Посевная

Nexon и правительство Южной Кореи создают фонд на $162 млн для финансирования игровых стартапов на ранней стадии. Половину рисков берёт государство.

Nexon учредила дочернюю компанию Nexon Partners и в партнёрстве с игровым венчурным фондом Kona Venture Partners запустила Kona Global IP Investment Fund объёмом $78 млн. Половину — $39 млн — внесло Министерство культуры, спорта и туризма через государственный «Фонд фондов», инструмент политического финансирования культурных индустрий. Ещё $38 млн дал Nexon, менее миллиона — управляющая компания Kona. Отдельно Nexon обязался направить до $84 млн напрямую в студии, прошедшие первый раунд. Суммарный бюджет программы на пять лет — $162 млн.

Деньги пойдут в стартапы на стадиях от посевного финансирования до Series A — первого раунда с участием институциональных инвесторов. Ким Кён Хва, глава департамента культурной индустрии министерства, назвала фонд «крупнейшим субфондом в истории культурного счёта». По данным Inven Global, игровые компании и раньше становились якорными инвесторами субфондов, но фонда такого масштаба ещё не создавали.

Контекст объясняет срочность. Корейский рынок раннего венчурного финансирования переживает худший период за десятилетие. Каждая пятая из 355 лицензированных венчурных фирм страны не совершила ни одной сделки за первое полугодие 2025-го. Посевные раунды упали с ₩206 млрд в первой половине 2022-го до ₩76,5 млрд за тот же период 2024-го — в долларах это падение с $150 млн до $50 млн. Доля ранних стадий в общем объёме инвестиций сократилась с 38% до 27%. Инвесторы перетекают в зрелые компании с подтверждённой выручкой. Стартапам с идеей и командой денег не дают.

Глобальная картина не лучше. За первое полугодие 2025-го мировые венчурные инвестиции в игровые стартапы составили $627 млн — впятеро меньше пика 2021 года. Ни один раунд за год не превысил $100 млн. Деньги ушли в AI, полупроводники и биотех.

CEO Nexon Ли Чонхун объяснил создание фонда тем, что «даже перспективные разработчики с трудом привлекают финансирование из-за охлаждения инвестиционного климата». На практике Nexon выстраивает конвейер потенциальных студий на условиях, о которых большинство корпоративных инвесторов мечтают молча — государство субсидирует половину рисков посевной стадии, а компания получает привилегированный доступ к портфелю. Nexon заявляет модель «открытой экосистемы» — готовность инвестировать даже в игры, которые не будет издавать сама. Проверить декларацию можно будет, когда из фонда вырастет первый хит и встанет вопрос о правах.

Nexon Partners, к слову, зарегистрирована в апреле 2026-го — за два месяца до анонса. Структуру готовили под план, а не под настроение.

Крупнейший хит Nexon за всю историю компании — ARC Raiders — создан шведской студией Embark, купленной в 2022 году. 16 млн копий, рекордный квартал, BAFTA. Теперь компания вкладывает $162 млн в поиск следующего хита среди корейских стартапов. Embark обошёлся в несколько сотен миллионов за одну студию. Посевной фонд за сопоставимые деньги профинансирует десятки команд — из которых, по венчурной статистике, выстрелит одна-две.

Государство получает витрину промышленной политики и аргумент в пользу «эры культурной индустрии в ₩400 трлн», которую министерство обещает стране. Nexon получает дешёвый конвейер разработчиков. Стартапы получают деньги, которых на открытом рынке больше нет. Конструкция устойчива ровно до того момента, когда пятилетний бюджет закончится — и выяснится, научился ли рынок финансировать игры без государственного плеча.

Подписаться на 😅