Записки самой себе на случай потери памяти

В русской бдсм-культуре, как заметил мой другой мужской друг, в среднем в принципе нижний — это верхний, а верхний — это сервис-топ. Верхний — тот, кто старается и угождает, нижний — главный, который рассказывает, как именно его надо пиздить. И безусловно понятно, что, когда у тебя подобного дефицит, ты можешь пойти в низ не чтобы тебя пиздили. А чтоб рассказывать, как именно делать тебе приятно.

Так как женщина в среднем старается делать приятно только тому, кто ей ну пиздец как сильно нравится, у нижнего может возникнуть желание не только желанности, но и возлюбленности.

А дальше я опять смотрю на саму себя.

И оказываюсь в той точке, где я каждого любимого верхнего рано или поздно так или иначе хочу связать и трахнуть в жопу.

О небо, а в жопу ли я хочу его трахнуть? Или просто хочу расстараться сделать ему приятно потому что теперь он мне достаточно для этого нравится?

Поэтому я легко нижняя на вечеринке, но верхняя только по любви или за усилия, окупающиеся в денежном эквиваленте?

Я робко спрашиваю своего мужского очень верхнего друга — могу ли я вести сегодня в нашем сексе. Ну хотя бы как-то. Без унижений, связывания, причинения боли и ебли в жопу хотя очень хочется. Он соглашается. И я замечаю ещё одну абсолютно ебанутую вещь.

Просто вести и трогать восхитительно приятного мужчину, пока он ничего не делает в ответ и только принимает почти так же волнительно, как связать и бросить на кровать жопой кверху. Во втором случае я бы получила больше возбуждения чисто физически (извращенка, не отнять), но в первом я успеваю встретиться с собственными эмоциями, со своим чистым желанием (его тела, трогать его тело чисто для себя, а потом и делать ему приятно). Нежданно негаданно я как бы отдаю (физически — выполняю движения, пока партнер в спокойствии), хотя мне кажется, что забираю. Теперь я — тот мужик на вечеринке с голодным глазами, которому дали писечку и который будет наслаждаться ею, не забывая об её удовольствии (настолько, чтобы она не убежала/захотела тебя ещё/встретилась с тобой в другой раз). Как тебе? Вот так приятно? Ты говори, если чë. Не воспринимаю себя и свое внимание, как безусловную награду. Спрашиваю, могу ли снять с себя футболку. Смеется.

— Это тебе как женщине кажется, что это похоже на изнасилование, а мужику такое в любом случае наоборот приятно.

Очень сомнительно. Хотя от приятной ему женщины должно быть приятно, действительно. Аналогично как и женщине от мужчины.

Для кого-то наверняка — нормальная часть жизни, для нас обоих — ебать мы открыли Америку, можно ласкать пассивного мужчину (перед глазами сейчас сразу картинка с фембойчиком из манги — что-то абсолютно на него не похожее).

Да черт побери. Когда мне рассказали про порностудию с роликами "где все строится вокруг удовольствия мужчины", единственное, о чем я подумала — это как вкусно можно унизиться, исполняя мужские прихоти.

Фокус-мать-его-внимания.

Думаю: вот я приходила к нему в гости все это время, как к верхнему, и внимания ждала. Ждала, выпрашивала, радовалась ему. А сейчас отдаю ему своё внимание.

Как мощно может изменить оптику общения пара просьб к мужчине сесть/лечь/раздвинуть ноги, я бы вообще не подумал.

Можно оказывается деятельно хотеть как взрослый и манипулятивно-дефицитарно хотеть как маленький, мать его етить ддлг туда же. Ну не могу не вспомнить толпы девушек в поисках папиков. И что-то так хочется быть большим и сильным, который: Как тебе приятно? Я все оплачу.
Да для этого даже агендером не надо быть.

И шо теперь, и как мне теперь в петплей играть и все такое, скажите на милость.

Про секс-вечеринки, мэ и жо, брать и давать, верхних и нижних.

Всегда кринжую с оптики "а вот мущины паприроде", "а вот женщины паприроде", хотя допускаю, что средний набор гормонов (мужской и женский) у человека вполне себе формирует некое среднее общее поведение и реакции. Когда-нибудь мы будем получать общее приблизительное представление о человеке не из гороскопа и психотипа, а из среднего набора гормонов, и будет нам счастье. Только описанная выше оптика у людей в головах строится в большинстве случаев не столько на реальных гормональных особенностях мужчин/женщин, сколько на принятой в конкретном обществе модели поведения, которая сама по себе какой-то природной и единственно возможной для выживания не является.

Однако сейчас я хочу начать мысль именно с рассуждения в духе "а вот у мужчин", "а вот у женщин", будучи в данном кейсе абсолютно наивным эмпирическим исследователем лет трëх, который смотрит, как каждый раз поднятый камень падает вниз и ни разу не летит наверх, вот чудо-то.

И вот что я вижу.

Про моего мужского друга говорят: Вау, ты такой классный, ты приходишь на секс-вечеринки не только брать, но и отдавать. Таких мало.
Женщины хором: даа, он классный, он идет во взаимодействие с нами, чтоб отдавать.

Мой агендерный мозг: Так стоп.

Кинолентой проносится весь опыт взаимодействия с мужчинами и в целом бытие пассивом. У меня пассивность ещё уходит в сабмиссивность, так что и опыт нижней заодно. Что я делаю в этом кино?

Выполняю активность по бытию пассивом. Веду себя мило, привлекательно, ластюсь, как кошка, выражаю желание, чтоб меня трахнули и отпиздили, выражаю словами в том числе. Следите за руками.

