Записки экономиста

1937 год. Республиканцы. Часть 2

Часть 1

Физическое нахождение золота в Москве не означало автоматический переход его в собственность СССР. С февраля 1937 по апрель 1938 года республиканское правительство выдавало последовательные распоряжения о продаже золота. После переплавки и аффинажа конечным покупателем выступал Госбанк СССР. Часть средств была использована для оплаты советских поставок, остальное переводилось на счета в Париже, откуда республика проводила оплату в Брюсселе, Праге, Варшаве, Нью-Йорке. Позднее Республика реализовала также около 1 225 тонн серебряных запасов Banco de España, получив приблизительно еще $20 млн.

В качестве итого можно отметить, что Республика с трудом вернула монополию на эмиссию денег к осени 1937 года. Но инфляцию было уже не остановить. Потеряла север и большую часть экспортного потенциала. Началась распродажа золота, большую часть запаса отправили в СССР.

1937 год. Республиканцы. Часть 1

В 1937 году центральное правительство постепенно восстанавливало контроль над финансами. Налоговые поступления во втором полугодии выросли примерно до 550 млн песет, но даже это было намного ниже довоенной нормы. Всего за год собрали 1,2 млрд песет - немногим меньше, чем у националистов. В сентябре был введен налог на сверхприбыли, но его применение осложнялось коллективизациями и невозможностью в ряде случаев определить налогового агента.

Центральная власть также стала ликвидировать многочисленные местные денежные выпуски. К началу 1938 года большая часть нецентральных денег уже подлежала изъятию. Однако восстановление формального единства валюты произошло тогда, когда намного более серьезная проблема - монетизация государственного дефицита - уже приобрела огромные масштабы.

В первые двенадцать месяцев войны Республика еще сохраняла существенный экспортный потенциал. С июля 1936 по июнь 1937 года официальный экспорт составил около 262 млн золотых песет, или $86 млн, импорт — около 220 млн золотых песет, или $72 млн. Это соответствовало примерно 42% довоенного экспорта и 26% довоенного импорта всей Испании за сопоставимый период. Правительство стремилось централизовать внешнюю торговлю и получить контроль над экспортной валютной выручкой. Это становилось все важнее по мере расходования золота.

Экспорт состоял из традиционных испанских товаров: цитрусовых, миндаля, минерального сырья, металлов и другой продукции. При этом падение торговли нельзя объяснять только революционной экономической политикой. На статистику влияли потеря территорий, переход части экспортных потоков к националистам, транспортные проблемы, война на море и постепенная потеря Республикой северной промышленно-сырьевой базы.

Денежная масса Республики, включая наличные и краткосрочные банковские депозиты, выросла приблизительно с 6,6 млрд песет в июле 1936 года до 9,1 млрд в декабре 1936-го, 12,2 млрд в июне 1937-го и 17,1 млрд к декабрю 1937 года. Одновременно территория и население Республики сокращались. Поэтому денег на человека становилось намного больше. В июле 1936 года на одного жителя приходилось ориентировочно 441 песета денежной массы, к концу 1937 года - около 1 600 песет. У националистов же в июле 1936 года на одного жителя приходилось 230 песет, а к декабрю 1937 года 355 песет. Как видим, уже на конец 1937 года Республика вошла в инфляционное пике и далее разрыв будет лишь нарастать.

Эмиссия была только одной частью проблемы. Республика первоначально контролировала крупные города и промышленное население, но значительная часть зерновых, картофельных, мясных и других сельскохозяйственных районов находилась у националистов. По мере войны территориальный дисбаланс усиливался. Сама республиканская территория была разорвана, что затрудняло перевозку продовольствия, топлива и сырья. Снижался спрос населения на сами деньги. Когда люди ожидают дальнейшего обесценения валюты, они стараются потратить ее быстрее. Увеличивается скорость обращения, и цены могут расти быстрее, чем денежная масса.

Инфляционная цепочка выглядела следующим образом:

падение налоговых поступлений усиливало зависимость от Banco de España;
⬇️
денежная масса росла;
⬇️
товарная база и территория сокращались;
⬇️
доверие к песете падало;
⬇️
скорость обращения денег увеличивалась;
⬇️
цены начинали расти значительно быстрее самой денежной массы.

