Во вторых, один из так называемых "народов моря", это наши родные плиштим, филистимляне, родиной которых Библия называет Кафтор, который, в свою очередь традиционно отождествляется с островом Крит. Так что Пенелопа права – "народы моря" – это и есть греки, просто другие.
В третьих, в современном английском переводе Одиссеи, которым вдохновлялся Кристофер Нолан, известный эпитет Одиссея "ἄνδρα.. πολύτροπος / муж многоопытный" переведён как complicated man, а πολύμητις/многоумный как lord of lies. Слово complicated обычно используют в дейтинг приложениях, когда есть что скрывать. Предыдущие английские переводы: the man of twists and turns, crafty, versatile, shifty, restless, cunning. В переводе Черниховского на иврит – "הַגֶּבֶר זֶה רַב־הַנִּסָּיוֹן"
Уже в этом спорном переводе Эмили Уилсон, как мне кажется, кроется намёк на понимание новой версии Одиссеи.
Понятно, что каждое поколение переосмысливает древние мифы, но вопрос даже не в том, насколько оно перевирает текст, а насколько оно врёт само себе.
Кажется, уже понятно, что история человечества – это история войн, что грабить, убивать и насиловать – любимое занятие homo sapiens. Может быть поэтому, любой антивоенный фильм в итоге становится очередной одой войне. (Устал конечно с дороги, но 108 женихов замочил, как водички попил.) Культура – это война, но не в том смысле, который имел ввиду Жан-Люк Годар.
В каком то смысле, Пит Хегсет, американский министр
Нолан просто снял фильм, полностью отвечающий духу времени, как это умеют делать в Голливуде.
"То ли остров не тот, то ли впрямь, залив
синевой зрачок, стал твой глаз брезглив:
от куска земли горизонт волна
не забудет, видать, набегая на."
Итака, Иосиф Бродский, 1993.
Илл.: "Цирцея предлагает вино Одиссею" Дж. У. Уотерхаус
Soundtrack: Sirens, Ludwig Göransson