Сейчас этим занимается Сергей Шишкин, однако все основные положения содержатся в оригинальной статье. Я лично вижу немало проблем с интерпретацией; остановлюсь на них позже.
В работе Никулина, опубликованной в журнале «Нейропсихология» в 2008 году, описывается феномен квазидвижений. Под ними понимаются произвольные движения, которые человек сводит к такому минимуму, что они перестают «объективно» регистрироваться. Задумываются они как настоящие движения, но из-за отсутствия измеримого моторного ответа и особенностей субъективного переживания напоминают кинестетическое двигательное воображение.
В эксперименте с 17 здоровыми участниками сопоставлялись 3 условия: реальное выполнение движения, двигательное воображение и квазидвижения. В первом случае нужно было выполнять отведения большого пальца с участием короткой мышцы, во втором — представлять те же движения от первого лица, сосредоточившись на кинестетических ощущениях, а в третьем — после десяти–двадцати минут тренировки свести реальное движение к уровню, неотличимому от фоновой ЭМГ.
С психологической точки зрения квазидвижения переживались как попытка настоящего движения, но 15 из 17 испытуемых отметили их сходство с двигательным воображением. Электромиография показала, что после исключения эпох с видимыми моторными ответами активность до и после стимула в квазидвижениях и воображении не различалась.
Частота обнаружения моторных ответов была почти максимальной при реальном движении, промежуточной при квазидвижениях и наименьшей при воображении.
Анализ альфа-ритма ЭЭГ выявил подавление в сенсомоторной области контралатеральной руки во всех трёх условиях. Оно было наиболее выражено при реальном движении, сильнее при квазидвижениях, чем при воображении, и сходно по топографии.
Классификация одиночных эпох левой против правой руки дала ошибку около 0,23 для воображения, 0,12 для квазидвижений и 0,08 для реального движения, то есть квазидвижения уменьшали ошибку примерно на 47 процентов относительно воображения.
Авторы заключают, что квазидвижения занимают промежуточное положение между выполнением движения и двигательным воображением и согласуются с представлением о континууме между подготовкой и исполнением движения.
Отдельно стоит выделить мысли Никулина, касающиеся нейроинтерфейсов. Поскольку исследования с пациентами редки, разработка и проверка новых алгоритмов часто ведутся на здоровых испытуемых, у которых в обычно используется двигательное воображение.
Квазидвижения представляют стратегию для исследований интерфейсов мозг–компьютер на здоровых испытуемых, поскольку они ближе к попыткам движений, чем двигательное воображение, и сопровождаются выраженной и латерализованной модуляцией сенсомоторной корой.
Таким образом, квазидвижения рассматриваются как способ получить сильную и воспроизводимую модуляцию ЭЭГ без афферентных влияний.
Ещё одна причина эффективности квазидвижений в нейроинтерфейсах состоит в том, что они не требуют специфических способностей к образным представлениям, которые сильно варьируют между людьми, и осваиваются из реального выполнения движения, знакомого здоровым испытуемым.
При этом квазидвижения не предназначены для исследования пациентов с нервно-мышечными нарушениями, а используются для изучения здоровых испытуемых; по своему интенциональному компоненту они ближе к ситуации «попыток движений» у парализованных пациентов, которые пытаются выполнить движение, а не вообразить его, но не могут этого сделать из-за нейронального повреждения.
Интерфейсы мозг–компьютер должны использовать нейрональные сигналы, связанные с намерением пользователя, и эти сигналы не должны основываться на афферентном входе от периферии, например от сокращающихся мышц; поэтому квазидвижения, не дающие периферической обратной связи, оказываются особенно ценным поведенческим парадигмальным решением.
https://www.sciencedirect.com/science/article/abs/pii/S0028393207003569
