Лебедев про мозг

Главная сложность для речевых нейрокомпьютерных интерфейсов (НКИ) — огромные затраты времени и данных, необходимые для калибровки системы под конкретного пользователя.

Поскольку нейроанатомия и расположение электродов у всех индивидуальны, обучение подобных моделей на данных нескольких пациентов исторически оставалось огромной проблемой.

Новое исследование под руководством З. Сполдинга, С. Дурайвела, Г. Б. Когана и их команды предлагает перспективное решение.

Ключевые прорывы:

Общее латентное пространство: Использовав канонический корреляционный анализ (CCA) с высокоплотной микроэлектрокортикографией (микро-ЭКоГ), исследователи отобразили индивидуальные нейронные данные в общее латентное пространство, сохранив высокое разрешение речевых сигналов.

Превосходство над однопациентными моделями: Модели, обученные на данных нескольких пациентов, показали более высокое качество декодирования по сравнению с традиционными персонализированными моделями.

Быстрое внедрение: Объединение данных множества пациентов устраняет необходимость в долгих и утомительных сеансах сбора данных для каждого нового пользователя.

Этот подход открывает путь к созданию речевых НКИ, которые будут не только точнее, но и значительно быстрее и проще в настройке, что делает готовые к использованию («plug-and-play») коммуникативные устройства на шаг ближе для людей с тяжелыми нейромоторными нарушениями.

Читайте полное исследование в Nature Communications:
https://lnkd.in/e6dKsSH3

#BCI #Neurotech #BrainComputerInterface #MicroECoG #MachineLearning #Neuroscience #Innovation #Accessibility

Как ваш мозг превращает абстрактные мысли в сказанные слова?

Статья в журнале Nature Human Behaviour, раскрывает точную нейронную магию, стоящую за нашей способностью говорить без видимых усилий.

Используя интракраниальные записи, исследователи обнаружили два четких фазовых механизма:

Фаза планирования (Дискретная и префронтальная) Прежде чем вы произнесете хоть слово, ваша префронтальная кора работает как архитектор. Различные единицы речи кодируются дискретно на разных участках, сохраняя «строительные блоки» языка организованными перед сборкой.

Фаза выполнения (Динамическая и моторная) В процессе речи эти дискретные единицы динамически объединяются на разных уровнях коры. Речедвигательные зоны мозга генерируют непрерывные нейронные последовательности, которые управляют как звуками речи, так и сложными переходами между ними.

Понимание этого стремительного нейронного перехода — от статичного чертежа к плавному физическому движению — открывает огромные возможности для клинической нейротехнологии, нейрокомпьютерных интерфейсов (BCI) и передовых методов восстановления речи у невербальных пациентов.

Оказывается, наша «легкая» ежедневная болтовня подпитывается сверхбыстрым и высококоординированным нейронным танцем.

🔗 Читайте полную версию статьи, чтобы узнать подробнее о том, как наш мозг превращает мысли в голос:
https://www.nature.com/articles/s41562-026-02546-w

#Нейронаука #НейрокомпьютерныйИнтерфейс #Исследования #МедТех #Логопедия #Инновации #Научпоп

Пока обновившаяся Комиссия РАН по борьбе с лженаукой полгода перекладывает бумажки и занимается откровенной ерундой, псевдонаучный рынок чувствует себя прекрасно.

Новый состав Комиссии — это элитный клуб «только для членов РАН», где заплывшие регалиями академики открыто признаются: морей информации в СМИ они больше не касаются, да и вообще им некогда, у них много других важной важности обязанностей.

Разбор интервью нового председателя Комиссии, академика А.О. Глико, — это просто кладезь академической беспомощности и оторванности от реальности:

1. Сами закрылись в «слоновой кости» и убрали всех энтузиастов
Академики решили выгнать из Комиссии нормальных ученых и популяризаторов, не имеющих корочек РАН. Результат? В Комиссии остались только солидные мужи с горой административной рутины. Помогать им некому, «живую струю» выпололи под корень. Теперь борьба с лженаукой похожа на отдел бюрократии, который работает по принципу «мы слишком важны, чтобы работать».

2. Сложили с себя главную функцию — контроль СМИ
Академик Глико прямо заявил: выявлять лженауку в информационном пространстве они больше не собираются. Пока шарлатаны всех мастей обворовывают граждан, продавая «волшебные таблетки» и псевдонаучные гаджеты через СМИ и соцсети, Академия Умывает Руки. Зачем бороться с шарлатанами там, где они орудуют, если можно просто сидеть в тихом кабинете?

