Андрей Осипцов

NGFS-2026: климатические риски переходят в пруденциальный надзор

Намедни международное объединение центральных банков и финансовых регуляторов по «озеленению» финансовой системы (Network for Greening the Financial System, NGFS) выпустило обновленное руководство по интеграции климатических и природных рисков в пруденциальный надзор. Это не обязательный международный стандарт и не нормативный акт [пока что], а методический ориентир (guidance) для регуляторов и надзора. ЦБ РФ участник NGFS с 2019 года, поэтому документ важен как ориентир дальнейшего развития. Сам ЦБ уже движется в этом направлении: ранее были опубликованы рекомендации по климатическим рискам, проведен первый климатический стресс-тест банковского сектора и в 2026 году предложена методика стресс-тестирования переходного риска.

Важная смена парадигмы NGFS-2026: от восприятия климата как отдельной ESG-темы к его включению в стандартный банковский риск-менеджмент и надзор. Климатические и природные факторы должны рассматриваться через кредитный, рыночный, операционный риск и риск ликвидности; учитываться в стратегии, риск-аппетите, стресс-тестах, ICAAP/ILAAP и, при необходимости, в мерах Pillar 2 (внутренние процедуры оценки достаточности капитала). При этом NGFS не предлагает автоматически повышать риск-веса для углеродоемких отраслей: акцент делается на оценке реальной материальности риска и качестве риск-менеджмента.

Ключевые тезисы для ЦБ РФ и российских банков:
- Для ЦБ РФ: NGFS дает готовую архитектуру перехода от рекомендаций и пилотных климатических тестов к регулярному пруденциальному надзору.
- Климатические риски должны встраиваться в существующие механизмы надзора, прежде всего Pillar 2 (ВПОДК), а не формировать отдельный параллельный ESG-контур.
- Возможны требования к банкам по устранению недостатков, усиленный надзор и, при существенном остаточном риске, индивидуальные требования к капиталу; автоматически риск веса, связанные с климатом, NGFS не вводит.
- Стресс-тестирование становится регулярным инструментом: NGFS предлагает долгосрочные сценарии и 5-летние сценарии; 73% опрошенных регуляторов уже используют климатический сценарный анализ или стресс-тестирование.
- Для российских банков климатический анализ должен постепенно перейти от ESG-отчетности к цепочке риск - заемщик/залог - PD/LGD - потери - лимиты и капитал.
- Возрастут требования к данным: отрасль, география активов и залогов (геолокации), физические климатические угрозы, переходные риски клиентов, результаты сценарного анализа.
- Надзор будет смотреть не только на модели, но и на контроль со стороны СД, аппетит к риску, внутренний аудит, процедуры и фактическое использование результатов.
- NGFS расширяет периметр от климата к природным рискам: вода, деградация почв, леса, биоразнообразие, экосистемные зависимости.
- Переходный план рассматривается не как формальный документ, а как постоянный процесс, влияющий на стратегию, кредитную политику и работу с заемщиками.
- Приложение к Guide фактически дает чек-лист надзора: ЦБ может запрашивать протокол заседания СД, риск-аппетит, ICAAP/ILAAP, портфельные разбивки, результаты стресс-тестов, методологии, переходные планы и данные внутреннего аудита.

Итог:
- для ЦБ РФ это движение от «изучения климатических рисков» к их включению в стандартный пруденциальный банковский надзор;
- для банков это переход от ESG-деклараций, стратегии и нефинансовой отчетности к обоснованному на данных влиянию климатических и природных рисков на кредитные решения, стрессовые потери, ликвидность и капитал.

Таблица показывает, с какими категориями финансового риска банки связывают различные физические климатические риски. Источник: добровольное раскрытие информации от 480 банков по всему миру.

Ссылки на отчет NGFS и слайды. За наводку благодарю Ирину Калачеву и её неиссякаемый источник новостей по устойчивому развитию.

Эль-Ниньо

В продолжение темы изменения режимов циркуляции мирового океана. За последний год ENSO (El-Nino Southern Oscillation, Эль-Ниньо Южное колебание) прошёл через очень быструю смену режимов: после слабой Ла-Нинья зимой 2025/2026 весной 2026 года начался переход к Эль-Ниньо, который уже к лету резко усилился. Напомним, что Эль-Ниньо (теплая фаза) и Ла-Ниньо (холодная) это две противоположных фазы одного явления циркуляции в экваториальной части Тихого океана [два типа режимов и механизм резкой смены на иллюстрациях].

К осени 2026 года базовым сценарием стало формирование очень сильного Эль-Ниньо с пиком в конце 2026 - начале 2027 года. При этом для России прямой климатический сигнал ENSO остаётся сравнительно слабым и неустойчивым: влияние проявляется прежде всего через перестройку крупномасштабной атмосферной циркуляции и рост вероятности отдельных экстремальных погодных явлений в период с декабря по март.

Очень сильный Эль-Ниньо зимой 2026/2027 повышает для России вероятность следующих событий:

1. Более тёплый зимний фон на европейской территории России, с учащением оттепелей, переходов температуры через 0 °C, выпадения дождя и мокрого снега зимой и последующего гололёда. Увеличение числа переходов через 0 влечет риск деградации зданий и дорожной сети.
2. Перераспределение риска наводнений с весны на зиму и раннюю весну: более частые оттепели могут увеличить число зимних и ранневесенних паводков, тогда как частичное таяние снежного покрова в течение зимы способно местами снизить мощность традиционного весеннего половодья.
3. Резкие температурные «качели»: продолжительные оттепели могут сменяться кратковременными, но сильными вторжениями арктического воздуха и быстрым замерзанием.
4. Экстремальные снегопады, мокрый снег и обледенения, которые будут повышать нагрузку на энергосети и транспортную инфраструктуру.
5. Дополнительный зимний прогрев многолетне-мерзлых грунтов в Арктике: тёплая и особенно снежная зима уменьшает зимнее охлаждение грунта и может усиливать уже существующий долгосрочный тренд деградации многолетней мерзлоты.

