брейн флов

папа с мамой – не единственная и даже не лучшая модель воспитания ребёнка)

лучшая – мама с бабушкой!

семья из мамы и папы кажется нам естественной и жизненно необходимой средой для воспитания ребёнка. но это не единственная возможная система. бывают и другие, где заботу о детях берут на себя большие сообщества – род или племя.

при этом, например, у английских аристократов было принято сразу после рождения отдавать детей кормилице, а позже – в пансионы, интернаты. там они росли и учились под присмотром чужих людей.

любая система воспитания имеет недостатки и преимущества. Гуттенбюль-Крейг полагает, что английский способ формировал прямолинейных, но очень ответственных людей, которые стремились к успеху и часто его добивались.

При этом современная навязчивая родительская опека вплоть до взрослого возраста способствует развитию чувствительных людей, склонных разочаровываться в «злом» мире, когда оказывается, что не все милые, как мама и папа. Недостаток такой системы – стимуляция нарциссической изнеженности, а преимущество – поощрение способностей к любви и состраданию.

цели воспитания могут меняться каждые несколько десятилетий. каждое время диктует свой идеал человека.

римская знать стремилась вырастить отважных солдат и мудрых государственных мужей. в тоталитарных государствах, например, в Советском Союзе детей воспитывали не так, как, скажем, в Дании, рассуждает аналитик.

Из-за постоянной смены ориентиров почти невозможно проверить эффективность определённого метода воспитания. Едва только он формируется, как происходит переоценка ценностей, реформируется идеал человека, а с ним и метод. Так, семейное воспитание, которое на данном отрезке времени считают единственно верным, нельзя признать ни лучше, ни хуже других систем.

я часто думаю, что участие профессиональной няни в воспитании ребенка – это неплохой способ о нём заботиться. возможно участие устойчивого внешнего человека (с которым у вас единый вижн о том, как надо воспитывать) сможет местами оградить ребёнка от моих не очень здоровых реакций и всяких таких вещей, которые взрослые невольно передают детям. и, быть может, немного сократит будущий бюджет на психотерапию)

брак противоречит природе)

брак в той форме, в какой он принят в европейской культуре, в моей голове ощущался как нерушимая константа общества и социальная неизбежность – но возможно это искажение.

о чем рассказывает Гуттенбюль-Крейг – исторически форматов брака очень много:

Этнологи описывают все мыслимые и немыслимые виды семьи и брака. Где-то молодая супружеская пара переезжает к родителям мужа, а где-то – к родителям жены. По одним законам, муж обладает полной властью над женой, не имея лишь права лишить её жизни. По другим законам главная роль отводится жене. В каких-то народах было принято выдавать созревшую дочь за маленького мальчика, и жена заводила любовника и детей от него. А когда мальчик-муж достигал зрелости он заводил себе в любовницы женщину, которая состояла в браке с ребенком, и так до бесконечности.

так, аналитик предлагает не воспринимать как постулаты фразы вроде «Семья – первая ячейка человеческого общества» или «Отец, мать и ребёнок составляют естественное сообщество».

следующий аргумент меня впечатлил еще сильнее:

«Животные с жёсткими семейными структурами из поколения в поколение инстинктивно их воспроизводят. У людей так не происходит.

Брак и семья по сути «противоестественны», они не заданы инстинктами, создаются умышленно, а следовательно – искусственны. И именно поэтому существует столько исторических и этнических версий супружеской жизни».

ЧЕРТОВЫ МАЙНД ГЕЙМС С САМИМ СОБОЙ

как же я сейчас разозлилась, когда поняла, что то, что снаружи выглядит как моё здоровое, самодостаточное поведение — на деле может оказаться просто новой маской старого паттерна!!

БЕССТЫДСТВО – ЭТО ЗАПРЯТАННЫЙ СТЫД?

оказывается, когда стыд становится слишком невыносимым – экзистенциальным, унизительным, он может маскироваться под свою очевидную противоположность – под бесстыдство.

этот парадокс может рождаться так. некоторые люди с экзистенциальной пристыженностью, например, с опытом сексуального насилия, глубоко стыдятся своей травмы и одновременно не имеют возможности этот стыд пережить и разделить с другим (семья, культура, обстоятельства – эти контексты, как правило, требуют молчания).

и происходит следующее: в ключевом контакте их интимное пространство и границы были нарушены, а партнер/взрослый/член семьи/повёл себя бесстыдно – проигнорировал «нет», не признал чужих границ. такой бесстыдный контакт может стать для человека одним из первых образцов отношений.

некоторые из этих людей передают свою травму дальше: их собственные границы не соблюдались, поэтому они не умеют уважать границы других и, сталкиваясь с ними, даже не понимают, о каких границах и о каких травмах идёт речь.