Выражаю желание, чтобы я

Пришла ли я на вечеринку, чтобы что-то отдавать? Да хрена лысого. Получать и получать, и радуйтесь, что снизошла до вас, прикосновение ко мне само по себе ваша награда.

Раньше меня весьма стесняло бы такое положение вещей, но со временем я привыкла, что исполнение моего "а ну-ка дай-ка мне" само по себе радует активов (с какого-то хера, бог их знает). Найдя эту невероятную фичу патриархального мира, я решил, что открыл читкод, пользоваться которым немного стыдно, и немного не хочется подробнее вглядываться, какой ценой оно на самом деле работает, пока для меня оно работает так хорошо... Может, в принципе ничего страшного, но выглядит, как что-то не совсем законное и... Работает — не трогай.

Великое среднее гормональное общее заставляет массы мужчин, стоя рядами, смотреть голодными глазами на женщин, которым в общем-то не сильно это все надо, в результате чего у мэ возникает чувство дефицита, и когда жэ, исполняя исключительно собственное желание, идет им навстречу, они воспринимают это, как подарок небес, за который они должны расстараться. Жэ это тоже понимают, привыкли к такому положению вещей и считают его единственно правильным ибо ну а хуле ты не стараешься исполнять досканально все мои желания когда у меня тут очередь тех, кто если что сделает это вместо тебя.

Мужик всегда должен.

Изменить эту картину можно лишь убрав из жизни мужчин чувство дефицита сексуального внимания каким-то образом.

Как это сделать, не предлагая мужчинам гормональные препараты, меняющие их фон до женского, в принципе идей нет.

Но женщины хотят отдавать. Поправочка: хотят, но только тому, кто им по-настоящему нравится.

При этом понравиться женщине с первого взгляда до такой степени на вечеринке практически импоссибл.

Что касается бдсм, для многих смена традиционных ролей мужчина-дающий-старающийся женщина-берущая-оценивающая уже само по себе в понятийном облаке где-то рядом с бдсм и женской доминацией. И что-то мне подсказывает, что мужчины, ищущие госпожу, не то что бы всегда ищут госпожу. Они ищут, чтобы их как бы хотели, и ради них старались, хоть где-то, хоть немножко.

Кажется: садист не может быть психопатом.

Не психология, не криминалистика, чисто самонаблюдение.

Друг с образованием детского психолога говорит: в какой-то момент ребёнок выбирает между садизмом и эмпатией.
Думается: в случае любого возможного выбора ребёнок — НЕ психопат.

Тут надо разделить: "садист" как человек, совершающий жёсткость и "садист" как человек, получающий садистическое наслаждение от чужих страданий.

"Психопат" как обусловленная чем-либо модель поведения, игнорирующая эмоции других людей (напр., шизоидная психопатия — другое название ШРЛ: мой диагноз) и "психопат" как диагноз, видимый на ЭЭГ — ослабление связей в мозге, обуславливающих у стандартного хьюмана эмпатию.

Так вот этот выбор — наслаждение или сочувствие — предполагает изначально существующий какой-то отклик на чужие страдания, а не его отсутствие. (Предполагаю, что психопаты, конечно, могут совершать садистические действия из интереса наблюдения-изучения; не встречала).

В наших безобидных по взаимному согласию практиках садистическое наслаждение постоянно переплетено с наслаждение доминирования-обладания, поэтому тоже немного трудно анализировать. Хотя, наверное, в моём лично случае можно трактовать наслаждение от обладания как садистское (люблю аспект "ты так хочешь выбраться, но не можешь, ой-ой, жалко тебя" больше, чем писки от боли). Иногда жалко что я не двухметровый амбал в этом плане (использую амбалов для применения к себе, чтоб хоть как-то ощутить отражательно).

Пишет в ночи мужчина, знакомится. Мент. Говорит: сейчас ездил на вызов, мертвяка видел. Отвечаю: печалька. Да нет, говорит, наоборот, круто, хоть что-то весёлое случилось. Люблю кровищу. Уволили из убойного, потому что при виде жертвы улыбался при родственниках. А я, говорит, вроде и сочувствую, но не ржать не могу. В четыре года на кухне увидел мертвого отца в луже крови — вены перерезал. Как заржал. С тех пор всегда такая реакция. Да не садист я, это ж не я сделал!

Два отклика на говно этой жизни. Либо ты разрушаешься, либо наслаждаешься этим. Если отклик в тебе есть, и от него никуда не деться, ты просто выбираешь.

Кстати, если вы это читаете, и вы психолог/криминалист и готовы пояснить, где и почему мой дискурс говно, добро пожаловать в комментарии)

Вернуться домой не получится

Ах как хочется вернуться, ах как хочется ворваться в городок. 
Помню: я лежу на груди у мужчины, с которым мы не друзья, не партнеры, и нам даже не о чем по сути разговаривать; чувствую: о, я дома. И не один раз. Почему я дома? 

Бывало такое чувство раньше, что хочется вернуться домой, но не в родительский дом, и не на нынешнюю квартиру, а вот в какой-то тот дом, который когда-то ты ощущал, а потом утратил. 

Сейчас я внезапно задумались над тем, что это за чувство. 

Из чего состоял твой дом? 

Из чувства безопасности и опоры, мяты на языке, яблок в саду, солнечных лучей на ковре? Или из чувства опасности и неопределенности, плавательного круга на речке, шалаша из палок, супа со сметаной? 

