ΑΤΤΙΚΙΣΤΑ

Что бы Вы хотели, чтобы мы написали на Вашей визитке?

Карьерные перспективы эллинистов.

Карьерные перспективы латинисток.

У средних и пассивных глаголов 2-е лицо единственного числа настоящего времени изъявительного наклонения, которое из-за стяжений стало короче в окончании, например λυπῇ, παιδεύῃ, φοβῇ, βοᾷ, κτᾷ, ὀδυνᾷ, по аналогии перестроилось в λυπεῖσαι, παιδεύεσαι, φοβεῖσαι, κτᾶσαι, ὀδυνᾶσαι и т. д., чтобы сравняться по слогам с другими лицами единственного числа. «Средние» будущие времена заменяются активными: ἀκούσω вместо ἀκούσομαι, κλαύσω вместо κλαύσομαι, βαδίσω вместо βαδιοῦμαι, τύχω вместо τεύξομαι, φύγω вместо φεύξομαι, а средние аористы вытесняются пассивными: ἀπεκρίθην вместо ἀπεκρινάμην, ἠγωνίσθην вместо ἡγωνισάμην, ἀπωλέσθην вместо ἀπωλόμην, ἐνεδύθην вместо ἐνέδυν и т. д., и так большая часть среднего залога морфологически поглотилась пассивным.

Характерный пример того, насколько койне стремится к типологической правильности в склонении глагола, — среди многих других — глагол οἶδα, который, хотя раньше представлял большую неправильность в звуковой форме лиц и чисел: οἶδα, οἶσθα, οἶδε, ἴσμεν, ἴστε, ἴσασι, — в годы койне склоняется οἶδα, οἶδας, οἶδε, οἴδαμεν, οἴδατε, οἴδασι. И противопоставление единственного и множественного числа в глаголах ἔθηκα — ἔθεμεν, ἀφῆκα — ἀφεῖμεν, ἔδωκα — ἔδομεν исчезает с созданием новых аналогических форм ἔθηκα — ἐθήκαμεν, ἀφῆκα — ἀφήκαμεν, ἔδωκα — ἐδώκαμεν и т. д.

И наречия на -ως, поскольку в произношении уже не отличаются от имён на -ος, встречают теперь сильного соперника в форме на -α: ἄδικα, καλά, κακά, которая пошла от определений при внутренних дополнениях: ἐποιήσας καλὰ (= ἔπραξας πράξεις καλάς), и которая позже полностью их вытеснит.»

Ну и продолжение из Ν. Π. Ἀνδριώτη, Ἱστορία τῆς ἑλληνικῆς γλώσσης.

Новшества в морфологии в эллинистическую и римскую эпоху.

1. В склонении существительных двойственное число полностью исчезает из разговорного языка, уступая место множественному, и всё больше ограничивается употребление дательного падежа, который заменяется то родительным, то винительным, а чаще всего — предложными оборотами. На месте «женского» артикля αἱ появляется и со временем берёт верх «мужской» οἱ (οἱ ἄνδρες καὶ οἱ γυναῖκες).

Женские родом существительные первого склонения на -α, которые образовывали родительный на -ης (ἡ δόξα — τῆς δόξης), по аналогии переносят α из именительного и в родительный (τῆς δόξας). Точно так же мужские родом существительные первого склонения на -ας, образовывавшие родительный на -ου (ὁ ταμίας — τοῦ ταμίου), теперь склоняются: τοῦ ταμία, τοῦ Πυθαγόρα (так же и слова на -ης: τοῦ πρεσβευτή). В целом наблюдается тяга к упрощению и грамматическому удобству, которую диктовала необходимость выучить греческий не только грекам, но и варварам, жившим в государствах эллинистической, а позднее римской эпохи. Во всех направлениях мы видим аналогические перестройки, нацеленные на избегание неправильности: поскольку существительные первого и второго склонения, а также некоторые мужские и женские слова третьего склонения имели в винительном падеже окончание -ν (τὸν ταμίαν, τὸν στρατιώτην, τὴν ἡμέραν, τὸν λόγον, τὴν πόλιν), по аналогии -ν перешло и в винительный падеж третьего склонения (τὸν πατέρα-ν, τὸν στατῆρα-ν, τὴν θυγατέρα-ν, τὴν τριήρη-ν, τὸν Σωκράτη-ν, τὸν ὑγιῆ-ν, τὴν νύκτα-ν). А затем от этих новых винительных, по образцу τὸν ταμίαν — ὁ ταμίας, τὴν ἡμέραν — ἡ ἡμέρα и т. д., начинают — робко и разрозненно, но всё чаще — образовываться новые именительные: ὁ πατέρας, ὁ στατήρας, ἡ θυγατέρα, ἡ νύκτα, которые со временем возьмут верх, и так третье склонение частично поглотится первым.