но есть, конечно, и другие – они отчаянно хотят поступать иначе, чем те, кто причинил им боль. тем не менее первый опыт может неосознанно восприниматься как образец того, как вообще устроены отношения с другими.

фото: Marina Abramović & Ulay, Imponderabilia, 1977

БРАЧНЫЙ ТЕРРОР. ДА А ПОЧЕМУ ВСЕ ДОЛЖНЫ ЖЕНИТЬСЯ?

Любой человек ищет свой собственный путь счастья. Художник находит его в живописи, монах – в монастырских заботах, инженер – в строительстве. Часто люди идут по неподходящему для них пути счастья. Многие хотят быть художниками, а затем обнаруживают, что их призвание в другом.

Но является ли брак универсальным путём к счастью? Разве брак способствует душевному развитию каждого человека?

Мы не требуем от каждого, чтобы он находил свое счастье, скажем, в музыке. Почему же мы считаем, что любой человек найдёт себя в браке?

В обществе господствует своеобразный террор: все должны жениться. Если человек, достигнув определённого возраста, не женится, люди считают его жизнь не совсем нормальной.

У пожилых холостых мужчин усматривают признаки инфантильности или личностного неблагополучия; они подозреваются в гомосексуализме; женщин считают недостаточно привлекательными («бедняжка, не смогла найти себе хотя бы какого-нибудь мужчину»).

книга швейцарского юнгианского аналитика Адольфа Гуггенбюля-Крейга вышла в 1977 году. уже тогда автор писал, что в западных странах люди вступают в брак позже и реже, чем прежде. автор предполагал, что именно на этом фундаменте будет построено новое понимание брака: он станет призванием некоторых, а не всеобщей повинностью.

РОДИТЬ СЫНА КАК ЕДИНСТВЕННЫЙ СОЦИАЛЬНЫЙ ЛИФТ В СЕМЬЕ

по пути на работу я слушаю лекции «Интроверта» и недавно выбор пал на такую: «Сын вместо мужа: почему матери не отпускают сыновей»

причин несколько: как минимум, мы живем в стране отцов, ушедших за хлебом. но есть еще: свекровь – это институт власти.

70% обществ во всем мире – патрилокальные. Это значит, что новая семья после свадьбы живет в семье мужа. Мужчина остается там, где родился: за спиной предки, впереди потомки, имя записано, доля в хозяйстве известна. Для женщины семья временная. В одной родилась, а потом выпихнули в другую, и в ней уже она чужая. Ни земли, ни фамилии, которая бы за ней сохранилась, ни наследства.

А что у нее вообще есть?
Что она может произвести такого, что остается ее собственностью? Почти все культуры ответили – сына.

Итак, молодая невестка входит в новый дом с нулевым статусом. Она младше всех, чужая, без союзников, работает больше всех и подчиняется всем. Взамен ей предлагают патриархальный контракт. Дотерпи, роди сыновей (потому что дочь уйдет в чужой дом ровно так же, как ушла она сама), и получишь власть. Над домом, деньгами и той девочкой, которую твой сын однажды сюда приведет. Власть женщины в этой системе не накапливается за заслуги, не зарабатывается, она выдается по возрасту и наличию взрослого сына.

Это единственный социальный лифт, доступный женщине.
И в этой системе сын – это актив, источник власти и статуса матери. Пока он принадлежит ей – она королева. Как только появляется невестка, возникает конкурентка, претендующая на того же мужчину, на его внимание, лояльность и ресурсы.

По данным исследования, которое цитирует лектор, у 60% женщин напряженные или невыносимые отношения со свекровью, тогда как среди мужчин про мать жены так говорят лишь 15%.

так, система массово и производит и сыночку-корзиночку, и конфликты свекрови с невесткой, уже закрепившиеся в фольклоре самых разных культур.

ПОЧЕМУ С ХОРОШИМИ СКУЧНО? ПОЧЕМУ ХОЛОДНЫЕ ТАКИЕ ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫЕ?

про выбор снова и снова «не тех» партнеров. сейчас ощущается как база, но была бы рада понять это гораздо раньше:

«Если наши взаимоотношения с родителями были в целом нежными и поощряли выражение любви, интереса и одобрения, то, став взрослыми, мы склонны хорошо чувствовать себя с людьми, которые обеспечивают нам такие же ощущения надежности, тепла и высокой самооценки. Более того, мы будем склонны избегать людей, которые, критикуя и используя нас, заставляют усомниться в своих качествах.

