Осло, конечно, оставляет в эти дни удивительное ощущение. Я прилетел по другому поводу, но, конечно, сходил ко дворцу. Уже прошла неделя, а на дворцовой площади всё ещё несметное количество людей, цветов, открыток и свечей, причем их постоянно прибирают, но за день площадь снова наполняется. Очередь поклониться у гроба — более километра в длину, люди стоят по 7 часов. Конечно, есть и туристы, и зеваки, но — я специально понаблюдал — большинство просто приходит ненадолго положить цветы, часто с детьми, многие в национальных костюмах. По плечи завалена цветами статуя королевы — кстати очаровательный памятник, поставленный ей при жизни — любительница пеших прогулок по горам присела на камень, рядом рюкзак, на ней простые ботинки и подвернутые штаны. Отдельно интересно смотреть сотни открыток, оставленных детьми — какими-то жуткими каракулями одно дитя эпохи гаджетов написало: “Ты был самый лучший и весёлый король!”

И мне пришло в голову, что, наверное, не только для меня Харальд V олицетворял собой возможно предпоследнее поколение тех норвежцев, которые выстроили эту страну так, что она не разбазарила и не разворовала внезапные нефтегазовые деньги, и при этом помогла большому количеству людей в мире жить чуть лучше и чуть дольше. Людей, которые массово и искренне считали единственно правильным платить налоги, прибирать за собой, помогать слабому, делиться с бедным. Те самые пожилые норвежцы, до сих пор подающие милостыню цыганским попрошайкам на улицах Осло, потому что искренне не могут поверить, что можно побираться на мостовой не из крайней бедности, а из циничного расчёта.

В очереди я обратил внимание на безутешно рыдающую женщину средних лет, не сводящую глаз с какого-то предмета в отдалении. Это был небольшой скромный венок с простой белой лентой, на которой очень по-норвежски просто и оттого особенно трогательно было написано: “Спасибо за хорошую жизнь”. Это был венок от королевы Сони.