14. Личной форме множественного числа нуша — «мы» литературного языка, в санжинском говоре соответствуют две формы, т. е. эксклюзив и инклюзив: 1) нушша и 2) нишша — «мы». Дадим парадигму склонения местоимения 1-го лица множественного числа — нишша — «мы»:
⏺именительный нишша — мы
⏺эргатив нишшали — мы, нами
⏺родительный нишшила — нас
⏺дательный нишшиший — нам
⏺совместный нишшачули — с нами

Как видно из примеров, падежные формы этого местоимения оформляются теми же аффиксами, что и падежные формы единственного числа, за исключением дательного падежа.

15. Особенностью инфинитива санжинского глагола является его оформление с помощью аффикса -ий вместо -ес литературного языка. Приведем для подтверждения ряд инфинитивов:
санжинский | литературный
⏺кайсий | кайсес — лечь.
⏺берквий | беркес — съесть.
⏺улхъий | улхъес — танцевать.
⏺бурций | бурцес — ловить.

Окончание -ий профессор Муталов Р. О. выделяет как изначальное, из которого следом в результате палатализации появились вариации -иж, -из, -ис, -ес.

16. Отрицательная форма глагола в говоре передается с помощью аффиксов -ма и -а. Аффикс -ма соответствует подобному же аффиксу литературного языка, что касается аффикса -а, он соответствует литературному хIе- (хIя-), муиринскому хIа- и урахинскому ахI-. В сложном глаголе он стоит в середине глагола, в глаголах, начинающихся гласным а, при присоединении аффикса отрицания гласный начала слова становится долгим.
санжинский | урахинский
⏺āсайгъиб | ахIсāиб — не дошел.
⏺āбемккун | ахIбимґур — не разродилась.
⏺гъайагьаибле | гъайахIъили — не заговорив.
⏺āґурда | ахIикьвянна — не пошел.

Отрицательная частица восходит к звуку гъI, который перешел то в ъ, то в хI по диалектам. В санжинском больше похоже на то, что случилась метатеза отрицательной частицы, как и в урахинском: гъIа → агъI, затем исчезновение гъI спровоцировало удлинение ā: агъIсайгъиб → āсайгъиб.

#зналиливы