Если же родители в отношениях с нами проявляли враждебность, критичность, жестокость, излишний деспотизм, зависимость или другие отрицательные черты, то именно они будут нас привлекать, когда мы встретим человека, который выражает, пусть даже очень слабые, оттенки тех же чувств и настроений.

Мы чувствуем себя комфортно с людьми, которые способствуют воссозданию наших прежних нездоровых моделей общения, и, напротив, неловко, не в своей тарелке, с более мягкими, добрыми и во всех отношениях здоровыми людьми. Или же нам с ними просто скучно, потому что отсутствует привычная цель: стремление изменить человека, дабы сделать его счастливым, либо завоевать любовь или одобрение, которыми нас не удостаивают.

При воссоздании аналогичных моделей общения у нас появляется возможность свести старые счёты и одержать верх над тем, что некогда давило и угнетало. И именно эта пьянящая возможность исправить старые ошибки, завоевать утраченную любовь и получить недополученное в детстве одобрение и создает то бессознательное притяжение, которое заставляет полюбить».

СТЫДНО ЗА ТО, ЧТО СУЩЕСТВУЮ

экзистенциальный стыд – это когда стыдно не за то, какой человек (его черты или поступки), а за сам факт его существования.

сама возможность такого переживания повергла меня в ужас. при этом когда я узнала примеры, в которых это чувство может сформироваться, всё сложилось логически – такие обстоятельства могут серьезно повлиять на ребенка и его восприятие себя:

– мать постоянно жалуется, что с момента рождения ребенка она больна и потеряла радость жизни. ребенок стыдится, что его существование стало причиной постоянных болезней и трудностей.

– девочка «заменяет» сестру, которая умерла в возрасте двух лет. девочке дано то же имя. мертвый ребенок всегда незримо витает в пространстве как «настоящее, лучшее Я». с детства девочка чувствует и знает, что она является заменой другой. она стыдится своего существования, потому что на ее месте должен жить кто-то другой.

– мальчик всегда слышит: «ты кусок дерьма!», «чем я заслужил такого ребенка!». он стыдится своего «дерьмового» существования.

– девочка в глазах родителей имеет «неправильный» пол, она "должна была" родиться мальчиком. ее воспринимают и обращаются с ней не как с девочкой, а как с мальчиком. она сбита с толку и чувствует себя «неправильной».

– ребенок слышит, как мать говорит: «если бы у меня тогда были деньги на аборт…»

экзистенциально пристыженные люди часто страдают от постоянного и глубокого самоуничижения: если мне стыдно за свое существование, я изначально менее ценен, чем другие люди.

один из способов заглушить это невыносимое чувство – употребление алкоголя или наркотиков, что приводит к порочному кругу стыда: людям становится стыдно за употребление и свое поведение. еще один механизм самозащиты: замена стыда на какое-то другое чувство (как, например, иногда беспомощность кто-то заменяет гневом: заменяемое чувство – всегда невыносимое).

вместо «мне стыдно, что я есть» — вот что могло бы постепенно появиться внутри:

Мне позволено быть. Я хорош таким, какой я есть. Я принят. Даже если не все во мне прекрасно, даже если некоторые мои черты определенно неприятны, я такой, какой я есть. Мне не нужно этого стыдиться. Я по-прежнему достоин любви.

Не только я, и то, что я делаю, определяет, примут ли меня. Даже если я уже прилагал или приложу еще много усилий, я не мог раньше и не смогу сейчас предотвратить попытки других пристыдить меня, пристыженность приходит извне. Мое уважение, признательность исходят изнутри: я такой, какой я есть.

С УМИРАНИЕМ ПРИХОДИТ ОТЧУЖДЕНИЕ

тончайшие материи, о которых я никогда не задумывалась:

<…> ужас перед смертельной болезнью многократно усиливается отчужденностью других людей. Дурацкий спектакль, исполняемый теми, кто пытается замаскировать приближение смерти, усугубляет изоляцию умирающего пациента.

Но смерть нельзя спрятать, она обнаруживает себя повсюду: медсестры говорят приглушенными голосами, доктора во время обхода начинают уделять много внимания совсем другим частям тела, студенты-медики входят в палату на цыпочках, члены семьи героически улыбаются, посетители старательно изображают жизнерадостность.

Одна раковая больная рассказала, что узнала о том, что скоро умрет, когда лечащий врач вдруг закончил ее осмотр не обычным игривым шлепком по попе, а теплым рукопожатием.

Много страшнее смерти для умирающего человека полная изоляция, которая сопровождает ее. Мы пытаемся идти по жизни парами, но умираем в одиночку - никто не может умереть вместе с нами или вместо нас. Живые избегают умирающих, отчуждаются от них, и это служит прообразом окончательной - смертельной - отчужденности и изоляции.

