Нови Сад, 9 августа 2026

Когда принял неизбежность скорого апокалипсиса, это становится одновременно лучшим и худшим, что с тобой может произойти. Во-первых, увлекательно, никогда такого не было. Во-вторых, всё же апокалипсис.

У нас только что закончилась самая жестокая в этом году волна жары, она побила все местные рекорды, из Дуная следом за немецкими катерами показались голодные камни — выходы скальной породы на дне реки. На камнях выбиты надписи, им лет двести, точно формулировку не помню, но смысл такой: «если ты меня видишь — плачь». Можно брать на татуировки, я как раз думал, какую бы сделать в память об этом месте.

Сербия — страна, где почти не едят рыбу, здесь царство мяса, перцев, картошки и всех видов фруктов, пригодных для перегонки. Рыба есть только речная, в основном сазаны и форель, а у реки в тайных местах спрятаны чарды — речные кабаки, где готовят рибльу чорбу и рибльу плескавицу, и эта рибльа плескавица — лучшее, что из дунавского сазана в принципе можно сделать. На волне жары все чарды позакрывались, а если не позакрывались, то ходить туда сейчас не следует, поскольку, как говорят, в рыбе что-то нашли, то ли паразитов, то ли яд — эту новость передают в городе из уст в уста, говорят друг другу при встрече: «рыбу не едим». С рынков исчезли мужики с сазанами в вёдрах. Остаётся форель, её разводят в форелевых хозяйствах, но она здесь с особенностями, толстокожая, настолько, что я легко могу себе представить обложку молескина, сделанную из шкуры этой форели, или что-нибудь настолько же двусмысленное. Ну и на вкус она так себе, сухая и сильно пахнет тиной.

Ещё у нас горит пустыня.

В Воеводине есть пустыня, самая большая в Европе — Банатские пески или Делиблатские пески. Птицы, много эндемиков, заповедник, охраняемая территория. Пустыня полыхает с пятого числа. Площадь пожара 1500 гектаров, дым видно на снимках из космоса, на неделе его относило ветром в сторону Белграда и солнце в Белграде стало оранжевым, а небо — жёлтым, многие русы вспоминают пожары 2010 года, когда от Москвы до Казани лес горел почище складов вайлдберриз. Пишут, над Делиблато поднимаются редкие пирокумулятивные облака, состоящие из водяного пара и частиц пепла, иногда они становятся грозовыми и могут ещё что-нибудь сжечь на своём пути. Со стороны пирокумулятивные облака выглядят как дым над действующим вулканом. Под Делиблато перебросили армию и почти всех ватрогасцев, волонтёров без подготовки не берут, помочь можно только если привезти на сборные пункты батарейки, бинты и репираторы.

А на улице, где мы живём, вчера начали сносить старый дом, судя по всему, ещё австро-венгерской постройки (но утверждать не возьмусь), с гипсовыми головками ангелов над окнами, дверью со следами ар-деко и древним кованным фонарём. Дом был по-воеводински мил, милотой запустения и заброшенности, и иногда осыпался на головы прохожих небольшими камнями.
Сносить его принялись в семь утра в субботу, фонарь отцепили и прислонили к стене иммигрантского бара напротив, дверь вынесли последней: я видел, как она стояла, держалась, в одиночестве, уже без стен. Надеюсь, её не выкинули, а куда-нибудь унесли, спасли, потому что местные двери — это отдельное искусство, специалитет, я мало видел городов, где такое изобилие разных дверей, они даже под слоями плохих граффити не теряют обаяния, иногда и дома уже нет, а дверь стоит, как портал в иное.
Дом оставил после себя примерно тонну пыли и до следующего ливня (то есть, примерно до середины сентября) вся улица — все свадебные салоны, секонд-хэнды, русские бары и блинные, страховые компании и несколько государственных учреждений — будет окрашена в серовато-жёлтый.

Завтра начнётся очередная волна жары, на этот раз короткая, всего пара дней пекла, а потом спасительные +32. Я слышал тейк, что небольшая ядерная война, например, между Индией и Пакистаном, может способствовать понижению температуры на планете на пару градусов.

Хорошо, хотя бы дни в августе становятся короче.

#србиjалог