Окончание -ες именительного падежа множественного числа третьего склонения (ἄνδρες, γυναῖκες) по аналогии перешло и во множественное число первого склонения, и образовалась форма οἱ ταμίες, которая позже стала всеобщей. Из именительного это окончание затем перешло и в винительный, и оба падежа совпали: οἱ μῆνες — τοὺς μήνες, οἱ λέγοντες — τοὺς λέγοντες, οἱ Πέρσες — τοὺς Πέρσες, οἱ γυναῖκες — τὰς γυναῖκες, οἱ χάριτες — τὰς χάριτες и т. д.

После совпадения в произношении ο и ω аттические формы νεώς, λεώς были вытеснены старыми ναός — ναοί, λαός — λαοί. Окончание родительного падежа второго и первого склонения мужского рода (ἄρτου, λόγου, Μιλτιάδου) распространяется и на третье склонение (ἰσοτελοῦ, τετρήρου, Σωκράτου). Женского рода слова на -ώ с родительным на -οῦς переносят ω и в родительный (τῆς Κλειῶς, τῆς Σαπφῶς). Среднего рода на -ας с родительным на -ως (τὸ κρέας — τοῦ κρέως) склоняются: τοῦ κρέατος, κέρατος, τέρατος и т. д. Женские существительные на -ος (ἡ βάτος, ἡ βῶλος, ἡ γύψος, ἡ κέδρος, ἡ πλάτανος и т. д.) становятся мужскими.

2. В словообразовании существительных отмечается много изменений. Окончание -ᾶς, мн. ч. -ᾶδες, ионийского диалекта (Ἡρακλᾶς, φαγᾶς, χειλᾶς) становится всё более общим, чтобы позже утвердиться в средневековом и новом нашем языке: γαλατᾶς, -ᾶδες, μυλωνᾶς, -ᾶδες. То же произошло и с тоже ионийским окончанием -οῦς (ἡ Ἐπαφροῦς), от винительного падежа которого (τὴν Ἐπαφροῦν) происходит новогреческое καπελοῦ, κοσκινοῦ, μυλωνού, Βασιλοῦ. Также распространяется прежде редкое окончание -ισσα (Κίλισσα, Φοίνισσα) и на другие слова: βασίλισσα, ἡρώισσα, Μακεδόνισσα, и позже становится всегреческим. Общей тенденцией к выравниванию и избеганию неправильности объясняется и то, что неправильные степени сравнения (ἀγαθός — ἀμείνων — ἄριστος и т. д.) постепенно оттесняются новыми, более правильными образованиями от той же основы: ἀγαθὸς — ἀγαθώτερος — ἀγαθώτατος и т. д., а также предпочтение уменьшительных (τὸ παιδίον, τὸ κυνάριον, τὸ ὡτίον и т. д.), которые склоняются правильнее, чем παῖς, κύων, οὖς и т. д. Наряду с частотой уменьшительных растёт и разнообразие их окончаний. Основное уменьшительное окончание -ιον приобретает различные расширенные формы, отрывая последний слог основы уменьшаемых существительных. Так, от σανίς — σανίδος — σανίδιον и т. д. по аналогии образуется новое уменьшительное окончание -ίδιον: ἀγρ-ίδιον и т. д. От φυλλάς — φυλλάδος — φυλλάδιον и т. д. — окончание -άδιον: σημ-άδιον и т. д. От βοῦς — βούδιον — окончание -ούδιον: σακκ-ούδιον и т. д. От ἐσχάρα — ἐσχάριον — окончание -άριον: ὀψ-άριον и т. д. От ἔλαφος — ἐλάφιον — окончание -άφιον: χρυσάφιον. От κέλυφος — κελύφιον — окончание -ύφιον: ὠύφιον. От κόραξ — κοράκιον и т. д. — окончание -άκιον, которое позже дало новогреческое окончание -άκι. От κλεψύδριον — окончание -ύδριον: λογ-ύδριον и т. д.