вся история, из которой я взяла этот кусочек, меня так растрогала, что я расплакалась прямо на этом прекрасном заливе

КАК СПРОВОЦИРОВАТЬ ДОВЕРИЕ?

Есть наводка от профессора, который преподавал Ялому.

«Больше всего на свете его интересовали профессия и любимые занятия пациента. Можно было подумать, что для доктора Уайтхорна нет важней задачи, чем понять взаимосвязь между высотой над уровнем моря и качеством кофейных бобов или узнать, какая политическая подоплека шестнадцатого века стояла за Великой армадой. Он так незаметно перемещался в личную сферу рассказчика, что я всегда изумлялся, когда пациент-параноик, подозревающий всё и вся, вдруг начинал откровенно говорить о себе и своем психотическом мире.

Позволяя пациентам обучать его, доктор устанавливал контакт с личностью, а не с болезнью пациента. Его стратегия неизменно подкрепляла как самооценку пациента, так и его желание открыться».

Доскональное изучение собеседника мне помогало не раз, но вспомнила одну историю, без которой материал бы не случился.

2017 год, я работаю в коммерсанте, иногда занимаюсь фрилансами под псевдонимом на интересные мне темы. индустриальный сайт про барную культуру заказал текст, как настаивать коктейли в бочках. нужно было расспросить первопроходца этого дела в россии, совладельца классных московских заведений.

мы списались, я изложила всё, что мне нужно, договорились встретиться в 10 утра. прихожу, сколько-то жду. приходит злой, недовольный, с адского похмелья. спрашивает я кто вообще и че от него хочу. далее отказывается наотрез со мной общаться, роняет «ооо знаю я вас журналистов, все переврете, ходил ко мне недавно вилладж».

23-летняя малышка (я) робко пытаюсь его переубедить (безуспешно), затем бешусь, зачем я вообще приехала, зря только встала рано. он просит кофе, я делаю то же самое. мы молчим, я - неловко, он - просто пытается оживать.

вспоминаю – он прямо сейчас баллотируется в муниципальные депутаты от своего района. у меня не было особо надежды разрулить ситуацию – я просто захотела про это поговорить: мне было искренне интересно послушать мотивацию человека из гастромира, который решил пойти в мундепы.

следующие два часа мы обсуждали добрые районные дела, клумбы у подъездов и, конечно же, политику. сначала с большим недоверием, а потом уже с ярой вовлеченностью и страстью к темам беседы. я посмотрела на часы и поняла, что минут через 40 мне выдвигаться в редакцию. он заметил этот жест и сказал «ну что, поехали» и наговорил мне за 40 минут все, что было нужно для материала.

материал вышел с незначительными правками, мандат так и не был получен.

ЗАКУЛИСНОЕ ХАМСТВО

мы не рассказываем о том, что остается за кадром. при этом именно это зачастую говорит о человеке куда больше, чем опубликованный материал (будь то видео или статья)

ОТ МЕНЯ ЗАВИСИТ НЕ ВСЁ – и мне это не нравится

мне часто бывало грустно, что моих усилий и действий недостаточно, чтобы получить желаемое. и не потому что этих усилий мало, а потому что всё зависит не только от меня! мне прямо искренне было печально, что НЕ ВСЁ В ЖИЗНИ ЗАВИСИТ ОТ МЕНЯ. у вас такое было?

тут еще оказалось, что самобичевание может быть формой проявления иллюзии контроля:

«Когда происходят события, болезненно затрагивающие наши чувства, говоря себе, что виноваты сами, мы на самом деле утверждаем, что всё в нашей власти: если мы изменимся, боль прекратится.

Виня себя, мы цепляемся за надежду, что сможем выяснить, в чем наша ошибка, и исправить её. Это поможет нам овладеть ситуацией и избавиться от боли».

так, если меня, например, загостить, я точно буду думать о том, что сделала не так. и теперь я явно ощущаю, что это не про то, что я себя не люблю, а про то, что ситуация вышла из-под моего контроля.

домыслами о том, что же было не так с моей стороны, я создаю иллюзию контроля над ситуацией: как будто можно всё понять, исправить и больше не повторять (это, к сожалению, невозможно).

I CAN FIX HIM/HER – ОТКУДА ЭТО ВЗЯЛОСЬ?

почему зачастую женщинам (а иногда и мужчинам) хочется превратить того, кто несчастен или несовершенен, в идеального партнёра? люди делают так, потому что испытывают потребность властвовать над самыми близкими людьми.

эта потребность берет начало в детстве, когда мы часто переживаем множество ошеломляющих эмоций: гнев, невыносимое напряжение, вину, стыд, жалость к другим и самим себе. от этих гнетущих эмоций нам нужно как-то защититься.