ENSO меняет фазу нерегулярно, обычно с интервалом 2–7 лет. Переход от Ла-Нинья к Эль-Ниньо в 2026 году занял около 3–4 месяцев, что быстро, но не беспрецедентно. Необычной особенностью текущего цикла является прежде всего последующее чрезвычайно быстрая эскалация Эль-Ниньо до очень сильного состояния.

Как повлияет новый закон Линдси Грэма на иностранный нефтесервис в РФ

После того как Halliburton и Baker Hughes продали свои активы в РФ российскому менеджменту в 2022 г, крупнейшей западной нефтесервисной компанией, продолжающей работать в России, остается Шлюмберже (SLB). На РФ приходится 4% мировой выручки SLB (~$1,4 млрд). Балансовая стоимость чистых российских активов ~$700 млн. Доля рынка нефтесервисных услуг в РФ у SLB порядка 8%.

Основное российское юрлицо это ООО «Технологическая компания Шлюмберже» (Тюмень). В 2025 году его выручка сократилась на четверть, до 20 млрд рублей, а чистая прибыль упала в пять раз до ~800 млн рублей. С июня 2026 года компанию возглавляет Светлана Колупаева. Владельцами являются две голландские структуры Schlumberger (а не американская материнская компания, это важно).

Закон Грэма создаёт для компании новый риск. Раздел 108 позволяет вводить блокирующие санкции против любой иностранной компании, которая поставляет товары, услуги, технологии или другую поддержку, помогающую сохранять или увеличивать добычу нефти и газа для лиц, подпадающих под санкции закона. Российские структуры SLB считаются для американского законодательства иностранными юрлицами, поэтому то, что их владельцы зарегистрированы в Нидерландах, от этого риска не защищает.

Крупнейшие клиенты SLB в РФ, «Роснефть», ЛУКОЙЛ, «Газпром нефть» и «Сургутнефтегаз» уже находятся под блокирующими санкциями США (SDN). Для того, чтобы работать с ними, российское подразделение SLB полностью локализовалось и исключило трансграничный перенос новых технологий в РФ. Все новые технологии для России производятся в стране. Новый закон сохраняет ранее введённые санкции, поэтому работа для таких компаний становится для SLB зоной повышенного риска.

У SLB возникает следующая развилка.

Сценарий 1: сохранить российский бизнес. Однако компании придётся отказаться или существенно ограничить работы, которые помогают санкционным заказчикам сохранять или увеличивать добычу. Для нефтесервисной компании это прежде всего бурение и заканчивание скважин, ГРП и другие технологии стимулирования добычи, ремонт и обслуживание скважин, поставка и обслуживание добычного оборудования, а также инженерные и цифровые технологии оптимизации добычи. Наибольший риск возникает при работе с российскими нефтегазовыми компаниями под SDN, включая «Роснефть», ЛУКОЙЛ, «Газпром нефть» и «Сургутнефтегаз». Точный охват новой нормы будет зависеть от её применения администрацией США и последующих разъяснений OFAC.

Сценарий 2: продать или свернуть российский бизнес. Для этого закон предоставляет специальное 270-дневное окно, примерно до середины июня 2027 года.

Если российская структура SLB всё же попадёт под блокирующие санкции (что само по себе крайне маловероятно с учетом огромного опыта компании по работе в подсанкционных юрисдикциях), последствия будут тектоническими и выйдут за пределы американского рынка. Новый закон не означает немедленного ухода SLB из России, но заметно повышает цену сохранения российского бизнеса.

Окончательное решение о применении санкций принимает администрация США. Президент может предоставить исключение в национальных интересах США с уведомлением Конгресса.

Schlumberger уже однажды полностью уходила из страны. Компания пришла в СССР в 1929 году и за несколько лет сыграла важную роль во внедрении электрического каротажа для поиска нефтеносных пластов. В 1937 году контракт с компанией не был продлён и французские специалисты покинули СССР. К этому времени Советский Союз уже создал собственную школу промысловой геофизики и освоил производство оборудования. Возобновилось присутствие Шлюмберже в России только после распада Союза в 1991 г. Однако, есть важное отличие. Если в 1937 г уход был фактически инициирован советской стороной, то сейчас вопрос стоит ровно наоборот - насколько американский санкционный режим позволит SLB продолжать работать в РФ.

Ждем официального заявления OFAC по SLB и звонка компании с инвесторами за Q3 (17 окт).

Встреча с медведем как климатический риск

Новости медведоведения. Как мы видим по тревожным сообщениям в СМИ, в этом году выходы медведей к населённым пунктам носят массовый характер. Риску внезапной встречи с медведем подвержен 41 регион. Последние полтора месяца подтверждённые нападения зарегистрированы в восьми субъектах. При этом Минприроды пока не считает 2026 год аномальным по числу нападений: в последние годы регистрируется около 20–30 случаев ежегодно, в 2024-м — 19, в 2025-м — 34; экстремальный 2014 год — 166.

Численность бурого медведя в России выросла с 1990 года более чем в два раза. Это повышает общий фон риска, но не объясняет резкий скачок выходов именно этим летом.

Показательна Бурятия. На сегодня зарегистрировано уже 177 выходов медведей к населённым пунктам за год. В пиковые дни поступало до 48 обращений в сутки. При этом учётная численность медведя за год снизилась примерно на 3%. В Забайкалье с начала сентября поступило около 50 сообщений, семикратный рост год к году. В Тыве за одну неделю зарегистрировано 10 выходов к сёлам и чабанским стоянкам.

Основная краткосрочная гипотеза — кормовой шок. Минприроды характеризует ситуацию в Сибирском федеральном округе как практически полный неурожай основных кормов бурого медведя: кедрового ореха, лещины, ягод и грибов.