3. «Экспертиза»: отмахнулись от того, чем занимается Нобелевский лауреат
В качестве примера «борьбы» Глико приводит древний проект переработки CO₂ в топливо за 1 трлн рублей (поддержанный ещё Жириновским) и с гордостью рассказывает, как записал его в убыточные. Но вот нюанс: пока наши академики ставят крест на технологиях переработки CO₂ из-за «невыгодности прямо сейчас», Нобелевский лауреат Сусуму Китагава активно продвигает именно эту концепцию (переход от «цивилизации копания» к «цивилизации разделения»). Конечно, триллион — перебор, но объявить само направление «ерундой» просто потому, что оно энергозатратно сегодня — это вершина консерватизма.

А кто реально работает?
Пока академический синедрион празднует свое переформирование и самоустраняется из инфополя, единственный человек, который дает реальный отпор лженаучным мошенникам — это Сергей Шишкин.

В отличие от академиков, он не боится пачкать руки о реальные проблемы и разоблачает псевдонаучные шарлатанства прямо сейчас:

Бьет по «фуфломицинам» для мозга: Шишкин открыто разоблачает так называемые «когнитивные тренировки» для пожилых. Пока коммерсанты наживаются на пожилых людях, обещая спасение от деменции с помощью пустышек, он научно доказывает их бесполезность.

Срывает хайп с ИИ и нейроинтерфейсов: В эпоху, когда любой стартап пытается прикрепить «нейросеть» к нерелевантным биосигналам и продать это как революцию, Шишкин системно указывает на грубейшие ошибки соединения ИИ с BCI (мозг-компьютерными интерфейсами) и разносит в пух и прах маркетинговый бред.

Идет в СМИ и разносит шарлатанов: Он делает именно то, от чего так позорно отказалась Комиссия РАН — выявляет псевдонаучных дельцов в инфополе и защищает кошельки и умы граждан.

Итог прост: РАН превратила борцов с лженаукой в кабинетных чиновников, которым лень отследить даже явный обман в прессе. Настоящий щит науки сегодня держат не академики с титулами, а одиночные эксперты уровня Шишкина.

https://t.me/khokhlovAR/1328

Почему один и тот же протокол стимуляции мозга может давать совершенно разные результаты от испытания к испытанию?

Новое исследование, опубликованное в журнале Brain Stimulation, проливает свет на эту загадку.

Проанализировав наборы данных на платформе EBRAINS — включающие более 10 000 отдельных стимуляций у 36 пациентов, — исследователи протестировали 125 показателей активности мозга перед стимуляцией, чтобы расшифровать, что именно вызывает такую изменчивость.

Главные выводы:
Контекст всего мозга имеет значение: Глобальные паттерны активности мозга предсказывают результаты значительно лучше, чем локальные записи с одного участка.

Чувствительность сетей: Предсказуемость достигает пика при воздействии на сенсомоторные и зрительные сети.

Повышенная точность: Синхронизация стимуляции с конкретными состояниями мозга перед ее началом снижает изменчивость отклика на величину до 24%.

Клиническая применимость: Стабильные результаты как при интракраниальной (СЭЭГ), так и при неинвазивной скальповой ЭЭГ открывают путь для применения технологии в реальной медицинской практике.

Благодаря мониторингу состояний мозга в реальном времени, методы нейромодуляции для лечения таких заболеваний, как депрессия, болезнь Паркинсона и эпилепсия, станут значительно более точными, надежными и эффективными.

📖 Ознакомьтесь с полным исследованием в открытом доступе, проведенным благодаря данным EBRAINS, чтобы узнать больше о зависимой от состояния стимуляции мозга:

https://www.brainstimjrnl.com/article/S1935-861X(26)00095-1/fulltext

#Нейронаука #СтимуляцияМозга #Нейромодуляция #EBRAINS #МедицинскиеТехнологии #ИсследованияМозга

Сила мысли над материей — это не просто крылатое выражение, это может быть самой настоящей биологией.

Революционное исследование лаборатории д-ра Лирон Розенкранц из Университета Бар-Илан (Медицинский факультет им. Азриэли), опубликованное в журнале Nature Human Behaviour, показывает, что то, куда вы направляете своё внимание, может напрямую изменять физический иммунный ответ вашего организма.

Ключевые выводы:

Прямое влияние: У здоровых добровольцев, сосредоточивших внимание на небольшом участке острого воспаления кожи, наблюдался воспалительный ответ в 1,5 раза меньше и более быстрое восстановление по сравнению с тем временем, когда они отвлекались.

