Гридасов с бородой

Наша книжная, волжская и саратовская волна завершилась, больше 84 000 посетителей за четыре дня, соседний магазин «Бристоль» благодарит фестиваль за повышенную выручку в эти дни, а некоторые издательства хвалятся, что продали книг в Саратове больше, чем на ММКЯ, ну а мы немного отдохнем. Завтра в Москву

Доброе саратовское утро, первый утренний кофе на балконе и напомню, что сегодня в 14:30 на фестивале «Волжская волна» пройдет презентация «Книги Уткина»: улица Волжская, сцена у входа в Липки (где трамвай «Семён»). Саратов, Энгельс, Маркс и Балаково, приходите

Даниэла Хантукова, 26 лет, теннис

Фотограф Aglus Lorenzo. Журнал PROспорт, 2009 год

#Девушки_по_пятницам

С Виктором Алексеевичем Хоточкиным мы встречались несколько раз в начале прошлого года и разговаривали про т.н. Суперсерию-1972 – он разоблачил мои прекрасные и логические доводы о том, что хозяин «Торонто» Баллард, жмот и антисоветчик, не мог предложить в 1972-м миллион долларов Харламову. Понятно, что «миллион для Харламова» был пиар и не более того, но Хоточкин лично переводил это предложение Балларда Харламову.

Уникальный свидетель, переводивший и переговоры по организации Суперсерии, и сопровождавший наших хоккеистов в Канаду, и не только в 1972-м. Мы разговаривали с ним про его книгу мемуаров, какой она может быть, он показывал фото и документы из своего архива. Вот Хоточкин с Валерием Васильевым, Валерием Харламовым и Хельмутом Балдерисом. Вот бланк из монреальского отеля The Queen Elizabeth – 10 июня 1975 года, переговоры о первой (настоящей) клубной Суперсерии-1975/76. Джон Зиглер-младший, совладелец «Детройт Ред Уингз» и будущий президент НХЛ, набрасывает, кого он хочет купить из советских в свою команду.

Первая русская пятерка:
Гусев
Третьяк
Харламов
Якушев
Мальцев

Виктор Алексеевич Хоточкин скончался в августе 2025-го. Его дочь Ирина год доделывала книгу после смерти отца.

Книга вышла, пока ее можно купить только на авито – 216 страниц, сотни редчайших фотографий, ценнейшее свидетельство эпохи.

А теперь в родной Саратов, где на этой неделе с 17-го (четверг) по 20-е (воскресенье) пройдет книжный фестиваль «Волжская волна». На улице Волжской у Липок будет развернута книжная ярмарка (больше 100 издательств), установлены сцена и четыре лекционных шатра, которых я / мы назвали «Федин» (здесь в основном будут выступать саратовские и о-саратовские авторы), «Кассиль» (детская литература), «Пильняк» (в основном заезжие гости-лекторы) и «Чернышевский».

Программа фестиваля опубликована здесь, смотрите, изучайте, приходите, а я произвольно выберу несколько участников фестиваля – для общего представления о «Волжской волне»-2026.

Мария Алексашина (Саратов)
Елена Антипова (Нижний Новгород)
Анна Баснер (Москва)
Сергей Беляков (Екатеринбург)
Дарья Бобылева (Москва)
Сергей Вильянов (Саратов – Москва)
Татьяна Дыбовская (Москва)
Денис Жабкин (Саратов)
Дмитрий Колодан (Санкт-Петербург)
Майя Кучерская (Москва)
Анна Лужбина (Москва)
Анна Матвеева (Екатеринбург)
Андрей Никоноров (Москва)
Евгения Овчинникова (Санкт-Петербург)
Екатерина Писарева (Москва)
Екатерина Ракитина (Саратов – Москва)
Иван Родионов (Камышин)
Евгений Рудашевский (Москва)
Денис Сивков (Волгоград – Москва)
Евгения Смыругина (Саратов – Москва)
Михаил Фаустов (Новокузнецк – Новосибирск – Москва)
Екатерина Федорчук (Саратов)
Александр Фокин (Москва)
Анастасия Ханина (Москва)
Кристина Эмих (Саратов)

Презентация «Книги Уткина» пройдет 19 сентября в 14:30 на главной сцене, а в воскресенье мы с историком Александром Фокиным поговорим о международной, спортивной и культурной, дипломатии в СССР (14:00, шатер «Пильняк»).