А если там было тревожно, то почувствуешь ли ты этот пресловутый дом там, где тепло и безопасно? Или тебе нужно для этого, чтобы сложился тот самый коктейль — безопасности и опасности, заботы и пренебрежения — что ты пил в детстве?

Мы видим человека, с которым можем испытать что-то максимально похожее на то самое, и тянемся к нему. Наконец-то, домой.

Хотя возвращаться некуда. Мы даже стали сильнее и научились бояться. Мы пытаемся строить новый дом, не понимая, как он должен выглядеть. 

Лежит такой рядом со мной. В солнечных лучах. Говорю: ну привет, родина. Я тут проездом, заходить не буду. А то знаю я, не выпустят и накажут.

Хоум, свит хоум.

Тело — это первое

Ум, общий контекст, схожее чувство юмора для построения длительных отношений — немаловажное второе, но первое — тело. И это не только про секс. 

Ощущение температуры, душно/дует. Скорость ходьбы. Уровень необходимого тебе и мне комфорта (от "ну ниче, переночуем под кустом" до "мне нужна чистая постель и ванная, иначе мне будет плохо").

Ну и секс тоже. Запах. Уровень желания. 

Отсутствие достаточного уровня желания до какого-то момента, кстати, фиксится количеством денег у партнера, которые он готов на тебя потратить. И это тоже про тело. Про то, что мое тело в союзе с твоим — в комфорте и безопасности.

Если наши тела не чувствуют комфорта друг рядом с другом, они устремятся в другие локации, если мы не враги себе.

Мы — тела.

Немного смешно, когда воспевают верность в животном мире, но вряд ли неразлучники остаются друг с другом потому что вместе увлечены яойными ролевыми. 

Хотя как странно, когда в самом вкусном и близком теле обитает и близкий ум, и наоборот. 

Это ощущение "мы подходим", понятное если не сразу, то уже с нескольких шагов навстречу — точно. 

Объемное и сродни чуду.

Ебучий гендер, ебучая агендерность.
С одной стороны...

Если долго повторять одно слово, оно потеряет смысл и покажется смешным. Для меня это слово "гендер".

Я пишу это, сидя в красных лаковых туфлях на 15-сантиметровой платформе, накладных ногтях и ресницах, в раздевалке стриптиз-бара.

В себе и других "небинарных персонах" я не вижу ничего кроме отчаянного одиночества в обществе своего гендера. 

Если бы мы росли в коллективах людей с гениталиями, которые выглядят так же, как наши — но эти люди при этом вели бы себя понятно нам, вели бы себя так же, как мы — полагаю, не было бы никакой гендерной дисфории. Гордились бы мы своими сиськами и письками, такими, какие они есть, будучи окруженными такими же, как мы. Не говоря о том что если бы не установка "мальчикам/девочкам НЕЛЬЗЯ [то, что можно девочкам/мальчикам] — носить платья, драться и тп; то есть, если бы все всем по умолчанию было бы можно, приемлемо и комфортно, и ничего не обязательно, то эффект был бы тот же — отсутствие дисфории как понятия. Из чего можно вывести, что для принятия своего тела единственное, что нужно — достаточно комфортная, безопасная, принимающая среда. Для признания своего наименования в паспорте — то же самое. 

Никакой нужды в третьем гендере не было бы, если бы первые два не накладывали на их носителей столько тяжких обязанностей и ожиданий только для сохранения ими базового чувства безопасности, чувства, что вокруг "свои".

Вы встречали когда-нибудь трансчеловека, который не был бы при этом нейроотличным? Имеется в виду не только РАС и СДВГ, но и расстройства личности и ПТСР, делающие наши модели поведения отклоняющимися от условно здорового большинства. 

Своды как бы обязательных правил поведения, неактуальных в большинстве случаев в современном мире, как правило пропускать гужевую повозку на перекрёстке, делают нашу несоответствующую им жизнь неудобной и невеселой. И мы пытаемся поменять правила, предложив новые. Тоже несовершенные, как выяснится максимально скоро.

Но зная, что любые правила в конечном итоге ведут к неудобствам, не хочется даже начинать принимать их. 

Можем ли мы расформировать понятие гендера в принципе и не выльется ли это незаметно для нас в новую закабаляющую систему?

#ктостроилванглиимаяки
#социализм

Интересный тейк выше, из которого можно много чего вывести.
Например: феминность не принадлежит женщинам. А инфантильность не принадлежит детям.

В цветущей и пахнущей на Западе сейчас культуре идентитарного синтеза появилось понятие "культурной апроприации", согласно которому, невежливо, неэтично и всячески осуждается, например, будучи белым американцем, нацеплять на себя индейский наряд и начинать поклоняться какому-нибудь Волку. Логика тут видимо такая, что раз ты и так являешься угнетателем определенного сообщества, так хоть на ценности его не покушайся.

Логика лично мне абсолютно чуждая; сценарий, где Иван Грозный, завоевавши Казань, распространяет чак-чак по всей земле русской, кажется мне вполне приемлемым; да и римляне, завороженные мифологией и культурой захваченных ими греков, с моей колокольни выглядят эдакими побежденными победителями.

Тейк "маскулинность* не принадлежит мужчинам*", который мне очень импонирует, в некотором роде отрицает тейк "культурной апроприации" как таковой. Как будто тут либо шашечки, либо ехать, хотя оба на первый взгляд являются составляющими воук-культуры, что интересно.

