Записки экономиста

17 июля 1936 - 1 апреля 1939.

Как и любая война, особенно гражданская, для Испании закончилась весьма плачевно. Последствия в финансовом плане сопоставимы с поражением в Мировой войне.

Ряд булкохрустов любят приводить в пример победу Франко, что бы было одержи верх Белое движение. Как оказалось, голод и карточную систему могут устроить не только коммунисты. При том, что Испания не принимала участия в Мировых войнах. Режим Франко не смог извлечь экономических выгод от нейтралитета. Хорошо, что хватило мозгов не ввязаться в бойню на стороне Гитлера.

К тому же, белые были за либеральную экономику, если судить по программе партии кадетов. Банально фашизм изобрели уже после их поражения. Потому проводить какие либо параллели тут антинаучно.

Франко же показал в лабораторных условиях к чему приведет реализация всех постулатов фашизма в экономике. При нем в Испании на полном серьезе собирались продавать автомобили на ножной тяге с педалями.

Экономический рост же начался после реформ в 1959 году. Но это уже совсем другая история. Мира всем🇪🇸

Истребитель И-16 стоил по внутренним ценам 90 тыс. руб., а республике продавался по 128 тыс. рублей - маржа 42%. Словом, товарищ Сталин был куда прагматичнее Муссолини.

СССР поставлял вооружение за золото, а не в кредит и еще делал свою наценку от 30 до почти 50%. Джеральд Хоусон, исследовавший советские документы о поставках, оценивал суммарное превышение стоимости примерно в $50 млн.

В тоже время перед войной, СССР смог существенно увеличить свой золотой запас. В 1935 году он составлял 745 тонн. За счет поставок вооружения СССР нарастил золотой запас от уровня 1935 года на 63%. Кроме того, все это время шла добыча золота внутри СССР. Благодаря этому золотой запас на 1939 год составил 1900 тонн.

Сравнивая поставки СССР республиканцам и Италии националистам сразу и не поймешь кто тут правый с точки зрения экономики.

Иную маржинальность советской торговли можно увидеть на примере бомбардировщиков СБ-2. Джеральд Хоусон приводит советский расчёт 1939 года, где один СБ стоит 435 000 рублей = $110 000, причём для конвертации применялся курс 3,95 рубля за доллар.

Испанское исследование Хесуса Саласа также указывает единичную цену советского двухмоторного бомбардировщика в $110 000 и отдельно отмечает 2% расходов по управлению поставками. Внутренняя советская прейскурантная цена 1937 года — 325 тыс. рублей, а цена для Испании — 435 тыс. рублей. То есть уже в рублях экспортная цена была выше на 33,8% или на 67% выше себестоимости.

Официальный курс рубля в рассматриваемый период составлял около 5,3 рубля за доллар. Если 435 тыс. рублей пересчитать по нему, получилось бы $82 075. Но Республика платила $110 000 - маржа составляет 34%.

Отсюда можно сделать общий вывод - СССР использовал во всю свое монопольное право поставщика вооружения. Причем первые поставки были иностранного вооружения вообще со складов.

Сейчас кратко осветим вопрос того, насколько СССР "нажился" на поставках в Испанию на примере танков. Первые пятьдесят советских танков Т-26 прибыли 12 октября 1936 года на транспорте «Комсомол» - без малого ровно 90 лет назад.

Разница между внутренней прейскурантной и экспортной рублёвой ценой обычного Т-26 составляла 6 710 рублей, или 10,3%. Однако экспортная комплектация включала вооружение и ЗИП, поэтому вся эта разница не была сверхприбылью СССР.

Из опубликованных цен следует, что доллар для испанских расчётов оценивался примерно в 3,56 рубля. С 19 июля 1937 года официальный советский курс составлял 5,30 рубля за доллар. По этому курсу экспортная цена в 71 710 рублей соответствовала бы приблизительно $13 530, тогда как указанная для испанской стороны цена составляла $20 150. Разница - около 49% относительно пересчёта по официальному курсу.

