Тексты приводятся по доступным в интернете сканам первых изданий, орфографию и пунктуацию я привёл к современным.
Перевод Михаила Вронченко (1828):
Не думай, что я льщу:
Какой награды ждать мне от тебя?
Ты беден, должен собственным умом быть
Одет и сыт. За что ж льстить бедным? Нет!
Пусть злато лижет сахарный язык;
Пусть гнётся там послушное колено,
Где плата есть за униженье! Слушай:
Когда я начал различать людей
И к выбору способен стал душою,
Тебя избрал я. Ты терпел так много
И не терпел, казалось, ничего;
Ты принимал с благодареньем равным
Фортуны гнев и ласки. Счастлив тот,
В ком кровь с рассудком смешана так верно,
Что не слепая он причуд игрушка
Слепой фортуны. Укажи мне, кто
Не раб страстей: того я заключу
В душе, да, в сердце сердца моего,
Как и тебя я заключил. Довольно!
Сим вечером король придёт в театр;
Одно явленье будет там подобно
Тебе уже известному убийству.
Прошу тебя, когда оно настанет,
Со всем душевных взоров напряженьем
Смотри на дядю. Если и тогда
Не объяснится тайна преступленья,
То призрак, нами виденный, был демон,
То все мои мечты и мысли чёрны,
Как кузница Вулкана. Замечай;
Я прикую к лицу его свой взор,
Потом друг другу о его поступках
Мы сообщим догадки.
Перевод Николая Полевого (1837):
Нет! Я не льщу тебе —
И из чего я стану льстить? Ты беден,
Незнатен ты. Пред богачом и знатным
Людей колена гнутся, с языка
Мёд каплет — я за то тебя люблю,
Что ты терпеть умеешь. В счастьи,
В несчастьи равен ты, Горацио!
Я в сердце дам приют такому человеку.
Но довольно. Здесь комедию представят;
В одном явлении здесь изобразят
Точь-в-точь смерть моего отца. Мой друг!
Прошу тебя, когда явленье это будет,
Внимательно ты наблюди (sic) за дядей,
За королём — внимательно, прошу.
Когда в минуты эти он не обнаружит
Смятенья — призрак был проклятый адский дух;
Он искушал меня; на преступленье
Меня он вёл! Внимательно, мой друг!
Я глаз моих не отведу от дяди,
И мы увидим…
Перевод Андрея Кронеберга (1844):
Нет, поверь мне, я тебе не льщу.
Чего мне ждать от бедного, как ты?
Твой светлый ум — вот всё твое богатство;
Ты им питаешься и им одет.
Зачем же льстить тебе? Язык медовый
Пусть лижет прах с презренного богатства,
И пусть колен покорные суставы
Сгибаются, где их награда ждёт.
Послушай! С той поры как это сердце
Властителем своих избраний стало
И научилось различать людей,
Оно тебя избрало перед всеми.
Страдая, ты, казалось, не страдал;
Ты брал удары и дары судьбы,
Благодаря за то и за другое.
И ты благословен: рассудок с кровью
В тебе так смешаны, что ты не служишь
Для счастья дудкою, не издаёшь
По прихоти его различных звуков.
Дай мужа мне, которого бы страсть
Не сделала рабом, и я укрою
Его в души моей святейших недрах,
Как я укрыл тебя. О сём довольно.
Пред королем сыграют ночью пьесу;
Одна из сцен похожа на кончину
Отца, как я рассказывал тебе.
Прошу, когда дойдёт до этой сцены,
Всей силою души смотри на дядю,
И если скрытый грех при этой сцене
Не скажется, так то был ада житель,
Что нам с тобой являлся на террасе,
И подозрения мои чернее
Брони Вулкановой. Смотри ж на дядю,
Заметь его; и я вопьюсь глазами
Ему в лицо; потом свои сужденья
Сравним, и вывод будет верен.