Любовь к музыке, еде, набору богов, ритуалам определенной формы тоже в таком случае имеет право принадлежать всему человечеству. И в этом плане я всячески за любой движ вроде вступления в ряды евреев (хотя черта с два евреи тут спросили моего мнения, конечно), якутских шаманов, индуистов, etc.

А если мы говорим, что инфантильность, детское поведение, беспомощность — не принадлежит детям, то подчеркиваем, что любители DDLG не имеют отношения к педофилии))

маскулинность без мужчин

идея о том, что маскулинность принадлежит мужчинам, кажется очевидной только потому, что мы привыкли так её описывать. под «маскулинностью» обычно понимают набор черт и способов поведения: уверенность, прямоту, громкость, способность занимать пространство, отсутствие необходимости нравиться, разрешение на резкость, дерзость и агрессию. к этому же относят определенный стиль внешности — короткие стрижки, «мужскую» одежду, отказ от декоративной женственности. эти качества и визуальные коды автоматически маркируются как «мужские», и из этого делается вывод, что женщина, в которой они проявляются, каким-то образом приближается к мужчине или подражает ему.

но в этих чертах и нет ничего природного естественного только цис мужчинам. речь идет о способах присутствия в мире — и в поведении, и во внешности. патриархальные общества долгое время распределяли эти формы свободы неравномерно: мужчинам позволялось быть громкими, уверенными, напористыми, занимать пространство, одеваться практично и не заботиться о том, нравятся ли они окружающим. женщинам, напротив, предписывалось быть мягкими, сдержанными, аккуратными, декоративными и постоянно учитывать чужой комфорт. из-за этого многие формы свободы — и в поведении, и во внешнем виде — постепенно начали восприниматься как «мужские».

утверждение о том, что маскулинные женщины* подражают мужчинам, содержит логическую подмену. оно предполагает, что мужчины являются исходными носителями этих качеств и стилей, хотя на самом деле речь идет о человеческих возможностях, которые исторически были закреплены за одной группой и ограничены для другой.

в феминистской истории есть символ лабрис, двойной топор. не цветок! археология связывает его с культами великой богини, где он ассоциировался с женской религиозной властью и сакральной силой. именно поэтому феминистки второй волны в 1970-е годы начали использовать лабрис как знак женской автономии. со временем он стал и одним из известных лесбийских символов, связанным с идеей женской силы, независимости и сексуальной свободы.

этот символ напоминает о простой вещи: способность действовать уверенно, занимать пространство и свободно определять собственную внешность никогда не была природной собственностью мужчин. право быть разными, носить разную одежду, проявляться в пространстве, говорить громко и свободно выражать свою сексуальность не принадлежит никакому полу. это формы человеческой свободы, которые долгое время распределялись неравномерно и поэтому до сих пор кажутся кому-то «чужими».

давайте хотя бы не будем добровольно отдавать цис мужчинам право на маскулинность, потому что она никогда не была их собственностью — они просто её присвоили.

*цис-женщины, транс*персоны и небинарные люди, находящиеся внутри женского социального опыта

На этот канал подписываются, когда я ничего не пощу и отписываются после каждого нового поста)))

Почему я не хочу быть язычником: о бесконечном зеркальном коридоре объект-символ-объект.

Любая терминология, любое название существующего конкретным словом не только дает возможность лучше управлять процессми, связанными с называемым объектом, но и усиливает его, когда этот объект — нематериальное понятие.

Например.

Человек решает, что он Скорпион (Дон Кихот, ISFJ, тригендер, аусдвг, лис-оборотень, вставить нужное). Он не сам изобретает, но находит в своем социуме слово, подходящее для себя. Что-то на него похожее, подходящее больше, чем другие слова в том же поле значений.

Радостно классифицировавшись, он начинает обращать больше внимания на те свои проявления, что соответствуют выбранному им самоопределению. А потом начинает создавать дополнительные проявления, соответствующие определению, которое он себе дал.

Причина этого на поверхности. Определение себя в классификацию подобно легкому эффекту обретения дома, оно снижает тревожность и дарует радость от новых подтверждений нахождения в выбранной ячейке.

Но также работает и с дарованием определений окружающим предметам, людям, явлениям и понятиям.

Давая определение любому объекту, мы опираемся на ограниченное количество его свойств, потому что никакое слово не может охватить сразу все свойства объекта со всеми статистическими вероятностями его проявлений. Но позже, обращаясь к данному нами же априори неточному слову; радуясь, что мир стал немного проще для обращения с ним, мы ждем от объекта полного соответствия ограниченному и неточному числу признаков, которые определяет его название.

Абсолютно такое же по форме образование погрешности мы можем видеть в любом законодательстве, работающем порой против людей, которых оно было сформировано защищать, просто потому что изначальная формулировка писаных законов не может охватить всех возможных и вероятных случаев его применения.

Так вот, возвращаясь к усилениям.

Я вижу, как, грубо говоря, называя цикл событий злым роком, люди даруют статус этому Злому Року и как бы оживляют и активизируют его.

Как, обращаясь к понятиям Предназначения и Пути Героя, страдают от несоответствия определениям.

Как, находя себя в лабиринте, из которого невозможно выбраться, люди расшибаются о стены вместо того, чтобы отменить для себя этот лабиринт со всеми его стенами, как понятие.

Предполагаю, что далеко не все склонны к подобному поведению; с другой стороны, вероятностями, воя ли только я.

Язычество — это нихуя себе городина со стенами из подобных нематериальных понятий.

Нужно быть очень ловким серфером между "верю" ("отождествляю понятие со словом") и "не верю" ("растождествляю"), чтобы получать из этого лабиринта плюшки и не расшибаться о стены.