Поразительная стабильность: Почти у 90% участников воспаление уменьшилось просто благодаря переключению внимания внутрь себя.

Двойной путь: Мозг влияет на этот ответ через два различных механизма — сенсорные сигналы от тканей и нисходящие когнитивные пути (эффект сохранялся даже тогда, когда исследуемая область была обезболена местным анестетиком!).

Обычно мы думаем о мозге как о пассивном приёмнике телесных ощущений. Эти результаты, полученные под руководством д-ра Нофар Мизрахи и проф. Менахема Роттема, свидетельствуют о том, что субъективное внимание является активным участником физиологической регуляции.

Хотя исследование было сосредоточено на остром воспалении кожи у здоровых людей, оно открывает захватывающие вопросы о том, как взаимосвязь разума и тела может повлиять на восстановление, заживление ран и хронические заболевания в будущем.

https://www.nature.com/articles/s41562-026-02541-1

#Нейронаука #Психоиммунология #СвязьРазумаИТэла #МедицинскиеИсследования #УниверситетБарИлан #БиомедицинскаяНаука

Крупный прорыв в биоэлектронной медицине дарит новую надежду на восстановление после травм спинного мозга

Исследователи из Хьюстонского методистского госпиталя (Houston Methodist) и Кембриджского университета разработали ультратонкое гибкое имплантируемое устройство, которое обволакивает спинной мозг и позволяет полностью обходить поврежденные ткани.

Вот почему эта разработка меняет правила игры:

Многосигнальная обработка: В отличие от традиционных методов терапии, нацеленных на одну функцию, этот единый интерфейс одновременно считывает сигналы движения, чувствительности и внутренних функций организма.

Обход повреждения: Вместо того чтобы сосредоточиться исключительно на поврежденных путях, устройство создает альтернативный маршрут для передачи нервных сигналов в обход пораженного участка.

Клиническая жизнеспособность: Доклинические испытания успешно классифицировали сенсорные и двигательные сигналы и доказали свою эффективность на более крупной анатомической модели, что является решающим шагом на пути к клиническим испытаниям на людях.

Исследование, проведенное под руководством доктора медицины и философии Дамиано Бароне (Houston Methodist) и доктора философии Джорджа Маллиараса (Кембриджский университет), опубликовано в журнале Nature Communications и закладывает основу для нейропротезов следующего поколения.
https://www.nature.com/articles/s41467-026-75128-z?utm_source=chatgpt.com

#Нейронаука #МедТех #Биоэлектроника #ИнновацииВМедицине #ТравмаСпинногоМозга #Исследования

Важный прорыв в поиске безопасных и точечных методов лечения хронической боли

Миллионы людей по всему миру страдают от хронической невропатической боли — непрерывной, жгучей или стреляющей боли, вызванной повреждением нервов. Традиционные опиоиды часто не могут обеспечить безопасное длительное облегчение, так как они воздействуют на рецепторы по всему организму, вызывая высокий риск зависимости, толерантности и тяжелых побочных эффектов.

Прорывное исследование ученых из Медицинской школы Вашингтонского университета в Сент-Луисе указывает на многообещающую альтернативу.

В исследовании, опубликованном в журнале Current Biology, группа ученых обнаружила специфический «биологический тормоз» хронической боли, расположенный глубоко в центре стресса и тревоги головного мозга — голубом пятне (locus coeruleus).

Ключевые выводы исследования:

«Генератор боли»: Повреждение нервов заставляет клетки голубого пятна работать на пределе, превращая их в гиперактивный источник хронической боли.

Рецептор-«тормоз»: Мю-опиоидные рецепторы, локализованные именно в этой небольшой области мозга, работают как естественный регулятор «громкости».

Переключение тумблера: Когда исследователи точечно восстановили работу этих рецепторов на мышиных моделях, это фактически отключило генератор боли и сняло гиперчувствительность.

Почему это важно: Вместо того чтобы воздействовать опиоидами широкого спектра на всю нервную систему, это открытие открывает путь к локальной, таргетированной терапии. Будущие препараты смогут воздействовать непосредственно на рецепторы в этой конкретной структуре мозга, обеспечивая мощное облегчение невропатической боли при минимальных системных рисках.

🔬 Полный текст исследования в Current Biology (Kuo, Norris et al., Aug 2026):
https://www.cell.com/current-biology/fulltext/S0960-9822(26)00947-4

#Нейронаука #Нейрофизиология #ХроническаяБоль #МедицинскиеИсследования #Нейротехнологии #WashUMedicine

Может ли окситоцин сделать нас более доверчивыми, или первоначальный ажиотаж был преувеличен?