Причина в сочетании погодных факторов в этом году. Весна началась рано: уже в апреле на юге Западной Сибири фиксировалось аномальное тепло. Затем последовали сильные возвраты холода. В конце мая в Алтайском крае температура опускалась до −1…−4 °C, в травостое до −8.5 °C; на юге Красноярского края и в Тыве до −6 °C. Такие заморозки после раннего начала вегетации могли повредить цветки и завязи.

Следом пришли жара и засуха. В Алтайском крае почвенная засуха отмечалась уже со второй декады мая. В июне-июле суховеи продолжались местами до 14-16 суток, температура достигала +36…+39 °C, относительная влажность падала до 11–30%.

Наиболее самосогласованный механизм такой: ранняя вегетация, поздние заморозки, затем жара и засуха снизили урожай и ускорили исчерпание ягодных кормов. К августу–сентябрю, когда медведь интенсивно накапливает жир перед зимовкой, доступной пищи стало меньше. С кедровым орехом причинность сложнее: урожай кедрового ореха формируется несколько лет. Засуха предыдущих сезонов снижает закладку будущих шишек, а поздние заморозки в год опыления повреждают репродуктивные структуры. Несколько неблагоприятных сезонов подряд могут дать накопленный эффект.

Есть гипотеза, что причиной выходов медведя из леса были природные пожары, однако они не были основной причиной, а могли только как сопутствующий фактор дополнительно усиливать перемещения зверей. В Красноярском крае за лето огнём было пройдено почти 600 тыс. га, в десятки раз больше уровня прошлого года. Но в Тыве появления медведей участились при значительно меньшей площади пожаров, чем годом ранее. Значит, крупный пожар не является необходимым условием всплеска.

Кормовой дефицит увеличивает дальность миграции и число контактов медведя с человеком, а свалки, пищевые отходы, сады и скот создают альтернативную кормовую базу и закрепляют повторные визиты. Высокая численность популяции и слабое промысловое изъятие усиливают этот эффект. Например, в Иркутской области при ежегодном лимите около 4 тыс. медведей фактически добывается (то есть уничтожается) около 1 тыс.

Есть и эффект доступности за счёт медийного усиления риска. За лето число публикаций о нападениях выросло в разы. Медиа усиливают субъективное ощущение частоты наблюдаемых событий.

В итоге я для себя гипотезу сформулировал так: климатические аномалии этого года (ранняя весна, поздние заморозки и засушливое лето) привели к кормовому шоку, который побудил медведей к миграции из привычной среды, что повлекло увеличение частоты выходов в населенные пункты в поисках пищи.

Философский смысл сингулярности
 
С момента выхода сенсационной новости мне довелось обсудить это тему с коллегами и посмотреть первые реакции в прессе. Мнения разделились. Большинство пребывает в восхищении; старая гвардия считает, что наука изменилась необратимо; другие, напротив, задаются вопросом, оправдан ли такой результат ценой, эквивалентной 100 годам непрерывной работы одного агента. Во многом полярность объяснима: механика жидкости это зрелая наука с высоким порогом входа, сложившимся понятийным аппаратом и столетиями накопленной математической традиции; ИИ это новая область, где знание только формируется. В итоге одних поражает что, других — как. Ответим на наиболее фундаментальный вопрос: почему вообще так важно знать, способны ли уравнения Навье-Стокса при гладких исходных данных привести решение к сингулярности за конечное время?
 
Во-первых, это граница применимости модели. Уравнения Навье-Стокса это закон сохранения импульса в дифференциальной форме для сплошной среды с реологией линейно-вязкой ньютоновской жидкости. Сложность уравнений Н-С связана прежде всего с двумя факторами: нелинейные конвективные члены в левой части описывают перенос импульса самим течением, а вязкий член в правой части сглаживает пространственные неоднородности. Естественная физическая интуиция подсказывает: гладкие начальные условия и гладкая внешняя сила должны давать гладкое решение, а механизм вязкой диссипации способен сглаживать любые особенности. Оказалось, это не так. Если контрпример подтверждается, уравнения Навье-Стокса перестают восприниматься как система, для которой вязкость потенциально гарантирует глобальную регулярность для любых гладких начальных условий и внешней силы. Этот результат контринтуитивен с точки зрения классической гидромеханики и существенно меняет наше понимание свойств уравнений.
 
Во вторых, связь с турбулентностью и каскадами. Связь с этими процессами состоит в самой архитектуре механизма построения внешней силы: крупномасштабное вихревое течение усиливает мелкомасштабные возмущения, сдвиг переносит их навсё меньшие масштабы, где возрастает роль вязкой диссипации, а последовательность таких всё более локализованных возмущений накапливается за конечное время. Это роднит конструкцию с идеями каскада масштабов, вихревой концентрации и сдвиговых неустойчивостей в теории турбулентности. Однако, это не колмогоровский энергетический каскад: здесь многомасштабная динамика специально сконструирована для получения сингулярности при сохранении гладкости внешней силы.
 
В третьих, сингулярность это не всегда негативный результат. В механике разреженных суспензий накопление частиц проявляется как бесконечное значение числовой концентрации. Причем “хорошая” сингулярность, которая имеет физический смысл, отличается от “плохой”, которая показывает границу применимости модели, одним свойством - интегрируемостью. Как мне сказал проф. John Hinch (FRS) после доклада по суспензиям на семинаре в Кембриджском университете: "Andrei, your model may or may not have a singularity, but the real world does." И наша задача эту сингулярность корректно воспроизвести в модели.
 
И наконец, для компании OpenAI это крупнейший маркетинговый успех. Это как Формула-1 и спорт высших достижений. "Наша модель решила задачу тысячелетия". Теперь миллионы пользователей по всему миру охотнее доверят свои научные исследования продуктам OpenAI и купят подписку. В связи с чем возникает любопытная коллизия: впервые в истории средства производства получили субъектность и способность выборочно присваивать себе результат труда. Это новая реальность. Вы пользуетесь инструментом с осознанием, что результатом вы делитесь с поставщиком сервиса, с моделью, и итог непредсказуем. Если результат средний, так уж и быть, он останется вашим. А если это яркое новое направление? Полагаю, нужно исходить из предположения, что все ведущие модели уже учатся на вопросах пользователей, даже если они публично это отрицают.