Вообще об уменьшительных в греческом стоит заметить, что, как это произошло и в других языках, их уменьшительное значение рано или поздно стирается, и смысл их совпадает со смыслом исходных слов, как уже свидетельствует грамматик Поллукс: «ὅταν δ᾽ εἴπῃ Ἀριστοφάνης δυοῖν λυχνιδίοιν, δῆλον ὅτι λύχνα εἴρηκεν, ἀλλ᾽ οὐ λύχνους μικρούς». Так и приведённые выше уменьшительные со временем утратят своё уменьшительное значение в средневековом и новом греческом, так что примут и дополнительное уменьшение, как показывают примеры: παιδίον — παιδί — παιδάκι, ὡτίον — ἀφτί — ἀφτ-άκι.

Большие по размаху и глубине морфологические перестройки являет нам в период койне и глагол. Глаголы на -μι все преобразуются в -ω: δίδω, ἀπολλύω, ὀμνύω вместо δίδωμι, ἀπόλλυμι, ὄμνυμι. Сослагательное наклонение из-за фонетического совпадения ω с ο и ει с η совпало в некоторых формах с изъявительным (ἔχεις — ἔχῃς, ἔχομεν — ἔχωμεν) и под его влиянием изменилось во всех формах настоящего времени и аориста (ἵνα πέμψουσιν, ἐὰν οἴδαμεν). Некоторые формы, как аорист δώσω, φύγω, использовались в византийские времена для будущего времени изъявительного наклонения (θέλω ἵνα δώσω → θέ νὰ δώσω → θὰ δώσω). Инфинитив заменяется оборотами (οὔκ εἰμι ἄξιος ἵνα λύσω), и от него останутся лишь некоторые употребления с артиклем, которые превратятся в существительные (τὸ φαγεῖν — τὸ φαΐ, τὸ φιλεῖν — τὸ φιλί, τὸ μεθύσειν — τὸ μεθύσι и т. д.), и некоторые формы будущего, которые позже послужат вспомогательными для образования перфекта и плюсквамперфекта: ἔχω δώσει(ν), εἶχα δώσει(ν). Формы повелительного наклонения беднеют из-за распространения окончания настоящего времени на аорист (γράψε вместо γράψον) и из-за описательного выражения 3-го лица (ἡ δὲ γυνὴ ἵνα φοβῆται τὸν ἄνδρα). Бесславный конец ждал тогда и желательное наклонения (оптатив), которое было оттеснено другими наклонениями или оборотами и полностью исчезло около 600 г. н. э. Причастие начинает «путать» роды и числа, предвещая своё будущее несклонение, например: εἶδον γυναῖκες ὀμνύοντας, τῶν θυρῶν συνθλασθέντων, πληρωθέντων τῶν ἡμερῶν, λυχνίαι αἱ ἑστῶτες, τὸ θηρίον φοβερόν ὄντα.

Также начинает опускаться удвоение и в причастиях перфекта, потому что оно фонетически совпадает с союзами καί, τε, δέ, как, например, в примерах: εἰ κε-χαριτωμένη, ἦν κε-χωρισμένος, εἰμὶ τε-τιμημένος, ἦν δε-δεμένος. Наблюдается колебание и в приращении, как показывают написания ἐρμήνευεν, εὐλαβήθη, εὐλόγηκα, οἰκοδόμησεν, εὐφραινόμην, εὐχαρίστουν, ἀγάπων, ἄκουα.