Если у националистов основной финансирования были внешние займы, то у республиканцев распродажа золота. Республика практически сразу начала превращать золото в иностранную валюту. Banque de France приобрел около 175 тонн чистого золота, за которые Республика получила приблизительно 3,92 млрд французских франков, или около $196 млн. После этого практически весь оставшийся резерв был перемещен из Мадрида в Картахену. В октябре 1936 года его основная часть была погружена на четыре советских судна и отправлена через Одессу в Москву. Поздняя история Banco de España дает для этого груза примерно 460 тонн чистого золота стоимостью $519 млн; физический вес монет и металла был около 510 тонн.

1937 год. Националисты.

По мере захвата территории налоговая база националистической администрации увеличивалась. Поступления составили около 552 млн песет в первой половине 1937 года и 680 млн во второй. Однако налоги были неглавным источником финансирования войны.

Особенно важным оказался захват промышленного Севера. Националисты одновременно получали новые предприятия, шахты, рабочую силу, население, налогоплательщиков и экспортные товары. Это принципиально отличало их денежную экспансию от республиканской: новая эмиссия сопровождалась расширением экономической территории, а не ее сокращением.При этом стоит понимать, что Республика как раз лишилась металлургии, угля, железной руды, судостроительных предприятий и дополнительного экспортного потенциала.

В результате денежная масса националистической зоны выросла с примерно 2,3 млрд летом 1936 года до 5,17 млрд песет к декабрю 1937-го, но индекс оптовых цен составлял лишь около 120,6 против 100 в начале войны. Внешняя торговля националистов была тесно связана с германской кредитной системой. Уже летом 1936 года появились структуры HISMA, позднее с германской стороны ROWAK. Через них торговля организовывалась таким образом, чтобы испанский экспорт сырья и сельскохозяйственных товаров компенсировал часть германских поставок без необходимости немедленно платить свободно конвертируемой валютой. После захвата северных районов увеличился экспорт железной руды и другого стратегического сырья в Германию.

Но экспорт не обеспечивал всех потребностей в иностранной валюте. В 1938 году он давал приблизительно половину поступлений в Comité de Moneda Extranjera, тогда как значительную долю обеспечивали кредиты, реализация ценных бумаг, металлов. Кроме того, националисты вели еще и денежную войну против республиканцев и входе захвата Севера это проявилось особенно ярко.

Националистическая сторона дополнительно усиливала проблему, отказываясь признавать республиканские банкноты, выпущенные после начала войны. Для населения территорий около фронта это имело очень конкретное значение: если район занимали националисты, часть накопленных республиканских денег могла стать недействительной. Поэтому при приближении фронта жители имели стимул как можно быстрее обменять песеты на продукты и материальные ценности.

После захвата северных территорий националисты предприняли дополнительные меры в отношении банковских депозитов, созданных или увеличенных после начала войны. Это еще больше стимулировало превращение денежных и банковских остатков в товары при ожидании смены контроля над территорией.

Националисты также широко финансировали государство через собственную структуру Banco de España. За 1937 год было эмитировано 2.79 млрд пессет. Деньги распределялись между все большим населением и большим количеством предприятий и товаров. Потому дисбаланс между денежной и товарной массой был меньше, чем у Республики.

Таким образом, в 1937 год националисты наладили централизованную эмиссию. Также были установлены связи с кредиторами в Италии и Германии. Последняя стала основным покупателем экспорта националистов, который стал более существенным благодаря успеху по завоеванию Севера. В экономическом плане остановка пиар-наступлений на Мадрид была абсолютно стратегически верным шагом. Увеличение экспортного потенциала удешевляло для внешних доноров расходы на помощь националистам.

В зоне, контролируемой националистами, ситуация была иной. До апреля 1938 года там не было официального управляющего. Сам ЦБ националистов располагался в Бургосе. Проблем с разменной монетной у них было совсем не меньше, но все же до ереси вроде децентрализации эмиссии не додумались.