Channel name was changed to «Андрей Осипцов»

OpenAI опубликовала решение задачи тысячелетия для уравнений Навье-Стокса

Вчера наступила развязка триллера. OpenAI предъявила конструктивное доказательство наличия решения трёхмерных уравнений Навье-Стокса, которое при гладкой компактной внешней силе за конечное время становится сингулярным (скорость стремится к бесконечности). Это была одна из семи «задач тысячелетия» Института Клэя. Компания заявляет что работу начала 1 сентября на слухах об успехах конкурентов. Над решением работала мультиагентная система из 10000 агентов в течение 88 часов. Проверка в Lean заняла еще 27 часов.

165-страничное доказательство авторы строят как контрпример вокруг осесимметричного вихря, который начинается из состояния полного покоя. Жидкость по спирали стягивается к оси, перенося угловой момент на всё меньшие радиусы. Из-за несжимаемости жидкость не может накапливаться у оси и одновременно уходит вдоль оси вверх и вниз.

Если работа будет опубликована в рецензируемом научном журнале и получит признание в международном математическом сообществе, то через 2 года решение задачи тысячелетия будет признано официально. В гидродинамике это без преувеличения историческое событие.

Что касается спора о правах на результат, OpenAI пока твердо стоит на позиции, что её исследователи и агенты мультиагентной системы (модели) «не видели» материалов Бакмастера и Альпёге по их частным решениям до момента публикации, но в то же время не может полностью исключить, что их взаимодействие с ChatGPT опосредованно помогло улучшить модель. OpenAI настаивает, что опубликованное решение общей проблемы кардинально отличается от частных решений Бакмастера и Альпёге. В то же время одно бесспорно (и OpenAI это признает), что ученые навели ее на решение проблемы тысячелетия — титанические ресурсы были выделены именно на слухах, что решение почти найдено.

ИИ, уравнения Навье-Стокса и борьба за научный приоритет

В математике, а точнее в математической гидродинамике, в реальном времени разворачивается остросюжетная история борьбы за первенство в решении одной из семи «задач тысячелетия».

Тристан Бакмастер, профессор Института Куранта NYU, и Левент Альпёге, математик, работающий в Anthropic, почти год развивали идею возникновения сингулярности за конечное время в уравнениях Навье-Стокса при гладкой правой части (внешней силе). С помощью Claude и моделей OpenAI/Codex они получили доказательства конечновременного взрыва (blow-up) для трех систем: течения несжимаемой жидкости в пористой среде, уравнения Буссинеска и трехмерных уравнений Эйлера (идеальная жидкость). Существенная часть доказательств формально проверена в Lean.

Это еще не решение задачи для уравнений Навье—Стокса, но направление очень близкое. Теперь начинается самое интересное.

По опубликованной сегодня версии Бакмастера, 3 сентября он узнал, что информация об их еще не опубликованной работе дошла до OpenAI, и сам связался с коллегами. Через три дня ему сообщили, что внутренний исследовательский ИИ OpenAI уже сгенерировал около 100 страниц доказательства конечновременной сингулярности непосредственно для уравнений Навье-Стокса с гладкой внешней силой.

Бакмастера насторожил выбор именно этого направления. Оно не является очевидным первым шагом при попытке решить задачу Навье—Стокса и практически совпадает с узкой программой, которую он и Альпёге развивали в закрытом режиме. По его словам, OpenAI в итоге признала, что начала активно ставить модели на эту задачу уже после того, как узнала об их работе.

Есть и более тонкий вопрос. Бакмастер и Альпёге в течение проекта загружали свои черновики, промежуточные идеи и доказательства в Codex. Бакмастер спросил OpenAI, не могла ли внутренняя модель использовать эти данные. Ему ответили, что модель не «просматривала пользовательские данные». На повторный вопрос — могли ли эти данные использоваться при обучении — ясного ответа, по его словам, он не получил. Доказательств того, что OpenAI действительно использовала их закрытые материалы, сейчас нет.

Дальше спор перешел уже в область определения первенства в создании результата. По версии Бакмастера, Себастьян Бюбек из OpenAI предложил либо согласовать публикации двух групп, либо оформить результат по Навье-Стоксу на одного Бакмастера с указанием вклада модели OpenAI, но без Альпёге — поскольку тот работает в конкурирующей Anthropic. Бакмастер отказался.

До решения конфликта пока далеко, но здесь, кажется, гораздо интереснее сам прецедент. В классической науке приоритет принадлежит тому, кто первым сформулировал идею, доказал результат и опубликовал его. Теперь исследователь может месяцами разрабатывать новую математическую конструкцию внутри ИИ-сервиса, а владелец большой языковой модели потенциально способен направить на этот же путь команду, внутреннюю модель и практически неограниченные вычислительные ресурсы.

Получается новый открытый вопрос научной этики: кому принадлежит интеллектуальный приоритет, если ИИ был не просто инструментом автора, а одновременно инфраструктурой другой исследовательской организации?

Возможно, мы наблюдаем первый крупный конфликт из эпохи, когда борьба за научный приоритет идет уже не только между учеными, но и между учеными и владельцами ИИ-моделей. В этом смысле стоит отдавать себе отчет, что кратное увеличение научной продуктивности за счет использования таких LLM как Claude/Claude Code и ChatGPT имеет свою цену — ваш результат, если он хорош, компания владелец модели может присвоить и опубликовать раньше вас. И как минимум ученые своими вопросами делают модели лучше, что само по себе в общем неплохо для большинства пользователей, но создает сопутствующие риски.

Сегодня «День работников нефтяной и газовой промышленности» — профессиональный праздник, который отмечается каждый год в первое воскресенье сентября. Всю свою профессиональную научную карьеру я посвятил развитию технологий для приложений в нефтегазовой отрасли, поэтому для меня нефтегазовая индустрия это неотъемлемая часть моей жизни. В последние годы в новой области технологий энергоперехода одно из флагманских направлений в нашем портфеле проектов это технология улавливания и захоронения СО2 в геологических пластах (CCUS), которую мы развиваем совместно с ПАО «Газпром нефть».