До встречи!

Где-то там, говорят, полыхают страсти по роману Татьяны «Антиглянец» Столяр «Я есть жир», вышедшем в «Альпине», роман, извинити, я не читал, содержание его знаю крайне примерно, но вот что вспомнилось. Году в 2004-м или уже в начале 2005-го Алена Станиславовна Долецкая уговорила Алексея «Кузьму» Зимина на похудение по модной тогда огурцовой диете Лизы Джинс: «В голосе главного редактора русского Vogue звякнули циркониево-браслетные интонации: – Ты должен через это пройти. Я за неделю потеряла четыре килограмма».

Леша отправился за большие тысячи евро в Андалусию, где ничего не ел, кроме легких салатов, протертых супчиков и огурцов, «накручивая по пятнадцать километров в день по серьезно пересеченной местности».

После этой изнурительной поездки он похудел на пятнадцать килограммов (лишнего веса в Леше было много), чудом не загнулся (риск инфаркта для неподготовленного человека в контракте не оговаривался) и написал текст с подзаголовками: «Жизнь – говно» и «Жизнь – это отрава». (Этот текст можно до сих пор прочитать в моем старом жеже).

Впрочем, объяснял я тогда Кузьме, если почти ничего не жрать и скакать козликом по горам, и даже заменить огурцовую диету на, к примеру, арбузную, евро на рубли, а Андалусию на Хвалынские горы под Саратовом, эффект (как и риск подорвать здоровье) будет ровно таким же. Это вообще главный секрет любой модной диеты, о котором умолчала Лиза Джинс – меньше есть, больше двигаться.

Почему-то еще вспомнилось, что примерно в те же годы модные британские журналы активно писали про моду на русскую водку (кажется, это было связано с выходом на британский рынок «Русского стандарта»). Пить водку следовало, как писали журналы, теплой и мелкими глотками, и не закусывая, чтобы оценить тонкий аромат русской пшеницы и нотки чернозема с правого берега реки Воронеж. Оказавшись как-то за одним столом с Аленой Станиславовной, я убедился, что она строго следует этим британским наставлениям. Я-то, понятно, пил, как всегда, холодную, залпом и закусывая жирненьким.

Уважаемая традиция.

Из письма Ильи Ильфа жене 17 октября 1935 года: «Передайте Вале <Катаеву>, что первый человек в цилиндре, которого я видел в Нью-Йорке, покупал билет на его пьесу <«Растратчики»>. Перед началом представления пять американцев в фиолетовых косоворотках исполняют русские народные песни на маленьких гитарах и громадной балалайке. Потом подняли занавес. За синим окном идет снег. Если показать Россию без снега, то директора театра могут облить керосином и сжечь. Действующие лица играют все три акта, не снимая сапог. В углу комнаты стоит красный флаг. Публике пьеса нравится, смеются. Играют не гениально, но не плохо. Сборы средние».

Цит. по книге Сергея Белякова «2 брата: Валентин Катаев и Евгений Петров на корабле советской истории»

Ирина Зверева, 24 года, группа поддержки баскетбольного ЦСКА

Я очень скромная и немного застенчивая. Не смогла бы выйти одна на паркет и станцевать перед всем залом

Фотограф Андрей Васильев, стилист Юлия Круглова, визажист Лея Дрюэ

Журнал PROспорт, 2009 год

#Девушки_по_пятницам

На всякий случай напомню, что:

утром в пятницу стулья будет девушка у меня на канале, а вечером в 19:30 в магазине «Пархоменко» разговариваем с Сергеем Пархоменко про «Книгу Уткина».