Обязанности главы фактически исполняли: Педро Пан (Pedro Pan), первый заместитель управляющего и
Рамон Артигас Грасия (Ramón Artigas Gracia), второй заместитель управляющего. Их фото мне найти не удалось.

Официально должность управляющего в националистической зоне был введен только в апреле 1938 года, и на нее был назначен Антонио Гойкоэчеа (Antonio Goicoechea). Он на фото выше.

Немного представим героев экономического фронта. Как по мне, абсолютно незаслуженно забытых в русскоязычном сегменте исторического Telegram.

На первом фото глава ЦБ Испании, бывший министр экономики Луис Николау д'Ольвер (Lluís Nicolau d'Olwer). Он занимал эту должность с марта 1936 года по август 1938 года. На втором фото автор идеи и юридическое разрешение на выпуск местных денег советник Женералитата Каталонии по финансам Жозеп Таррадельяса.

Центральное республиканское правительство в лице Министерства финансов не поддерживало эту практику. В январе 1938 года оно издало приказ об изъятии и обмене всех местных денег на билеты Банка Испании, чтобы восстановить контроль над денежным обращением. Но как уже писал выше - ситуация пошла в разнос и сегодня мы поговорим об этом подробнее.

К слову, по обоим героям нет даже странички в русскоязычной Википедии. В войне, которая длится годами не меньшую роль играют вот такие люди в костюмах, чем генералы с лампасами.

Гражданская война в Испании ч.2 Путч и первые дни войны.

Кто хочет больше про войну и политику, то рекомендую данный цикл. Можно найти на Youtube у Бориса Юлина. Ведущие достаточно критичны к обеим сторонам конфликта.

Небольшой спойлер на следующие части. Динамика инфляции у националистов и республиканцев по данным ЦБ Испании. Исторические реконструкции оптовых цен дают следующую приблизительную картину, если принять июль 1936 года за 100.

Больше можно посмотреть тут. Эти денежные знаки обращались только в рамках одного города. Более практичной причиной появления "местных денег" стало исчезновение мелкой металлической монеты. Серебро население и государственные структуры накапливали как металл, а медная мелочь изымалась в том числе из-за потребностей военной промышленности. Магазины испытывали физический недостаток денег для выдачи сдачи.

1936 год. Республиканцы

1937 год. Часть 1
1937 год. Часть 2
1938 год.
1939 год.

Как и с националистами название "республиканцы" весьма условное ибо на их стороне были все: коммунисты, анархисты, социалисты и троцкисты. Столь же пестрой была и структура экономики. В сфере денежного обращения был такой же хаос. Даже пятый объем золотых резервов не смог компенсировать весьма своеобразную систему управления экономикой у республиканцев.

Гражданская война очень быстро уничтожила единую финансовую систему Испании. Страна получила две налоговые администрации, два фактических центральных банка, две песеты, разные валютные режимы и разные способы оплаты импорта. На момент начала войны Республика получила очень сильную исходную финансовую позицию. Под контролем правительства остались центральные структуры Banco de España и основная часть его металлических резервов. Мобилизуемый запас составлял приблизительно 635 тонн чистого золота стоимостью около $715 млн по ценам того времени. Сейчас это эквивалентно $87,2 млрд .

Но это преимущество сочеталось с резким разрушением обычной системы государственных доходов. В первые месяцы войны революционные органы отменяли или переставали собирать часть налогов, связанных с частной собственностью и земельной рентой. Конфискации, коллективизация и смена собственности на предприятия затрудняли взимание налогов с прибыли и компаний - не было понятно с кого собирать налоги. Логичнее было произвести национализацию.

Во втором полугодии 1936 года Республика получила приблизительно 420 млн песет налогов, тогда как за соответствующую половину 1935 года было собрано около 2 млрд песет. Даже после некоторого восстановления администрации годовые поступления, судя по имеющимся данным, вряд ли превышали 1,2 млрд песет против 4,14 млрд, предусмотренных довоенным бюджетом 1935 года.

Правительство столкнулось с классической проблемой военной экономики: расходы многократно увеличивались, а обычная налоговая база одновременно сжималась. Одним из главных способов закрытия разрыва стало кредитование Казначейства через Banco de España. Однако эмиссия была частично децентрализована, что имело самые пагубные последствия.

