После победы над Ганнибалом, как пишет Либурель, римляне постарались совсем отказаться от использования рабов-гребцов. Для войны с Антиохом в 191 г., согласно Ливию, «экипаж … предстояло набрать из отпущенников». Он же сообщает о том, как «претор Гай Ливий … втянулся в распрю с жителями приморских колоний … когда он стал принудительно набирать их во флот». Это и были два источника римских гребцов: вот и для Третьей Македонской войны «приказали набрать … моряков из римских граждан-вольноотпущенников … [и] потребовать у союзников такого же числа».

Впрочем, во время Гражданской войны римляне ненадолго вернулись к прежней практике. Так, Аппиан сообщает о том, что «великое множество рабов сражалось на стороне [Секста] Помпея», а Дион их характеризует как «корабельных рабов». Однако, уточняет Кассон, в действительности эти рабы были «были добровольцами, уже ставшие свободными к тому моменту, как заняли свои сиденья». Также и Август в то же самое время набирал рабов, которым «даровал свободу ещё до того, как они ступили на борт»: он, по Светонию, «посадил на весла двадцать тысяч отпущенных на волю рабов».

После победы Августа римляне, похоже, теперь уже навсегда отказались от подобного, и хотя «с тех пор … вёсла, которые приводили в движения флоты империи, находились … скорее в в руках провинциалов, нежели граждан, никто из таковых не был рабом», пишет Кассон. Как пишет Старр, правило республики ab omnia militia servi prohibentur продолжило быть таковым и в империи.

Итак, как мы можем убедиться, в древности рабов иногда всё же использовали в качестве гребцов, вот только никогда не могли отправить их на корабли насильно, каждый раз спрашивая у этих людей на то разрешения, да ещё и посулив свободу взамен, и не обманув. Какой, однако, контраст с Новым временем, когда на каторгу, напротив, ссылали свободных, обращая их тем в рабов. Ни о каком прогрессе гуманизма тут говорить, конечно, не приходится.

Ведь даже после поражения от рук Ганнибала при Каннах в 216 г. римляне, которых, по Титу Ливию, «необходимость заставила прибегнуть к неслыханному виду набора», отнюдь не принялись забривать в армию силой, но сделали так, что «восемь тысяч … рабов расспрошены были поодиночке, хотят ли они быть солдатами» и после согласия «их выкупили и вооружили на государственный счет». Позднее Ливий пишет, что от свободных они отличались только названием: «служат они доблестно и честно; чтобы стать образцом настоящего воина, им не хватает одного — свободы», а вскоре обрели и её.

#grebcy
⬅️⬆️ «Кто и зачем выдумал ложь, что античными гребцами были прикованные рабы?», 14/16 ⤴️➡️