Издатель в кабале

Клифф Блезински впервые за восемь лет подробно рассказал о гибели Boss Key Productions — с распечатанным списком собственных ошибок. Главная из них, по его словам, не Overwatch и не рынок, а слишком выгодная издательская сделка.

На столе у 51-летнего Блезински во время интервью изданию 80.lv лежит аккуратно распечатанный список — собственноручно составленная бухгалтерия провала. В 2014 году, после двух десятилетий в Epic Games и трилогии Gears of War, он основал Boss Key Productions. Четыре года спустя студия закрылась. Шутер LawBreakers продержался год после запуска. Батл-рояль Radical Heights закрыли через месяц.

Первый пункт списка — сделка, которую агент Блезински выбил у южнокорейской Nexon. Издатель оплатил разработку и получил 20% студии — долю в капитале, а не контроль над ней. Права на интеллектуальную собственность остались у Boss Key. Для студии — королевские условия, для издателя — слабый стимул вкладываться в продвижение: при такой структуре Nexon увидела бы лишь малую часть прибыли от потенциального хита. Сооснователь студии Арян Брюссее позже скажет, что надо было идти к 2K, EA или Microsoft — на худших условиях, зато с мотивированным партнёром.

Сам Блезински вспоминает реакцию главы Nexon Оуэна Махони — «Как мы это подписали?». В вопросе уже содержался ответ. Компания, недовольная контрактом, не станет делать из чужой игры собственный блокбастер.

Второй пункт — платформа. Брюссее убедил выпускать LawBreakers на PlayStation с её большей установленной базой — вместо Xbox, где жила аудитория Gears of War. «Я думал, есть лояльность людей, которые знают, кто я такой. Оказалось, люди лояльны к игре, а не обязательно к человеку». Ещё раньше эго стоило ему Рода Фергюссона — тот был готов войти в Boss Key сооснователем после семи лет совместной работы над Gears, а Блезински хотел «своё шоу». Остался без человека, способного сказать ему «нет».

В ноябре 2014 года Blizzard показала первый трейлер Overwatch. Программист Boss Key Мэтт Фишман, смотревший анонс в баре с коллегами, выдал диагноз проекту одной фразой — «We're f**ked». Блезински ответил контрпрограммированием: Overwatch будет ярким, LawBreakers — мрачным, в духе Call of Duty. Ставка не сыграла. Игра, по собственному признанию автора, выглядела технически добротно — с персонажами, которых никто не захотел косплеить.

Когда LawBreakers начал тонуть, студия за считаные месяцы собрала Radical Heights и выпустила её в «X-Treme Early Access» без защиты от читеров. Хакеры добили и без того слабый запуск. Параллельно Блезински питчил издателям Dragonflies — самураев на драконах против зомби — и просил $30–40 млн. После ухода Брюссее обратно в Epic интерес испарился. 14 мая 2018 года он объявил команде о закрытии — и назвал этот день одним из самых тяжёлых в жизни.

В списке есть и пункт, которого не найти ни в одном постмортеме. Трилогию Gears of War, признаётся Блезински, он в значительной степени разрабатывал с похмелья. В Boss Key он завёл «Thirsty Thursdays» с бесплатным первым стаканом и начал ездить на работу на машине с водителем, чтобы не садиться за руль пьяным. «Я был функционирующим алкоголиком. Потом стал нефункционирующим». В марте этого года он очнулся в больнице после судороги на фоне запоя. С тех пор — четыре месяца трезвости, амбулаторная клиника, терапевт.

Теперь он консультирует асимметричный хоррор Soul Walker, ведёт подкаст и говорит, что снова видит игровые механики вокруг — в садовых ножницах и светлячках за окном. Блезински, к слову, ненавидит фотографию на своей странице в «Википедии». Новой игры в PvP не будет — «удачи всем в этом пространстве». Ставка на PvE: кооперативный режим «Орда», напоминает он, в своё время спас Gears of War 2.

Рынок живых сервисов, хоронивший LawBreakers, за восемь лет сам устроил десятки таких же похорон — Блезински теперь шутит, что его игра споткнулась, чтобы Concord рухнул лицом. И человек, чей провал когда-то считали анекдотом, возвращается в индустрию с самым подтверждённым тезисом десятилетия — и с четырьмя месяцами трезвости вместо железной сделки.

Подписаться на 🎩