Однако точно утверждать, что на каждой партии СССР благодаря манипуляции с курсом валют получал 49% маржи было бы не корректно. Продолжим ниже.

1939 год. Победа националистов

Данную часть мы не будем разделять, а опишем уже общий ход событий. Относительно националистов мы проговорим уже судьбу их долгов перед Германией и Италией. К началу 1939 года Республика оказалась одновременно без значительного свободного золотого резерва, с сокращенной территорией, резко уменьшившимся экспортом, хроническим продовольственным дефицитом и сильно обесценившейся песетой.

Попытки получить значительный внутренний облигационный заем были малоуспешны. Одной из причин была подорванная репутация государственного долга: во время войны обе стороны ограничивали или приостанавливали обслуживание части прежних обязательств. Реконструированный индекс оптовых цен к февралю 1939 года достиг приблизительно 1 529 при базе 100 в июле 1936-го, то есть цены выросли примерно в пятнадцать раз.

В январе 1939 года СССР предоставил второй кредит. Второй договор, подписанный Негрином и советским представителем 12 января 1939 года, уже накануне падения Каталонии. Номинальная сумма составляла $50 млн. Условия были значительно мягче для Республики. Золотого обеспечения уже не было — у правительства фактически не осталось свободного золота. Более того, соглашение не содержало обычной отдельной схемы амортизации. Единственным важным ограничением было использование кредита для приобретения советских товаров. Товары, заказанные по этой линии, дошли до Франции, но значительная часть не успела перейти границу и поступить в республиканскую Испанию до военного поражения.

Националисты же после своей победы получили массу городского населения, что существенно ухудшило ситуацию с продовольствием. Карточное распределение продуктов было введено в 1939 году. Формально население должно было получать определенные нормы продуктов, однако реальные поставки регулярно были меньше установленных норм или задерживались.

Основным кредитором националистов была Италия. 8 мая 1940 года было заключено соглашение, по которому испанский долг перед Италией был снижен 7 млрд до 5 млрд итальянских лир и растянут на 50 полугодовых платежей — с конца 1942 года до 30 июня 1967 года. При этом итальянская лира не была привязана к золоту. Поэтому экономическая тяжесть кредита резко уменьшилась из-за девальвации лиры. На момент соглашения официальный курс был около 19 лир за доллар. Поэтому 5 млрд лир соответствовали приблизительно $263 млн долларов 1940 года. Лира после Второй мировой войны резко обесценилась, потому Италия в твердой валюте получила в 10 раз меньше средств.

С Германией история была другой. Уже официальный испанский финансовый отчет 1940 года сообщал, что значительная часть германских поставок времен войны была компенсирована экспортом испанских товаров. В последующие годы продолжались товарные поставки, клиринговые расчеты и взаимозачеты. Испания признала за собой перед Германией обязательство в 371,8 млн RM, но 100 млн RM так и не выплатила. 10 мая 1948 года было заключено соглашение между Испанией и союзниками, которое аннулировало все обязательства. Отдельно рассмотрим вопрос советских поставок и их стоимости для Республики.

Прежде чем кидаться тапкам в бывшего министра экономики Испании, предлагаю ознакомиться с дискурсом того времени.

Вверху скан главной страницы редакционной статьи Financial Times от 16 апреля 2004 года под заголовком “Going, going, gold”.

Почитать ее в архиве можно тут. Приведу лишь одну цитату:

Для частных инвесторов хранить золото на таких условиях — это их личное глупое дело. Но для центральных банков и правительств удерживать его в качестве резервного актива — это предательство общества, от имени которого они действуют. Несмотря на недавние распродажи, правительства и центробанки по-прежнему владеют примерно пятой частью всего мирового запаса золота. Сами по себе их огромные запасы по отношению к размеру рынка делают золото крайне неэффективным резервным активом: сама попытка официальной продажи слитков в сколько-нибудь крупных масштабах ради получения наличных неизбежно обрушит его цену.

Статье уже больше 22 лет. Тогда унция золота стоила 405 USD. Цена сейчас - 4189 USD.