На фото мы с коллегами во время полевого визита на Южно-Приобское месторождение в рамках планирования кампании по ОПР совместно с ООО «Газпром нефть-НТЦ».

Поздравляю с Праздником дорогих коллег, партнеров и в целом всех причастных!

Дефоссилизация, а не декарбонизация

На первый взгляд в Германии наметился реакционный бунт против электромобилей. Сегодня опубликована анонсированная на днях White Paper Мюнхенского технического университета (TUM) за подписью самого ректора по теме оценки углеродного следа автомобилей с ДВС и электромобилей. Это не собственный расчёт, а обзор. Главный тезис: действующее регулирование ЕС считает CO₂ только «на выхлопной трубе» и не видит выбросы от производства сырья, стали, батарей, энергии/топлива, обслуживания, переработки и утилизации. Предлагается перейти от «декарбонизации» к сокращению использования ископаемого углеводородного топлива по полному жизненному циклу.

Обзор 19 исследований и 47 сценариев подтверждает преимущество электромобиля с аккумулятором (BEV), но не «нулевой» след: полный цикл электромобиля с аккумулятором лучше бензинового ДВС, среднее снижение потенциала глобального потепления (GWP): лишь - 41%.
гибридный электромобиль (PHEV): - 32%,
компримированный природный газ (CNG): - 18%;
водородомобиль на топливных элементах (FCEV): - 79%.

Средние выбросы полного цикла: бензин — 223, дизель — 210, газ — 193 г CO₂-экв./км. Производство аккумуляторных электромобилей более углеродоёмкое: в среднем 57 г CO₂-экв./км, 7,8–26,2 т CO₂-экв. на автомобиль; батарея даёт в среднем 54% производственного следа (20–86%). «Углеродный долг» BEV окупается примерно через 6–60 тыс. км, прежде всего в зависимости от энергомикса. Электропривод — крупнейший единичный рычаг, но не достаточный сам по себе.

Другие пути снижения выбросов. Вторичный алюминий требует ~95% меньше энергии; 1 т стального лома избегает добычи ~1,49 т железной руды и ~0,5 т угля; ремануфактура агрегатов снижает энергозатраты на 60–70% и GWP компонентов примерно на две трети. Приоритет — «зелёная» сталь: крупный и сравнительно легко отслеживаемый источник выбросов, уже связанный с CBAM.

Политика ЕС. Regulation (EU) 2019/631 основан на средней оценке выбросов CO₂; штраф — €95 за каждый г CO₂/км превышения × число автомобилей. Предложение Еврокомиссии декабря 2025 г.: усреднение регулирования за 2030–2032 гг.; углеродные единицы за ВИЭ и низкоуглеродную сталь; ими можно компенсировать до 10% требования после 2035 г. — фактически 90% вместо 100%; коэффициент 1,3 для малых электромобилей, произведённых в ЕС. Авторы считают это частичным признанием жизненного цикла: сырьё, батареи, производство, переработка и оценка полного жизненного цикла по-прежнему не входят в основной комплайенс-механизм.

Дорожная карта TUM: 2026–2029 — обязательная верифицированная LCA-отчётность и стандартизация сценариев углеродоёмкости энергосистем; 2029–2032 — переход от фиксированных льгот к углеродным единицам за фактически подтверждённую углеродоёмкость, первичные данные прежде всего для батарей и стали, симметричный учёт топлива и электроэнергии; с 2032 г. — обязательные отсечки по полному циклу с постепенным учетом переработки. Политически LCA имеет необычно широкую базу: Европейская народная партия поддерживает её как инструмент технологической нейтральности, зеленые и Европейский свободный альянс — как способ учитывать батареи, критическое сырьё, энергоснабжение и переработку; спор идёт главным образом об обязательности и конструкции стандарта. Сигнал бизнесу: регуляторная ценность постепенно смещается от самого типа двигателя к измеримой углеродоёмкости всей цепочки создания стоимости — стали, батарей, электроэнергии, топлива и вторичных материалов.

В целом этот документ направлен не против электромобилей как класса, а против дискриминационной политики. Вместо измерения эмиссии на выхлопной трубе авторы предлагают технологически нейтральный подход оценки выбросов по полному жизненному циклу от производства компонентов и топлива/электроэнергии до углеродного следа эксплуатации и последующей утилизации.

[Заметим в скобках, что перспективное для РФ газомоторное топливо хоть и лучше ДВС, но дает наименьшее снижение выбросов, а самый зеленый относительно ДВС — водородомобиль.]

Обзор TUM по ссылке.

Heat Ready London — август 2026: от климатического риска к инвестиционной программе

Да простят меня постоянные читатели, но, начав писать про финэффект волн жары 2026 г., сложно остановиться. Скоро жара спадет и мы вернемся к темам Арктики и добычи нефти/газа, а пока - мэр Лондона на днях опубликовал технический отчет и это уже не декларация, а 211-страничное обоснование того, что делать, сколько это стоит, кому дает выгоду и кто должен платить. Июньская версия Heat Ready London задала 37 направлений действий в шести секторах; августовская превращает их в программу реализации и финансирования.

Риск уже материализуется. В мае 2026 года температурные рекорды в Лондоне были побиты два дня подряд, в июне — снова, а к началу июля город переживал уже третью официальную волну жары за год. Только за май–июнь в Англии жара повлекла смерть 2 877 чел — почти вдвое больше годового показателя 2025 года и почти столько же, сколько рекордные 2 985 за весь 2022-й. В июне Лондонская скорая помощь пережила самую загруженную неделю в своей истории.

Для сравнения, летом 2022 года жара привела к 387 смертям в Лондоне, потребление воды выросло на 50%, а National Grid в момент дефицита платил до £9 724/МВт·ч, более чем в 50 раз выше тогдашней средней цены. Совокупный ущерб трех волн жары оценен в £1,5 млрд.

