В XX веке переводов «Ричарда III» было четыре, и это хорошие переводы. Закрываем лавочку, расходимся: легко говорить о плохих переводах, много можно сказать о неоднозначных, а вот о хороших говорить сложно, поскольку они просто представляют собой то, чем и должны быть. Но я всё-таки попробую.
Перевод Анны Радловой был выполнен в 1933 году и в 1935-м издан в составе сборника её переводов вместе с «Отелло», «Ромео и Джульетой» (в этом издании — именно с одной «т») и «Макбетом». Но, в отличие от этих трёх пьес, «Ричард III» вышел в сокращённой театральной версии: предназначался он для Большого драматического театра. Полный текст был выпущен в 1937 году и позднее вошёл в состав всех двух советских полных собраний сочинений Шекспира, став самым распространённым переводом на протяжении долгого времени.
После невразумительного «Отелло» и невзрачной «Ромео и Джульетты», как ни удивительно, «Ричард III» Радловой удался. Я даже перечитал его, чтобы мой комментарий, пусть краткий и поверхностный, был уверенным. И да, в этом переводе действительно очень мало изъянов, насколько можно судить без непосредственного сравнения с оригиналом. Мне бросились в глаза разве что частое использование формы «Ланкастр» наряду с «Ланкастер» и один забавный момент: в сцене III.2 у неё, как и Кюхельбекера, слово «безопасный» употребляется в значении «находящийся в безопасности». Где-то съехало ударение и потерялись рифмы, но в любом случае это мелочи и такого немного. Упрекнуть перевод Радловой можно разве что в нехватке красивых и запоминающихся мест.
Выигрышнее смотрится перевод Бориса Лейтина, одного из самых невезучих переводчиков Шекспира. Его «Ричард III» вышел отдельной книжкой в 1958 году и переиздавался только один раз — в 1994 году в многотомном собрании сочинений. Любопытно, что в первом издании есть пометка: «Перевод под редакцией Е. Н. Бируковой». Кажется, это единственный случай в советских изданиях Шекспира, когда один поэт-переводчик был редактором другого (словом «поэт» я выношу за скобки, вернее в скобки, Михаила Морозова, который переводил прозаические части некоторых пьес и был редактором ряда изданий).
Перевод Лейтина отличный, мне практически не к чему придраться, могу только восхищаться. Очень жаль, что он не успел войти в собрание сочинений 1957–1960 годов («Ричард III» опубликован в первом томе), тогда бы его издательская судьба наверняка была бы гораздо счастливее. Может, для этого собрания он и предназначался, но не был готов в срок? 🤔
Но не будем сокрушаться, поскольку самый переиздаваемый перевод «Ричарда III» заслуживает не меньших похвал. Это перевод Михаила Донского. Как писал сам Донской, работа над переводом началась в 1965 году по предложению Театра имени Вахтангова, где 29 сентября 1976 года и состоялась премьера. Теле- и аудиоверсии этого спектакля были выпущены в 1982 и 1985 годах соответственно. А вот первое печатное издание, похоже, появилось лишь в 1988 году: это двухтомник «Комедии, хроники, трагедии».
При беглом сравнении двух последних переводов у меня сложилось впечатление, что перевод Донского более выразителен, экспрессивен (пример приведу чуть позже в отдельном посте). Но выбор между переводами и Радловой, и Лейтина, и Донского — прежде всего дело вкуса.
Ещё экспрессивнее получился перевод Георгия Бена. Он был издан в 1997 году, а позднее поставлен театром «Сатирикон», дата премьеры — 26 февраля 2004 года. Видеоверсию этой постановки тоже можно найти, её показывал канал «Культура». Перевод Бена мне нравится меньше всего из нынеописанных. В частности, в нём насчитывается двенадцать строк купюр: мелочь на фоне почти 3900 строк оригинала, но уже минус по сравнению с предшественниками. Другой минус, уже более явный, — местами лексика слишком уж снижена. Вот, скажем, сразу три такие строки подряд:
Я должен братца своего угробить.
Эй, солнце! Ты, пока тут нет зеркал,
Сияй, чтоб я хоть тень свою видал!
Или одна, но зато какая: «Ты что, сдрейфил?» 😁 Так что перевод Бена — не один из моих фаворитов, хотя в целом неплох и он. А вот дальше…