Тому, кто завтра придет на презентацию и первым купит «Книгу Уткина» в магазине, будет от меня маленький презент.

Владимир Перетурин и Николай Озеров отсматривают отснятый материал. Вероятно, студия программы «Футбольное обозрение» (1980-е?). Фотография из архива оператора Бориса Саксонова

Мемуары Саксонова о работе на телевидении по этой ссылке

«Моя камера чаще всего показывала зрителей на трибунах. Справа и слева от меня в основном сидели или приглашенные, или блатные, а когда я поворачивался с камерой на 180 градусов, то мог показывать правительственную трибуну. Чаще всего там сидел Брежнев, куря сигареты «Новость», которые для него делала фабрика «Дукат». А на трибунах вокруг меня: и артисты и певцы и спортсмены. Выбор был богатый. Некоторые подходили и, здороваясь со мной за руку, и как бы между прочим, говорили: «Если что, я сижу» - и указывали место.

Николай Николаевич всегда для своего разогрева начинал репортаж с заготовок, приготовленных заранее. И когда он их читал, никогда не смотрел в эфирный монитор. Зная это, режиссер Яша Садеков никогда не давал в перебивках знакомых зрителей.

Но как только Озеров заканчивал читать и переходил к репортажу, мы ему могли подбрасывать зрителей, причем это происходило тогда, когда была пауза в игре. Мы ему давали болельщиков, и он с добавлением своих красок, начинал рассказывать о человеке, которого зрители видели на своих экранах».

С утра странное, то ли сентиментальное, то ли печальное настроение, изучаю и конспектирую следственное дело бывшего спартаковского вратаря Филиппова (арестован на фронте Смершем в феврале 1944-го), а в телеге незнакомая мне девушка, женщина дочитывает «Книгу Уткина», дошла до главы «Мастер некрологов».

«Это разрыв сердца, конечно. Вообще, чем ближе конец книги, тем грустнее мне её читать и слушать (за рулём слушаю). Ловлю каждое слово, со всем соглашаюсь, всё понимаю и всё время думаю, что готова перечитывать и переслушивать эту книгу бесконечно.

Вчера разговаривали по телефону со старым другом. Мы до этого не очень хорошо расстались, вроде как поссорились, что-то не поняли друг про друга, так бывает. И мне было важно всё это с ним проговорить. Сказать: слушай, ты мне дорог, давай всё-таки разберёмся, что произошло и в чём мы оба были неправы. И расплакалась. В какой-то момент он сказал: «Может быть, ты вообще не из-за этого плачешь? Может быть, у тебя просто накопилось?»

Да, накопилось, но только это не усталость или обиды. Скорее накопился опыт. Когда ты уже очень хорошо понимаешь, какими людьми, отношениями и разговорами ты дорожишь. С кем тебе важно не оставить всё как есть, а сказать: слушай, давай поговорим. И какое это вообще невероятное счастье – иметь возможность это сделать. Потому что мы просто можем друг другу позвонить, написать, встретиться. Можем сказать «прости» или «мне было больно», написать без привет «я скучаю». Можем даже снова поругаться, если очень хочется. Всё это абсолютно точно возможно.

До тех пор, пока не написан некролог».

Наверное, ради этого мы и что-то делаем, пишем, не ради же тиражей, денег и премий, а вот, чтобы люди смеялись и плакали, читая, и сказали друг другу: ты мне дорог.

