Джон Максвелл Кутзее «Школьные дни Иисуса» (2016 год)
 
Это вторая часть трилогии нобелевского и дважды букеровского лауреата Кутзее (он предпочитает произношение «Кутси»). Роману предпослан эпиграф из второго тома «Дон Кихота», играющего важную роль в повествовании, – «Вторая часть никогда не бывает удачной».
 
Эпиграф остроумный – это по большей части заслуга Мигеля де Сервантеса, а не Кутзее, – и кокетливый, ведь продолжение чаще всего открывают те, кому понравилась первая часть.
 
О чём роман
 
«Школьные дни Иисуса» – это сиквел истории Симона и Давида, прибывших в числе прочих переселенцев в некую испаноязычную страну. Найдя Инес, согласившуюся стать Давиду матерью, герои вместе с ней переезжают в новый для себя город, где Давид сталкивается со школьными трудностями.
 
Особенности романа
 
1. Тесная связь с первой частью трилогии
 
«Школьные дни Иисуса» не просто продолжение: действие этой книги начинается с момента, на котором остановилось повествование в финале «Детства Иисуса». «Школьные дни Иисуса» органично смотрелись бы и в качестве второй части большого романа, надумай Кутзее опубликовать историю под одной обложкой, а не разбивать ее на три книги.
 
2. Сохранение загадочного характера параллели Давида с Иисусом
 
Иисус в «Детстве Иисуса» не упомянут нигде, кроме как в названии, так что читатель вряд ли ждет появления Мессии во второй книге. Более того, в этих романах не упоминаются и какие-либо религии. Впрочем, некоторые имена, например Ана Магдалена, могут свидетельствовать о том, что авраамические религии имеют влияние на мир трилогии Кутзее.
 
С одной стороны, это способствует сохранению интриги, скрытой в названиях романов. С другой стороны, кто-то может усмотреть тут жульничество: автор не удосужился раскрыть систему координат мира, где происходит действие его книг.
 
Допускаю, что Кутзее играет в карты лучше, чем в шахматы.
 
3. Аллюзии на «Братьев Карамазовых»
 
Проза Фёдора Достоевского повлияла на творчество Кутзее сильнее, чем она того заслуживает.
 
Так, в романах «Бесчестье» и «В ожидании варваров» наш сегодняшний автор проявил неспособность отказаться от такого действенного, но банального приема махровой достоевщины, как вышибание слёз коленом.
 
Главный герой романа Кутзее «Осень в Петербурге» – Достоевский, притом он имеет к реальному Ф. М. отношение лишь немногим большее, чем Давид из «Школьных дней Иисуса» – к Иисусу Христу.
 
«Школьные дни Иисуса» тоже не лишены влияния Достоевского – хотя бы потому, что трех важных героев романа зовут Дмитрий, Хуан и Алёша. Оставлю за скобками сакраментальный вопрос о том, почему обитатели испаноязычной страны получили имена Дмитрий и Алёша, но добавлю, что Дмитрия обвиняют в убийстве, благодаря чему сюжет второй книги динамичнее сюжета первой.
 
Цитаты
 
…Нам, возможно, следует искать в мире не подлинный ответ, а подлинный вопрос. Возможно, этого нам и не хватает.
 
…Сердце всегда право, а голова всегда заблуждается.
 
…Никогда не давай им себя прощать – и никогда не слушай, когда тебе обещают новую жизнь. Новая жизнь – ложь, мой мальчик, самая большая ложь из всех. Нет следующей жизни. Есть только эта. Как только дашь отрубить себе голову – тут-то тебе и конец. Лишь тьма и тьма – и ничего, кроме тьмы.
 
…Есть там что-то за пределами или нет, человек утонул бы в отчаянии, если б не цеплялся за образ запределья.
 
…Быть человеком означает быть говорящим животным.
 
Это ужасный грех – неблагодарность, возможно – худший из всех.
 
…Пока не научишься делать то, что делают люди, полностью человеком не станешь.