От сигматического аориста на -σα окончание -σα обобщается и в асигматическом: εἶδον — εἶδα, εἶπον — εἶπα, а затем и в имперфекте: ἔλεγον — ἔλεγα, ἔλεγαν, ὕβριζον — ὕβριζα, ὕβριζαν. По аналогии распространяется и окончание 3-го лица множественного числа -σαν: εἶπον — εἴποσαν, εἶχον — εἴχοσαν, ἔκραζον — ἐκράζοσαν, ἔσχον — ἔσχοσαν, ἐλάμβανον — ἐλαμβάνοσαν, ἔλεγον — ἐλέγοσαν, ἤλθοσαν, παρελάβοσαν. От этих форм пойдёт новое окончание имперфекта ἐγεννοῦσαν, ἐθεωροῦσαν, ἐννοοῦσαν, ἐποιοῦσαν, ἐπολεμοῦσαν, ἐταπεινοῦσαν, которое затем по аналогии перейдёт и в единственное число: ἐννοοῦσα, ἐποιοῦσα, ἐπολεμοῦσα, и приведёт к новогреческой системе окончаний имперфекта глаголов на -ῶ: -οῦσα, -οῦσες, -οῦσε, -ούσαμε, -ούσατε, -οῦσαν.

«...интересное, сложное, неожиданное важнее для искусства, чем почтенное, и Алкивиад — более герой романа (вовсе не отрицательно), чем Аристид».

К. Н. Леонтьев. «Наше общество и наша изящная литература» (1863).

В 407 г. до н. э. Алкивиад отплыл в Пирей, где ему устроили горячий приём. Народное собрание своим постановлением провозгласило его στρατηγὸς αὐτοκράτωρ.
Его предательство было забыто, все его бесчестные поступки были оставлены в стороне, и один из величайших superstar античности вступил на расстеленную красную дорожку.
Аристофан, говоря об этом отношении города к Алкивиаду, написал хрестоматийное:

ποθεῖ μέν, ἐχθαίρει δέ, βούλεται δ᾽ ἔχειν.

«Он его желает, но ненавидит, а всё же хочет его».

Турецкому разговорному χασάπης соответствует формальное κρεοπώλης (в античности он также назывался и древний грек вполне мог бы сообразить, глядя на какой-нибудь сайт Jobfind.gr, что требуется мясник).

Судя по сияющим глазам ἡ μέλλουσα tradwife начала с Апокалипсиса.

οἷς κήδεός ἐστι νέκυς· παρὰ δ' οἵ τ' ἀγοὶ ἄμμι μενόντων.
Ὅμηρος, Ἰλιάς, ραψωδία Ψ΄, στίχος 160.


Объявление о похоронах (κηδειόσημο), хоть и взято из романа известного представителя «салоникской школы» Гавриила Пендзикиса, но типично по форме для того времени. Ну, пусть этот пост будет «отрывки из авторов».

Похороны (κηδεία, как и в древности означало «похороны», ἡ περὶ τὸν νεκρόν φροντίς, ἐκφορά, ταφή)

Нашего любимого сына и брата
Андреаса Димакудиса, скончавшегося вчера, хороним (κηδεύομεν) сегодня, во вторник, 6 августа, около 11 часов утра (π.μ. = προ μεσημβρίας), от Святого храма Благовещения (ἐκ τοῦ Ἱεροῦ Ναοῦ τῆς Εὐαγγελιστρίας), от кладбища (τὸ νεκροταφεῖον, в древнегреческом это слово тоже есть).

, где будет совершено отпевание (ψαλήσεται ἡ νεκρώσιμος ἀκολουθία — буквально «будет пропета заупокойная служба»).

Поэтому просим всех родственников и друзей проводить его в последний путь (ὅπως συνοδεύσωσι τὴν ἐκφορὰν αὐτοῦ — «чтобы сопроводили его вынос»), соответственно κηδευτής (или κηδεύτρια) — тот, кто погребает умершего, напр. Иосиф, погребавший Христа (ср. Мф. 27:57).


В Салониках, 6 августа 1936 г ( Ἐν Θεσσαλονίκῃ τῇ 6ῃ Αὐγούστου 1936), тут ἡ τοπικὴ δοτική вместе с ἡ χρονικὴ δοτική указывают на место и время скорбного события.

По возможности не умирайте, друзья. Хотя бы сегодня.

