Я чертил этот круг, принимая его за орбиту,
Где вина — это ось, на которой вращается свет.
Ты стояла внутри, запрещая душе пасть на биту,
Я сжимал в кулаке несуществующий твой амулет.

Но сквозь пыль монологов прорезалась ясность иначе:
Есть не холод, а бережность там, где не лгут о тепле.
Ты хранила не нас, а лишь дружбу — и это не плачет,
Просто чувствам на разных ветвях тяжело на земле.

Не предательство — честность, не слепость — твоё отстраненье,
Ты боялась, что я растворюсь, если ты не придёшь.
А моя теплота не искала в ответ одобренья,
Просто сердце вело, но дорога ему была — нож.

Я слагаю с плеча обвинительный пепел до срока.
Где никто не злодей, там свобода, как утренний лист.
Две нетронутых правды уходят без лишнего вздоха,
Потому что никто из двоих перед светом не чист.