Еще один кейс о продаже квартир старичками

Этот пост будет завершением двух предыдущих про отбраковку объектов (вот начало и продолжение). В них я рассказывал, как подбирал квартиру клиенту и почему отказался от двух интересных и привлекательных на первый взгляд вариантов. Две эти квартиры перешли к нынешним собственникам от пожилых людей. А сейчас все риелторское сообщество бурлит и кипит из-за прецедента с Долиной: покупатели боятся, что любая «обманутая» пожилая продавщица сможет забрать жилье обратно.

Для кого-то нынешняя ситуация с покупкой недвижимости на вторичке кажется кризисом. А вот в китайском языке слово кризис обозначается двумя иероглифами — «опасность» и «возможность». Вот так я к ней и отношусь: ищу возможность там, где другие видят проблемы.

Я начал еще более тщательно проверять документы, еще глубже изучать продавца и сам объект недвижимости. Копаю и рою как крот и добываю нужную информацию, как Шерлок Холмс. Трачу около 100 тыс. рублей в месяц на двойную проверку документов, собственников и квартир. Привлекаю специалистов. Нахожу ресурсы в интернете, где можно получить дополнительные сведения. И потом выдаю своим клиентам на руки отчет, где перечисляю все возможные риски.

Итак, продолжаю рассказ про то, как подбирал недавно квартиру клиенту. Напомню краткое содержание двух «предыдущих серий» и приведу некоторые дополнительные подробности этих историй.

Первая квартира

Стоила она 8 млн 900 тыс. рублей. Я сбил цену до 8 млн 500 тыс. руб. — намечалась отличная сделка. Я запросил документы у агентши. Та начала тянуть резину — типичная «тётя Каша». В конце концов, она прислала мне все бумаги, и оказалось, что эту квартиру не так давно продала бабушка 80-летнего возраста своим племянникам. Договор купли-продажи удостоверил нотариус — в квартире, где находилась эта бабушка. Причем писать она не могла — за нее был рукоприкладчик.

В договоре фигурировала фраза, что «деньги переданы до подписания договора». Но документ, подтверждающий взаиморасчеты, отсутствовал. И я сразу понял, что никаких денег не было, а договор притворный. Начал окольными путями выведывать у агентши эту информацию. И та прямым текстом мне сказала, что бабушка просто решила отблагодарить своих племянников за то, что они за ней ухаживали..

Бабушка через два месяца после заключения договора умерла. Племянники решили продать эту квартиру. При этом срок исковой давности еще не вышел. А ведь у бабули могли оказаться и другие наследники. Предъявили бы права на эту квартиру и отмотали сделку назад. Доказать, что договор притворный — пара пустяков. И с учетом того, что в последнее время «старикам везде у нас дорога», наследник гарантированно выиграл бы это дело.

Мы съездили к нотариусу, но тот тоже замялся и про деньги ничего вразумительного не ответил. Не видел он их. Ему сказали, что деньги получены, он так и написал. Я поговорил с родственниками, выяснил всю историю этой семьи до седьмого колена. Наследников, по идее, не должно было быть. Но вероятность, что они не объявятся, не была нулевой.

Я все эти выкладки представил клиенту. Он от покупки отказался. «Не хочу, — говорит, — платить ипотеку и подпрыгивать от каждого звонка в дверь. Вдруг это окажется какой-нибудь участковый или следователь». В общем, отказались мы в итоге от этой квартиры.

Вторая квартира

За нее собственник просил 9 млн 200 тыс. рублей. Это тоже была замечательная квартира в хорошем доме 137 серии. Продавец жил в Москве и называл себя риелтором с 20-летним стажем. Хотя риелтор из него, как из меня скрипач. Я сбил цену до 8 млн 900 тыс. И попросил прислать документы.

⬇️ТАМ ОКОНЧАНИЕ⬇️