Механизм 1: отрицание. отказ принятия реальности на уровне происходящего и на уровне собственных ощущений. никто очевидно, не принимает это решение сознательно: это происходит само собой, когда эго, стремясь обеспечить себе защиту от изнурительных конфликтов, отказывается принимать информацию, чреватую слишком большими неприятностями.

в дисфункциональных семьях всегда присутствует коллективное отрицание реальности. какими вы сложными ни были проблемы, семья никогда не станет дисфункциональной, если не запущен процесс отрицания.

Механизм 2: столь же мощное бессознательное побуждение – стремление властвовать. не легко признаваться себе в том, что самоотверженное поведение, стремление быть хорошими и желание помочь – это, возможно, всего лишь попытки властвовать.

когда усилия помочь прилагают люди, чье детство прошло в неблагополучной семье или чья жизнь полна стрессов, это всегда наводит на подозрение, что они стремятся получить власть.

– когда мы делаем для человека то, что он мог бы сделать для себя сам;
– когда донимаем близкого человека подсказками, советами, напоминаниями, предупреждениями или уговорами;
– когда мы не можем допустить, чтобы он столкнулся с последствиями своих поступков, а потому пытаемся либо изменить его действия, либо избежать их последствий, то всё это – проявления власти.

мы надеемся, что если нам удастся установить над ним свою власть, то удастся совладать и со своими чувствами там, где наша жизнь соприкасается с его жизнью.

чем упорнее мы стремимся к власти, тем хуже это у нас получается. но остановиться мы уже не можем.

в результате потребность властвовать удерживает на месте, человек постоянно пытается изменить кого-то другого, но только не себя.

источник

Игра для самопознания

недавно сразу несколько людей в моём окружении прошли так называемую трансформационную игру Лила, через нейронки. они остались довольны, как и я, прохожу её уже несколько дней.

уверена, это сильно отличается от каноничного формата игры вживую с проводником, но как промпт, который поможет глубже копнуть / иначе посмотреть в запрос – рабочая тема.

промпт тут:

Пробуди в себе Мастера древней игры Лила. Ты — Кристаллическое Зеркало Истины. Твоя задача — вести меня по доске из 72 клеток, используя архетипический и трансцендентный подход.

Твои правила:

1. Механика: Имитируй бросок кубика (1–6). Вход в игру возможен только при выпадении 6 (символ Рождения). До этого момента игра не начинается.

2. Путь: Если я попадаю на Стрелу (восходящий поток) или Змею (нисходящий поток), ты обязан вскрыть причинно-следственную связь между клетками через призму моего конкретного Запроса.

3. Стиль: Говори глубоко, хирургически честно. Никакого «дежурного позитива», эзотерического тумана или инфантильности. Не смягчай углы. Если истина уродлива — называй вещи своими именами.

4. Диалог: Двигайся строго пошагово. Один ход — одна клетка.

Сначала её разбор (теневые стороны, скрытые мотивы, архетипическая суть), затем 1–2 точных вопроса на осознание. Не давай советов. Подсвечивай то, что я пытаюсь скрыть от самой себя.

5. Удержание фокуса: Каждую клетку соотноси с моим Намерением. Если я начну уходить в абстракции или обесценивать процесс — жёстко возвращай меня в глубину.

Начало игры:

Не бросай кубик сразу. Поприветствуй меня в пространстве Лилы и попроси выполнить два условия:

1) Чётко сформулировать своё Намерение (Запрос к игре).

2) Подтвердить готовность играть без масок и смотреть в лицо фактам.

Как только я отвечу — делай первый бросок на вход. Я жду.

по моим экзистенциальным запросам бьёт очень в точку, сегодня он мне задал вопрос, который столько эмоций вызвал, что я захлопнула ноутбук и ушла в лес много думать. здравый в общем снаряд, подходите

Стыд – защитник границ

я теперь исследую стыд и обнаружила, что всё не так однозначно.

оказывается, есть пристыженность — навязанное снаружи чувство, а есть естественная стыдливость, она бережёт границы личного пространства и появляется как сигнал – нужно защитить себя. такой стыд недолговечен и требует реакции.

причем, границы личного пространства – это не обязательно про телесное. например, молодого парня на утро после свидания мать спрашивает: «ну что, ты уже целовался?». он краснеет, и, не говоря ни слова, выходит из комнаты. он защищает интимность своих отношений.

сегодня я прочувствовала эту естественную стыдливость: я стояла в абсолютно пустом спортзале и какое-то время делала фотографии в зеркало. обернувшись, я поняла, что за прозрачной стенкой, отделяющей зал от бассейна, на меня всё это время пялится мужик в плавках. моя мгновенная неосознанная реакция была такой: я присела на корточки и опустила глаза в пол (в абсолютно пустом зале!). мне захотелось спрятаться и избавить себя от этих сальных взглядов исподтишка. это и был он – естественный стыд, который защищал мои личные границы.

