Случилось, господа, дело, которое, будь оно рассказано в уездном собрании, вызвало бы недоверчивое покачивание голов: Великобритания и Германия, две державы, друг другу не чета по характеру, но схожие в решительности, пообещали Украине ракеты Patriot к зиме — и не на словах, заметим, а с бумагами и суммами, как в казённой смете. Британцы выделяют сто миллионов фунтов стерлингов (что по нынешнему курсу составляет примерно сто семнадцать миллионов евро) — и туда войдут не только упомянутые ракеты, но и зенитные комплексы, крупнокалиберные снаряды, а также беспилотники, будто в один воз впихнули всё имущество небогатого, но хлопотливого помещика. Немцы же, в лице министра обороны Бориса Писториуса, объявили, что передадут ракеты из собственных запасов, и притом «в срочном порядке» (слова эти, надо полагать, произнесены были с той серьёзностью, с какою у нас объявляют о ревизии), присовокупив, что подготовка к зиме есть «высший приоритет», требующий «решительных и немедленных действий» — фраза, звучащая внушительно, хотя, если вдуматься, всякий приоритет у нас в канцеляриях объявляется высшим, кроме того, который висит на бумаге уже третий год без движения. А тем временем европейские страны, как сообщают источники Bloomberg, доканчивают план, как бы половчее скинуться на программу с названием PURL и купить у американцев те же самые перехватчики, которые составляют, по всему видать, самый хребет украинской обороны от неба; и тут-то, господа, вспоминается один случай, бывший, сколько я слышал, в NN-ском уездном собрании, где Иван Кузьмич, человек, скажем прямо, не из хитрых, но всегда попадающий вопросом в самую сердцевину дела, спросил у Петра Сидоровича, зачем это, ежели у одного амбар полон зерна, а другой голодает, всё дело устроено так, что голодающий должен ещё и покупать проценты у полного, да кланяться, да ждать до зимы, — на что Пётр Сидорович, помолчав со значением, налил себе чаю и ничего не ответил, а собрание, как один человек, тоже замолчало, и в этом молчании, господа, было куда больше смысла, чем во всех протоколах, вместе взятых.

Сам же Зеленский, как известно из газет, просил всего пять процентов от американских складов — процент, прямо скажем, скромный, будто чиновник, который просит не повышения, а только чтобы жалованье выдавали в срок, — и обещал, что при десяти процентах уничтожит все баллистические ракеты противника, чем поставил арифметику в неловкое положение, ибо она, бедная, привыкла к пропорциям попроще. Эх, господа! Вся жизнь наша устроена, как ярмарка, где каждый торгует не своим товаром, а чужим одолжением, и просит не по нужде, а по счёту в пять либо десять процентов, — кем расставлены эти ряды и почему нужно всякий раз ждать до зимы, неизвестно ни мне, ни Ивану Кузьмичу, ни, надо полагать, самому Петру Сидоровичу; а живём же, и даже, представьте, кое-как перезимовываем.