Более 20 лет научное сообщество не могло прийти к единому мнению. После громкого исследования Эрнста Фера в Nature (2005) последующие работы давали противоречивые результаты из-за небольших выборок и разницы в методологии.

Новое исследование, опубликованное в PNAS международной командой ученых во главе с Эрнстом Фером (Цюрихский университет), наконец вносит ясность.

Главные выводы:

Точечный, а не universal-эффект: Окситоцин не делает людей слепо доверчивыми. Он избирательно повышает уровень доверия только у мужчин с изначально низкой склонностью к доверию.

Рост доверия на 17%: В объединенном анализе данных 578 мужчин с низким базовым доверием те, кто получил окситоцин, доверяли незнакомцам в финансовой игре почти на 17% больше денег, чем участники из плацебо-группы.

Строгая методология: В отличие от прошлых экспериментов, эта гипотеза тестировалась на масштабной выборке, а эффект сохранился даже после контроля разницы в чертах характера.

Что дальше? Точные биологические механизмы пока не изучены. По мнению авторов, окситоцин может снижать страх быть обманутым или усиливать ожидания честного сотрудничества. Следующий шаг — выяснить, работает ли этот эффект на женщинах.
Полное исследование: PNAS (Vogt et al., август 2026):

https://www.pnas.org/doi/10.1073/pnas.2602655123

Ученые оснастили бионический протез руки датчиками и искусственным интеллектом, чтобы он сам помогал человеку правильно хватать предметы. ИИ берет на себя самую сложную работу — автоматически подводит пальцы к вещи, а человеку остается только легко сжать кисть с помощью импульсов своих мышц. Такой «гибридный» подход делает движения намного точнее и естественнее, избавляя владельца протеза от необходимости постоянно напрягаться и контролировать каждый миллиметр движения.

Правда, мы это уже сделали:

https://dl.acm.org/doi/abs/10.1145/3776734.3794501

Их статья:

https://www.nature.com/articles/s41467-025-65965-9

Все хорошо

Обещание открытого доступа (Open Access) было благородным: демократизировать науку и убрать пейволлы для читателей по всему миру.

Реальность сегодня выглядит совсем иначе.
То, что начиналось как движение за свободу знаний, превратилось в сверхприбыльный бизнес. За последнее десятилетие плата за публикацию статей взлетела до небес — нередко превышая $3,000–$10,000+ за одну работу. Руководители и издатели коммерческих Open Access платформ (включая такие мега-издательства, как Frontiers, MDPI и другие коммерческие гиганты) выстроили многомиллионные империи на бесплатном труде исследователей.

Эта система создает жесткий раскол:

Те, у кого есть гранты: Исследователи с крупным финансированием оплачивают эти счета не задумываясь — по сути, переправляя деньги налогоплательщиков напрямую в маржу издателей.

Те, у кого денег нет: Молодые ученые, исследователи из стран с ограниченными ресурсами и независимые лаборатории без огромных бюджетов оказываются полностью выброшены из процесса публикации.

Бюрократия: Институциональные метрики и грантовые агентства вынуждают авторов стремиться в эти дорогостоящие журналы, лишая качественных статей и поддержки традиционные, некоммерческие и научные общественные журналы.

Бюрократическая ловушка: Финансирование зарубежных издательств за счет отечественной науки
Позиция научных чиновников и оценочных комиссий заслуживает отдельной жесткой критики. Слепо привязывая KPI, продление грантов и академические рейтинги к публикациям в коммерческих журналах, бюрократия фактически душит национальные и русскоязычные научные журналы.

Вместо того чтобы вкладывать средства в развитие отечественной научной периодики, повышение уровня рецензирования, перевода и индексации, официальная политика принуждает ученых выводить лучшие результаты за рубеж.

Налогоплательщики оплачивают дважды: сначала сами исследования, а затем — баснословные чеки зарубежным коммерсантам за право эти результаты обнародовать. В это время отечественные журналы остаются без финансирования, авторов и перспектив развития.

Как сломать эту систему?
Как отмечал Карл Маркс, реальные перемены происходят тогда, когда трудящиеся осознают себя классом и видят свою коллективную силу. В науке ученые — это и есть рабочая сила.

Коммерческие издательства полностью зависят от ученых, бесплатно отдающих свое время и экспертные знания в качестве рецензентов и редакторов.
Если научное сообщество организованно откажется редактировать и рецензировать статьи для коммерческих журналов с грабительскими APC, эта бизнес-модель просто рухнет.