Масштаб уязвимости: около 200 тыс. домов — 5,2% жилого фонда — имеют очень высокий риск перегрева, еще 800 тыс. — 21,3% — высокий риск. В зонах высокого риска находятся 1 361 школа, 60 больниц и 351 дом престарелых и учреждение долговременного ухода.

Ключевая мысль июньского обзора Heat Ready London: без дополнительной адаптации совокупные последствия изменения климата могут снизить ВВП Лондона до 3% в год в 2050-х, что при разных сценариях роста экономики соответствует ~ £16–36 млрд в год. Экстремальная жара является одним из ключевых каналов этого ущерба. При этом почти 90% оцененного ущерба от жары 2022 года приходится на потерю производительности; отдельная текущая оценка потерь производительности от высоких температур — около £577 млн в год.

Главный капиталоемкий проект — модернизация перегревающихся домов: £9–45 млрд за 10–15 лет. Нижняя граница — умеренный набор пассивных мер охлаждения; верхняя — глубокая модернизация плюс активное охлаждение. При масштабировании, объединении работ и снижении CAPEX на 50% большинство вариантов становится экономически оправданным; пассивная модернизация плюс остаточное активное охлаждение дает отношение выгод к затратам около 1,21:1, а при интеграции с программами энергоэффективности — до 2,7:1.

Экономика отдельных решений: охлаждение домов престарелых — £2 600–3 000 на проживающего, обслуживание £75–85 в год; солнцезащитная пленка — £800–5 600 на здание, наружные жалюзи — £1 700–14 000, теневые навесы для школ — £1 900–5 500.

Экосистемные услуги городских деревьев оценены в £132,7 млн в год; парки дают около £91 млрд выгод за 30 лет при затратах £3,3 млрд, то есть около £27 выгоды на каждый £1 затрат. Из этого около £0,6 млрд связано с регулированием температуры. Зеленые и водные пространства позволили избежать примерно £14 млн потерь производительности в 2015 году.

Главный вывод: Лондону нужен не один бюджетный чек, а портфель инвестиционно готовых проектов по адаптации — модернизация жилья и учреждений ухода, озеленение, питьевая вода, общественные охлаждаемые пространства. Для каждого должны быть определены CAPEX, выгоды, получатели выгод и источник денег: госгранты, «зеленая» ипотека, заимствования, ГЧП, взносы районов развития бизнеса, обязательства застройщиков, спонсорство, реклама, коммунальные компании, благотворительность, смешанное финансирование.

Если отчет Triodos имеет целью доказать банкам и экономистам, что жара материальна для ВВП, то Heat Ready London делает следующий шаг — «если риск материальный, кто и сколько должен заплатить за его снижение?»

На иллюстрации красные полосы показывают температуру выше средней за последние 50 лет, синие - ниже средней.

(к предыдущему посту) Сегодня в Forbes вышла колонка Натальи Парамоновой, посвященная этой теме, с моим небольшим комментарием. Привожу авторскую версию, которая не вошла в публикацию целиком из-за понятных ограничений по объему. Сама колонка по ссылке ниже:

“Подобные оценки, безусловно, нужны, даже если их точность пока неизбежно ограничена. Ценность работы Triodos не столько в конкретной оценке — около 1% ВВП ЕС потерь от летних волн жары в Европе, — сколько в попытке перевести физическое климатическое событие в понятные экономические последствия в разрезе стран: снижение производительности труда, потери сельского хозяйства, ограничения в энергетике и транспорте, рост цен и последующие вторичные эффекты. Для государства, банков и страховщиков даже такая приближённая оценка позволяет сопоставлять стоимость превентивных мер со стоимостью бездействия. В России подобные расчёты вполне возможны: для этого существуют метеорологические и гидрологические наблюдения, данные фонового мониторинга многолетней мерзлоты, спутниковые данные дистанционного зондирования Земли, а также статистика производства, транспорта, сельского хозяйства, энергетики и региональных экономик. Основная сложность состоит в интеграции данных и построении сквозной цепочки «физическое климатическое событие → воздействие на объекты и отрасли → экономический ущерб». Тем более что уже разработаны и используются модели ИИ для прогнозирования отдельных физических рисков: наводнение, шторм, град, природные пожары, деградация многолетнемерзлых грунтов.

Для России, на мой взгляд, особенно важно идти глубже макрооценки в процентах ВВП и считать последствия конкретных климатических событий по регионам и отраслям в рублях: через простой предприятий, стоимость восстановления после аварий, снижение урожайности, нарушение логистики, потери в энергетике и снижение производительности труда. Это позволяет связать уже существующие модели физических рисков с финансовой оценкой их последствий и, что принципиально важно, учитывать не только непосредственный ущерб, но и его развитие во времени. Один из наиболее актуальных для России примеров — деградация многолетнемерзлых грунтов в Арктической зоне. По первичным оценкам Востокгосплана, общая стоимость инфраструктуры в зоне риска составляет около 10,7 трлн руб., а прогнозируемый ущерб вследствие оттаивания грунтов к 2050 году — 5–7 трлн руб. Именно переход от прогноза явления к оценке конкретного ущерба превращает климатический риск из абстрактного ESG-фактора в управляемую экономическую категорию.”