Прежде чем рассказать о финале Гражданской войны, небольшая иллюстрация по золотому запасу Испании.

Исследование Банка Испании показывает, что правительство Франко к концу войны располагало 53,5 т золота. Из них примерно 40,2 т составляло золото, возвращенное из Франции после урегулирования старого залога Banco de España. Также у франкистской стороны имелось золото, собранное посредством так называемой Suscripción Nacional.

После начала экономический реформ с 1959 году золотой запас стал расти и достиг 523.4 тонны. Но в 2005 году Министерство экономики под руководством Педро Солбеса приняло решение продать 46% золотого запаса - 240 тонн. Это "гениальное" решение мотивировалось низкорентабельностью золота. Сделки прошли по ценам от 500 до 700 долларов США за унцию, в аккурат перед мировым финансовым кризисом.

Сейчас золотой запас по-прежнему далек от отметок июля 1936 года (90 лет назад) и составляет 281,6 тонн. Такова цена безумной экономической политики и неспособности элит найти консенсус без войны.

Для наглядности - положение линии фронта на декабрь 1938 года. Серое - республиканцы, розовое - националисты. Про военные действия можете информацию найти самостоятельно - ее полно, а вот про экономику почему-то никому не интересно.

1938 год. Республиканцы

Основной запас золота был практически исчерпан. За всю войну продажа золота принесла Республике примерно $665 млн, а продажа серебра — еще около $20 млн. Около 1 225 тонн серебряных резервов Banco de España были реализованы главным образом США и Франции, а также частным покупателям. Далее республиканцы были вынуждены пойти за кредитом к СССР.

СССР открыл Республике кредит на $70 млн сроком на два года под 3% годовых. Доллар определялся через золотое содержание - 0,8888728 г чистого золота за доллар. Средства следовало расходовать на приобретение товаров в СССР. Средствами кредита также должны были погашаться уже накопленные обязательства Республики перед Советским Союзом. И вот далее следуют основные отличия в том, как займы получали националисты от Германии и Италии, и как средства получали республиканцы.

СССР потребовал залог приблизительно на половину суммы. В августе 1938 года для этой цели было выделено около 31,1 тонны чистого золота. Договор предоставлял советской стороне право обратить необходимую часть этого золота в свою собственность при непогашении кредита. После выделения залога практически никакого свободного золота в московском депозите уже не оставалось. Если Германия требовала от Франко поставок, которые имели положительно для него валютное сальдо.

Инфляция же продолжала расти. Ее механизм был описан еще в прошлой части. К декабрю 1938 года денежная масса Республики достигла приблизительно 26,6 млрд песет. По сравнению с июлем 1936 года это увеличение примерно в 4 раза. Реконструированный индекс оптовых цен к декабрю 1938 года достиг 1354.4, при базе 100 в июле 1936-го - цены выросли примерно в тринадцать раз. Это можно назвать экстремально высокой военной инфляцией и кризисом доверия к валюте.

О качестве питания населения можно судить по столице Республики - Мадриду. Средняя калорийность продовольственного рациона гражданского населения города составляла около 1 060 ккал в сутки. В августе 1937 года она достигала 1 554 ккал, а к декабрю 1938 года упала до 770 ккал. Рацион испытывал выраженный недостаток белков, жиров, минеральных веществ и витаминов. Молоко стало настолько дефицитным, что его выдавали преимущественно по медицинским показаниям. К концу 1938 года продовольственный кризис Республики выражался не только в повышении цен и недостатке импорта, но и в клинически установленном массовом недоедании.

Как уже обозначил выше - с потерей Севера и бесконтрольной эмиссии Республикой уже была проиграна битва за инфляцию и доверие к валюте еще в 1937 году. В 1938 году ситуация шла уже по заданному тренду, практически без шансов его переломить. Ситуацию могло исправить снятие блокады мирового сообщества. Франция и СССР могли наладить поставки продовольствия и потребительских товаров, что бы сократить дисбаланс товарно-денежной массы. СССР в одиночку не мог взять на довольствие еще и Республику. Бездонной "кредитной картой" для националистов стала Италия. У республиканцев не было подобной помощи, хотя бы в кредит.