Где публиковаться?
Рабочая альтернатива уже существует: Архивы препринтов и открытое рецензирование.
Платформы вроде arXiv, bioRxiv, medRxiv и Zenodo обеспечивают немедленный и бесплатный доступ к научным результатам. Если препринт не вызывает интереса, дискуссий или цитирований в профессиональном сообществе, то уплата $5,000 за «брендовый штамп» традиционного журнала ничего не изменит.

А для действительно значимых работ будущим являются некоммерческие журналы с моделью Diamond Open Access (бесплатно и для авторов, и для читателей) и независимое сообщество экспертов.

Пора прекратить бесплатно отдавать свой труд на укрепление чужих коммерческих состояний и начать требовать изменения системы оценки науки в пользу независимых и отечественных платформ.

#OpenAccess #Наукометрия #АкадемическоеИздательство #Наука #НаучнаяПубликация

Собрался выяснить, что там Панчин говорил про свободу воли, но оказалось, что лекция «Свобода воли: иллюзия нашего „Я“» находится на платной платформе иноагентов. Поэтому излагаю по косвенным сведениям.

В основе лекции лежит научно-популярный разбор того, как современная нейробиология и когнитивные науки переосмысляют традиционные представления о человеческой самостоятельности и механизмах принятия решений.

Лектор начинает с разбора базовой человеческой интуиции, согласно которой внутри каждого из нас существует некий внутренний субъект, принимающий решения и отдающий команды телу. Эта концепция сталкивается с серьезными противоречиями при детальном изучении работы головного мозга. Классические эксперименты Бенджамина Либета и их современные аналогии с использованием функциональной магнитно-резонансной томографии показывают, что физиологический импульс к действию и активация соответствующих зон коры головного мозга происходят за несколько секунд до того, как человек осознает свое намерение сделать выбор. Таким образом, сознание получает уже готовый результат работы подкорковых структур, создавая лишь постфактум иллюзию личного авторства.

Мозг выступает в роли неустанного интерпретатора, который достраивает логические цепочки задним числом. Это демонстрируют исследования пациентов с рассеченным мозолистым телом, проведенные Майклом Газзанигой. Когда левое полушарие не знает истинной причины действия, запущенного правым полушарием, оно мгновенно придумывает правдоподобное, но совершенно ложное объяснение. Аналогичные механизмы работают и у здоровых людей, формируя непрерывное, но иллюзорное ощущение контроля над собственным поведением.

Дальнейший анализ показывает, что целостное ощущение собственного «Я» распадается при различных неврологических патологиях и воздействиях. Синдром чужой руки, клинические психозы, проявления шизофрении, а также прямая электростимуляция определенных участков мозга демонстрируют, что ощущение принадлежности мыслей и движений самому себе — это всего лишь нейронный алгоритм. Если этот алгоритм дать сбой, человек начинает воспринимать собственное тело или мысли как управляемые извне.

С точки зрения эволюции иллюзия свободы воли и концепция «Я» сформировались не как абстрактная философская категория, а как практический инструмент для социального взаимодействия и прогнозирования. Моделирование чужого поведения и оценка собственных прошлых ошибок требуют создания удобного упрощения, которым и выступает осознаваемая личность.

Отсутствие метафизической свободы воли не разрушает юридическую и моральную ответственность. Наказания и социальные нормы рассматриваются не как акт мести, а как важнейшие внешние факторы, влияющие на алгоритмы принятия решений мозгом в будущем. Переосмысление свободы воли ведет к более рациональному подходу к судебной системе, смещая фокус с наказания на реабилитацию и профилактику.

В свое время я специально пытался проверить существование пресловутых зеркальных нейронов Риццолатти. Делал я это на обезьянах и, естественно, никаких зеркальных нейронов там не нашел. Зато, вставляя электроды в вентральную премоторную кору (PMv), я наблюдал то, что фундаментально объясняет механику этой зоны.

Поскольку PMv у приматов — зона вентральная, там полным-полно представительства рта. Но я регистрировал нейроны, которые активировались именно тогда, когда обезьяна схватывала пищу рукой. И вот свежая статья в Neuron показывает абсолютно то же самое, только на мышах.

Авторы статьи нашли у грызунов аналог этой системы — ростральную переднеконечностно-орофациальную область (RFO). И их выводы до мелких деталей сходятся с тем, что я видел у обезьян. Это не зеркальность, а сложная моторная синергия. В RFO, как и в PMv у приматов, анатомически переплетены нейроны, управляющие рукой и орально-фациальным аппаратом. Задача этого отдела коры — не сопереживать чужим действиям, а собирать цельную программу манипуляции и поглощения пищи.