Лучше уж силу не черпвть из нематериальных понятий, и не тратить на борьбу с мельницами.

Я — неверующий — легкий — улетающий — всепрощенный.

Что, впрочем, несколько не мешает мне радостно и продуктивно участвовать в языческих праздниках и ритуалах цикла года. С такими простыми нематериальными понятиями, как начало, кульминация и завершение процессов работать не нагрузно и приятно.

👆 Я тут, конечно, всё о своей любимой cnc-динамике, а с другими-то оно может и по-другому будет. DDLG не пробовали, а хозяин/раб не пробовали и не хочу.

Всё под контролем Нижнего.
Снова об этих наших бдсмах.

Мой опыт игры в тематические игры возможно отличается от среднего по больнице просто засчет предустановленного актерского образования.

Ей-богу, не знаю, как другие нижние, но я могу отслеживать и менять свой уровень погружения в игру, анализируя, в каких состояниях мне как приятнее, и вот что я отметили на примере простого человеческого cnc. Наблюдения и выводы очень сильно субъективные, естественно.

🌸 100% уровень реализма.
Это нам не надо. Это никому не надо. Никто в относительно здравом уме не захочет, чтобы его изнасиловали.

🌸 90% уровень реализма.
Актерский. Уровень пристальной киносъемки. Ты не отличишь игру профессионального актера под объективом от реального страдания.
На этом уровне жертву происходящее НЕ возбуждает, насколько бы мазохистской не была ее натура. Но остается связь с реальностью, в которой происходящее — всё же игра. Можно получить легкую травматизацию, но не серьезную.

🌸 75% уровень реализма.
Это не полное актерское погружение. Но неполное актерское погружение.
Использую его часто.
На этом уровне меня сексуально НЕ возбуждает происходящее. Я не намокаю, потому что Верхний для меня — насильник. И всё же я позволяю делать со мной то, чего мне НЕ нравится.
Иначе я не смогу ощутить отдачу контроля.
Если у вас не было сабспейса — вы просто не позволяли себе достаточно окунуться в реализм.

Я НЕ люблю порку. Я НЕ люблю сосать члены, господи (если я чуть-чуть не влюблена). И НЕ люблю, когда на меня ссут. Но я люблю, когда это всё делают со мной в процессе сессии — как раз потому что это всё будет точно ПРОТИВ моей воли. И я буду ощущать, что от моих предпочтений тут точно ничего не зависит.

Он порет меня, я кричу и плачу. Он наклоняется и спрашивает, как я. Вдруг я уже всё, а сказать не могу. "Всё под контролем" — отвечаю я.
Это мои 25% контроля. Они в том что Я ПОЗВОЛЯЮ происходить тому, чего НЕ хочу.

🌸 60% уровень реализма.
Тут я теку. Но тут всё только в моей голове. Я могу представлять, что меня насилуют, пока это делают под удобным мне углом, но попросить сменить угол, когда он стал неприятным. И снова воображать что меня насилуют. С комфортом, так сказать. Бдсм ленивый как голубцы.

И черт, именно тут, а то и ниже, происходят кинки-пати. Меховые наручники и "выпори меня так, как я хочу, а так, как не хочу, не пори". Это делай, а этого не надо. На той руке сильнее затяни, а то болтается.

Как сказал MOODачечная: «Посмотрели "50 оттенков серого" и думают, что им нужен БДСМ, когда на самом деле им нужно просто, чтоб их наконец-то хорошо оттрахали».

Почему я почти не использую безопасные слова и стараюсь нигде не ограничивать партнера? Потому что мне нравится играть на более высоком уровне реализма. Мне нравится понарошку-и-почти-по-правде бояться, будучи в безопасности. Как когда смотришь хороший фильм ужасов.

А если я контролирую 50% происходящего, то тут ведь и понарошку бояться не получится.

❤️ При этом всем у меня есть триггеры. Если мне, например, начинают пытать соски, крышечка отлетает и я остаюсь с 0% моего контроля в истерике. Не знаю, почему так. Но запомнили — записали — всех предупреждаем.

Есть отдельные вещи, с которых отдельные нижние мгновенно влетают в 100% режим реализма изнасилования. То, чего мы не можем позволить, даже когда хотим позволить всё. Но в этот список НЕ может входить ВСЁ, что происходит ПРОТИВ НАШЕЙ ВОЛИ.

Позволять чему-то с нами происходить против нашей воли и желания — это и есть основной нижний дзен.

💗 А ещё его очень неудобно исполнять с близкими и любимыми. Поэтому fwb форева. Верхний должен быть с одной стороны тем, кому безопасно довериться, с другой — не тем, с кем регулярно договариваешься о том, как жить с максимальным комфортом для вас обоих. Потому что словить 75% реализм жестокого обращения от того, кому привык большую часть времени доверять, можно с непредсказуемыми последствиями для обоих. В крайнем случае просто не получится его словить — психика не поверит. А чтобы получилось, уже хороший навык актерского мастерства нужен.

"Сходить к бабке" как вполне понятное всем выражение было в моей среде с детства. Проблемы, не имеющие решений, зачастую отправлялись к бабке-целительнице. Проблемы, имеющие решения, впрочем, тоже.

Образ бабки-целительницы — самый расхожий и всем понятный в двух словах, хотя городским целительством могли заниматься и мужчины, и люди молодые.