⛳️🇻🇪РУКОВОДИТЕЛИ НЕФТЯНЫХ КОМПАНИЙ, МАССОВО ПРИБЫВАЮЩИЕ В ВЕНЕСУЭЛУ, УСТРОИЛИ ОХОТУ ЗА ГОЛЬФ-КЛЮШКАМИ. ⨯ [Bloomberg]
.............................................................

🤍Перед крупнейшей за последние годы нефтегазовой конференцией в Каракасе организаторам пришлось срочно искать гольф-клюшки для иностранных топ-менеджеров, собравшихся сыграть в гольф перед саммитом.

🤍Оборудование пришлось брать напрокат, покупать и даже одалживать у местных игроков — настолько неожиданно вырос спрос.

⚡️Причина — беспрецедентный интерес к венесуэльской нефти. Около 650 представителей бизнеса и властей примут участие в Международном саммите по нефти и газу, ещё более 150 человек — в списке ожидания. Среди участников — ExxonMobil, TotalEnergies, BP, Repsol и Siemens.
.............................................................
Bloomberg✅

Забавная новость про Венесуэлу. Но главное все же, что есть надежда на капитальные инвестиции в добычу и отрасль получит шанс на развитие. Все больше убеждаюсь, что водитель автобуса всех достал. Безусловно, впереди еще масса работы и простые венесуэльцы далеко не сразу почувствуют улучшения. Сделка с Трампом далека от идеала, но вряд ли были шансы на лучшее на данном витке истории.

⚠️🇦🇷🇬🇧#аргентина #британия #геополитика
Аргентина пригрозила Британии трибуналом из-за добычи нефти у Фолклендов

Внятного ответа зачем Милей провоцирует Британию нет. У Аргентины есть куда более насущные проблемы.

1938 год. Националисты

В 1938 году националистическая зона уже представляла собой гораздо более оформленное мобилизационное государство. Территория продолжала расширяться, налоговая база увеличивалась, усиливался контроль внешней торговли и валюты. При этом традиционные налоги всё равно оставались недостаточными. Националистическая сторона была вынуждена постоянно использовать чрезвычайные сборы, конфискации и денежное финансирование наряду с обычными налогами. Именно в этот год были созданы институты, которые не только обеспечивали военную мобилизацию, но и стали основой послевоенной системы жесткого государственного вмешательства, валютного контроля и автаркии.

Продовольственная позиция националистической зоны первоначально оставалась лучше республиканской благодаря контролю над значительной частью аграрных районов и более благоприятному соотношению между сельскохозяйственным производством и городским населением. Не стоит правда строить иллюзий - образ полного материального благополучия националистической зоны преувеличен: гражданское снабжение также испытывало ограничения, поскольку военные нужды получали приоритет. Национальная служба снабжения и транспорта(SNAT) должна была собирать данные о производстве, потреблении и ценах.SNAT предлагала правительству цены на продовольствие и товары первой необходимости. Также они должны были обеспечивать населенные пункты, переходившие под контроль националистов.

В круг регулируемых товаров входили зерно, бобовые, картофель, овощи и фрукты, хлеб, мясо, рыба, яйца, молоко, масла и жиры, сахар, соль и консервы. Регулирование цен и распределение товаров не рассматривались как две независимые задачи: государство связывало установление допустимой цены с учетом физического объема запасов, перевозок и направления товаров между провинциями. Исследование Banco de España внешней торговли обеих зон прямо показывает, что структура националистического импорта была заметно менее зависима от продовольственных закупок, чем республиканская.