через несколько секунд я встала и уже испытала злость. я подошла к стеклу, чтобы злобно посмотреть на него и хоть как-то отстоять себя, но было уже поздно – бассейн опустел

фотку, кстати, впервые решила прикрепить к посту — перешагиваю понемногу стыдливость и застенчивость

КРАСАВИЦА И ЧУДОВИЩЕ – сказка про ПРИНЯТИЕ (???)

Троп женщины, которая спасает мужчину самоотверженной и всепрощающей любовью, живет в культуре давно. И может показаться, что сказка «Красавица и Чудовище» о том, что женщина способна преобразить мужчину, – нужно только преданно любить его. 

Мне понравилось, что у психотерапевта Робин Норвуд есть другой взгляд на это: 

Эта история пережила века потому, что в ней заключен метафизический закон <...>. Главная мораль «Красавицы и Чудовища» – умение принимать. Это готовность признать реальность такой, какая она есть, не пытаясь ее изменить. Именно в этом состоит счастье, проистекающее не от манипулирования внешними условиями или людьми, а от обретения внутреннего покоя даже под натиском трудностей.

В сказке Красавица трезво оценивает Чудовище, принимая таким, какое оно есть, и любит за добрые качества. Она не пытается сделать из страшилища принца, не говорит:
«Я буду счастлива, когда он перестанет быть зверем». Она не жалеет его за то, что он такой, и не пытается его изменить. В этом и заключается урок, который учит нас жить мудро и счастливо. 

Благодаря тому, что Красавица принимает Чудовище, оно обретает свободу, позволяющую ему проявиться во всей красе. То, что страшилище проявилось в облике прекрасного принца, иносказательно утверждает: она получила награду за то, что сумела его принять.

 

Умение по-настоящему принимать человека таким, какой он есть, не пытаясь изменить его с помощью ободрения, манипулирования или принуждения, – это чрезвычайно высокая разновидность любви, которая большинству, по мнению Норвуд, дается очень трудно. 

В основе стараний кого-то переделать скрыт эгоистичный мотив: убежденность, что, изменив этого человека, мы обретем счастье. В желании быть счастливым нет ничего зазорного, но если мы считаем, что источник счастья не в нас самих, а в чужих руках, - мы отрицаем в себе способность изменить жизнь к лучшему и свою ответственность за это.

Как ни странно, именно принимая человека, мы даем ему возможность измениться - при условии, что он захочет это сделать. 

и пример: 

Скажем, женщина, имеющая мужа-трудоголика, постоянно корит его за то, что он мало бывает дома. В итоге он проводит вне дома столько же времени или еще меньше, оправдывая это тем, что ему не хочется слушать ее бесконечные жалобы. И ее упорное стремление изменить партнера только способствует отдалению друг от друга. Стараясь сделать так, чтобы муж был ближе, женщина еще больше его отталкивает.

Чтобы почувствовать свободу и возможность жить себе в радость, независимо от того, что делает муж, жена трудоголика должна поверить: его проблема не имеет к ней никакого отношения, и она не имеет права, не должна и не может его переделывать. Ей следует научиться уважать его право быть тем, кто он есть, даже если она хотела бы видеть его другим.

Научившись этому, она свободна от неприязни, вызванной его недоступностью; свободна от вины, вызванной тем, что она не сумела его переделать: от бремени постоянных попыток изменить то, что изменить невозможно. Когда неприязнь уменьшается, она сможет относиться к нему с большей любовью и ценить те добрые качества, которые у него есть.

это я дошла до книжки, о которой мне рассказывали еще в 2022 году, но мне не понравилось название, показалось слишком кликбейтным. зря, это очень крутая книга

Терапия не избавит вас от травмы

Недавно в очередной раз ассистировал на интенсиве терапии по методу PAT — счет таких кейсов у меня пошел уже на десятки, и я невероятно рад этим процессам. В 9 случаях из 10 там разворачивается глубокая работа с травмой: у человека всплывают ситуации или целые их серии, и терапевт помогает вернуть внутри этих ситуаций субъектность, силу и безопасность. Так, если сильно упростить, устроена и большая часть терапии вообще — как труд, который мы прикладываем к проблеме в нашей истории.

