То, что причиной прозвища могла быть широта лба, судя по всему, впервые предположил некий Неанф из Кизика в IV–III вв. до н.э., таким образом, живший спустя чуть более 100 лет после Платона. Он приводится как источник Диогеном, но на чём изначально основывается, остаётся неясным. Впрочем, отмечает А. Свифт Риджинос (1976), этого достаточно хотя бы для того, чтобы сделать вывод о том, что «легенда о смене имени уже бытовала в то время», в ранний эллинизм, а вовсе не является, например, полной выдумкой авторов Поздней Античности. Олимпиодор и аноним, в свою очередь, ни на кого не указывают, но версию эту также упоминают.

Другой вероятно причиной указывали широту платоновой груди. С этим связан отдельный момент: в то время как Дикеарх утверждает лишь, что Платон по молодости выступал борцом на Истмийских играх, «позднейшая неправдоподобная традиция», пишет А. И. Зайцев (2000), «развила эти сведения вплоть до победы в Олимпийских и Немейских играх». Тут он говорит о всё том же Олимпиодоре, лично выдумавшим этот «факт» спустя практически 1100 лет после того, как преставился тот, к кому он относится. Подобного себе даже Лаэрций не позволил, упомянув только слова надёжного Дикеарха. Такой вот яркий пример исторического сплетничества: это как если бы мы с вами сейчас раздули какой-нибудь факт биографии князя Игоря в нечто прежде неслыханное, а потом ещё 1600 лет спустя им, настоявшимся, бы уже щеголяли «знатоки».

То, что Платон «прежде звался Аристоклом, по имени деда», как сообщает Диоген, «пишет Александр в „Преемствах“». Речь идёт об Александре Полигисторе, авторе I в. до н.э. или более 400 лет после Платона; известно, что ему был присущ особый интерес к именам и анекдотам. Как утверждает этот Александр, философ «занимался гимнастикой у борца Аристона из Аргоса — от него он и получил имя Платон („Широкий“) за свое крепкое сложение».

Олимпиодор повторяет всё то же, не обеспокоившись, однако, ссылкой на источник мнения, — и этого «чудного» принципа придерживаются, увы, и все остальные. Зато он добавляет, что «имя это он получил за то, что тело его было необычайно широким в двух местах — в груди и во лбу; это видно и по его статуям, которые стоят повсюду и изображают его именно таким», таким образом, смешав эту и предыдущую версии в одну: так любят поступать многие и поныне, отчаянно пытаясь примирить противоречия источников так, чтобы никто из них не оказался неправым. Версию эту также можно наблюдать у Сенеки в I в., Апулея во II, Сервия в IV–V вв., и Цеца в XII.

⬅️ «Аристоклея ономастики, или Как на самом деле звали Платона», 3/5 ⤴️➡️