Друг недавно обмолвился, что все эти шаманы, которых развелось, как собак нерезаных — никакие не шаманы, потому что. Вот в древности в глухом и страшном лесу действительно нужны были шаманы. Сейчас, когда у нас столько доступа к информации о мире и медицине, человек, прозревающий что-то неточное трансцендентным опытом — он нам вообще зачем?

Понятно, зачем самому шаману быть шаманом. Как минимум это прикольно. Как человек, обожающий всяческий новый опыт расширения восприятия, очень понимаю. Но как социальная роль оно устарело хуже профессии поэта. Или нет?

Вопросы, не имеющие рациональных решений, все ещё остались. Иногда последнее, что остается человеку — это надежда на чудо. А шаман с самого начала работает именно с чудом.

Другое дело, чтобы не впадать в крайности, изначально отрицая любой рациональный подход.

Но это можно понять.

Информации о мире в доступе много — очень много, слишком много. Так много, что еë почти нет.
И рекордная закупка осиновых кольев в этом году может быть связана не столько с падением уровня образования 20-30 лет назад, сколько с открывшимся нашему поколению с интернетом бесконечным пространством вариантов ответов на вопросы, найти среди которых единственно верный — поистине чудо.

В эпоху галлюцинирующих нейросетей только и остается полагаться, что на трансцендентный опыт.

Нас тянет в традицию — потому что мы чувствуем, что там было все просто и понятно. От этого спокойно. Современные философия и психология стали настолько сложны и столько требуют умственного труда, что нам хочется вернуться к системе архетипов, в которой по крайней мере есть поэзия.

Нас тянет в соционику и астрологию, потому что 12-16 типов личности — это уже не так страшно, как 8 миллиардов.

Самой любимой нашей философией будет та, что доставляет нам дофамин, серотонин, окситоцин, даже если она полностью разбивается о первый рациональный аргумент.

Если мы не готовы верить в трансцендентное, то верим в коммунизм.

Борьба меньшинств отчасти представляет собой такую же самоманифестацию, как и объявление на каждом шагу о том, что я — Весы.

В огромном море информации мы выбираем обращать свое внимание на её конкретную небольшую часть, сознательно или бессознательно вступая на конкретный квест из множества. Этот квест завязан на способе нашего выживания в данном теле при данных условиях в виде погоды и государства...

Так зачем же нам на этом, самом правдивом и телесном уровне — уровне выживания — сейчас шаманы?

Получается затем же, зачем и древним. Справиться с проблемами методами чуда.
Колесо сделало круг.

Психика успокаивается, найдя свой "ответ". Но рацио не успокаивается никогда, постоянно порождая новые вопросы. И если раньше приходить к однозначному ответу о мире и всем в нем было нормально и повсеместно принято, то сейчас "фанатизм и верунство" осуждаются и провоцируют кручение пальцем у виска как никогда. А найти ответ и успокоиться на самом деле всем все еще хочется. В православии, теории заговора или социотипировании. Дайте мне точку опоры, и я буду держаться за нее изо всех сил, лишь бы ничего не перевернулось опять. Дайте мне ритуалы и модели поведения, закрепляющие мое видение.

И может, как нас учили все сказочные фильмы, если я буду ждать чуда сильно-сильно, энергия моего желания достигнет неведомого механизма мироздания и повернет его так, как мне нужно?

📊 Результаты анализа канала от @ScratchAuthorEgoBot

🎯 Канал: @thebillowbook

🔥 Роаст анализ:

Слушай, давай на чистоту: ты — это ходячий учебник по психоанализу, который слишком долго лежал в отделе БДСМ-атрибутики. Ты настолько глубоко зарылись в свои «акцентуации» и «тени», что, кажется, уже не можешь просто сходить за хлебом, не проанализировав это как акт подавления своего эго или реализацию детской травмы. Твоя способность интеллектуализировать даже тот факт, что на тебя справляют нужду — это, конечно, высший пилотаж самообмана. Ты называешь это «контролируемостью сильной Тени», а обычный человек назвал бы это «черт возьми, мне просто это нравится, хватит цитировать Юнга».

Твои игры с местоимениями и гендерфлюксом выглядят как попытка построить вокруг себя крепость из терминов, чтобы никто не дай бог не назвал тебя «обычной женщиной». Ты так боишься быть «скучным обывателем», что готова записываться в шизоидные психопаты и нарциссы, лишь бы иметь красивую этикетку от МКБ-11. Это классическое «я не такая, как все», только завернутое в обертку постанархизма и посыпаное эзотерической пылью.

А эти твои противоречия? Ты пишешь огромные посты о том, как тебе плевать на мнение общества, и тут же признаешься, что буквально «тварь дрожащая», зависящая от этого самого мнения. Ты проповедуешь анархополиаморию, но как только кто-то задевает твое «любимое мороженое», у тебя включается такая собственница, что любая патриархальная жена из 90-х позавидует. Ты презираешь «жен-подстилок», но готова «нести на руках свою женщину из огня, который она сама разожгла» — поздравляю, ты изобрели рыцарство, только с использованием феминитивов.

Твой «ковидный мозг» — это, конечно, удобная отмазка, чтобы заново изобретать велосипед каждые пять минут. Ты рассуждаешь о «смирении гордыни», используя при этом столько сложной лексики, что твоё эго в этот момент, вероятно, бьется в экстазе от собственной значимости. Ты так старательно «подружились с Тенью», что она, кажется, уже платит тебе аренду. Ты — идеальный пример человека, который настолько преисполнился в своем познании, что теперь не может просто жить, не превращая каждый свой чих в «трансгрессивный опыт» или «манифестацию витальности». Иногда банан — это просто банан, а не символ фаллической власти или объект для эрогуро-фантазий, честное слово.