В 1936–1937 годах одновременно существовали центральная государственная эмиссия и множество местных денежных систем, причем причины их возникновения различались. Наряду с Мадридом собственные экономические решения принимали автономные правительства, муниципалитеты, профсоюзные и революционные структуры. Возникали локальные денежные знаки, боны, купоны и другие платежные средства. Это было и практической реакцией на хозяйственный хаос, и проявлением политической автономии отдельных центров власти. Центральному правительству потребовалось значительное время, чтобы вернуть себе полноценную денежную монополию.

В Каталонии Generalitat в сентябре 1936 года выпустила собственные банкноты достоинством 2,5, 5 и 10 песет, обеспеченные казначейством Generalitat и существовавшие вне обычной эмиссии Banco de España. Затем массово появились муниципальные выпуски. По данным Museu d’Història de Catalunya, местные денежные знаки выпускало подавляющее большинство муниципалитетов Каталонии - 720–773 муниципалитета из 1 075.

Рост цен начался практически сразу - джин был выпущен из бутылки. По реконструированному индексу оптовых цен, где июль 1936 года равен 100, в республиканской зоне индекс достиг 146,2 уже в декабре 1936 года. В националистической зоне он тогда составлял лишь 107,2. Ниже пример местных денег.

1936 год. Националисты

1937 год
1938 год
1939 год

Прошу не придираться к определению "националисты", ибо противниками республики был достаточно пестрый набор политических движений. В данном случае этот термин мы используем для удобства, так как "франкисты" они стали далеко не сразу. Поговорим же о экономическом положении националистов с июля по декабрь 1936 года.

Как указано выше - весь золотой запас, промышленные регионы оказались под контролем республиканцев. Исходное положение националистов было практически противоположным. Основного резерва Banco de España у них не было. Они могли собирать частное золото и ценности через различные подписки. Так называемая National Subscription привлекала драгоценности и монеты населения, но собранное таким способом золото не стало значительным источником финансирования самой войны и было реализовано уже после нее.

Внутренние налоговые доходы также были ограничены. Во втором полугодии 1936 года националистическая администрация собрала около 396 млн песет налогов. Однако у националистов была практически бездонная "кредитная карточка" в лице в первую очередь Италии и уже затем Германии. Кроме того, рядом дружественный им режим Салаза в Португалии. Германия и Италия поставляли значительную часть военного оборудования и услуг с отсрочкой платежа. То есть отсутствие большого золотого резерва компенсировалось возможностью получить реальный военный ресурс сегодня, а рассчитываться за него позднее. О сумме предоставленных займов и их погашении поговорим позже. Для националистов внутренние займы были практически невозможны.

Националисты также широко финансировали государство через собственную структуру Banco de España. За войну около 7,2 млрд песет бюджетного дефицита были покрыты кредитами и авансами банка, еще приблизительно 1,06 млрд приходилось на дебетовые остатки по банковским счетам. Общая величина - около 8,26 млрд песет, или примерно 69% учтенных внутренних расходов националистической администрации.

Положение у националистов было мягко скажем незавидное. Единственным их преимуществом было то, что они контролировали значительную часть продовольственной базы. Тотальная зависимость от внешней помощи было одновременно сильной и слабой стороной. Забегая наперед скажем, что Муссолини был их другом и предоставил максимально возможную помощь на самых льготных условиях.

Летом исполнилось 90 лет с начала Гражданской войны в Испании. Это повод поговорить о экономической политике республиканцев и националистов. В начале войны ресурсов было больше у первых, так как им достались 635 тонн золотого запаса. Это четвертое место в мире, даже у СССР он был меньше. Хотя тут есть разные точки зрения. Но даже пятое место в мире весьма солидно.

Кроме того, республиканцы были законным правительством и мировое сообщество признавало их. Тем удивительна победа националистов при таких исходных данных. Далее поговорим обо всем подробнее в хронологическом порядке с 1936 по 1939 год.

