Микробиолог и специалист по инфекционным заболеваниям, Дэвид Релман в качестве риторического приема отмечает, что публичные дискуссии и слушания в Конгрессе о происхождении коронавируса лишь отдаляют нас от понимания истины. Текущий процесс политизирован, но от него зависит способность общества предотвращать будущие пандемии.

К началу пандемии в научном сообществе существовали два основных подхода: большинство эпидемиологов считали главным источником угроз дикую природу, тогда как другие указывали на возросшие риски биотехнологий.

После вспышки болезни в Ухане на передний план вышли две гипотезы: естественный переход вируса от диких животных на рынке и лабораторная утечка в институте, где была собрана крупнейшая коллекция коронавирусов летучих мышей.

Спустя годы обе версии остаются допустимыми и опираются на косвенные улики, так как исходный вирус не найден ни в природе, ни в зафиксированных лабораторных образцах.

При этом установлено, что в Ухане при финансовой поддержке Национальных институтов здоровья США проводились потенциально опасные исследования. Ученые создавали химерные вирусы, соединяя фрагменты различных коронавирусов летучих мышей, и тестировали их свойства для прогнозирования будущих вспышек заболеваемости. Релман сравнивает эти эксперименты с русской рулеткой, указывая, что они проводились в условиях неадекватного уровня биологической безопасности.

Хотя в опубликованных трудах прямого предка коронавируса не обнаружено, масштаб проведенных работ, косвенные свидетельства того, что китайские исследователи знали о вирусе до конца декабря, а также тысячи отрицательных анализов у диких и домашних животных делают версию лабораторного происхождения весьма вероятной.

Для решения проблемы необходимы объективное международное расследование, признание неопределенности всеми сторонами и введение жестких регуляторных рамок для рискованных биологических экспериментов.

https://www.theguardian.com/commentisfree/2026/aug/15/covid-19-origins