В статье прямо показано, как организован этот конвейер на клеточном уровне. Пирамидные тракторные нейроны управляют конкретными тонкими движениями челюстей и кисти, а внутрителеэнцефалические нейроны координируют их во времени через связи с корой и вентролатеральным стриатумом. Когда активируется рука при захвате еды, нейросеть уже задействует оральный аппарат для приема этой пищи.

Отсюда и произрастает иллюзия Риццолатти. Когда обезьяне или мыши просто показывают еду или когда она видит, как еду берет экспериментатор, у нее автоматически запускается фоновая моторная подготовка: предвкушение, саливация, микронапряжение губ и языка. Нейрон разряжается не потому, что понимает чужое намерение, а потому что в PMv и RFO орально-фациальный моторный репертуар жестко сцеплен с движением захвата.

В итоге то, что у обезьян в PMv, а у мышей в RFO — это единая эволюционно консервативная система мульти-эффекторной координации для питания. Никакой мистики, эмпатии и зеркальности там нет. Обычная электрофизиология легко развенчивает спекулятивные концепции, обнажая чисто прагматическую моторную архитектуру.

https://www.sciencedirect.com/science/article/abs/pii/S0896627326000930

Кстати, я то же самое наблюдал на обезьянах в свое время — как раз в той же самой зоне, где Ризолатти обнаружил так называемые «зеркальные нейроны». Видимо, никакие не зеркальные нейроны, а нейроны причмокивания ртом, связанные также с актом схватывания пищи.

https://t.me/ProNeuroCommunity/1701

Из рубрики «Листая старые (относительно)
страницы»

Исследователи изучили ткани мозга молодых и пожилых людей, пациентов с болезнью Альцгеймера и «суперэйджеров» — стариков с феноменально острой памятью. Они подтвердили, что в человеческом гиппокампе действительно рождаются новые нейроны, а главным механизмом сбоя этого процесса при старении и болезни оказались эпигенетические изменения — нарушения в доступности хроматина («упаковки» ДНК). В итоге ученым удалось расшифровать особый молекулярный профиль «суперэйджеров», который защищает мозг от угасания и помогает сохранить отличную память до глубокой старости.

https://www.nature.com/articles/s41586-026-10169-4

#листаястарыестраницы

Джейсон Ардей и его интерес к ментальным проблемам

Жизненный путь Джейсона Ардея недавно трагически завершился его смертью.

В прошлом он выказывал ряд довольно странных заявлений. Я, разумеется, ничего об этом не знал — как и вообще о его существовании. Впрочем, большинство людей о нём тоже никогда не слышали. Но те, кто его нанимал, прекрасно всё знали. Либо у них полностью отсутствовал разум, либо они заметили его личные трудности, но предпочли закрыть на них глаза. После его ухода его глубокая личная связь с ментальными проблемами и интерес к ним стали ещё более очевидными.

Я не знаю, в какой именно области Джейсон действительно был специалистом и опубликовал ли он хоть что-то, имеющее научную ценность. Но он явно не был экспертом в психиатрии или клинической медицине. Тем не менее весьма любопытно, что он написал статью, посвящённую как раз таки психическому здоровью, где сплёл эту тему со своей постоянной песней о расизме.

Предыстория и точные обстоятельства написания этой статьи остаются туманными, по крайней мере для меня. Однако напрашивается одна интерпретация: люди часто пишут о том, что трогает их сильнее всего на личном уровне («у кого чего болит, тот о том и говорит»).

Давайте проанализируем фактическое качество этой статьи:

Understanding Mental Health: What Are the Issues for Black and Ethnic Minority Students at University? (Arday, J., Social Sciences, 2018).

1. Полное отсутствие клинической и диагностической строгости

Отсутствие медицинской базы: В тексте свободно используются клинические термины — такие как «психическое заболевание», «психоз», «депрессия» и «тревожность» — без опоры на стандартизированные диагностические критерии (DSM/ICD), валидированные клинические шкалы или объективные психиатрические оценки.

Ошибка с предметной областью: Сложные нейропсихиатрические состояния и медицинские услуги оцениваются исключительно через призму качественной социологии, в обход биологических и медицинских реалий.

2. Методологические ограничения и нерепрезентативная выборка

Статистически ничтожная когорта: Вся эмпирическая база исследования строится на качественных интервью всего лишь с 32 участниками. Попытка экстраполировать системные выводы о национальной системе высшего образования и здравоохранения на основе 32 личных историй методологически несостоятельна.