Записки экономиста pinned a photo

Всего же мир потратил на дредноуты и линейные крейсера по состоянию на осень 1918 года £310–333 млн золотом. Если пересчитать по нынешней спотовой цене золота, то это примерно 320 млрд долларов США. Это немногим меньше ВВП Финляндии за 2025 год.

Крупный бой же был всего один - Ютландское сражение в 1916 году. По очкам выиграла Германия, стратегически Великобритания. По итогам войны немцы утопят свой флот в Скапа-Флоу, по ограничениям англичане порежут на иголки тот же Iron Duke. Расходы оказались мягко говоря не самые продуктивные.

Поэтому чиновники из министерства финансов любой страны крайне неохотно дают деньги на армию и флот. А военные же требуют бесконечно на все новые угрозы и изобретательные способы убивать человека.

Бонус-трек. Франция, Россия и Австро-Венгрия

Французские Danton занимали промежуточное положение. Серия включала шесть кораблей. Первоначальная стоимость одного Danton оценивалась примерно в 50 млн французских франков, что соответствовало приблизительно £1,98 млн.

Фактическая стоимость отдельных кораблей была выше. Например, Vergniaud обошелся примерно в 55,25 млн франков, или около £2,19 млн. По сути дороже британских Iron Duke. Франция фактически заплатила за последние полудредноуты цену полноценных дредноутов следующего поколения.

Аналогичная ситуация сложилась с российскими "Андрей Первозванный" и "Император Павел I". Россия потратила на первого около £2,5 млн, а на второго £1,97 млн. Австро-Венгрия практически за те же деньги получала полноценный дредноут Tegetthoff с двенадцатью 305-мм орудиями. А на всю программу можно было заказать два дредноута типа Iron Duke.

Примерно так рассуждал бы чиновник Минфина. Толщина брони, калибр орудий и скорость для них весьма отдаленные понятия.

Вот небольшой рейтинг по самым дорогим дредноутам. Такая дороговизна в России и Италии - это плата за постройку всего на своих верфях. В данном случае оплачивалась не столько постройка корабля, а и создание инженерной школы, получение опыта.

Страны Южной Америки хотели просто дорогу и красивую игрушку с большими пушками. Потому потратили в общем-то адекватные средства на покупку, за исключением Чили. Япония же заплатила за линейный крейсер Kongo £2,5 млн, но это был последний заказанный корабль. Остальные уже строились на японских верфях.

Италия и Россия тоже могли частично закупить корабли. Если у первой еще были осложнения политического характера, то для России это было бы более разумным. Однако история не имеет сослагательного наклонения.

Сломано множество копий в спорах был ли русский линкор "Гангут" самым дорогим. Он был одним их самых дорогих, но не был самым дорогим русским дредноутом - £3,11 млн. Тут рекорд принадлежит черноморской "Екатерине Великой" - £3,15 млн.

Самым же дорогим был итальянский Andrea Doria - £3,55 млн. Итальянская дредноутная программа в % от экспорта была вообще самая дорогая - 16% ( 6 единиц). На этом фоне Чили еще более нелепа со своим желанием потратить 10% экспортной годовой выручки на ОДИН корабль.

Самым условно дешевым был английский же Iron Duke - £1,93 млн. В % от ВВП у Великобритании самая дорогая дредноутная программа. Не удивительно, что после Мировой войны они всячески старались навязать ограничения в постройке новых линкоров. Причем соблюдали их сами куда строже остальных.

На данной инфографике общая картина по количеству и стоимости дредноутных программ по странам мира. Данные на начало Мировой войны и уже после Ютландского сражения.

Основное противостояние проходило между Германией и Великобританией. США мы выносим из рассмотрения, так как их флот не воевал. Там было больше заочное противостояние с Японией.

Для России использован довоенный курс около £1 = 9,46 руб.; для Германии около 20,47 марки за £1, Австро-Венгрии около 24,16 кроны, Италии около 25,25 лиры. В 1913 году эти валюты находились близко к золотым паритетам. Для доллара использован довоенный паритет около $4,87 за фунт.

Ниже разберем у кого были самые дорогие дредноуты, а у кого самые дешевые. Повторюсь, ТТХ будут вторичны. Ибо главным будет просто год введения в строй.