https://t.me/forbesrussia/99806

Экономические последствия жаркого европейского лета 2026 года

На днях Triodos Bank (Нидерланды) выпустил отчет по оценке экономических последствий аномальных волн жары в Европе летом 2026 года. На иллюстрации ключевой график с влиянием на ВВП по странам, а также иллюстрация температурных аномалий на карте (данные ECMWF). Конкретные выводы:
- Оценка общего падения ВВП ЕС в 2026 году из-за экстремальной жары составляет около -1%, что съедает прогнозируемый годовой рост ВВП в 1,1% — это примерно 180 млрд евро, то есть ~1/6 экономики Нидерландов.
- Франция теряет больше всех среди стран ЕС: снижение ВВП на 1,4%, и при изначально слабом прогнозе это может привести к сокращению экономики на -0,6% в 2026 году, хотя абсолютных жарких дней у неё меньше, чем в Испании или Италии.
- Польша, наоборот, почти не страдает: несмотря на самую высокую уязвимость к каждому отдельному жаркому дню (из-за низкой акклиматизации, малого числа кондиционеров и большого объёма физического труда), этим летом в Польше было мало дней выше 30°C, поэтому ожидаемый рост ВВП сохраняется на уровне +2,9%.
- Человеческие потери оценены не в количестве смертей, а в потерянных годах жизни: примерно 25 000 смертей от жары (~1,5-7 млрд евро). Жертвы в основном пожилые с малым сроком дожития и часть смертей является краткосрочным смещением.
- Ущерб от лесных пожаров оценён вилкой от 0,1 до 4,6 млрд евро на основе 434 976 выжженных гектаров; нижняя граница основана только на рекреационной ценности (150–300 евро/га), верхняя — на полной экосистемной стоимости (около 10 700 евро/га), причём реальные затраты, вероятно, выше даже верхней оценки.
- Главный вклад в потери ВВП даёт падение производительности труда: примерно 3% потерь выпуска за каждый отработанный час на каждый градус выше порога 30°C, при этом авторы сознательно используют консервативные оценки и признают, что реальные потери могут быть выше.
- Адаптация через кондиционирование создаёт порочный круг: кондиционеры включаются в пик жары, когда энергосистема наиболее напряжена (из-за ограничений АЭС, ГЭС и падения эффективности солнечной энергии), что усугубляет энергетический кризис и вносит дополнительные 0,12–0,15% потерь ВВП.
- В самый разгар катастрофы (17 июля, при рекордных пожарах и смертности) Еврокомиссия ослабила траекторию углеродного регулирования до 2030-х годов ради конкурентоспособности, что авторы называют «петлёй гибели»: жара тормозит экономику → политика смягчает климатические меры → выбросы растут → следующая жара обходится ещё дороже.
- Ссылаясь на отчет МВФ, авторы утверждают, что технологическая эффективность и чистая энергия исторически не замещали ископаемое топливо, а дополняли его (обобщённый парадокс Джевонса, рост эффективности использования ресурса ведет не к уменьшению, а к увеличению его потребления), поэтому углеродное ценообразование и субсидии недостаточны — необходим сдерживание совокупного спроса на "грязную" энергию и материалы.
- Адаптация может сократить потери производительности труда примерно на 40%, но не устранить их полностью, и каждый метод адаптации имеет свои издержки или компромиссы; при этом доступ к защите от жары глубоко неравен, и бедные домохозяйства страдают непропорционально сильнее.

В выводах авторы отчета призывают не полагаться только на меры адаптации, а уже сейчас переходить к смягчению последствий через энергопереход и декарбонизацию, что, конечно, разумно, но несколько противоречит актуальному понимаю проблемы. Даже если прямо сейчас всем перейти на чистую энергию, накопленный в атмосфере СО2 будет создавать парниковый эффект еще многие десятилетия, а потому немедленная адаптация к уже произошедшим изменениям климата как раз основной приоритет. С другой стороны этот обзор один из немногих примеров доведенной до конкретных чисел оценки реальных экономических последствий от нарастания частоты и тяжести последствий катастрофических климатических явлений — теперь это уже не просто алармизм климатологов, а прагматизм экономистов. Промедление и нерешительность в реакции на климатический кризис начинают проявляться в P&L.

Ссылка на отчет

Санкции Пентагона в отношении российских вузов и научных институтов

В российских СМИ широко разошлась новость, но не совсем понятно, кто что и кому запретил. Обратимся к первоисточнику (в приложении). Министерство обороны США опубликовало обновленный список иностранных организаций, вовлеченных в 'проблематичную деятельность', согласно Разделу 1286 Закона о полномочиях в сфере национальной обороны США. «Список 1286» это лица и компании, которые, по мнению правительства США, представляют обеспокоенность для национальной безопасности США (concern to national security, но не threat).

Какие введены ограничения?

1. Министерству обороны США запрещено финансировать совместные исследования с организациями, со всеми их сотрудниками, и/или использовать оборудование организаций по списку 1286 (вузы и институты из КНР, Ирана и России).

2. Исследователей из США предупреждают, что сотрудничество с лицами, связанными с организациями из Списка 1286, представляет собой комплайенс-риск и может негативно повлиять на возможность получения федерального финансирования. Исследователи обязаны раскрывать информацию о связях с этими организациями и о любой деятельности, связанной с программами привлечения иностранных специалистов.

В списке среди российских научных организаций, помимо МГУ, МФТИ, ВШЭ, ТПУ, есть и Сколтех.

Как будем реагировать? Как и ранее при включении в SDN, воспримем это как комплимент нашему интеллектуальному потенциалу и продолжим научные исследования в сугубо гражданских приложениях.

Научно-экспертный совет Госкомиссии по Арктике

На днях пришло уведомление о том, что меня включили в Научно-экспертный совет Госкомисси по развитию Арктики. Председатель совета ректор МГТУ им Баумана М.В. Гордин. Для меня эта экспертная работа коррелирует с научной деятельностью по совершенствованию наукоемких инструментов прогноза состояния многолетне-мерзлых грунтов в Арктике на основе моделей термомеханики и ИИ. В составе совета я буду также принимать участие в рабочей группе «Минерально-сырьевые ресурсы Арктики», что для меня укладывается в область научно-технических интересов развития технологий добычи и транспортировки газа и газового конденсата на Ачимовской толще в условиях Крайнего Севера.

