⛵️ Одиссея Нолана. Часть IV. #разговор_с_самим_собой #кинематографическое

💭 Часть первая тут, вторая — здесь, третья — тут.

🗣 На наш взгляд, самый глубокий философский пласт «Одиссеи» Нолана раскрывается тогда, когда начинаешь смотреть на этот фильм как на историю разговора человека с самим собой. Еще Кант и Фойербах обращали внимание на то, что разговор человека с Богом можно понимать как разговор человека с собственной совестью. Человек ищет не просто внешнего собеседника, а внутреннего друга, внутреннего критика. Голос Бога в таком случае оказывается голосом совести, голосом интериоризированного общественного «мы», которое постоянно напоминает человеку о том, что такое добро, зло, справедливость и ответственность.

❗️ Именно поэтому нас очень заинтересовало то, как Нолан показывает богов. Например, Афину видит только Одиссей, тогда как Каллипсо ее не видит. Для нас это важная деталь. Она позволяет предположить, что Афина существует прежде всего в сознании самого Одиссея. Это не просто мифологический персонаж, а форма его внутреннего диалога. И еще важнее то, откуда появляется этот голос. Его генеалогия связана с насилием. Он рождается из той страшной сцены, когда во время взятия Трои убивают беззащитную женщину — образ которой повторяется в Афине. Именно с этого момента внутри Одиссея начинает жить память о совершенном преступлении. Постепенно эта память превращается в совесть, а совесть получает образ богини. Поэтому боги в фильме оказываются не только действующими лицами мифа, но и различными формами разговора человека с самим собой.

❗️ Именно поэтому весь путь Одиссея можно понимать как путь нравственного само- и пере-осмысления. Он уже давно не сражается с троянцами, не пытается победить новых врагов и даже не столько стремится физически вернуться домой. Гораздо важнее другое: он пытается понять, сможет ли вообще жить с самим собой после всего, что совершил (то есть, стремиться сжиться с самим собой, как писала Ханна Арендт о значении Сократа, который говорил, что нужно подружиться с самим собой, научиться не противоречить самому себе, чтобы хорошо жить с самим собой).

❓ Для нас это и есть главный вопрос фильма — можно ли жить с самим собой после совершенный преступлений. Не случайно в конце Одиссей не ждет, пока его осудят другие. Ему не нужен суд, потому что суд уже происходит внутри него. Он сам становится своим судьей. Он понимает, что совершил зло, понимает, что участвовал в преступлениях войны, в преступлениях против человечности, понимает, что именно его действия разрушили тот общественный и нравственный порядок, который символизирует закон Зевса. Именно поэтому он добровольно выбирает изгнание. Это не наказание, навязанное извне, а наказание, которое человек назначает себе сам, потому что уже не может поступить иначе. В этом смысле Одиссей оказывается человеком, который не противоречит самому себе. Он делает логический вывод из собственного нравственного опыта и принимает последствия своих поступков.

❗️ Это вершина нравственного, совестливого само-осознания, рефлексии, самопонимания! Одиссей может простить себя, только наказав себя в самоизгнании (#о_прощении), поскольку полис, порядок, в котором он жил, не может принять его в его же сознании, ибо он преступил границы этого порядка — он пре-ступ-ник!

❗️ Жить в согласии с собой можно только тогда, когда ты честно продумал собственные поступки и не пытаешься скрыться от собственной совести. Одиссей проходит именно этот путь. Он не оправдывает себя тем, что была война, не перекладывает ответственность на богов или судьбу, не пытается забыть прошлое. Наоборот, он постоянно возвращается к нему, вновь и вновь переживает совершенное зло и приходит к единственно возможному для себя выводу.

☝️ Только приняв ответственность и наказав самого себя, он получает возможность снова жить с самим собой. Именно поэтому нам кажется, что «Одиссея» Нолана — это фильм о возвращении человека к самому себе. Именно этот разговор с собственной совестью и является, на наш взгляд, настоящим путешествием Одиссея.

@raumanalysis_ih