Ἡ ὀξεῖα — острое ударение, и ἡ βαρεῖα — тяжёлое были единственными терминами и знаками ударения, известными античности (Кратил, 399b). В аттических надписях и более ранних папирусах эти знаки для чтения обычно не встречаются; их применяют в поэзии, чтобы обозначить ритм, который создаётся регулярным повторением — то есть ἄρσις βραχεῖα, краткий подъём, и θέσις μακρά, долгое опускание. Такие диакритические знаки, говорит Hans Jensen «поначалу использовались почти исключительно в поэтических произведениях»; его замечание согласуется с тем, что «долгота» здесь относится к ритму в стихосложении, а не к реальной речи (Hans Jensen, Sign, Symbol and Script (New York: G. P. Putnam’s Sons, 1969)

А вот знаки ударения и другие подобные диакритики обычно приписывают Аристофану Византийскому (257–180 до н. э.), грамматику и библиотекарю из Александрии. Аристофан придумал знаки придыхания, запятую, точку, апостроф, дефис и другие знаки — систему дополнительных символов, которая со временем охватила десять знаков: αἱ δέκα προσῳδίαι. Эти знаки воспринимались как просодические пометы — просодия (προσῳδία) теперь означает ударение — и были придуманы в первую очередь для того, чтобы направлять чтение и понимание старых классических произведений.

После того как несколько веков они использовались редко, а затем после реформы ударения, проведённой грамматиком Феодосием Александрийским около 400 г. н. э., знаки ударения и диакритики снова появились и продолжили развиваться. Систематически ставить знаки ударения в рукописях начали с VII века, а с XIII века ударение стало обязательным и ставилось на каждом слове.

А на каком ещё Greek вы там молиться собрались? Греки просто молятся, без всяких там прилагательных.

Сравнительную таблицу сделал, где сравниваются "времена" глагола в эллинистическом койне и нынешнем.

«Я не знаю. Я вся такая внезапная, такая противоречивая вся.» Прогрессивная греческая бюрократия пугает тамошних бумересс свободой выбора.

Надежды, что этот турок сдаст своего дилера, нет никакой. Такой чистоты товар — большая редкость и нужен самому.

«И я понемногу снова продвинулся к вершине утеса, скрываясь за кустарником; наклонился, чтобы увидеть плавающую девушку.

Это было блаженством, мечтой, чудом. Она удалилась примерно на пять саженей от грота, и плыла, и смотрела сейчас на восток, повер-нувшись ко мне спиной. Я видел темные и вместе с тем немного золотящиеся волосы, красиво очерченную шею, белые, словно молоко, лопатки, точеные плечи, все янтарное и сказочно красивое в сиянии луны. Различал ее гибкую талию, бедра, колени, ступни, погруженные в волны между тенью и светом. Угадывал ее грудь, руки, изящные, взлетающие над водой, принимающие все порывы ветра и божественный аромат моря. Это было вдохновение, кумир недосягаемый, мечта в волне; это была нереида, нимфа, сирена, плывущая, как волшебный корабль грез...»

В конце августа — начале сентября перечитать «Мечту в волне» Пападиамандиса так же хорошо, как и «Лёгкое дыхание» Бунина, даже если ты уже сорокалетний мужик с уже седеющими висками.

«Полицейский. Регулировщик дорожного движения».

ὁ οὖν Δικαιόπολις προσιών, «χαῖρε, ὦ νεανία,» ἔφη. «ἆρ᾿ οἶσθα σὺ εἰ αὕτη ἡ ὁδὸς πρὸς τὴν Κόρινθον φέρει;».

Из маленькой конспективной истории греческого языка Андриотиса из части про элленистическую эпоху и раздела νεωτερισμοὶ στὴ φωνητική, изменения в фонетике:

1. Древнее различие между долгими и краткими гласными постепенно исчезло; со II в. до н. э. все гласные стали одинаковыми по длительности.

2. Ударение в словах из музыкального стало в основном динамическим со II в. н. э., то есть ударный слог произносится уже не столько с более высокой музыкальной нотой, сколько с большей силою.