Ранее в июне я принял участие в Седьмой конференции геокриологов России на кафедре геокриологии геологического факультета МГУ. Из мероприятия я вынес наблюдение, что повестка научных исследований по мерзлотоведению в России сильно фрагментирована, единого госзаказа и управления пока нет, а каждый хозяйствующий субъект решает задачи геотехнического (и иногда фонового) мониторинга состояния ММГ в пределах своего мерзлотно-геологического района более-менее самостоятельно. Росгидромет ранее анонсировал создание единой системы скважин фонового мониторинга температуры в ММГ, глубина 25 м, 32 датчика температуры по глубине, пробурено пока 38 скважин из 140. Этого явно недостаточно, чтобы покрыть все репрезентативные районы. Есть запрос на создание единого центра мониторинга ММГ, а также высказываются мнения о необходимости не только мониторинга, но и прогноза, особенно с учетом галопирующих темпов потепления в Арктике (для примера в Норильске средняя температура воздуха в приземном слое атмосферы выросла на 2.8 градуса за период наблюдений с 1959 г., а температура грунта на глубине 10 м - уже на 4 градуса).

Разделяю эту точку зрения: мониторинг должен быть дополнен созданием инструментов прогноза, как локально на масштабе района присутствия, так и глобально по Арктической зоне РФ. Исхожу из того, что работа научно-экспертного совета при Госкомиссии по Арктике поможет ответить на эти вызовы.

Три масштаба времени в Арктике.
Статья в Коммерсантъ

Принял участие в большой статье по Арктике в формате беседы с проф. Еленой Пенской (ВШЭ, центр междисциплинарных исследований МФТИ) совместно с ведущим климатологом Ольгой Золиной (зав. лаб. по климату МФТИ, профессор университета Гренобля; один из ключевых авторов оценочного доклада по состоянию климата МГЭИК) и крупным специалистом по инфраструктуре закрытых атомных городов Алексеем Голубевым (ранее мэр Сарова и куратор ТОСЭР в ЗАТО, ныне зав. лаб. мат. моделирования МФТИ). Редакторы сохранили предложенное название: ключевое понятие в механике сплошной среды это иерархия масштабов длины и времени, без понимания которых сложно воспринимать и анализировать комплексные явления во всей полноте.

- Как и почему нарастает и к чему приводит риск деградации многолетне-мерзлого грунта в северных городах?
- каким будет ответ России на военную доктрину США в Арктике?
- какие технологии обеспечат создание автономного промысла для добычи полезных ископаемых на удаленных северных территориях?
- а главное, какими темпами меняется климат, технологический уклад и демография и как это определит российское присутствие в Арктике в будущем?
— обо всем этом в нашей статье по ссылке:

https://www.kommersant.ru/doc/8741209

🟢 На платформе ИНФРАГРИН вышла статья профессора Андрея Осипцова о конфессиональных истоках социальной ответственности российского предпринимательства. Мы познакомились с автором статьи некоторое время назад на одном из мероприятий по ESG.

Андрей Александрович Осипцов – доктор физико-математических наук, представлял Сколковский институт науки и технологий как эксперт по энергопереходу (его тг-канал тут). Мы обменялись контактами. А потом случайно обнаружилось, что помимо ESG у нас есть еще одна общая близкая тема.

Андрей глубоко погружен в историю старообрядчества (его тг-канал на эту тему тут). А я давно хотела написать о традициях социальной ответственности московских старообрядцев, которые, кстати, создали Московскую биржу.

В свое время при поддержке Московской Городской Думы (совсем первых созывов) мне посчастливилось подготовить и выпустить к 160-летию Московской биржи (в 1999 году) подарочный сборник. Но на том мой исследовательский опыт в обозначенной теме и закончился, а желание никуда не ушло. Интерес к теме у меня не только профессиональный, но и личный: по папиной линии я из семьи старообрядцев. И есть очень тонкие вибрации в этой теме, которые я воспринимаю через личный опыт из детства. Вы можете удивиться, но не только ESG, но и ЭЗЦ – это история тоже оттуда, если, конечно, не иметь ввиду узкое понимание этих аббревиатур как технических рамок.

В общем, когда у Андрея Александровича получилась статья для ИНФРАГРИН, я была этому рада. Статья об этике старообрядческого купечества и о том, как она формировалась: через веру, общину и вполне конкретное богословие труда.

Старообрядцы вели дела под эсхатологическим императивом созидания — «Господь должен застать нас не в унынии, а в созидании». Богатство не было грехом: оно воспринималось как ресурс, данный под строгую отчетность перед Богом и общиной. Купеческая деятельность получила общинное одобрение не как уступка мирскому, а как необходимое служение. Честность в этой среде была не деловой тактикой, а результатом внутренней цельности — ответственность перед общиной и ответственность перед Богом были неразделимы. Обман означал разрыв с общиной — нечто несравнимо большее, чем хозяйственные потери.

Рябушинские, Морозовы, Солдатенковы выросли из этой почвы. Как и женское предпринимательство в этой среде — реальное, а не декларативное, потому что вырастало из той же прагматики общинного выживания.

Мне кажется, что о таких истоках надо говорить, писать и читать. Чтобы современный разговор об ответственном бизнесе не провисал в воздухе, будто у него нет родословной. Она у него есть.

📌 Статья Андрея Осипцова – на платформе ИНФРАГРИН

#УстойчивоеРазвитие #ESG #СоциальнаяОтветственность #ИсторияСтарообрядчества

🟢 Телеграм‑канал Светланы Бик 100%_Зеленого @greenpercent

А также...
🍀МАХ-канал "100 % Зеленого" тут
🤯МАХ-канал "Мир со сдвигом" тут

По приглашению Светланы Бик написал для платформы Инфагрин колонку о трудовой этике старообрядческого купечества, которая сформировалась в XVIII-XIX вв и оказала существенное влияние на формирование ценностей доверия, ответственности и общественного служения в российской торгово-промышленной среде. Тема эта близка мне лично — мои предки по материнской линии из подмосковных Гуслиц, области компактного проживания старообрядцев с XVII в. Здесь в Гуслицах мой дом, мои корни и конфессиональная принадлежность моей семьи. В этом для меня и исторический интерес, который побуждает изучать все материалы, опубликованные по этой теме.