Римляне в городах не хоронили — закон "XII таблиц" не велел: "hominem mortuum in urbe ne sepelito neve urito" ("мертвого в городе не хоронить и не сжигать"). Потому как а) нечистота ритуальная; б) нечистота санитарная. Так что тот, кто имел средства и желал себя увековечить, строил себе могилу вдоль дороги. Вдоль Аппиевой дороги таких могил известны сотни, а была их, вероятно, не одна тысяча.

Горельефы на этой конкретной могиле выполнены умело, в солидном провинциальном стиле: это долинная Кампания, богатые торговые городки и процветающие фермы. Заказчик, по всему, тоже был человек солидный и желал показать свой вклад в общество. Организация гладиаторских боев была надежнейшим и необходимейшим способом заручиться народной любовью и обеспечить себе политическую карьеру (ну, и разориться тоже). При Юлиях-Клавдиях это было важно: политическая жизнь в кампанских городах кипела и всякому хотелось стать дуумвиром (о чем свидетельствуют надписи на стенах в соседних Помпеях).

Судя по большому щиту, перед нами мурмиллон, "танк арены". Мурмиллон был вооружен как легионер: коротким мечом-гладиусом и большим щитом-скутумом. Но если у легионера вооружение было максимально практичным и рассчитанным на массовое боестолкновение, то тут его апградировали для эффектной боевой дуэли.

Наколенник оставили только на левой ноге: она во время боя выдвинута вперед (что бы на горельефе и видим), ее надо защитить. А правая пусть будет незащищенной: если заденут, красиво потечет кровь. На руку надели защитный браслет-манику. Легионеры таких не носили, в бою только мешает, там рядом товарищи, если что, помогут. А гладиатору надо, он идет один на один. А вот доспехи сняли: гладиаторы сражались обнаженными до пояса. Так и выглядит опаснее, и дамы в восторге.

Шлем на этом изображении не сохранился, хотя он был самым главным отличительным признаком мурмиллона. Его делали подчеркнуто большим и с минимальными отверстиями для глаз и дыхания. Во-первых, чтобы лучше защищать голову, а во-вторых, чтобы силуэт получился выразительнее и было видно даже с задних рядов амфитеатра. Ну, и для саспенса — чтобы гладиатор двигался помедленнее и было ему потруднее.

Сверху на шлем прикрепляли рыбку-мурмиллу, отсюда название гладиаторского типа. Если честно, сначала он назывался "галл", но к I веку галлы романизировались, сбросили штаны и стало как-то неудобно. Так что галл стал мурмиллоном.

В целом получилась эффектная и театрализованная версия обычного солдатского снаряжения: что надо — апградировали, что надо — занерфили (автор выучил новое слово и не удержался, чтобы не вставить).

Против мурмиллона выставляли ретиария с трезубцем и сетью или фракийца с маленьким щитом и кинжалом. Опять же для эффекта: один большой и тяжелый, второй гибкий и подвижный. Кто кого? Главное, чтобы публика была довольна.

Публика, видимо, была, раз человек решил увековечить себя таким способом.

А теперь крайне довольна администрация ближайшего кампанского городка Аполлосы. Они уже замыслили создать музей и завлекать туристов 3D изображением могилы. Туризм по Аппиевой дороге — тоже римская традиция, об этом Гораций целую сатиру написал. Так что ручей разлился как нельзя кстати.