К природным трудностям и препятствиям, с которыми столкнулись в Португалии войска маршала Массенны, прибавлялся еще и "воинственный нрав туземцев" (формулировка майора Гингре). Которым безбожники и святотатцы французы категорически не нравились. То, что они официально уже не были ни теми, ни другими, туземцев не убеждало. Наполеон считал, что война должна кормить войну, так что Массенна привычно проводил массовые реквизиции, после которых португальские крестьяне брали дубины и косы, а кто мог — дедовские ружья, и начинали устраивать засады. Благо мест для засад в горной стране было предостаточно, и они все эти места отлично знали. А французы — нет. Локальное знание торжествовало над универсальным. Потому что универсального не существовало.

Таких крестьян португальцы называли "орденанса". Еще с XVI века в случае испанского вторжения король издавал указ, и все мужчины считались мобилизованными в территориальное ополчение. Так что португальцы действовали вполне официально и в чтимых традициях.

На картинке орденанса готовится воспользоваться преимуществами локального знания. С благословления приходского священника-пароку, разумеется.