Недавно я смотрела
защиту диссертации коллеги из Университета Хельсинки, Вилле Хусгафвела. Она о MBSR, истоках подхода и его соотношении с буддийскими традициями. Зачем писать такие исследования? Наука же любит рандомизированные контролируемые исследования, в которых мы сравниваем результаты активной интервенции и плацебо в двух группах. Когда люди представляют себе исследования медитации, чаще всего это что-то подобное -
работает или нет.
Но гуманитарии тоже исследователи. Вилле, например, религиовед. Поэтому в своей работе он смотрит не работает ли майндфулнесс или нет (всем уже понятно, что работает), а
что это вообще такое.
На самом деле это очень важный вопрос. Потому что на секундочку, этим практикам тысячи лет, и они заключены в устоявшиеся веками, тысячелетиями, религиозные институты, описаны в суттах/сутрах по памяти со слов самого Будды. А сейчас это инструменты для всех желающих, да ещё и целая индустрия с крупными корпоративными клиентами, сертификациями, и даже магистрскими программами. Вот мы исследователи-гуманитарии смотрим как раз, как так получилось и что с этим делать, чтобы оно работало точнее и этичней, и не превращалось в очередное инфоцыганство.
Диссертация Вилле состоит из четырёх статей и текста, который их объединяет.
Данные его исследования:
💠 книги и статьи создателя подхода, Джона-Кабат Зинна, а также методичка MBSR
💠 интервью с Джоном, которое он взял во время его визита в Хельсинки в 2017 (я там тоже была, 75 евро стоит билет!!)
💠 аудио-записи и материалы инструкторского курса MBSR в Center for Mindfulness (который я проходила)
💠 книги буддийских учителей, на которых ссылается Джон
💠 сайты и материалы известный преподавателей MBSR в Финляндии, а также буддийских центров
Что интересного он почерпнул:
Самое важное, на мой взгляд, это развитие концепта буддийского модернизма. Буддийским модернизмом принято называть формацию, которая родилась из взаимодействия азиатских буддийских лидеров с западными интеллектуалами колониальной эпохи. БМ характеризуется психологизацией буддийской дхармы, отходом от традиции и мифологии.
Подбробней о буддийском модернизме писала в этом посте.
Вилле считает термин устаревшим в отношении майндфулнесс, поскольку буддийские корни хоть и прослеживаются по сути, но сильно размыты. Тем не менее, опора на буддийскую традицию конкретно в работе Кабат-Зинна чрезвычайно сильна. Что бы он не говорил, сам он буддийский практик с широким кругозором, знакомый со всеми основными традициями и учителями. Интересный момент Вилле озвучил на защите. Первое поколение учителей осознанности вышло из духовной традиции. Хоть они и секуляризировали медитацию, кто насколько может, их собственное мировоззрение, философия и мотивация связаны с буддийской традицией. Тем временем, инструктора, которые проходят у них сертификацию быть буддистами совершенно не обязаны и очень редко таковыми являются. Они получают светскую, профессиональную часть, но насколько передаётся эта буддийская суть, о которой говорит сам Джон? Вместо буддийского модернизма, применительно к майндфулнесс, Вилле вводит термин
пост-буддизм.
Ещё одно ценное наблюдение - это буддийская традиция, на которой якобы основывается MBSR. Принято считать, что MBSR методологически буквально списан с буддизма Тхеравады. Мы недавно говорили с другим коллегой из Университета Хельсинки, с которым вместе пишем главу о восточно-азиатских религиях в Финляндии. Он с подросткового возраста практикует дзэн/чань, но недавно стал монахом в тайской традиции (Тхеравада). Мы выбираем, о чём писать в главе, думаем, стоит ли упоминать майндфулнесс, и он очень уверенно отвечает, что про майндфулнесс не пишем, потому что это секуляризированная Тхеравада, к восточно-азиатскому буддизму отношения не имеет. Вот Вилле почитал хорошенько тексты Кабат-Зинна и не согласен. Он нашёл достаточно проявленные влияния учителей традиции Дзэн, особенно западных (Филип Капло, например, или Тит Нат Хан), и даже значительные элементы тибетского буддизма, традиции Дзогчен. Вот так вот.