Игнорирование конфаундинг-переменных: Статья утверждает наличие прямой причинно-следственной связи между университетской средой и психологическим неблагополучием, но при этом полностью игнорирует ключевые мешающие факторы, такие как биологическая предрасположенность, личный медицинский анамнез или базовый социально-экономический статус.

3. Идеологический детерминизм вместо эмпирической науки

Однофакторный редукционизм: В клинической психиатрии и нейрофизиологии исходы психических расстройств признаются сложными и многофакторными. Данная работа сводит всю эту сложность к единственной объяснительной переменной — институциональному расизму.

Замкнутая логика: Рассуждение начинается с предпосылки, что системная дискриминация ведёт к неравенству в психическом здоровье, собирает 32 субъективных отзыва, согласующихся с этой предпосылкой, и преподнесет полученный результат как «эмпирическое доказательство».

Заключение

Эта статья представляет собой не столько эмпирический вклад в психиатрические или клинические исследования, сколько идеологический активизм, упакованный в академический формат. Она подчёркивает более широкую проблему современной академической печати, где институциональное продвижение и публикации в журналах порой ставят следование нарративу выше методологической строгости и компетенции в предметной области.

Исследование, опубликованное в журнале Nature, посвящено тому, как мозг управляет сложными непрерывными действия в условиях меняющихся целей.

В повседневной жизни животные и люди часто выполняют задачи, требующие постоянной подстройки, например, во время погони за двигающейся добычей или маневрирования в потоке движения.

В отличие от простых решений, где нужно выбрать один из четких вариантов, в таких ситуациях поведение складывается из гибкого смешивания разных стратегий и целей.

Авторы работы использовали теорию управления, чтобы выяснить, как мозг комбинирует эти базовые стратегии. В ходе эксперимента участники выполняли задачу по преследованию виртуальной цели, а исследователи записывали активность различных отделов их мозга с помощью интракраниальных электродов. Анализ поведения показал, что управление движениями устроено иерархически: существует так называемый мета-контроллер, который определяет, в какой пропорции смешивать более простые, низовые программы управления, отвечая за плавную смену приоритетов.

В процессе этого контроля задействована трехкомпонентная система нейронных сетей. Нейроны передней поясной коры выступают в роли мета-контроллера, прогнозируя и запуская крупные сдвиги в комбинации используемых стратегий. Гиппокамп работает как контроллер оценки состояния, вычисляя и обновляя скрытый контекст задачи, что необходимо для раннего планирования действий. Орбитофронтальная кора при этом не участвует в непосредственном переключении программ, а кодирует текущую ценностную структуру задачи, снабжая всю систему информацией о выгоде тех или иных решений.

https://www.nature.com/articles/s41586-026-10896-8

Микробиолог и специалист по инфекционным заболеваниям, Дэвид Релман в качестве риторического приема отмечает, что публичные дискуссии и слушания в Конгрессе о происхождении коронавируса лишь отдаляют нас от понимания истины. Текущий процесс политизирован, но от него зависит способность общества предотвращать будущие пандемии.

К началу пандемии в научном сообществе существовали два основных подхода: большинство эпидемиологов считали главным источником угроз дикую природу, тогда как другие указывали на возросшие риски биотехнологий.

После вспышки болезни в Ухане на передний план вышли две гипотезы: естественный переход вируса от диких животных на рынке и лабораторная утечка в институте, где была собрана крупнейшая коллекция коронавирусов летучих мышей.

Спустя годы обе версии остаются допустимыми и опираются на косвенные улики, так как исходный вирус не найден ни в природе, ни в зафиксированных лабораторных образцах.

При этом установлено, что в Ухане при финансовой поддержке Национальных институтов здоровья США проводились потенциально опасные исследования. Ученые создавали химерные вирусы, соединяя фрагменты различных коронавирусов летучих мышей, и тестировали их свойства для прогнозирования будущих вспышек заболеваемости. Релман сравнивает эти эксперименты с русской рулеткой, указывая, что они проводились в условиях неадекватного уровня биологической безопасности.

Хотя в опубликованных трудах прямого предка коронавируса не обнаружено, масштаб проведенных работ, косвенные свидетельства того, что китайские исследователи знали о вирусе до конца декабря, а также тысячи отрицательных анализов у диких и домашних животных делают версию лабораторного происхождения весьма вероятной.