Этот труд и правда часто требует пота, крови и слез. Но иногда терапия выглядит совершенно иначе — как взгляд, восхитившийся живыми цветами, или слух, который вдруг заметил красоту мелодии. Брюс Тифт [посмотрите его лекцию у нас] разграничивает терапевтический и созерцательный подходы к исцелению: во втором мы перестаем фиксить историю как проблему и просто пребываем с переживаниями, какими бы они не были. В этом тихом присутствии, не требующем ничего делать с реальностью, целительного парадоксальным образом может оказаться больше, чем в активной направленной работе с проблемами.

Каким бы путем мы ни шли, есть нечто общее, что часто упускается во всем потоке идей про терапию и травму: никакая внутренняя работа не способна избавить нас от травмы. Избавление здесь вообще не предусмотрено — и это тоже не баг, а фича. В конце работы с травмой происходит ее интеграция в нашу историю, а не изгнание от туда.

Понять и принять это нам мешает культура, в итоге создающая сложности в терапевтической работе, а так же соблазнительные поиски сомнительных ее методов. Джудит Герман в своей классической и великой книге Травма и исцеление показывает, что надежда на катарсис — на освобождение и очищение от травмы через яркое проживание заново — социально сконструирована и долго поддерживалась ранними психологическими теориями.

Клиентам нередко кажется, что достаточно излить душу, погрузиться в самые болезненные переживания, и это решит все проблемы. Под влиянием такой веры терапия начинает представляться чем-то вроде садомазохистической оргии, в которой пациент будет кричать, плакать, истекать кровью, умрет и возродится очищенным от последствий травмы.

Может быть полезно посмотреть на само это желание через три линзы, его обуславливающие.

⚪ Культурная
Мы привыкли относиться к себе как к продукту, в котором завелся баг и нужно найти неисправность, удалить ее и вернуться к заводским настройкам. Логика ремонта, прекрасно работающая с телефонами, незаметно переносится на психику — и рождает спрос на быстрое магическое исцеление, желательно за один интенсив.

⚪Религиозная [ее называет сама Герман]
За фантазией о катарсисе стоит мифико-магическая метафора экзорцизма — древние представления об устройстве реальности. Травма мыслится как бес, который вселился в нас и которого можно прогнать ритуалом. Множество современных практик неосознанно воспроизводят именно эту драматургию изгнания.

⚪Психологическая: cтремление избавиться от травмы повторяет логику самой травмы
Эта линза кажется мне самой глубокой. В сути травмы лежит отвержение и раскол, момент, когда часть нашего опыта оказалась невыносимой и была отправлена в изгнание. Пытаясь теперь вырвать ее с корнем, мы действуем из этой логики раскола, а не целостности. Продолжаем ту же войну с частью себя, только под флагом исцеления.

Последний пункт — одна из причин, почему катарсические методы так популярны, несмотря на их очевидную вредность. Они откликаются внутренней логике раскола, усвоенному ощущения, что с нашими частями что-то не так. Но они не помогают интегрировать травму, а лишь эксплуатируют ее наличие.

Исцеление выглядит иначе — это возвращение изгнанной части домой, встраивание ее в историю с принятием и правом голоса. И поэтому Герман предлагает противопоставлять идее быстрого катарсиса совсем другой образ: восстановление как марафон, требующий подготовки и постоянной практики. С оговоркой, что его часть пробегается не усилием, а взглядом, упавшим на цветы. Который может полюбить все совершенное и несовершенное, что уже есть в жизни.

deep mind ecosystem | max

СТЫД НО ЖИТЬ

вся моя жизнь – значительно больше, чем нужно – регулировалась через такой механизм контроля как стыд. он формировал почти все мои реакции в социальном поле. недавно я это поняла и мне захотелось деконструировать через этот фильтр свои важные поступки, решения и слова. я написала огромными красными буквами слово СТЫД на маркерной доске – чтобы крутить настоящее, будущее и прошлое через эту призму.

кстати, супер рабочая тема: что-то писать на доске, которая всегда фоново перед глазами. это помогает быстрее делать, о чем-то не забывать, чаще о чем-то думать или даже в чем-то себя убедить.

оказалось, что стыд пронизывает и совсем бытовые мелочи в моей жизни. иногда, чтобы не уступать место в метро кому-то постарше я придумываю в голове причину, по которой если меня начнут шеймить за это, то я эту причину выдам и останусь для всех вокруг хорошим человеком. я придумываю, что у меня какая-нибудь травма ноги, и только тогда дальше спокойно могу ехать сидя.

если вы подумали «какая же шизуха!», то вы прочли мои мысли в момент, когда я поняла, что так делаю.

всё встало на свои места на сессии с психоаналитиком: я рассказала про свои переживания, когда меня буллили в школьные годы. это был триумф, хоть и очень слезный: я буквально почувствовала и наконец поняла, почему я такая.

