Вот единственное упоминание Бразилии в "Лузиадах" Луиша де Камоэнса, главном шедевре португальской литературы, вышедшем в 1572 году, через три четверти века после открытия Кабрала:

Но там, где расширяется земля,
Что ныне под Кастильей пребывает,
И твоего благого короля
Его надел по праву ожидает.

То Санта-Круж, где, пурпуром горя,
На солнце чудо-дерево сияет.
А у границ владений этих новых
Пройдет с армадой Магеллан суровый (X, 140).

Камоэнса "Земля Святого Креста" вообще не интересовала. Для него это было просто место, мимо которого проплыл Фернан де Магальянш (более известный как Фернандо Магеллан) в поисках главного: западного пути на Острова пряностей. 

Название "Санта-Круж", "Святой Крест", данное Кабралом, так и не прижилось, в основном потому, что следующие капитаны меньше всего думали о благочестии. А больше о прибыли. Поэтому открытую им землю переименовали в "Бразилию" — в честь "чуда-дерева" Камоэнса, единственного, что по мнению португальцев было ценного в этих диких краях.

Дерево назвали "раскаленным" ("пау бразил", от "браза", раскаленные углы) за ярко-рыжий цвет древесины на срезе. Из него добывали алую краску (поэтому "пурпуром горя"), на которую в Европе был бешеный спрос. И росло оно прямо в прибрежных лесах. Срубил или выменял у индейцев, погрузил и с пассатами по "Морской дуге" (Вольта ду Мар) обратно в Лиссабон. Дороги не нужны.

Сейчас дерево "пау бразил" называется "цезальпиния ежовая" (Caesalpinia echinata). Потому что ствол, как вы сами можете убедиться, в изобилии покрыт шипами. Все еще сохраняет ценность: идет на смычки и дирижерские палочки. 

PS. Португальцы, может и были не прочь покорить какое-то царство, только никаких царств в Бразилии не было.