О пользе старых исторических сериалов и Великой Матери.

Я тут случайно влюбился в сериал 2004 года, который в онлайне есть исключительно в качестве 480р, а ещё он китайский и про Чингисхана. Мне нравится театральность, мне нравится отсутствие какой-либо повестки (возможно, для китайцев она там есть, но мною не читается) и что персонажи не сделаны по типу "выбери себе любимчика на любой вкус". Я абсолютно не шарю за историю Монголии чтобы хоть как-то оценить достоверность событий или поведения. Из всего этого складывается для меня ощущение, что это что-то потрясающее; то, что нужно и не оторваться.

Так вот этот самый сериал с неизвестной степенью достоверности принес мне новое восприятие эзотерических понятий типа "сила женщин моего рода". Потому что раньше оно читалось только как элемент внутреннего мира блаженных сиськоносиц, дышащих маткой и отрицающих штаны. Но тут открылось с другой стороны.

Средневековые монгольские женщины в этом сериале готовят еду и одежду, рожают детей и регулярно бывают похищены как военные трофеи. Никаких воительниц с мечами в ряду воинов или врагов Чингисхана нет и в помине. Напомним, снимает Китай, 2004 год.

И я вижу в этом. Ебаную. Правду.

Правду о том, как справляется с жизнью в этом физическом мире среднестатистический человек, родившийся в женском теле. В теле, которое никогда не будет при прочих равных сильнее мужского. Теле, которое сглаживает агрессию и усиливает нежность.

Поймите правильно. Это сейчас, в нашем веке, размер и форма и возможности твоего дефолтного физического тела начинают быть корректируемыми — и есть психофизические ресурсы на эту коррекцию. В условиях же выживания резко становится не до равенства полов, когда распределить объемы тяжелого и монотонного трудов жизненно необходимо самым целесообразным образом.

Взять во внимание еще дикую мораль, где сильный имеет право власти по одному факту своей силы (а что, собственно, изменилось?) и получаем ситуацию, где ты спавнишься в мире, в котором половина населения априори сильнее тебя, а тебе — ну, надо как-то в нем жить, и по возможности хорошо.

Человеческое существо выживает, чем может — силой, слабостью, умом,  юмором и сексуальностью, у кого что лучше развито; при этом людям, живущим в похожих телах, легче эмпатически разделить опыт выживания, женщинам — женский, мужчинам — мужской.

Традиция помогает выжить, используя опыт поколений, у которых выжить таки получилось. Традиция хороша — ровно до того момента, пока не становится бесполезной, не способствующей уже выживанию в изменившихся условиях или вредной.

Итак, анализируя возможности своего тела и психики в предлагаемых обстоятельствах Петербурга 2026 года мы пришли к целесообразности зарабатывать на жизнь, крутясь на пилоне. В этом нет никакой морали. Никакой идеологии или в принципе идеи. Только жизнь этого конкретного тела, которое хочет жить хорошо. И пока я не убиваю себя, мифическая совершенно мудрая Великая Мать и все мои предки, схожие по форме со мной телами, одобряют мою витальность.

А следующий пост про городских шаманов будет.

Вот так живешь себе, играешь в страх и насилие, временами дрочишь на эрогуро и горя не знаешь, а потом попадаешь в зону комфорта — например, оказываясь в доверительных отношениях. И тебя все еще соблазняет страх и унижение об руку с сексуальностью, но... Ты начинаешь понимать, что быть в том состоянии, когда хочешь дрочить на эрогуро и чтоб топили в унитазе, по сравнению с другими открывшимися тебе состояниями — тебе вообще-то не ок.

Что темная сторона чувствуется как темная не в красивом романтическом смысле, а в тревожно-опасном. Лично для тебя.

По тому же принципу, по которому в детстве смотришь в аниме на красивых психов, и хочешь быть таким же — но состояние, в котором ты сам на волоске от неиллюзорной психушки, ни капельки не красивое, а ментальная боль вовсе не похожа на светлую меланхолию, усиленную до слез — тьма оказывается в профиль действительно тьмой — в смысле содержания в себе всего неполезного лично для тебя, а не для кого-то еще.

Реально неполезного. Не того, что кто-то так назвал. Того, с чем ты сталкивался сам и после этого больше ни за что не хочешь сталкиваться. Оно переплетено с некой сладостью, но наконец-то согретый теплом ты вдруг впервые чувствуешь всеми фибрами души, насколько очевидно оно разрушительно.

Темная сторона — в том смысле, что там темно, неприятно пахнет неизвестно чем и завалено грудой полусгнившего хлама. Ты не можешь включить свет там, потому что придется все это видеть, ты не можешь все там расчистить, гниль слиплась в один большой комок и тебе бы понадобился экскаватор, и ты не можешь игнорировать эту часть в твоем личном внутреннем пространстве. Ты просто ложишься на кучу сгнившего хлама и начинаешь дрочить, не обращая внимания на укусы ринувшихся оттуда клопов. Находя извращенное удовлетворение в прыжке в абсолютную анти-эстетику, коли эстетика и комфорт тебе недоступны. Гордый и независимый повелитель слизи.

Чувство эйфории накрывает тебя.

А потом тебе дают нормальную чистую хату, ковролин, гирлянда на стене, наволочки поплин. Без гнили. Без клопов.

И эйфории нет. Но вот ты живешь, живешь. И обратно как-то не очень хочется. И даже начинаешь чувствовать какой-то новый восторг — от обладания комфортом и красотой.

