Она не обошла стороной даже такую «священную корову» как «Яса Чингисхана» — свод законов, издревле служивший источником сведений о законодательстве созданного монголами государства. Как сообщают Н. Н. Крадин и Т. Д. Скрынникова (2022 [2006]), ранее было «принято считать, что наиболее подробные сведения о составе Ясы … содержатся в трактате египетского писателя XV в. ал-Макризи», где, собственно, «черпали информацию … все интерпретаторы». Однако «Д. Айалон (1971–73) убедительно показал, что все сведения о Ясе — вымысел автора», а кроме того, «Сокровенное сказание монголов», ключевой первоисточник, вовсе «не содержит такого понятия, как „Яса Чингис-хана“».

Избиения не избежало и само это «Сокровенное сказание», иначе «Юань(-чао) би-ши», о достоверности которого выводы специалистов самые нелестные: так, А. Вэйли (1964) характеризует историческую ценность сочинения «как практически ничтожную (nil)», наполнение же полагает «легендарным сказанием, а не историей». Согласно же И. де Рахевильтцу (2004), «реальная ценность этого труда лежит не в его историзме», ведь речь идёт об «искусном смешении исторического повествования и эпической поэзии, в котором регулярно и неожиданно переплетаются факт и вымысел». «Отделение чисто исторические факты от полу- или целиком выдуманных в „Сокровенном сказании“ — задача … зачастую попросту неосуществимая», а «ряд характерных эпизодов … мог в действительности быть просто выдуман … будучи вдохновлён народной молвой и сказаниями».

Или же чем-то ещё: так, согласно одному из них, Чингисхан, готовясь к походу на Хорезм в 1219 г., из-за недостатка собственно монголов был вынужден призвать под знамёна и другие народы, затребовав войска в т.ч. с покорённых им тангутов. Однако их правитель, почуяв слабину, ответил сакраментальным: «Коль у тебя не хватает сил, так незачем быть ханом!». Несколько похожее у Плутарха некая старушка говорит Филиппу Македонскому, услышав, что у него нет времени рассудить её: «Тогда нечего быть царём!»

Не исполняет ли здесь Плутарх ту же роль, какую играл Саллюстий для средневековых историков? Впрочем, сходство здесь всё-таки весьма условно, да и контексты довольно различны. Если же всё-таки допускать преемственность, следует заметить, что эта ἀπόφθεγμα уже в Античности стала бродячим сюжетом и τόπος κοινός: сам же Херонеец приписывал её также Деметрию, а позднее Стобей и Дион — Антипатру и Адриану соответственно. Могло ли высказывание пойти ещё дальше, дабы в итоге попасть к монголам, столь сильно изменившись в процессе?

Это правдоподобно уже потому, что именно таковой была судьба следующего сообщаемого «Сокровенным сказанием» сюжета. Он посвящён прародительнице монголов Алан-Гоа, которая перед смертью вручила каждому из своих пяти сыновей по стреле и предложила их переломить, что они без труда и сделали; однако когда она взяла ещё пять таких же стрел, но уже связанных вместе, их они сломать не смогли даже сообща. Свой урок она объяснила предсказуемо: разобщёнными их легко сломить так же, как и одинокие стрелы, совместно же они крепки, подобно их пучку. Вот и у Плутарха «[скифский царь] Скилур, у которого было 80 сыновей, предложил им, умирая, связку стрел, чтобы каждый попробовал ее сломать; но все отказались. Тогда он, вынимая стрелы по одной, переломил их все без труда», сказав в поучение всё то же.

Конечно, этот сюжет никак не назовёшь уникальным в своём роде; скорее наоборот, он весьма архетипичен и даже имеет собственный номер 910F в ATU index. Вот только в древности он был известен вовсе не так широко, а впервые появился и вовсе в басне Эзопа (VII–VI вв.) о земледельце и его сыновьях и лишь парой веков позднее упоминается вновь Плутархом. При этом не ясно, действительно ли что-либо такое бытовало в среде скифов кон. II в. до н.э. и как тогда к ним попало от греков, или же, что более вероятно, Херонеец им это просто приписал. 

#iskander
⬅️⬆️ «Les conquêtes mongoles n’ont pas eu lieu, или О возвращении македонца», 5/18 ⤴️➡️