Замечу также, что ни о каком «стометровом цунами» не может идти и речи: специалист по вопросу Дж. Парасас-Карайаннис (1974) уверен, что с какой бы силой этот вулкан ни извергся, он всё равно бы не сумел спровоцировать волны выше 50 м, и это ещё если сильно расщедриться. Тогда как Антонополус (1979) и вовсе называет вероятными лишь 30 м, хотя и этого хватило бы, как он признаётся, чтобы снести кое-какие прибрежные города, что, впрочем, не оказало особого эффекта. Эта деталь довольно характерна: выходит, что ни в небольшом, ни в крупном нельзя ожидать достоверности от Карпюка и «Арзамаса».

Э. Халлагер (2010) описывает последствия извержения как довольно умеренные: как он пишет, критяне без особого труда оправились от случившегося, и к концу LM IB, т.е. ок. 1470 г., «остров снова был богат и процветающ». «Таким образом», подытоживает Антонопулос, «оно не могло стать причиной гибели минойской цивилизации». Но тогда что? Уже Эванс предполагал, что то могло быть междоусобие, также весьма распространена версия с вторжением микенцев с материка. И правда, многое говорит в пользу человеческого фактора: согласно Халлагеру, характер повреждений, которым подвергались постройки, отчётливо демонстрирует, что уничтожались они далеко не бездумно, но следуя некоему принципу, замыслу.

Всё вышеизложенное кажется попросту неизвестным Карпюку, который на «Постнауке» преспокойно заявляет, что «в 1450 г. (sic!) происходит извержение вулкана на острове Фера к северу от Крита. Это оказывает отрицательное влияние на развитие критской цивилизации». Однако всё становится интереснее, если взглянуть, чему он учил своих студентов за 19 лет до этого, а именно совсем даже противоположному: «Раньше считалось, что … извержение послужило главной причиной заката критской цивилизации. Однако результаты последних раскопок не подтверждают это предположение».

Выходит, что ему всё прекрасно известно, и дело не в незнании, а намеренном искажении фактов в случае массовой аудитории, которой сообщается нарочито неверное, ровно обратное правильному. Тут уже не объяснить дело даже потаканием родственникам. Так что же перед нами? Какая-то диверсия «популяризации»?


Ошибка №5: «[Под влиянием извержения] часть Феры уходит под воду … видимо, так родился миф про Атлантиду» (1:41–1:45)

Уже один из первых историков, логограф Гекатей, хотя и полагал сказания эллинов «многоразличными и смехотворными», не отверг их полностью, но попытался примирить с исторической действительностью, рационализировать. Удаляя из мифа чудесное, он надеялся реконструировать доподлинную историю, не понимая всей бесплодности таких попыток.

С той самой поры его последователи, будь то древние или современные, нет-нет да попробуют нечто в том же духе. Например, когда Дионисий рассматривал легенду о Ромуле и Реме, он полагал, что это «неосведомленные писатели сочинили миф о [Капитолийской] волчице», тогда как на самом деле то была человеческая женщина очень определённой профессии — ведь, как пишет Плутарх, «волчица (lupa) на латыни и самка волка, и женщина, занимающаяся ремеслом блудницы». Однако он не мог ошибиться сильнее, и в действительности версия о волчице является куда более древней, восходя к общим для индоевропейцев сюжетам.

Вот и в XIX – нач. XX вв. находились те, кто отказывался понимать, что миф бесолезно пытаться «вывести на чистую воду», выдавив из него по капле выдумку и оставив только достоверную часть — которой зачастую там просто нет и никогда не было. В числе таковых особенно отличились т.н. «кембриджские ритуалисты», которые были убеждены, что мифы являются чем-то вроде примитивной исторической памяти.

#arzamas
⬅️⬆️ «Апофеоз безграмотности: 25 ошибок видео „Арзамаса“ „Древняя Греция за 18 минут“», 7/18 ⤴️➡️