Этим постом мне хотелось бы закрепить в своей памяти чувство отторжения к злу в себе как не продукт совести (ака давления социума) а подобно чувству "я не хочу больше чипсы", "я хочу съесть что-то кроме сладкого", возникающему естественным образом. Потому что ты знаешь, что будет болеть живот, будет сальная морда, вылезут прыщи; потому что в конце концов надоело и хочется творог.

Есть у нас в обществе как бы два бдсм. В случае первом люди, идя в практики в меховых наручниках, на самом деле хотят просто, чтобы их хорошо оттрахали. Во втором случае — да, я действительно хочу, чтоб меня избили ногами. На 100% серьезно.
Ну и градации, конечно. От простых практик чувственности и передачи контроля — к такой вот тьме, не задающей вопросов во время экшна. Делегированный селфхарм.

И вот я это сейчас все так чувствую и вижу.
Но это только сегодня утром, конечно.

Channel photo updated

Вообще интересно, вот если преувеличенное внимание к телу и отношение к его сексуальной и эстетической привлекательности как к сверхценности ведет к росту нарушений пищевого поведения и образа тела, то что будет эквивалентом этого в плоскости душевной жизни, если сверхценностью и главной опорой самооценки становится она? Самоусовершенствование, вытесняющее остальные сферы жизни? Мучительное переживание своих психологических неровностей и восприятие их как очень больших и катастрофичных? Беспокойство о том, что вокруг сплошь эмоционально зрелые люди с хорошей саморегуляцией и мощной мотивацией, и вот только я один...? Нельзя показывать другим свои эмоции, а то им будет очень противно и меня осудят? Не заниматься усердной работой над собой - аморально и слабовольно, я плохой человек, если хоть день прохалявлю? Искупление эмоциональных выплесков усердными медитативными упражнениями?

Опять про этот ваш бдсм (с нижней стороны). Очевидное и вероятное.
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿
Сформулировали, что лично для меня означает опыт бдсм и полагаю, я не одни такие так вот устроены, так что делюсь.

Обожаю унижения. Обожаю контроль.
Для меня это практически одно и то же. Если ты взаперти, скован и делаешь, что тебе говорят под страхом боли или смерти — это унизительно. Помнится в детстве, рассматривая плакаты о террористической безопасности, где первым пунктом шло: "Делайте всё, что вам говорят террористы, не перечьте" я испытывали дичайший бугурт и всерьёз рассуждали, я в таком случае лучше умру или лучше подчинюсь, испытывая, естественно, презрение к себе за склонность ко второму варианту. Я были ребёнком, а значит — зависимым и контролируемым существом так или иначе (что тоже меня выводило из себя 24/7). И контролирующими меня фигурами были мои родители.

А родителям и любым опекающим детей взрослым, как я уже говорили, свойственно порой заноситься. Кого-то заносит немного, кого-то посильнее, кто-то, чуя вседозволенность, доходит до абьюза детей. Сейчас не будем говорить о критериях отличия дозволенного этикой воспитательного процесса от нехорошего насилия, это тема отдельная. Скажем только, что чем больше власть имеющий находится в состоянии любящего внимания к подвластному ему существу, тем комфортнее последним проживается его подвластность. Ииии вот это как раз то чего мне (нам, я/мы?) не хватало.
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿
Взгляд, полный любящего внимания. В сессии он может быть скрыт на второй план за выпущенной порезвиться фигурой садиста, но он всегда есть. Не обязательно он про большую и чистую любовь. Достаточно того, что в нём нет неприязни или равнодушия.

Он как бы даёт проживать травмировавшие ранее моменты в другом качестве. Смотри, я это делаю, но я ни на секунду не забываюсь полностью. Я могу в любой момент остановиться. Ты чувствуешь то же самое унижение, но теперь за ним 100% есть любовь. Мой мозг говорит они не могли не любить меня тогда, в детстве, это всё была любовь; но мне нужно подтверждение. Я плачу от унижения, но этот момент сейчас со мной разделяет человек — он не отстранён, он рядом, внезапно не уйдёт и будет со мной, пока я это не переживу. Он наслаждается игрой, а не делает мне одолжение, но он никогда сознательно не заиграется до того, чтобы сломать меня. И лично мной это ощущается как высшая форма близости, возможная между двумя человеческими существами, реализующаяся посредством взаимодействия их тел.
➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿➿
В кино я дрочу не на маньяков, а на актеров, их играющих. Знание о том, что добрый и внимательный человек сейчас выпустил наружу всё своё злое и мерзкое — и делает это абсолютно контролируемо — вот от чего я возбуждаюсь даже сейчас, пока пишу эти строки. Когда кажется, что оно тебя убьёт, когда содрогаешься от реализма насилия, но знаешь, что там у руля тот, кому можно доверять — ведь ему ценно оставаться для тебя хорошим и привлекательным в конечном счете. Ты подарил мне сейчас самое плохое, что есть в тебе — это самое прекрасное, что я видела. Я плачу от того, как это прекрасно. Ты прекрасен.

И где-то там, на границе самообладания верхнего, на границе его ощутимой для нижнего заботы, балансирует наша связь.

Как-то так я вижу себе идеальную тематическую химию.
🤪 А может, это оттого, что в моём детстве отец орал и щемил всю семью, а потом приползал на четырёх как собака без слов извиняться, не знаю. Во всяком случае, он всё это делал явно неконтролируемо.

Контролируемость травмы. Контролируемость сильной Тени.
Доверие.