До войны Германия была важным торговым партнером Испании, но после начала войны ее доля в экспорте выросла с 10,2% в 1936 году до 36,9% в 1938-ом. Испания не была критически важна для всего германского импорта по стоимости. В частности, общий испанский экспорт составлял лишь около 1,8% германского импорта. Но отдельные виды испанского сырья - железная руда, пириты, цветные металлы имели значительно большее значение, чем показывает их доля в общей стоимости импорта. В 1938 году Испания и ее владения обеспечивали около 10,7% германского импорта железной руды. Современные и близкие к эпохе оценки также дают Испании около 62% германского импорта пиритов и около 12% импорта чугуна.

Националистическое государство также установило жесткий контроль над иностранной валютой. Экспортная валютная выручка не рассматривалась исключительно как собственность частного экспортера. Государство централизовало её и распределяло между приоритетными направлениями импорта. Это позволяло использовать экспорт как инструмент финансирования войны и сокращало возможности утечки валюты.

Официальная динамика цен оставалась заметно спокойнее, чем в республиканской зоне. По исторической реконструкции оптового индекса, при июле 1936 года = 100 националистический индекс вырос примерно со 120,6 в декабре 1937 года до 137,4 в декабре 1938-го, то есть приблизительно на 14% за год. Расширение территории в 1937–1938 годах постепенно меняло баланс: к аграрным районам добавлялись крупные промышленные и городские центры Севера и Арагона. Это повышало нагрузку на транспорт и распределение. Вот почему именно в 1938 году снабжение было централизовано на общегосударственном уровне, несмотря на сравнительно умеренную официальную инфляцию.

Хоть мы тут больше про экономику, но все же фронт на нее активно влиял. Мы это видим по захвату Севера в 1937 году. На карте выше состояние ЛБС на начало 1938-ого года. Может сравнить с тем, что было на июль 1936 года.

Если битву за крепкую валюту республиканцы проиграли националистам в 1937-ом, то основные события на фронте произошли как раз в следующем году. Разумеется, это нашло свое отражение и в экономике.

Портрет последнего фактического главы ЦБ Республики Хулио Карабиас Сальседо. Стоит отметить, что уже к концу 1937 года Banco de España перестал быть самостоятельным органом. Все ключевые решения принимал Минфин, который управлялся правительством Хуана Негрини(2-он фото)

Механизм развития инфляции описан выше. И к нему важно дополнить одну деталь - у республиканцев практически не было инструментов для изъятия «лишней» денежном массы. Внутренних займов не проводилось, что делали Госбанк СССР и Наркомфин в 1941-43 гг. Увеличить импорт и ликвидировать товарный дефицит не было ресурсов - почти вся добытая валюта шла на военные закупки. Частично импортировалось продовольствие и сырье.

Лига Наций своей политикой невмешательства, инициированной Великобританией, закрыла для законного правительства внешние рынки капитала. Националисты были мятежниками и тоже не могли выпускать облигации внешнего займа. Однако им это было не нужно - продовольствия было в избытке, а военные поставки обеспечивали Италия и Германия.

Немного отвлечемся от Испании.

При развитии бассейна Vaca Muerta и росте инвестиций в переработку - Аргентина имеет все шансы войти в топ-производителей удобрений. Это будет хороший индикатор трансформации экономики.

Республиканцам и националистам досталось по одному дредноуту от общего флота Испании. Оба затонули в 1937 году.

España: дредноут националистов

30 апреля 1937 года, дредноут пытаясь перехватить британский торговый пароход, вошел на минное поле. Он подорвался на мине и затонул у Сантандера. Мина была установленна националистическим минным заградителем Júpiter.

Jaime I: дредноут республиканцев

17 июня 1937 года произошел мощный внутренний взрыв в районе погребов боезапаса дредноута, после чего корабль затонул у причала.

Испания осилила постройку 3 дредноутов. На момент разработки программы постройки в 1908 году на них собирались потратить более 13% экспортной выручки. Но чего не сделаешь ради престижа. Тем более в Великую войну экспорт вырос и к 1917 году постройка линкоров составляла 4% экспортной выручки. Полагаю, что если бы не война - вряд ли бы достроили все три. По текущему курсу было потрачено на них более 5 млрд долларов США.

Ирония же в том, что линкоры вышли слабее чем у бывших колоний.