Я занимаюсь консалтингом больше 15 лет и знаю одну профессиональную ловушку — когда приходишь в бизнес со стороны, сразу видишь кучу недостатков: тут криво, там неэффективно, здесь люди не на своих местах. Всё кажется очевидным. Но реальное предпринимательство — это не умничание со стороны, а создание ценности с чистого листа, с ошибками и нюансами. Я глубоко уважаю людей, которые так умеют. Моя роль другая — не заменять их, а усиливать.
Как бизнес попадает в спецситуацию? Как правило, случайно. Всё складывается хорошо — с большой долей случая. И всё складывается плохо — тоже с большой долей случая. Рынок неожиданно сузился, переоценили силы, регуляторика изменилась не в ту сторону — да что угодно. Ровно так же, как когда всё хорошо, — пришёл крупный клиент и выкупил всё разом, попали на рыночную волну или регулятор неожиданно помог.
Люди, которые делают бизнес, — созидатели. Как правило, не глупые. Просто череда случайностей сложилась не так.
Поэтому перед инвестором в спецситуации всегда один главный вопрос: собственник — человек, который пытается решить проблему, или человек, который от неё бежит? Первый договаривается, ищет выход, смотрит в глаза цифрам. Второй закрывает глаза, как ребёнок, — и ситуация разрушается сама собой. Если перед вами первый — решение почти всегда найдётся. Если второй — никакая финансовая инженерия не поможет.
Кейс, который обещал в прошлом посте, немного из другой реальности и эпохи, но показательный👇
В 1987 году подала на банкротство одна из важнейших нефтяных компаний США — Texaco. Крупнейшее банкротство в американской истории на тот момент, $35 млрд активов. При этом операционно компания была абсолютно здорова. Нефть добывалась, клиенты платили, бизнес работал. Проблема была одна — судебное решение на $10,5 млрд в пользу конкурента Pennzoil за то, что Texaco помешала им купить Getty Oil.
Карл Айкан увидел возможность, ведь за долгом стоит живой здоровый бизнес. Менеджмент не был готов решать проблему, поэтому он купил 12% рухнувших в цене акций Texaco, стал крупнейшим акционером и сел за стол переговоров. В итоге убедил Pennzoil принять $3 млрд вместо $10,5 млрд. Через 361 день после запуска процедуры банкротства Texaco продолжила работу, а Айкан вышел с прибылью.
Три условия, при которых такое сработает в наших реалиях: бизнес операционно здоров, кредиторы готовы на дисконт, а инвестор получает реальный контроль над ситуацией. Самое труднопроверяемое — первое. И оно напрямую связано с ответом на вопрос про собственника выше. Потому что операционно здоровый бизнес — это результат работы конкретного человека. Если он его создал, признал ошибки, которые привели к текущей ситуации, и готов работать дальше, то разорвать гордиев узел — это техническая задача. Сложная, но решаемая. А дальше тот же человек продолжит делать то, что умеет.
@sobepanek_live