончание -ий профессор Муталов Р. О. выделяет как изначальное, из которого следом в результате палатализации появились вариации -иж, -из, -ис, -ес.
16. Отрицательная форма глагола в говоре передается с помощью аффиксов -ма и -а. Аффикс -ма соответствует подобному же аффиксу литературного языка, что касается аффикса -а, он соответствует литературному хIе- (хIя-), муиринскомухIа- и урахинскомуахI-. В сложном глаголе он стоит в середине глагола, в глаголах, начинающихся гласным а, при присоединении аффикса отрицания гласный начала слова становится долгим. санжинский | урахинский ⏺āсайгъиб | ахIсāиб — не дошел. ⏺āбемккун | ахIбимґур — не разродилась. ⏺гъайагьаибле | гъайахIъили — не заговорив. ⏺āґурда | ахIикьвянна — не пошел.
Отрицательная частица восходит к звуку гъI, который перешел то в ъ, то в хI по диалектам. В санжинском больше похоже на то, что случилась метатеза отрицательной частицы, как и в урахинском: гъIа → агъI, затем исчезновение гъI спровоцировало удлинение ā: агъIсайгъиб → āсайгъиб.
9. Весьма интересным является соответствие санжинского смычного д звукам т (сирхинский), р (дейбукский и мегебский), а также р других диалектных групп. Возьмем в пример слово "собаки". ⏺санжинский: худи ⏺сирхинский: хуте ⏺муиринский/мегебский: хургье ⏺урахинский/акушинский: хури
В муиринской группе присутствует еще и гь.
Первичным является звук д, который есть и в цудахарском: худе.
10. Как и в диалектной группе сирхинского типа, в санжинской группе звук хь соответствует звуку ш других диалектных групп даргинского языка. санжинский | урахинский ⏺хьу | швал — пять. ⏺вахьар | вашар — ходит. ⏺гIебхь | гIибшни — осень.
Формы с наличием хь первичны.
11. Специфичным для диалектной группы является соответствие ларингального гь фарингальному гI других диалектов. санжинский | урахинский ⏺гьинц | гIинц — яблоко. ⏺квигьналлали | кIвиънес — потом, после.
Имеем также формы акуш. кIинайс, мекег. кIуйнас. Видимо, в обоих случаях гь является первичным: гьинц → гIинц и кIвигьнес → кIвиънес.
12. Как в сирхинской группе диалектов, так и в санжинской имеет место соответствие й-л, как результат перехода а в й в интервокальном положении: санжинский | акушинский ⏺урчийа | урчила — коня.
13. Соответствие лабиализованных, как и для большинства диалектных групп, является также характерным для санжинской диалектной группы. санжинский | акушинский ⏺кIвел | кIел — два. ⏺хве | хя — собака. ⏺бахъвий | бергьес — засеять. ⏺гIягьвни | гIягIни — нужда, дело.
Оба звука ж и хӀ являются рефлексами исконного хь, который мог дать ж через ш и хӀ через х. Этот хь обнаруживается в тех же соответствующих данному значению формах языка лезгинской группы: рут. хь-ад, агул. хь-ир и цах. йи-у-хьхь-ан. По диалектам имеют место формы со звуками: х, ж, хI, но нет формы шуйаб, которая должна была быть. Спирант ж может соответствовать также звуку й, поэтому жеб скорее восходит к йеб, тем более что имеется форма хIуйаб в мюрегинской группе. Сравните: хIуйаб и йиухьхьан. Если переставим местами буквы цахурского варианта, получим хьхьуйиан, что уже похоже на хIуйаб.
Спирант ж также может соответствовать ш или й: санжинский | урахинский | сирхинский ⏺иж | гьиш | ий — этот.
2. Внутри диалектной группы имеет место оглушение геминаций, в результате чего имеем соответствие: цц ~ ц: гьурцец — гъурцецце — «почка, почки». Аналогичное положение имеем в соответствии ч ~ гь: ча — «кто», но гьис — «кому», ср. с урах. ча — шис, следовательно, в одних диалектах имеем ч ~ гь, в других — ч ~ ш, т. е. по диалектам исходный ч даёт рефлексы гь и ш. Харбукский говор муиринского диалекта имеет рефлекс к: кила. Сутбукский — хьила. Итого получаем такие формы: гьила, хьила, чила, шила, кила. Что первичнее — предстоит понять.
3. Характерной особенностью является то, что лабиализованный кIв не переходит в чI. санжинский | мекегинский ⏺кIвел | кIвел — два. ⏺кIвент | кIвентI — губа.
4. Соответствие спиранта ґ смычке ъ, й, гI северной группы. санжинский | урахинский ⏺мурґул | муръул — муж. ⏺мирґли | муъли — мужчины. ⏺келґун | хьалъун — остался. ⏺ириґ | уриъ — в прошлом году. ⏺ґани | гIини — зима.
Акушинский вариант — йани, мекегинский — эни (← гIени).