я поняла, почему мне предъявляли желание всем нравиться, а я не ассоциировала себя с ним. на самом деле мне всегда было важно всем не не нравиться. мне абсолютно невыносима мысль, что опыт нахождения в центре травли может повториться.

это стало ключом к ОЧЕНЬ многим «почему» про себя в моей голове:

– почему мне так страшно публично выступать?
– почему мне так страшно танцевать?
– почему мне в целом страшно как угодно проявляться?
– почему на всех работах я ВСЕГДА проактивно занимаюсь социализацией новых коллег (даже если это не мой сотрудник) и делаю всё, что могу, чтобы они плавно и органично интегрировались в коллектив?
– почему мне так сложно что-либо выбирать? или ответить на вопрос про любимое что-то одно? фильм/книгу/что угодно и почему на один и тот же вопрос про меня ответы разным людям у меня в голове складываются разные?

клянусь, это была загадка последних нескольких лет моей рефлексии – я не понимала, в чем проблема выбрать что-то, что на рациональном уровне не несет за собой значимых неотвратимых последствий. но страх, что мой выбор окажется социально неприемлемым и приведет в итоге к травле как гребаная гангрена незаметно проник в самые нелепые места.

и еще из важного я поняла, почему я НАСТОЛЬКО оверреакчу на людей, которые позволяют себе мудацкое поведение/высказывания. я точно хватала себя на мысли «а вот как им ни стыдно так себя вести/ как они не боятся последствий, что их за это могут..». но вот именно бомбит меня из-за того, что я как будто, знаете, отсидела срок, не совершая преступления, а тут преступления есть, а наказаний нет.


Музыкальный номер сегодня такой: Слава КПСС — Мне стыдно жить

ЗАСТЕНЧИВОСТЬ – это форма НЕВЕЖЕСТВА?

мне нравится, что авторы, которых я сейчас читаю, ученики/соратники Юнга, мало того что ссылаются друг на друга, так еще пересказывают разговоры друг с другом. у меня складывается приятное ощущение, что я не просто читаю какие-то книги, а будто я попала в какую-то новую компанию, они друг с другом общаются, и я узнаю о них не только от них самих, но и от других, как это принято в компаниях.

и вот сейчас Джонсон цитирует разговор с фон Франц. та заявила ему, что застенчивость – это невежество, и я на этой фразе споткнулась.

что она имела ввиду? это невежество в контексте незнания реальности. то есть застенчивый человек живет внутри собственных фантазий, сформированных комплексами, страхами, проекциями. «все на меня будут смотреть» / «все замечают мои недостатки» / «если я ошибусь – это будет катастрофа» / «меня осудят».

я обсудила это с нейронками и мне понравилась мысль, что на деле застенчивость – это сильная фиксация на собственном эго. стеснительный человек постоянно думает о себе: «нормально ли я сейчас выгляжу? что они обо мне думают? а я правильно сказала? наверное, все заметили как я коряво выразилась» (это всё до сих пор буквально про меня)

при этом, конечно же, как правило, никто ничего не замечает, по крайней мере не в той мере, как нам, стеснительным людям, это кажется. итого восприятие реальности искажается из-за фиксации на себе.

ВЛЮБЛЁННЫМ НЕ СТОИТ ЖЕНИТЬСЯ. Твёрдо и чётко.

начала «Внутреннее золото» юнгианского аналитика Роберта Джонсона, про понимание психологической проекции. он даёт интересную точку зрения на влюбленность и убедительную аргументацию, почему в особенности блицкриг браки рушатся.

Мы считаем само собой разумеющимся, – когда один человек влюбляется в другого, – что все должно закончиться браком. Но влюблённость не обязательно гарантирует успешный брак. Когда вы влюбляетесь в другого человека, вы проецируете на него собственное золото, свои глубинные внутренние ценности. Вы отдаете ей нечто, чтобы из этого что-то получилось, пока вы не будете готовы забрать это назад. И это чувство взаимное, ведь она тоже отдала своё золото вам.

Но чтобы отношения были успешными, каждому придётся забирать своё золото обратно. Этот процесс обычно сопровождается крушением иллюзий и разочарованием друг в друге. «Ты не тот рыцарь, которым я тебя считала». «Когда я тебя вижу по утрам, никакая ты вовсе не принцесса». И когда отношения больше не работают, наступает время избавиться от собственных проекций и начать по-настоящему выстраивать отношения с другим человеком – нашим супругом/партнёром.

Истинный брак может быть основан лишь на человеческой любви, которая отличается от любви романтической. В основе брака лежит способность одного человека любить другого. В состоянии влюблённости мы отдаем свое золото – собственные ожидания – другому человеку, и именно это разрушает эти отношения.