Если вы еще не бывали, то еще один разговор о «Книге Уткина» в Москве –

11 сентября, пятница, 19:30
Книжный магазин «Пархоменко», улица Татарская, 14

Основатель магазина Сергей Пархоменко (не путать его с однофамильцем из Пархомбюро) с детства увлекался футболом, слушал Васю и даже думал о футбольной журналистике. К нам в школу, так получилось, он по возрасту не успел и ходил на занятия к Рабинеру и Шмурнову (иноагенту), были еще такие времена, когда Вася приходил читать нотации лекции ученикам Рабинера (и Шмурнова).

Так что посидим, поговорим, повспоминаем – и будет хорошо.

Вход свободный, регистраций не требуется. Приходите.

Через полторы недели в Саратове начнется «Волжская волна» (17 – 20 сентября, улица Волжская – приходите), которая должна стать для меня двенадцатым за четыре года книжным фестивалем, это если не считать московские. В 2023-м я ехал в поезде в Архангельск на «Белый июнь», изучал список из примерно 60+ писателей, поэтов, редакторов, критиков, издателей и разных других гостей фестиваля и нервно осознавал, что никого из них не знаю, ни в лицо, ни по фамилии, ни что они там вообще пишут. Ну кроме Котомина из Ad marginem, потому что Мишу я знал еще по началу 2000-х, когда был боле-мене вхож в эти ваши литературные круги, а потом были 20 лет, когда я жил и что-то делал в других и почти непересекающихся кругах.

Почему в 2023-м про меня вдруг вспомнил Миша Фаустов, великий и ужасный делатель книжных фестивалей, и позвал в Архангельск прочитать лекцию про хоккей (с мячом и шайбой), я до сих пор не понимаю. С Фаустовым мы были знакомы крайне шапочно – четырьмя годами раньше случайно пересекшись в Некрасовке, куда меня почему-то и тоже совершенно внезапно позвал прочитать лекцию (про спорт и космос) Никита Голованов, слышавший обо мне по совсем старому sports’у.

С Архангельска всё и началось. Уже в поезде мы познакомились с Алексеем Портновым, редактором из РЕШ, на обратной дороге при посадке в самолет с Борисом Кузнецовым и его прекрасной женой Настей (кто бы мне тогда подсказал, что этот вежливый мужик – директор издательства «Росмэн», издатель всего Гарри Поттера). А привычка выходить по утрам с чашкой кофе на берег Двины свела нас с художницей Касей Денисевич, которая этим летом открыла на Хитровке книжный магазин «Озеро».

Потом были еще один «Белый июнь» (в 2025-м), два «Китовраса» во Владимире, Великий Новгород, два «Ярославских книжных обострения», «Читай-отдыхай» в Иванове, «Красная строка» в Екатеринбурге, ну и две «Волжские волны» (2023 и 2025).

Теперь я, кажется, знаю если не всех, то очень многих (в резиденцию Переделкина я тоже попал с подначки Фаустова), теперь я сам зазываю писателей, критиков и разных других гостей на фестиваль в Саратов (скоро-скоро объявим программу «Волжской волны»-2026), а еще через некоторое время начну поучать Фаустова, как надо правильно делать фестивали, пусть он и автор книги / пособия / исследования «Концентрированное счастье. Практика и теория книжного фестиваля».

В общем, всем, кто интересуется книжно-индустриальной темой, рекомендую:
а) книгу Фаустова
б) подписку «Охваты и предубеждения. Рассылка о книжном пиаре, продвижении авторов и жизни современной литературной индустрии» (by Литагентство Галины Бочаровой). Пост про фестивали по этой ссылке.

С Галиной, которая теперь мой агент, продюсер и товарищ, мы, кстати, тоже случайно познакомились в Переделкине.

На фото (для привлечения вашего внимания): Сергей Шаргунов, Сергей Беляков и я на «Красной строке-2026»

Вышел прогуляться по придворному парку, подышать свежим воздухом, послушать настоящую праздничную музыку – Газманова или Шамана, а тут такое.

(Театр «Странствующие куклы господина Пэжо» из Санкт-Петербурга на Дне города Москва)

Обнимемся!