3. Густое придыхание, которое гораздо раньше исчезло в ионийских говорах Малой Азии и в эолийских на Лесбосе, перестаёт произноситься и, естественно, писаться в народных текстах. Его возвращение в письменность позже станет делом аттикистских грамматиков. Что касается тонкого придыхания, то оно, как мы уже знаем, всегда было просто орфографическим знаком отрицания, указывающим на отсутствие густого придыхания в начальной гласной, чтобы избежать ошибок вроде τὰ ἐφ᾿ ἔτος, μεθ᾿ αὔριον.

4. Иота подписная тоже перестаёт произноситься и, конечно, писаться в нелитературных текстах. Её возвращение и сохранение до сих пор в греческой письменности — также дело аттикистов и «классического» образования.

5. Все дифтонги, имевшие в качестве второго гласного йоту (то есть αι, ει, οι, υι), монофтонгизируются. Так, αι, которое беотийцы превратили в долгое ε уже в IV в. до н. э. и писали вместо него η (πῆς, χήρε, μέμφομη), становится и в койне долгим ε, а затем кратким. Ει, которое совпало с ι уже в V в. до н. э. в Аргосе и в IV в. в Коринфе (о чём свидетельствует написание λέγις), получает это произношение на всей территории «общего греческого». Οι приобретает произношение французского u, которое сохранится до X в. н. э., когда оно совпадёт с ι. Развитие дифтонга οι шло тем же путём. Произношение дифтонга ου как латинского u осуществилось уже в VI в. до н. э. В дифтонгах αυ, ευ, ηυ υ стало согласным в перед гласной или звонким согласным и ф перед глухим согласным, как произносится и сегодня.

6. Простые гласные сохранили древнее произношение, кроме η, которое тоже совпало с ι, и υ, которое сохранит произношение французского u до X в. н. э. А поскольку такое же произношение получило, как мы видели, и οι, орфографические ошибки между υ и οι очень часты. Однако то, что эти изменения не распространились на всю грекоязычную географическую область, подтверждается сохранением произношения η как ε в современных диалектах Понта и Каппадокии (ἔτον = ἦτον, νύφε = νύφη, κεπίν = κηπίον) и сохранением произношения υ и οι спорадически как ου и του.

Вышеуказанными изменениями в древнем произношении гласных и дифтонгов ограничивается прежнее фонетическое разнообразие и умножаются ι (итацизм).

Кроме изменений, у нас есть и выпадения гласных, из которых важнейшее по последствиям для морфологии существительных — выпадение безударного ο в окончаниях -τος, τον (Ἀντώνι(ο)ς, ἐπιστόλι(ο)ν, ποτήρι(ο)ν, παιδί(ο)ν). В койне появляются и первые примеры исчезновения начального гласного (κοιμήθη, μολογώ, σφαλίζω, σχάρα) и превращения α в ε рядом с плавными согласными (ἠλεκάτη, κρεββατίζω и т. п.).

...

В эллинистические времена появляются и первые примеры изменений в сочетаниях согласных, как, например, выпадение μ и ν перед густым согласным (μέφομαι, συφέρουσι, τυχάνω, ἀθρώπου), пропуск конечного ν (τὸ τέκνο σου, εὐχαριστοῦμε), выпадение γ между гласными (ὀλίον, στρατηία, ὑία), что станет частым в новогреческих говорах, превращение λ в ρ рядом с другим согласным (ἀδερφός, ἁρμυρός), диссимиляция двух соседних (ἐκθρός, πάσκω, ἐλέστω) и прочее.»

Какая-то драма там, впрочем, некоторые видео лучше не открывать, чтобы потом не укорять себя, что сам платишь за интернет.

—В наказанїе за грѣхи своя претворени будете въ сыръ, «Красная цѣна» нарицаемый.
— Только не это, Господи, лучше сожги.


Путаница между греческими буквами «пи» (π) и «тау» (τ) в рукописях — явление не редкое. Яркий пример — чин омовения ног в Великий четверг, где церковный гимнограф говорит, что ученики «ὡραίους πόδας ἐξαπενίζοντο» (то есть омывали/очищали свои ноги). Но в некоторых богослужебных книгах Страстной седмицы по ошибке напечатано «ἐξατενίζοντο» (то есть пристально вглядывались), что в этом контексте не имеет смысла.