Для решения проблемы необходимы объективное международное расследование, признание неопределенности всеми сторонами и введение жестких регуляторных рамок для рискованных биологических экспериментов.

https://www.theguardian.com/commentisfree/2026/aug/15/covid-19-origins

Энди Кларк — британский философ и когнитивист, один из главных апологетов теории предсказывающего кодирования. Недавно он получил престижную премию Жана Нико за исследования сознания. Суть его концепции проста: мозг не воспринимает мир пассивно, а непрерывно генерирует «контролируемую галлюцинацию» сверху вниз, используя зрительный нерв лишь для точечной подгонки деталей.

Анатомический факт преобладания нисходящих проекций из зрительной коры V1 в латеральное коленчатое тело над восходящими сигналами от сетчатки Кларк возводит в абсолют. Но насколько его выводы применимы к жизни? Недавно я прожил идеальную иллюстрацию этого спора на собственном опыте.

Я шел по улице и краем глаза зацепил футбольные ворота. Уверенный, что иду к спортивной площадке, я подошел ближе. Поле действительно оказалось перед глазами, но ворот на нем не было — просто большой зеленый луг. В первую секунду я даже подумал, что Кларк прав: мозг дорисовал привычный атрибут на основе контекста, сгенерировав чистую галлюцинацию.

Однако позже я вернулся на то же место и решил разобраться. Ворота там действительно стояли, просто чуть в стороне. На подходе к полю с определенной точки они отчетливо попадают в периферическое зрение, но стоит подойти вплотную к краю луга, как они выпадают из обзора.

Этот случай отлично показывает, где именно Кларк лукавит. Мозг ничего не выдумывал с нуля. Первоначальный сигнал о воротах был абсолютно реален и честно пришел по зрительному нерву от периферии сетчатки. Ошибка возникла лишь при сборке пространственной карты: мозг зафиксировал объект, но промахнулся с его точной привязкой. А когда я подошел ближе, реальный входящий поток просто вернул меня в действительность.

Зрительный нерв отработал идеально, подвела лишь оценка дистанции. Философия Кларка любит превращать обычные особенности периферического зрения в громкие заявления о том, что мы живем в сплошной галлюцинации. Но лишать его наград за это, пожалуй, всё же не стоит — хотя за красивое подтягивание нейроанатомии под философские концепции критиковать его определенно нужно.

Из рубрики «Нелепая смерть»

Карен Веттерхан — американский профессор химии Дартмутского колледжа, известная исследованиями в области токсикологии тяжелых металлов и трагической гибелью, кардинально изменившей стандарты безопасности в химических лабораториях.

Веттерхан изучала механизмы воздействия канцерогенов и соединений хрома(VI) на молекулярных системах in vitro, включая очищенную ДНК, белки репарации и микросомы, на культурах клеток человеческих легких, а также на моделях лабораторных грызунов in vivo для оценки системной токсикокинетики и опухолевых процессов.

В августе 1996 года, работая со спектроскопией диметилртути, она пролила каплю этого токсичного соединения себе на руку.

Карен была в латексных перчатках, однако диметилртуть за доли секунды проникла сквозь латекс и быстро всосалась через эпидермис в системный кровоток. Попав в кровь, соединение связывалось с цистеином, образуя комплекс, молекулярно имитирующий аминокислоту метионин. Из-за этого структурного сходства белок-транспортер LAT1 гематоэнцефалического барьера перенес токсин напрямую в ткань мозга.

Внутри ЦНС диметилртуть медленно метаболизировалась в метилртуть и ионы неорганической ртути, что вызвало пятимесячный скрытый период, пока яд постепенно накапливался в тканях. Когда его концентрация достигла критической массы, ионы ртути заблокировали антиоксидантные ферменты тиоредоксинредуктазу и глутатионпероксидазу, вызвавши тотальный оксидативный стресс, а также связались с тубулином, заблокировав аксональный транспорт и разрушив цитоскелет нейронов. Блокада захвата глутамата астроцитами привела к массовой гибели клеток по механизму эксайтотоксичности.

У ученой начались агнозия, атаксия, потеря слуха и зрения из-за массивного гибели нейронов в коре мозжечка, а также в зрительной и слуховой зонах коры. Несмотря на хелаторную терапию, Карен Веттерхан впала в кому и скончалась летом 1997 года.

Расследование этого случая доказало непригодность латекса и неопрена для работы с диметилртутью, что привело к обязательному использованию многослойных ламинированных перчаток и пересмотру мировых протоколов работы с токсичными металлоорганическими соединениями.

#нелепаясмерть